Глава 19

Глава 19

Чувства и чувственность

Следующим утром действительно пришли учителя. Приходили они не все сразу, а по одному. Все они подписали бумаги о неразглашении, как предупредил меня Дейм, поэтому я не стеснялась пробелов в своем образовании, охотно бралась за любые темы и задавала интересующие вопросы. Подготовиться за полторы недели к светскому рауту невозможно, учитывая мое происхождение, но хотя бы поверхностные знания я смогу получить, а от всего остального меня защитит Дейм. Я старалась изо всех сил, запоминая новую информацию. Странно было чувствовать себя какой-то недоучкой, но суровая действительность такова, что я действительно весьма глупа для местной леди, ведь не знаю прописных истин. Именно это я и исправляла. Среди прочих наук значились и танцы. Вот здесь все было более-менее нормально, ведь запомнить движения оказалось не так сложно, особенно с хорошим учителем, который не давал мне отдыхать.

В общем, через полторы недели моя голова кипела от новых знания, я ходила, похожая на зомби, ела в своих покоях, а потом бежала на занятия. С Деймом мы практически не виделись. Его светлость тоже погряз в работе — перед отъездом нужно было многое успеть сделать в герцогстве, посвятить во все нюансы секретаря, а также закончить дела, не терпящие отлагательств. Помимо всего этого он занимался ритуалами, пересчитывал формулы, проверял кулоны, перечитывал все записи.

Я честно тосковала по нему, все больше осознавая, насколько сильно я влюбилась в этого мужчину.

В предпоследний день перед отъездом я прогулялась вместе с Марлсом по городу. У секретаря Дейма были дела, но он любезно согласился проводить меня до банка, где я все же проверила свой счет и решила обналичить часть средств. На карманные расходы, так сказать. Все же поездка была длинной, и, раз уж теперь это мои деньги, глупо ими не пользоваться. Сумма оказалась внушительной. Все-таки после смерти Дейма обязаны причислить к лику святых! Правда, в этом мире их не существует, а религия имеет весьма обтекаемые формы.

На обратном пути мы с Марлсом зашли в кофейню, где насладились десертом, а потом вернулись во дворец. Мои вещи были уже собраны, но завтра оставался еще один свободный день. Или почти свободный — занятый уроками танцев и философией.

Мне было грустно покидать Вартафейм, поэтому к ужину я решила принарядиться — надела белое платье, одно из тех, что сшила мне мадам Люссо. Признаться, оно было слишком откровенно по меркам нынешнего общества, особенно глубокое декольте, буквально выставляющее все прелести напоказ. Но какое же я испытала удовлетворение, когда Дейм не отводил от меня взгляда, часто запинался и вообще был крайне задумчив. Если мне не удалось его соблазнить за прошедшие недели, то сегодня я определенно одержала победу.

— Ты крайне молчалив сегодня, — сказала я за ужином.

— М-м? Да-а… ты права. Что-то у меня в голове…

«Не что-то, а кто-то, и этот кто-то — я», — подумала, но вслух ничего не сказала, лишь торжествующе улыбнулась.

После ужина герцог традиционно провожал меня до моих покоев. Мы остановились перед дверью, как тогда, после бала. Только тогда мы решились разойтись, сейчас же это казалось практически невозможным. Я тяжело дышала, отчего грудь вздымалась, а мысли путались.

Я не решалась уйти, но и пригласить Дейма казалось совсем уж неприличным. Хотя если он напросится на вечерний чай, я предложу ему вино, даже если у меня его нет. Все равно предложу!

Дейм гипнотизирует меня взглядом и будто не решается. Чего он ждет?..

— Видимо, нам пора расходиться…

— Маша. — Взяв меня за руку, Дейм удержал и придвинулся ближе, буквально нависнув надо мной. От аромата его туалетной воды мысли спутались окончательно. — Маша, если я скажу, что безумно хочу тебя? Что мне нравится в тебе все — начиная от остроумия и заканчивая самым обворожительным телом. Ты хотела комплиментов, но я на них весьма скуп. Если я что-то говорю, то это действительно то, что я думаю. Без преувеличений.

Я приоткрыла рот, но так ничего не произнесла. Мне хотелось ответить, выразить благодарность, заверить, что я испытываю то же, но почему-то мысли разбрелись в стороны, а язык совершенно меня не слушался. Но оказалось, что Дейму и не нужны лишние слова: он неожиданно прижал меня к стене, а сам навис сверху. Я охнула, приоткрыв рот еще больше, будто… да-да, будто сама приглашаю его к поцелую. Дейм посмотрел на мои губы, потом поднял взгляд выше, к моим глазам, в которых недолго было и утонуть.

Я поистине любовалась его светлостью. Никогда прежде не встречала более привлекательного мужчину. И дело даже не в его внешности, а в том, что я ушла в свою влюбленность с головой. Я наслаждаюсь каждым её мгновением, каждой секундой.

— Ты ничего не говоришь, — пробормотал Дейм, оглаживая моё бедро через ткань платья.

— Не хочется утруждать свои губы пустыми речами, когда они могут найти более достойное применение, — рискованно прошептала я.

— А чем же мне их занять? — спросил Дейм и прикусил мою нижнюю губу. — Может, этим?

Поцелуй получился тягучим, сорвав мой стон. Губы Дейма спустились ниже, оставили дорожку поцелуев на шее и прошли к груди. Я запустила пальцы в волосы властелина, выгибаясь и желая большего. Рука мужчины уже легла на оголенное бедро, как раз туда, где оставалась полоска над чулком. Я шумно выдохнула, а Дейм взглянул на меня, коварно улыбаясь.

— Твое декольте соблазняло меня весь вечер!

Неужели это комплимент? Или?..

— Это обвинение? — спросила я, смотря Дейму в глаза.

— Да! И за это ты будешь наказана, — ответил мужчина и притянул меня к себе для поцелуя.

— Пожалуй, я готова вечность сносить эти наказания, — проговорила я, слегка отстраняясь, Дейм шумно выдохнул.

— Ты восхитительна, Маша…

Я не помню, как мы оказались в моих покоях, прошли в спальню, застыли рядом с кроватью. Дейм смотрел мне в глаза и будто спрашивал моего согласия в последний раз. Дальше он мне не даст отступить, но мне не это было нужно. Я приподнялась на цыпочках и невесомо его поцеловала. Дейм далеко не отпустил мои губы, смяв их во властном поцелуе, после чего медленно развернул меня к себе спиной, чтобы справиться со шнуровкой. Он покрывал невесомыми поцелуями мою шею, вызывая мурашки. Платье полетело вниз, а я осталась в тонкой камизе, едва ли что-то прикрывающей, скорее оставляющей раздолье для фантазии.

Я медленно повернулась к Дейму. Он встретился со мной взглядом, улыбнулся и провел костяшками пальцев по моей щеке. Я прикрыла от удовольствия глаза, наслаждаясь грубоватым, но таким желанным прикосновением. Дейм придвинулся ближе, буквально заставляя меня лечь на кровать. К тому моменту от моей прически ничего не осталось, и волосы разметались по покрывалу. Дейм целовал томительно, оглаживал моё тело, распаляя и без того вспыхнувший пожар. Я плавилась, едва ли чувствуя реальность, наслаждаясь сладкой истомой.

Остатки моей одежды полетели на пол вместе с одеждой Дейма. Я лежала на кровати, когда он стоял в тусклом свете фонарей, жадно оглядывая мое тело. Так же жадно, как я смотрела и на него, только к моим чувствам было примешано еще и смущение. Мне хотелось одновременно и отвести взгляд, и никогда его не опускать. Вечно любоваться рельефом мышц, гладкой кожей, дорожкой черных волос и… возможно, когда-нибудь я перестану смущаться, но не сейчас.

Дейм не дал мне много времени любоваться им, а вскоре лег рядом, заставив забыть обо всем на свете. Эта ночь была жаркой, а мужчина рядом был неутомим. Мы не могли оторваться друг от друга и заснули лишь к утру, счастливые и утомленные.

Проснулась я от мата. Емкого такого, из уст герцога. Подскочив, я попыталась найти причину его недовольства. Дейм стоял посредине комнаты и поднимал с пола шпильку, на которую, видимо, наступил. Выглядел герцог при этом так комично, что я рассмеялась, привлекая его внимание. Властелин со шпилькой в руке медленно обернулся ко мне и прищурился. Смех тут же оборвался, стоило мне увидеть зажегшийся огонек в глазах его светлости. Натянув одеяло повыше на грудь, я отползла подальше, а Дейм, отбросив злосчастную шпильку, каким-то неуловимым движением оказался рядом. Я пискнула, но мои попытки «убежать» были тщетны — меня схватили за ноги и подтянули к себе.

Дейм навис сверху. Я затаила дыхание, любуясь этим мужчиной. Он улыбался. Так счастливо, что мне стало радостно и легко, как никогда в жизни. Мы неотрывно смотрели друг другу в глаза, пока властелин не наклонился и наши носы не соприкоснулись. Я даже не дышала, боясь спугнуть это прекрасное мгновение.

Но страхам суждено сбываться. В дверь постучались, после чего вошла Дина. Едва заметив герцога, она от испуга выронила глаженое белье и отскочила обратно к косяку. Прижав ладони к щекам, девушка выбежала, даже забыв прикрыть за собой дверь. К слову, Дейм был раздетый, пусть лежал всеми выдающимися частями вниз, но…

Я неожиданно рассмеялась. Мой смех разбил всю романтическую атмосферу, поэтому мужчина с усмешкой откатился в сторону. Мы переглядывались, а потом как-то одновременно встали. Дейм встал со стороны входа в комнату, поэтому…

Он опять наступил на шпильку. Опять ругнулся. А я заливисто рассмеялась, прижимая к себе одеяло.

— С этого дня ты ходишь с распущенными волосами! — воскликнул Дейм.

— Ого! Всего лишь первая ночь прошла, а ты уже проявляешь диктаторские замашки?

— Всего лишь одна просьба, — сказал его светлость и добавил: — Но настоятельная!

— Ладно-ладно, — подняв одну руку вверх, потому что вторая держала одеяло, сказала я и потопала в ванную, огибая кровать.

Дейм тоже попытался войти, но я его не пустила. Ночь была прекрасна, но она еще не объединила нас настолько, чтобы пропало всякое стеснение. По крайней мере, с моей стороны.

Я подошла к зеркалу и взглянула на себя. Совершенно счастливое лицо с искрящимися глазами, пусть и слегка помятое после бессонной ночи. Я вздохнула. Правильно ли я сделала, что допустила секс так рано? Не проявила ли я себя как ветреная девушка? Все же это другой мир, с другими законами и обычаями. Я могла своими несвоевременными действиями оттолкнуть Дейма. Или, по крайней мере, сделать его намерения ко мне несерьезными.

Еще раз взглянула на свое счастливое отражение. Разве можно о чем-то жалеть после такого? Быть может, герцог разобьет мое бедное сердечко, я вернусь в свой мир и буду во всех мужчинах искать именно Дейма, но так и не найду. Ведь он такой единственный и неповторимый. Но жалеть ни о чем я не буду. Не сделай я этого, всю жизнь жила бы сомнениями и попыткой вернуть прошлое. Все в моих руках, я должна постараться.

Приняв легкий душ, вышла в спальню, все так же обернутая в одеяло. Дейма уже не было, зато на трюмо лежала записка.

«О Дине не переживай. Слуги во дворце не болтливые. Я поговорю с ней. Но все же мне лучше уходить от тебя до рассвета. Прости, это было моей ошибкой.

P.S. Под ошибкой я имел в виду несоблюдение хотя бы внешних приличий. Не надумай там ничего, феечка!»

Я могла лишь рассмеяться. Хорошо-хорошо, так и быть — не надумаю. Вскоре вернулась смущенная Дина, попросила прощения. После того, как она ворвалась в мою спальню, она ждала у дверей, поэтому герцог уже поговорил с ней, а рассказать кому-то она попросту не успела. Заверив её, что все в порядке, я попросила её заняться моей прической, но использовать как можно меньше шпилек. После девушка принесла мне завтрак и убралась в спальне. Пожалуй, мне нравилась такая жизнь, где за тебя делают всю домашнюю работу. Если я все же вернусь в свой мир, по служанке я буду скучать больше, чем по Дейму.

Шучу, конечно! Дина будет на втором месте.

Пока завтракала, ко мне в комнату ворвался Шеашень. Он плюхнулся рядом со мной на диван, сгреб себе туда же тарелку со сладостями и на меня обращал мало внимания, будто обиделся. Некоторое время я смотрела на него с интересом, ожидая, что он вот-вот расскажет о своих печалях. Не дождавшись, решилась на разговор сама:

— И что у тебя случилось?

— Ты еще спрашиваешь? — с набитым ртом спросил Шеашень. — Ты… вы… вчера! Да я еле улететь успел, чтобы ничего лишнего не заметить! Вы вчера себя видели? Ворвались в спальню, начали пробираться к кровати, раздеваясь! А я, между прочим тонкая душевная натура, там спал! Уютно и сладко! А вы… а ты… слов на вас культурных не хватает! Я же там спал! Вы потревожили сон дракона!

И прозвучало бы это угрожающе, если бы не исходило из уст дракона, легко помещающегося в чашке. А так вызвало лишь закономерное веселье. Я прыснула от смеха, представив, как могучий рыцарь едет на белом коне, чтобы вызволить прекрасную принцессу из лап маленького дракона, а тот… спит! Нет, даже не так, а таким милым голоском принцессы: «Спи-и-ит!» Прямо на принцессе, и она не может шевельнуться, ведь иначе разбудит сонного милого дракошу. Могучему рыцарю ничего не остается, как вернуться в свое королевство ни с чем и прослыть трусом.

Я вновь прыснула от смеха, смотря на возмущенного Шеашеня, у которого даже крылья носа раздувались от негодования. Пожав плечами и продолжая улыбаться, я отпила чая и взяла хрустящую булочку. Дракоша пыхтел, но спокойно ел свой завтрак. Точнее, мой завтрак, но это не суть.

Стоило мне поесть, как я опять почувствовала сонливость, поэтому легла в кровать и практически сразу же провалилась в сон. Проснулась я одна и вспомнила, что впереди — уроки и еще раз уроки! Пора спешить! Думаю, учитель и так меня заждался.

Танцы давались мне относительно легко, я делала определенные успехи. Мы занимались почти пять часов с небольшими перерывами. Я вспыхнула, когда учитель подметил, что сегодня я особенно чувственна, из-за чего движения получаются очень плавными и изысканными. Поблагодарив его за комплимент (весьма сомнительный в нынешней ситуации), я попыталась отстраниться от мыслей о Дейме. Но получалось с трудом! Они то и дело возвращались к самой пламенной и жаркой ночи…

Время близилось к ужину, поэтому далее злоупотреблять моим временем учитель не стал и отпустил меня с легким сердцем.

После танцев, как рез перед философией, я возвращалась в комнаты, уставшая до изнеможения, чтобы переодеться перед ужином. Стоило увидеть в своей спальне Дейма, как усталость отступила. Я подумала: «А так ли мне нужна эта философия?» Мужчина лежал на кровати, полностью одетый, со сцепленными на животе руками, и с улыбкой смотрел на меня. Воспоминания прошедшей ночи нахлынули, вызвав румянец смущения. При свете дня все казалось иначе, чем тогда.

— Ваша светлость! Какая честь увидеть вас в своей спальне так скоро.

— Я мог бы поступить благородно, давая тебе время для отдыха, но я же знаю, что ты ждала нашей встречи не меньше меня, — парировал Дейм и, легко поднявшись с кровати, шагнул ко мне и заключил в объятия. — Я скучал, Мари.

— «Мари» из твоих уст звучит так пошло, — фыркнула я.

— Неужели? А как ты предпочитаешь? Мария? Маша? Маша-а-а?

Странно, но то, как он тянул последний слог моего имени, заводило. Он словно кот, который раскатывает рычащий звук в свой пасти. Я прикусила губу и обвила руками шею. Вновь сводящие с ума поцелуи, от которых я забываю собственное имя! Лишь его шепот — жаркий, заводящий — звучит в голове.

— Маленькая моя фея, — шепчет Дейм в перерыве между поцелуями.

Я начала стягивать его рубашку, а властелин принялся стремительно развязывать шнуровку платья, не забывая целовать губы. Я обнимала его, совершенно теряясь в этих чувственных прикосновениях. Вновь полетели на пол все наши вещи. Пламя разгоралось сильнее с каждой минутой, я забывала дышать, а мое тело сгорало и желало потушить это пламя. Прикосновения герцога были жаркими, но вместе с тем они остужали мою разгоряченную кожу, создавая непередаваемый контраст чувств и эмоций. Мир вокруг потускнул, померк, а потом рассыпался мириадами звезд, в которых самой яркой звездой был Дейм.

Мой таинственный, невероятный, любимый Дейм.

Мы так и уснули — уставшие и счастливые.