Глава 31

Глава 31

Возвращение надежды

Веки открывались тяжело. Тело уже не ломило, но чувство было, будто застыла каждая мышца. Первым, что я увидела, был магический светильник — тусклый и огромный. За дверью кто-то ругался, слов я толком разобрать не могла — но голоса были женский и мужской. Все же странная апатия постепенно спадала, я смогла присесть и оглядеться. В кресле спал Дейм. Огромный Дейм! Та-а-ак, если он — большой, то я что же… опять мелкая?!

— А-а-а! — взвизгнула я, и герцог моментально проснулся, сев на кровать и обеспокоенно оглядывая меня. Я приподнялась на крылышках и начала осматривать себя. — Я опять мелкая! Нет, ты посмотри на это безобразие! Скажи, пожалуйста, что я не вечно останусь в этом теле, — взмолилась я. — Это же нечестно, Дейм! Я, между прочим, только замуж вышла! Хотя ты и так об этом знаешь! Наверняка это карма за тот клад, вот уверена в этом! Нельзя было прятать сокровища! Таким образом я все больше становилась феей — и вот результат! Так и сокровища-то были — так, на один мизинчик! Разве что ложка серебряная — ничего, но я ведь её не прятала как клад!..

Дейм негромко рассмеялся. Я остановилась и подлетела ближе к нему. Мужчина подставил ладошку, на которую я мягко опустилась. Странное чувство. Вспомнились недели, проведенные в Вартафейме, когда я была вот такой же маленькой феей без надежды на «взросление», а Дейм был моим спасителем, благодетелем и просто самым терпеливым мужчиной в мире. От нагрянувших воспоминаний сердце наполнилось теплотой.

— Знаешь, пока ты тут лежала, вся такая феячьих размеров, мне пришлось стерпеть множество шуток, — поделился властелин с лукавой улыбкой.

— Каких же?

— Каждый считал своим долгом сказать мне, что ты приняла образ феи лишь для того, чтобы избежать супружеского долга. Якобы я был так плох в брачную ночь, что уж лучше тебе было провести остаток жизни в образе феи, чем еще раз пережить… это.

Я прыснула от смеха и наигранно (или нет?) вздохнула.

— Если бы я была нормальных размеров, то поспешила бы тебя уверить в обратном, но… — Я развела руками, демонстрируя прискорбно малые размеры своего тела.

Дейм улыбнулся. В этот момент дверь резко распахнулась, а я услышала до боли знакомый голос:

— Машенька! Проснулась, радость моя!

Я резко поднялась на ноги и уставилась на… маму, наверное. На феячью маму. Очень странно было видеть её именно в таком образе — в синем воздушном платье, с сиренево-зелеными крылышками, как у меня, с каштановыми кудряшками на голове вместо мягких локонов и огромными для её пропорций глазами.

— Ма… ма? — неуверенно спросила я.

Фея кивнула и понеслась меня обнимать. Пока она меня обнимала, в дверном проеме показался раздраженный отец. Подозреваю, причиной его раздражения был недавний разговор с матерью. Мама взяла меня за руки и с самым умильным выражением лица глядела на меня.

— Красавица моя! Я так скучала! Так переживала за тебя!..

— Кхм, — Дейм кашлянул, все еще смотря с высоты своего роста на свою раскрытую ладонь, на которой, собственно, и стояли мы. — Может, вы поговорите в другом месте? Точнее, на другой поверхности? Признаться, я чувствую себя лишним при этом разговоре, а уйти не могу.

— Ой, конечно-конечно, — улыбнулась мама и вспорхнула. Подлетев к Дейму, я прикоснулась к его щеке в крошечном поцелуе, после чего отправилась к маме на кровать.

— Тогда оставлю вас вдвоем. Вам о многом следует поговорить.

Дейм вышел, а я осталась наедине с мамой, продолжающей улыбаться. Если честно, я и сама была безмерно рада её видеть! Столько ей хотелось рассказать, поведать! Но вместо этого я порывисто обняла её и, к своему стыду, расплакалась. Судя по всхлипу, мама тоже не удержалась от эмоций. Она гладила меня по плечам, волосам и приговаривала, что все будет хорошо. А я так скучала по ней! Очень сильно!

— Мама! — внезапно сказала я и отстранилась, утерев слезы. — А я замуж вышла!

— Да знаю уже, — с усмешкой протянула она. — Наследник рода рос Ормонд. Между прочим, не самая худшая кандидатура.

— Самая лучшая! — уверила её. — Я очень люблю Дейма! Он замечательный!

— Верю, девочка моя. Ох, сколько всего произошло! Я ведь знаешь как испугалась, когда ты пропала. Смекнула, что в другой мир отправилась, только вот сама не имела возможности вернуться вместе с тобой. Места себе не находила. Я рада, что ты у меня такая умная и все смогла решить. Только вот… Шеашеня казню! Нет, честное слово — казню! Зачем он вообще тебя в этот мир потащил?!

— Спасения искал.

— Спасения искал! — передразнила мама. — Впрочем, может, оно и к лучшему. В свое время я бежала из этого мира, желая спасти тебя, дитя моё. Траноил стал отбирать слишком много, не по своей воле, а из-за лишних потоков, тянущих у него силы. Я переживала, что погибну вместе с тобой.

— Я знаю, — шепнула я и накрыла руки мамы своими. — Теперь все будет хорошо.

— Ох, Машунь…

— Кстати, — неожиданно сказала я, нахмурившись. — А почему меня местные называют Лариэттой?

— Лариэттой? Хм, так звали мою мать, и по традиции я должна была так же назвать и свою дочь. Но мне никогда не нравилась эта традиция!

— Мне тоже, — поморщилась я и продолжила расспросы: — Скажи, почему вы ссорились с отцом? Он что-то сделал?

Мама вздохнула. Мне чувствовалась в этом вздохе обреченность.

— Нет, он все сделал правильно, наверное… Ох, Машунь, столько информации на меня вывалилось, что мне сложно было как-то с ней справиться. Давай не будем об этом. Раз ты пришла в себя, мы должны пойти к Траноилу. Я слабо чувствую его зов — он совсем плох. Не знаю, хорошо это или плохо.

— Мам, — начала я, вспомнив обсуждаемый ранее с Деймом план. — Мы тут подумали и решили, что Траноил слишком опасен. Феи не должны зависеть от него.

— О чем ты, Машунь? — удивилась мама. — Как же иначе мы сможем вернуть магию?

— Нет, магию мы вернем через него, но позже… Дейм подкинул интересную идею. Создать два потока, идущих в разные стороны, и соединить их концы. Затем уничтожить Траноил, тогда потоки замкнутся.

— Уничтожить Траноил? Маша, о чем ты говоришь? Он питает наш мир магией!

— Но ведь два закольцованных потока в Шарахарде не иссякали все это время, — возразила я. — И питали материк под куполом магией. Почему бы не попробовать этот же трюк с двумя более мощными потоками?

Мама молчала и размышляла. Потом, что-то прикинув, посчитала этот план рациональным. У неё возник лишь один закономерный вопрос, ответ на который я тоже не знала. Как уничтожить Траноил?

— Я об этом не подумала, — пробормотала я. — Идея принадлежала Дейму, я почему-то разумно посчитала, что он все знает.

— Ладно, мы это решим несколько позже, — все так же задумчиво протянула родительница. — Пока же нам необходимо вернуться в королевство фей. Ваш план хорош, но все нужно смотреть по обстоятельствам. Сейчас главное — оживить Траноил, вернуть магию, чтобы мы могли дать отпор.

Я согласно кивнула. С улицы донесся гомон множества голосов. Мы с мамой одновременно приникли к окну, чтобы понять, что могло так взволновать эльфов и гостей леса. Но понять что-то в такой отдаленной речи было невозможно, поэтому мы полетели ко входу. Нас встретил взволнованный Дейм.

— Что случилось?

Вопрос прозвучал от мамы, но, даже если бы она не задала его, Дейм уже готовился ответить:

— Оракулы видели, как орки снаряжают флот.

— Сколько времени до того, как предсказания сбудутся? — деловито уточнила мама.

— Не больше трех дней.

— Плохо. Очень плохо! У нас мало времени. Мы с Машей немедленно отправляемся в Гриболесье.

Мама, взяв меня за руку, потянула к выходу. Но она плохо знала герцога Вараферо, когда думала, что он так легко нас отпустит. Дверь захлопнулась буквально перед нами. А Дейм стоял позади, скрестив руки на груди.

— Уважаемая Самиани, вы, видимо, что-то недопоняли. Маша — моя жена, и я её никуда не отпущу. Если хотите уйти в Гриболесье, придется взять меня с собой.

— Но ты человек! — воскликнула мама. — Ни один мужчина не входил в королевство фей!

— Я и не прошусь в ваше королевство, — возразил Дейм, хмыкнув. Этим он дал понять, что если бы он захотел, то никакие возражения на него не повлияли бы. — Но и одних отпустить вас в Гриболесье не могу. Я пойду с вами.

— И я!

Последний возглас принадлежал Шеашеню, вылетевшему из соседней комнаты. Я едва не бросилась обнимать его и благодарить, как дракоша, увидев меня, сам ринулся ко мне, сжав в по-настоящему драконьих объятьях.

— Лариэтта-а-а, как я скуча-а-ал! Всего пару часов тебя не видел, а таких страхов натерпелся в твоем мире! Меня едва этот… как его… автобус не сбил!

Представив глаза водителя, который увидел бы на своем лобовом стекле дракошу с непробиваемой шкуркой, нервно рассмеялась. Шеашень же не обратил на мои эмоции внимания, обернулся к Дейму и нетерпеливо спросил:

— Когда выдвигаемся?

— Через минуту.

Властелин зашел в свободную комнату, забрал одноплечный рюкзак и вышел к нам. Посадив меня на свое плечо, он открыл дверь и спустился по лестнице. Шеашень и мама полетели за нами. Эльфы, окружавшие озеро полукругом, бросились к нам. У всех находилось множество вопросов, но Дейм ответил лишь на один, заданный Ариэлинором.

— Передай лорду Эварду, что план остается прежним.

Ариэлинор кивнул и, рассекая толпу, направился в парящий дворец. Далее нас задерживать никто не пытался, лишь провожали обеспокоенными взглядами.

— Мам, а где Романда и Роксала? Помню, что именно они первыми влетели в комнату перед тем, как я потеряла сознание.

— Они уже должны быть в Гриболесье, — ответила родительница. — Темный властелин дал им сферу перехода, а я отпустила их, чтобы известить народ о возвращении королевы.

Вновь представив эпичное возвращение, я поморщилась. Не хотелось бы повторения прошлого раза! Все эти глаза, полные надежды, а после плевки в душу. Феи весьма эмоциональный народ, а я сейчас была морально неустойчива, чтобы терпеть их выходки. Да и, если честно, я не чувствовала, что это был «мой» народ. Меня не воспитывали с мыслью о том, что я принцесса фей и несу какую-то ответственность, поэтому сейчас я её совершенно не ощущала, что неудивительно. Единственной моей задачей было вернуть в мир магию, чтобы Рогард противостоял флотилии орков. На этом все.

Переход был мгновенным и уже практически незаметным. В этот раз даже обошлось без помощи Дейма — вот мы стояли за границей Лесных чертогов, а в следующую секунду оказались в Гриболесье. Тошноты не было, но я по привычке вдохнула воздух полной грудью и огляделась. В душе поселилось тоскливое и щемящее чувство, которое было слишком иррациональным, чтобы я поняла его причину.

Я не настолько запомнила Гриболесье, чтобы узнать его, но вот вход в королевство фей не узнать было невозможно. Сейчас он уже не выглядел так, как раньше, — теперь никакой пленки не было, а два ствола, некогда сплетенных вместе и открывающихся по волшебству, были надломлены. Королевство фей отныне не охранялось магией.

Из-за деревьев начали вылетать феи с рогатками в руках. Я сразу же почувствовала дежавю, когда они точно так же наставляли на меня орудия при моем первом посещении Гриболесья. Но феям удалось меня удивить — рогатки опустились, а вперед вылетела Фреада — главная среди защитниц, которая и в прошлый раз приветствовала меня первой, — и склонила голову перед моей матерью.

— Ваше величество, мы вас ждали!

— Я тоже рада вернуться, Фреада, — с грустью откликнулась мама и посмотрела на разрушенный проход. — Хоть мне и больно видеть, что произошло с нашим королевством.

— Ваше величество, — обратилась Самиэлла, та самая, что и в прошлый раз не могла сдержаться от высказываний, — вы оставили нас на произвол судьбы. Расскажите, почему вы так поступили? Все феи томятся в неведении и жаждут узнать правду.

— Все слишком запутанно, Самиэлла, — откликнулась мама. — Пройдемте к Траноилу. Я чувствую, как он взывает ко мне.

Так вот что за тоска одолевает меня! Это зов Траноила! Ему и правда тяжело сдерживаться, за последние минуты я будто стала лишена любой радости, а ведь еще в Чертогах лучилась счастьем. Мама полетела ко входу, я устремилась за ней, лишь на мгновение обернулась к Дейму. Он хмурился, но не посмел меня задерживать, я же просто не могла сопротивляться зову.

Мы вместе с мамой летели по улочкам фей, выглядевших еще более испуганными, чем в прошлый раз. Если раньше в их глазах была надежда, то сегодня — настоящая обреченность. Шеашень хмурился и бросал недовольные взгляды. У дерева нас ждала Виана — причем особой радости она не испытывала. Я удивилась, каким холодным взглядом её наградила мама, пролетая мимо. Я бы обязательно придала этому значение, если бы не зов Траноила — он лишал практически всех эмоций.

Мы с мамой подлетели к нему с разных сторон и, не мешкая, приложили обе ладошки. Они легко прошли сквозь оцарапавшую кожу кору, будто та была иллюзорной, и легли на внутреннюю древесную ткань. Она была будто тугими канатами, серыми, безжизненными. А мои руки — настоящими магнитами, я буквально прочувствовала, как они притягивают к себе что-то из глубины корней, идущих от самого центра мира. Миг — и ладони словно соприкоснулись с чистейшей материей — разноцветной, мощной, взрывной. Траноил будто восстал из пепла, засветился, ветки поднялись выше, наполнившись листвой, а кора стала переливаться перламутром. Я охнула от удивления, почувствовав мощный рьяный поток, хлестнувший от дерева в разные стороны. От него затряслось все вокруг, а многие феи не удержались в воздухе и кубарем покатились дальше, врезаясь в стволы деревьев. Потоки пронизывали все вокруг, но самый мощный устремился в небо, разгоняя облака и разливаясь во все стороны, покрывая мир перламутровым куполом.

О каком ритуале говорилось в пророчестве и почему феи держали меня столько времени голодной, когда Траноилу не нужно ничего, кроме моей крови? Или же кто-то из фей, та самая предательница, лишь придумала ритуал, зная, что дело вовсе не в нем?

Мои руки стали дрожать. Краем глаза я заметила, как мама отлетела в сторону, упав на землю и потеряв создание. Вскрикнув от испуга, я попыталась отскочить от дерева, но какой там! Оно прочно держало мои руки и продолжало питаться. Я почувствовала, как сопротивляться ему становилось все сложнее, силы уходили, а в сознании меня удерживала лишь одна мысль — мне нужно как-то спасти маму, проверить её состояние.

Внезапно на талию легли шершавые лапы и прочно вцепились меня, пытаясь отодрать от дерева. Шеашень старался изо всех сил, я помогала ему. Наконец магия начала поддаваться нам, и я смогла вынуть одну руку, как почувствовала, что лапы на моей талии начинают увеличиваться и уже скоро могли просто сдавить меня. Хватка тут же разжалась. Из последних сил я выдернула вторую руку, кубарем отлетела назад и врезалась во что-то мягкое, чешуйчатое. Оглянувшись, я увидела… брюхо. Огромное брюхо, увеличивающееся в размерах. А наверху — драконья морда! Огромная драконья морда! Теперь у меня точно не повернется назвать Шеашеня дракошей! Это был огромный дракон! Который в данный момент ломал своим хвостом феячьи дома.

«Ой, да ладно, новые отстроят!» — подумала я и бросилась назад, туда, где лежала мама.

Она дышала. Облегченно выдохнув, я попыталась взять её на руки, но сил совершенно не было. Я едва не упала вместе с её телом. Шеашень взмахнул огромными крыльями, и меня сбил поток ветра — я упала, накрыв собой маму. От поселения фей мало что осталось — теперь вокруг были руины, а солнце закрыло огромное тело дракона.

Нет, так продолжаться больше не может! Мне необходимо вернуть свои размеры!

Пригляделась к окружающему пространству и увидела потоки, которые еще недавно показывал мне Дейм. Вокруг же теперь есть магия! Значит, я могу ею воспользоваться. Отлетев от мамы, я прикрыла глаза и вспомнила свои ощущения, когда была большим человеком. Воспроизвела все в точности, а потом почувствовала, как тело начало деформироваться. Ощущения были самыми неприятными, но вот спустя секунду я уже стояла в своем привычном размере посреди маленького народа фей. Сообразив, что они тоже могут становиться людьми, все феи стали поспешно оборачиваться девушками. И вот посреди всей это вакханалии я увидела Дейма. Пока оглядывалась по сторонам, не заметила, как он подошел ко мне и, сняв камзол, собирался накинуть его на мое голое тело.

— Дейм! — воскликнула я. — Не смотри по сторонам!

— Да что я там не видел… — начал он, но осекся и усмехнулся.

Там куча голых девушек, а он заботится о том, как бы прикрыть меня! Смешной он, однако! Все же надев камзол, поплотнее запахнув его, я подняла на руки маму. Дейм провел рукой над ней, что-то пробормотал и отчитался:

— Сильное магическое истощение. При нынешнем магическом фоне восстановится быстро. Но нам надо поторопиться.

— Ей что-то угрожает? — обеспокоенно спросила я, ласково держа маму на ладони.

— Я не о ней, Мари. Я о Траноиле.

— А что с ним? — спросила я и обернулась.

Дерево продолжало выбрасывать магические волны. Это же замечательно! Разве нет?..

— С ним все плохо, — констатировал Дейм и нахмурился. — Слишком долго он копил энергию, не находя ей выход. При нынешнем выбросе о куполе над Шарахадом стоит не беспокоиться — он уже давно разлетелся на мелкие частицы, как вскоре это грозит и Шарахарду, а заодно и Рогарду. Если быть кратким — то всему миру. Магия его просто выжжет.

Ой!

— А что же делать? — обеспокоенно спросила я.

— Пытаться воплотить изначальный план в действие, только для этого надо пустить один магический поток вниз, чтобы создать некое подобие катушки, вырабатывающей магическое поле.

Никогда ничего не понимала в физике, а уж в магической — тем более! Но несмотря на это согласно кивнула. На глаза попалась Виана — она понуро сидела на одном из корней дерева и будто бы невидящим взором глядела в землю. Кажется, я знаю, кто был причиной всему этому. Бережно передав маму Дейму, я подошла к Виане, все еще находящейся в образе феи.

— Это ведь ты? — спросила я, и фея подняла на меня растерянный взгляд. — Ты помогла оркам и дала им собственный поток! — Фея не отрицала. Мне хотелось ей многое высказать, но она и так выглядела совершенно убито, а у нас не было времени. — Ладно, плевать! Сейчас нужно, чтобы ты вновь пустила такой же поток вниз, как сделала это раньше. Ты меня слышишь?

Виана некоторое время растерянно глядела на меня, а после осознанно кивнула. Полетев к Траноилу, она начала делать какие-то пассы руками и что-то шептать. Магический фон вокруг неё вспыхивал и потухал. Я обернулась к Дейму, но тут же отвлеклась на тень над нами.

Нас собирался раздавить дракон!

Все, капут!

Вот и спасли мир!

Я со всех ног побежала к Дейму — если и умирать, то вместе с ним и мамой! Даже глаза прикрыла, оказавшись в родных объятиях, но ничего не произошло. Осторожно приоткрыв глаза, огляделась. Рядом с Траноилом стоял мужчина, окутанный белым коконом, который постепенно растворялся, оставляя незнакомца абсолютно голым. Нет, здесь точно творится какая-то вакханалия! А ведь феи уже стали заинтересованно глядеть на прибывшего «голыша». Он, кстати, был симпатичным высоким мужчиной, даже с намеками на некогда украшавшие его мускулы, но теперь с пивным животиком. Этакий Антонио Бандерас[1] с длинными вьющимися волосами, в располневшем виде.

— Маша! Не смотри по сторонам, — передразнил меня Дейм с усмешкой.

— Все-таки пирожки были лишними, — слегка поморщившись, сказал… Шеашень?

— Это что же… Шеашень? — уточнила я у мужа, переведя на него потрясенный взгляд.

— Да, — подтвердил Дейм с веселой улыбкой. — И он нам очень поможет.

Дейм бережно передал мне маму, после чего снял с себя белую рубашку и бросил её Шаешеню. Тот ловко её поймал и обернул вокруг бедер. Я смотрела на него широко раскрытыми глазами (нет, не из интереса, а просто реально была шокирована, что вот это Шеашень!). Дракон подошел ближе и подмигнул мне.

— Теперь мы квиты, Лариэтта. Ты тоже видела меня голым.

У него даже голос изменился — стал глубоким, бархатистым. Ну и чудеса!

— В смысле «тоже»? — переспросил Дейм, обернувшись к нам, и нахмурился. — Когда ты успел увидеть мою жену голой?

Упс.

— Э-э, — мысли Шеашеня был схожи с моими, поэтому он попятился. — Ну как тебе сказать, Вардейм…

— Убью! — натурально рыкнул Дейм и постарался успокоиться. — Но после того, как ты мне поможешь. Иди сюда, любопытный ты наш.

Шеашень сделал осторожный шаг в сторону Дейма и тут же отскочил под взглядом моего мужа. Пересилив свой страх, он подошел ближе, но не настолько, чтобы Темный властелин мог до него дотронуться.

— Неужели я попал в рай? — внезапно услышала я голос отца. Все присутствующие повернулись к нему, а он усмехнулся и оглядел перепуганных фей, жавшихся друг к другу, но почему-то не уходящих, а продолжавших наблюдать за Вианой. — Здесь особая вечеринка? Мне тоже стоит раздеться?

— Вы вовремя, Темнейший, — бросил ему Дейм.

— Столько голых девиц, как я мог это пропустить? — с усмешкой спросил отец, после чего присоединился к Дейму и Шеашеню.

Виана, что-то громко прокричав, упала навзничь. Поток, отдаваемый деревом, немного уменьшился, после чего властелин подхватил тело Вианы и положил его рядом со мной. Я села на ствол поваленного дерева, как раз рядом с перевернутым королевским домом, и осторожно погладила маму по волосам. Мне хотелось, чтобы она поскорее очнулась.

Трое мужчин выстроились вокруг дерева. Они начали читать какое-то заклинание. Дейм был ведущим в этой связке, поэтому он делал какие-то пассы руками. Магический фон вокруг Траноила постоянно менялся, а само дерево будто сжималось. Оно взывало ко мне. Мне хотелось полететь вперед, но лишь любовь к маме удерживала меня — ради неё я боролась с внутренней тоской и упадком сил. Это не мои эмоции, не мои! Они принадлежат умирающему дереву! Траноил слишком долго использовал королевский род фей, чтобы так просто сейчас сдаться и полететь ему на выручку!

Напряжение возрастало. Все феи подходили ко мне и садились рядом. Некоторые положили свои руки на плечи, будто пытаясь меня удержать, будто они чувствовали мои сомнения. И когда сил сопротивляться практически не осталось, а я поднялась на ноги, оставив маму рядом с Вианой, все резко прекратилось. Я пошатнулась и упала, придерживаемая заботливыми руками других фей. Траноил начал крошиться на моих глазах. Шеашень подошел к Дейму, чтобы придержать его за плечи. Отец тоже едва стоял на ногах.

Но тем не менее дело было сделано: Траноил разрушен, а я больше не чувствовала его давящей силы. Сознание, решив, что его долг выполнен, ушло в забытье.

[1] Испанский актёр, режиссёр, продюсер и певец.