Глава 24

Глава 24

Темнейший маг

— Не запирай окно, — шепнул мне Дейм перед уходом.

Я успела лишь коротко кивнуть. Вернувшись в комнаты, не находила себе места. Шеашень спал, но периодически открывал один глаз, чтобы проверить, все ли со мной в порядке.

— Ну из-за чего ты опять волнуешься? Вновь ревность?

— Кое-что страньше, — ответила я и села на кровать. — Намного страньше. Такое Алисе и не снилось.

Наши окна выходили на задний двор, поэтому Дейму не пришлось долго ждать, чтобы прийти. Когда огни погасли, в комнату влетел герцог. Увидев, как Шеашень собирается сбежать, он успел поймать его за хвост и зажать в ладонях.

— Что-о-о? Ты что сейчас сделал? — возмутился дракоша. — Это ты сейчас мой хвост тронул? Да я тебя!.. Да я вот стану большим и сильным и тебя так в лапах зажму!

— Буду ждать, — легко согласился Дейм. — Ты нам нужен для беседы и информации. Наверняка ты больше знаешь об Эварде Анталинийском.

Шеашень замер и медленно кивнул. Ого, неужели они сталкивались? Все интереснее и интереснее. Но подождите-ка, он сказал Анталинийский? Неужели он родственник королевской семьи?

— Зачем вам о нем знать? — спросил Шеашень насторожено.

— Он был на балу, — ответила я, и дракоша уставился на меня неверящим взглядом.

— Эвард в Рогарде? — уточнил он и нахмурился. — Ничем хорошим это не закончится. Он не тот человек, который будет преодолевать Бескрайнее море ради простого развлечения.

— Думаешь, от него следует ожидать какого-то вмешательства?

— Вмешательства — да, — подтвердил Шеашень. — Но вот во что? Вы должны очень внимательно следить за каждым его шагом и быть всегда наготове. Если бы не кулон, я бы посоветовал убраться из столицы подальше. Где Эвард, там неприятности.

— Да кто же он такой? — спросила я, хмурясь все больше.

— Темнейший маг, — отозвался Шеашень, внимательно смотря на меня. — Такое он получил прозвище, и не зря. По силе с ним сравним только Темный властелин, но в роде рос Ормонд все обладают высоким уровнем магии благодаря драконьей крови и проведенному обряду. Хотя они не бессмертны, как Темнейший маг. Я надеялся, что он давно сдох где-нибудь в Шарахарде, но вот он заявляется вновь через пятьдесят лет отсутствия. До этого его не было две сотни лет, а еще раньше — сотню. Он заявляется, когда хочет, наводит шума, а потом вновь исчезает, сея за собой смуту.

— Как рассказывал мне отец, триста пятьдесят лет назад он прибыл в Каньолию, после чего вспыхнула гражданская война, — вставил Дейм.

— Да, — подтвердил дракоша. — Он разжег ненависть в сердцах людей, заставил их поднять восстание. Тогда сменился государственный строй и императорский род. Сейчас нельзя сказать, что гражданская война на их землях имела отрицательный характер, но тогда она принесла с собой много жертв и смертей.

— Значит, сейчас он тоже может устроить переворот?

— Или что похуже, — мрачно сказал дракоша. — От него не знаешь, чего ожидать. Пятьдесят лет назад он засвидетельствовал смерть короля Анталинии, после чего отправился к северным эльфам. Там он убил наследного принца. Те давно таят на него обиду и хотят отомстить. Я не удивлюсь, что новость о прибытии Эварда разлетится по всему Рогарду и северные эльфы скоро прибудут сюда.

— Но зачем он все это делает?

— Думаешь, он раскрывает перед кем-то свои планы? — с усмешкой спросил дракоша. — С того момента, как о нем узнал свет, прошло около шести столетий. Многие шепотом винят его в потере магии этого мира, но доказательств никаких. В королевство фей он не попадал, значит, ничего не мог сделать Траноилу, но подозрения остаются. Он слишком долго живет, слишком черно его сердце, слишком необуздан нрав и лихи поступки. От него следует держаться подальше.

Я-то с удовольствием! Мне он сразу показался слишком уж пугающим, но вот что с его стороны? Дейм озвучил мои мысли:

— Сегодня Эвард проявлял особое внимание к Маше.

— Это нехорошо, — пробормотал Шеашень после недолгой паузы. — Очень нехорошо.

О прошедшем разговоре я вспоминала еще долго. Всю ночь меня мучили кошмары, воплотившиеся на обеде в явь. Ну почти воплотившиеся, по крайней мере одна их часть, в которой присутствовал Темнейший маг. Он был учтив, сел рядом со мной и развлекал меня разговорами. Это по его мнению развлекал, а я желала быть как можно дальше отсюда. Олина бросала на меня сочувствующие взгляды, пыталась отвлечь лорда Эварда, но его отвлечь было не так-то просто. Дейм хмурился и, казалось, был раздражен, смотря на нас. После обеда лорд Эвард пригласил меня на прогулку, и я просто не нашлась с причиной для отказа. К счастью, Олина с мужем последовали за нами, держась на расстоянии двух метров.

— Леди Мари, надеюсь, я вчера вас не испугал? — спросил лорд Эвард.

«Куда больше меня испугали все эти жуткие рассказы о вас», — подумала я, но вслух сказала иное:

— Неужели вы думаете, что меня так легко напугать?

— О, я не это имел в виду. Уверен, вы такая же храбрая и самоотверженная девушка, как ваша мать.

Я едва не споткнулась, услышав это. Неужели он знал мою мать? Нет, это невозможно. Он никогда не был в королевстве фей, как уже сказал об этом Шеашень. О, Мари, о чем ты думаешь! Я едва себе по лбу не дала, сообразив, что он имеет в виду жену графа ольт Мараали, моего псевдоотца.

— Лестно слышать такой отзыв, — прокомментировала я, и мужчина бросил на меня удивленный взгляд.

— И что же, вы не хотите знать, где я познакомился с вашей матерью?

«Чем меньше я знаю о вас, тем лучше, — подумала я. — Информация — это оружие, которое может быть использовано не только против врага, но и против самого носителя».

— Думаю, это занимательная история, но некоторые вещи должны оставаться тайной.

Лорд Эвард вновь подарил мне задумчивый взгляд, но вернулся к светским темам разговора. Мне все время казалось, что он испытывает меня. Жизнь во дворце оказалась не такой веселой, как предполагалось изначально.

Возвращалась в комнату я не в самом лучшем настроении, а когда вошла, на меня высыпалось ведро муки. Что за?..

— Ой, прости-прости! — воскликнул Шеашень. — Это я испытываю новые меры предосторожности. Пока по дворцу ходит лорд Эвард, нам нужно быть во всеоружии. Это раньше я мог потягаться с ним в магии, а теперь приходится искать обходные пути защиты. Вот пока он так же, как ты, будет стоять весь в муке, мы сможем убежать через окно. Правда, я еще не придумал, как это сделаешь ты. Я-то улечу, но у тебя теперь крылышек нет…

— Значит, план еще не совсем продуман, а я уже стала подопытным кроликом? — спросила я, стирая с лица муку. — Шеашень, тебя часто пытались придушить?

— Это не так-то просто! У меня чешуя очень прочная, если только подушкой накрыть… — Тут дракоша замер и попятился назад.

Я кинулась за ним. Так нас и нашел Дейм: меня — всю в муке, а Шеашеня под подушкой. Опомнившись, я отпустила дракошу и выпрямилась, сложив руки на груди.

— Еще раз — и ты труп!

Шатаясь, дракоша полетел к выходу. Дейм улыбался. Подойдя ко мне, он стряхнул муку с моих волос, взял мое лицо в свои руки и попытался поцеловать, но я смущенно отстранилась, оглядываясь за его спину.

— Ты не забыл, что вообще-то тебе нельзя быть в моих покоях?

— Я пришел выпить чай. Разве это запрещено? Её высочество проводит время с принцем Ольердом.

— О, бедняжка, ты, должно быть, расстроен отсутствием её внимания к тебе.

— А ты, должно быть, расстроена отсутствием компании лорда Эварда? — усмехнулся Дейм и сел на диван. В гостиную вошла Дина и принесла чай — видимо, об этом её заранее попросил герцог Вараферо. — Вы сегодня на обеде были такой милой парой!

— Лорд Эвард очень притягательный мужчина, — решила я поддеть Дейма, наблюдая, как темнеют его глаза. — Такой сильный, мудрый и таинственный. Признаться, есть в нем что-то… завораживающее.

— Вот как? Значит, ты развлекаешься, пока я работаю?

— Мы оба совмещаем приятное с полезным, — парировала я. — Только позволь уточнить, что ты подразумеваешь под работой? Неужели ухаживания за её высочеством? О, это поистине тяжкий труд! Я бы и часу не вытерпела.

— Хоть в одном мы сходимся, — хмыкнул Дейм, будто намеренно борясь с собой и отгоняя дурное настроение. Я тоже попыталась успокоиться. Его светлость взял в руки чашку и начал рассказ: — Я был в комнате её высочества и успел сделать слепок магический защиты. Сегодня вечером буду разбираться. Если получится, то в следующий раз смогу временно отключить защиту для Шеашеня, перенастроив систему на себя.

— Должно быть, тяжело было пробираться в комнату принцессы.

— Маша-а-а, — протянул его светлость. — Бери пример с меня: я хотя бы пытаюсь обуздать свою ревность, но ты не знаешь границ.

Хам! Даже поревновать спокойно не дает!

— Маша-а-а, — вновь начал мужчина и все-таки привлек меня к себе. Заглядывая мне в глаза, продолжил: — Давай мы не будем ссориться из-за пустяков? Мне очень не хватает тебя. Не хватает твоих искренних улыбок, от которых на сердце становится светлее. Прошу тебя, будь более снисходительна и добра.

Я нахохлилась, а потом вздохнула и обняла мужчину. Это не значит, что я его окончательно простила. Просто быть вдали друг от друга нам одинаково тяжело.

Позже, когда прилетел Шеашень, мы с ним обсудили детали плана. Теперь нужно было поторопиться, чтобы поскорее забыть об обществе лорда Эварда. Как поделился со мной Шеашень позже, пока придворные чувствуют себя в безопасности, ведь во дворце гостит и герцог Вараферо, который единственный может представлять угрозу для Темнейшего мага, но, стоит герцогу покинуть дворец, они начнут роптать. Поэтому король и королева теперь всеми силами будут удерживать Дейма в столице.

— Как прекрасно, что я родилась эгоисткой, — сказала я и улыбнулась. — Ведь меня даже не терзает совесть, когда я думаю о том, что хочу поскорее лишить придворных общества его светлости и отправиться домой.

Так странно, но о Вараферо я начала думать именно как о доме — родном, уютном, куда хочется возвращаться.

На вечер ничего не было назначено, поэтому после чаепития с гостями я попрощалась с Олиной и отправилась в библиотеку. Мне нравилось умиротворение, царившее тут. Среди немногих гостей библиотеки почти все были интровертами, поэтому лишь переглядывались, но не спешили заводить диалогов, от которых я так устала за время дворцовой жизни. Да и большинство из них не были придворными (люди, а не диалоги!). Кто приходился учеником нынешним советникам, а кто занимал государственную должность и читал здесь полезную литературу. Я же сразу прошла к разделу художественной и пробежалась глазами по корешкам. Один из них заинтересовал меня, поэтому я вытащила его и открыла, когда справа раздался знакомый голос:

— Леди Мари, приятная встреча!

Томик выпал из моих рук, а я попыталась перевести дыхание.

— Лорд Эвард! Нельзя же так подкрадываться!

— Прошу прощения, леди Мари. Не моя вина, что я хожу так бесшумно.

— И правда, — пробормотала я и подняла книгу.

Читать резко расхотелось, зато желание убежать отсюда мгновенно возросло. Я поставила томик на место и обернулась к Темнейшему. Тот с легким прищуром смотрел на меня, будто любуясь. А я нахмурилась, силясь вспомнить, кого же он мне так сильно напоминает. Чем-то едва уловимым, но таким знакомым.

— Вы даже не представляете, как отрадно видеть вас в библиотеке, а не за пустыми разговорами со сверстницами, — продолжил беседу лорд Эдвард. Я старательно делала вид, что выбираю книгу на вечер.

— Почему же?

— Это характеризует вас как здравомыслящую и разумную девушку.

— Книги не дают здравомыслия, — возразила я, — а искать разум в любовных романах, один из которых я выбираю на вечер, как вы можете наблюдать, не стоит. Я обыкновенная. И пришла в библиотеку первый раз за все время пребывания во дворце.

— Еще и скромная, — будто не слыша меня, сказал мужчина. — Любая девушка, которая ищет утешение в книгах, может называться разумной, ведь даже в любовном романе можно найти зерно истины.

Он явно не знаком с романами моего времени! Там такое «зерно» можно найти, что отплеваться от него потом тяжело будет. В общем, Темнейший не посмел бы больше делать такие выводы о девушках, читающих книги.

— Знаете, я передумала, — сказала я и с тоской посмотрела на стеллаж. — Читать расхотелось. Пойду лучше посплетничаю.

Хотела вывести лорда Эварда из себя, но вместо этого вызвала его удовлетворенную счастливую улыбку. Вот и чего так улыбается, будто я сделала что-то, настолько очевидное для него? Не могу понять его поступков!

Но все же он кажется мне знакомым. Где же я его могла видеть?..

Лорд Эвард будто преследовал меня. Он появлялся везде, куда бы я ни пошла.

— Кажется, он становится моим соперником за звание твоей лучшей подруги, — как-то сказала Олина со смешком.

Я улыбнулась и кивнула. Кажется, все именно так. Потому что поведение лорда Эварда нельзя было охарактеризовать как мужской интерес. Он всюду ходил за мной, иногда отвечал на шпильки принцессы вместо меня, чем даже заслужил уважение Дейма, но при этом он держался весьма отстраненно, не пытался взять меня за руку, не говорил ничего предосудительного и вел себя вполне галантно. К концу третьего дня я даже решила, что его компания начинает мне нравиться.

— Ты не должна сближаться с ним, — сказал Шеашень тем вечером. — Он просто усыпляет твою бдительность перед нападением!

— Да что он может мне сделать? — спросила я. — Даже если ему нужна девственница для какого-нибудь темнейшего ритуала, то я в полной безопасности.

Шеашень начал бурчать. В этот момент в комнату, как всегда, через окно влетел Дейм и, поцеловав меня, пока я находилась в легком ступоре от его наглости, обратил внимание на недовольного дракошу.

— Хоть ты ей скажи! — воскликнул он. — Мне она не верит и думает, что я шутки шучу о Темнейшем!

— Не могу с тобой согласиться, — неожиданно возразил Дейм, присаживаясь в кресло и утягивая меня к себе на колени. Я так соскучилась по Дейму, что даже не сопротивлялась. — Лорд Эвард заботится о Маше. Это видно. Он искренен.

— Я тоже так думаю, — согласилась я и, обвив шею Дейма руками, вдохнула такой родной любимый запах.

Я очень скучаю по Темному властелину последнее время. Мне не хватает наших прикосновений, разговоров, обменов взглядами. Мы видимся редко. Дейм обернулся ко мне и вновь поцеловал. Шеашень, кажется, поморщился, отвернулся и начал пыхтеть как паровоз.

— Я скучал, — шепнул Дейм, и я согласно кивнула.

Да-да, я тоже! Очень скучала! Но что нам остается? В моей жизни слишком много проблем, которые Дейм пытается решить, попутно спасая мир. Я не могу требовать от него большего и тем более устраивать ему сцены ревности и недовольства. И так последнее время плохо себя сдерживала от упреков в его адрес.

— Может, вернемся к насущному? — проворчал Шеашень. — Я недоволен общением Лариэтты с Темнейшим! Их надо отдалить друг от друга!

Дейм внимательно посмотрел на дракошу. Он явно хотел что-то сказать. Он знал что-то, о чем не знали мы, но в конечном итоге передумал, мотнул головой и вновь вернулся взглядом ко мне. А Шеашень, ворча и сетуя на непослушных девиц, скрылся в ванной комнате.

— Как ты? Придворные не сильно тебе докучают?

— Несколько раз в кустах сада попадались журналисты, но их быстро выводила охрана, — пожаловалась я. — Можешь не беспокоиться, у Олины такой колкий язык, что она распугала всех моих недругов. А с принцессой и Лайоной мы не общаемся.

— Лайона тоже говорила тебе что-то грубое? — удивился Дейм.

— Нет, она никогда не позволяла себе выйти за рамки приличий и была добра. Но мне кажется, Лайона тот человек, который легко поддается дурному влиянию.

— Её высочество Клэрина сильно избалована, — согласился Дейм, и я прикусила губу.

— По дворцу ходят слухи о вашей скорой помолвке, — высказала я опасения, преследовавшие меня уже неделю. — Ты тоже упоминал, что их величества оказывают давление по этому вопросу. Ты и правда можешь на ней жениться?

— Маша, — неожиданно строгий голос Дейма заставил меня сжаться. Неужели он сейчас скажет, что это не мое дело? Я помню, что Дейм умеет быть резким. Однажды он это показал. Но его следующие слова заставили меня облегченно вздохнуть, хотя строгости в нем было не меньше: — Почему ты терзаешь себя этими мыслями? Зачем задаешь мне такие глупые бессмысленные вопросы, зная о моих чувствах и намерениях?

Я застыла. В глазах затаились капли слез. Обычно я не была такой чувственной, но последние дни оказывали давление на мою психику. Страхи терзали и мучили меня, а я не могла от них избавиться.

— Откуда же мне знать, если ты никогда не говорил о них? — севшим голосом прошептала я.

Теперь застыл Дейм. Казалось, что он поражен моими словами. Неужели он настолько растерян, потому что никогда не задумывался озвучить свои чувства? Разговоры о ревности — да, но ведь ревновать можно и из-за простого чувства собственности.

— Я люблю тебя, — на выдохе признался Дейм, словно это было чем-то самим собой разумеющимся. — Люблю тебя, Маша. Неужели ты могла подумать, что я бы зашел так далеко в отношениях с тобой, будучи неуверенным в нашей скорой помолвке?

Я молчала. Улыбка просилась сама собой, поэтому я пыталась её удержать, прикусив губу. Дейм рассмеялся. Ему показалась такой забавной моя реакция? Нет, конечно, я надеялась, что его чувства взаимны, но все же слышать это от него, и еще в таком ключе, будто для него это что-то естественное, невероятно приятно! Волнительно и восхитительно.

— Ты потрясающий, ты об этом знал? — проговорила я, наклонившись к мужчине.

— Мне об этом твердили с самого рождения, — самодовольно ответил он, и я весело рассмеялась.

— Ты невыносим! 152e1bc

— Так потрясающ или невыносим?

— Одно другому не мешает, — прошептала я ему в губы.

Поцелуй получился невероятно томительным и нежным. Рука Дейма уже давно подняла юбку моего платья и оглаживала бедро. Мы целовались упоенно, словно мы не в королевском дворце, а где-нибудь в Вараферо, где вольны делать, что хотим. Словно мы в мире, где нет никаких проблем, где вечно светит солнце и поют птицы.

— Кхе-кхе, — кашлянул Шеашень, и мы с Деймом резко отстранились друг от друга. Кто тут говорил про солнце? — Да что ж такое! Даже в туалет отлучиться не дают! Все за ними глаз да глаз, словно дети малые!

Нет, ну точно придушу!

Мой взгляд был настолько красноречив, что Шеашень попятился, а Дейм теснее прижал меня к себе, уже опустив мою юбку. Хотя чего там дракоша еще не видел? Извращенец мелкий!

— Не уходи, Шеашень, — обратился к нему Дейм. — Нам нужно обсудить завтрашнюю вылазку. Мне удалось перенастроить систему защиты комнаты принцессы на себя. Придворный маг даже не заметит. Мой уровень гораздо выше его.

Я с любовью и восхищением посмотрела на Дейма. Улыбнувшись мне, герцог пересадил меня на кровать, достал бумагу и перо, после чего начал рисовать план для Шеашеня. До поздней ночи мы обсуждали наши действия, а после Дейм ушел. Перед его уходом мы долго целовались, обменивались жаркими взглядами и периодически посматривали в сторону кровати. Но выдержка у герцога была железная, потому что он все же ушел, оставив меня с улыбкой счастья на устах.