Глава 13 — Дункан

Бальный зал встретил нас тишиной: разговоры смолкли, а музыка вдруг заиграла тише. Оно и понятно: все смотрели на нас оценивающе. В первую очередь на Синтию, ставшую сегодня яркой звездочкой на экзамене, обратившись в белую виверну. Стоило вспомнить, как переливалась ее чешуя, как величественно она вскидывала заостренную морду и как сияли голубые глаза-алмазы, так сердце замирало. Теперь никто не посмеет взглянуть на мою дорогую женщину взглядом, полным презрения.

Но одна все же взирала, кривя губы. Я усмехнулся, поймав недовольный взгляд Делии. Наш с ней короткий, но безумный роман обратился в ничто. Она порвала со мной, считая меня недостойным ее персоны драконом. Итогом стала моя связь с Синтией, сначала чтобы отомстить, а затем вспыхнули настоящие чувства. Синтия знала, что наш договор дракона и его хранительницы магии изначально был основан на жалости. Тогда ее не смущали мои мотивы, потому что она желала выбраться из-под опеки дяди, главы семьи, и от сходства с его дочерью. Мы связали себя вместе, чтобы спрятаться от деспотичности наших семей. Мы стали друг для друга той гаванью спокойствия, в которой отчаянно нуждались.

Эти эмоции выросли в сильное чувство, толкающее на желание связать с Синтией жизнь. Однако пока я не планировал повторять попытку сделать предложение, зная, что любимая снова откажет. В ее взгляде горела искра, яростно сопротивляющаяся миру, и мне хотелось создать условия, чтобы моя хранительница чувствовала себя в безопасности и гармонии. Казалось, раньше девушка была мягче, но за ее робкой улыбкой скрывался стержень великого дракона. Белые виверны давно не являлись миру, а то, что волосы Синтии посветлели означало, что огромная магическая энергия разом пробудилась и высвободилась.

— Тебе некомфортно, милая? — поинтересовался я, когда хранительница прижалась ко мне и крепче ухватилась за руку.

— Слишком много взглядов, — вздохнула Синтия. — Это странно.

— Странно, согласен. Но позволь им хотя бы любоваться тобой издалека. Большего они все равно не получат.

Я усмехнулся, в какой-то мере ощущая себя на привилегированной позиции относительно других. Это льстило, пусть и выглядело по-мальчишески. Краем глаза заметив, что к нам спешили мой отец и дядя возлюбленной, я стиснул челюсти, готовясь выслушать нелицеприятные речи и защищать Синтию от нападок. За высшими главами, высокомерно вздернув нос, мельтешила Делия на каблуках, что со стороны выглядело несколько забавно. Спустя время мне удалось осознать, что она пыталась привлечь к себе внимание любым способом, а спутник для нее был лишь дополнительной декорацией, усиливающей статус, и средством, дарящее удовольствие и изгоняющее тоску. Взять даже тот неожиданный визит и предложение восстановить отношения…

Я должен поблагодарить судьбу, избавившую меня от проклятия жениться на главной наследнице рода Грель.

— К нам идут наши старшие, — прошептал я, наклонившись, чтобы услышала только Синтия.

Она напряглась и вскинула голову. В ее взгляде читалось нескрываемое волнение. Рядом проходил слуга с подносом напитков, и я тотчас воспользовался его предложением, взяв бокал для себя и возлюбленной. Слуга сразу же склонил голову, прощаясь, и ретировался восвояси, чтобы обслуживать других гостей мероприятия. А сегодня все высшие персоны собрались, чтобы поприветствовать в своих рядах следующее поколение высших драконов. Этим следовало воспользоваться, чтобы выйти из-за тени выдающегося отца.

— Выпей и ни о чем не беспокойся, любимая. Оставь их мне. — Я вручил Синтии бокал — хранительница тотчас отхлебнула и неловко закашлялась.

— Ну и вкус, — возмутилась она, чем вызвала улыбку.

Я приобнял любимую за талию, успокаивая, затем бросил взгляд на старших, поравнявшихся с нами. Дядя Синтии, Винсент Самуил Грель, лучился дружелюбием. Он завел руки за спину и взирал на мою хранительницу, как на неожиданно найденный трофей, годами пылящийся на полке дальнего стеллажа в библиотеке, куда никто никогда практически не заглядывал. Отец, казалось, тоже смягчился, выглядя рядом с высоким и жилистым Винсентом низкорослым крепким… пнем.

— Рад приветствовать, — сухо откликнулся я.

— Поздравляю вас обоих с успешно сданным экзаменом. Бой выдался… интересным, особенно в завершении всей программы. Вам удалось многих заинтересовать… — Отец замолчал, переведя взгляд на Синтию. — Юная леди, ваше обращение поистине шокировало всех. Теперь на рынке невест многие взглянут на вас по-другому.

— Поистине, — поддакнул дядя Синтии и погладил бороду. — Кто бы мог подумать, что для полукровки позднее магическое созревание выльется в чудо. Не зря я растил тебя с такой заботой. Пожалуй, нам стоит обговорить условия брака наших детей?

Винсент с охотой переменил тему, а отец даже обрадовался подобному предложению, хотя всегда, при любом удобном случае, перемывал мне кости за контракт с Синтией в роли хранительницы. Пусть этот договор лишь временный и обязывает контракторов совместно генерировать магию до совершеннолетия, но зачастую связь перетекала в романтическую.

Окружающие свыклись с нашим присутствием, и отовсюду снова донеслись шепотки. Они сплетничали, не отрывая взглядов.

За нас решали будущее, что вызывало во мне бурю эмоций. Я не знал, как совладать с ней и как правильно выразить мысли. Даже если план взрослых соответствовал моему желанию.

— Может, вы нас сначала спросите? Вдруг я не намерена выходить за Дункана? — процедила Синтия с неприязнью, опустила мой локоть и скрестила руки на груди. — Вы не считаете это хотя бы аморальным? А как же полукровка, родившаяся от связи дракона с низшим существом? Белая чешуя ослепила?

Синтия крутила бокал и наблюдала, как вино перекатывалось на стенках водоворотом. Ее голос звенел, будто сталь. Непривычно. И странно. Конечно, Синтия говорила верные вещи, и мы способны сами вершить свою судьбу, без участия старших, но ее твердый тон и принципиальность в высказываниях отчего-то вызвали холодок по коже. Это была не та девушка, которая в прошлом молча сносила издевательства Делии и косые взгляды окружающих. Сейчас она не страшилась даже старших, бросив на них испепеляющий взгляд.

Хотя… когда-то Синтия ведь пошла против моего отца, узнав об измене, затуманившей разум, но все же решившись остаться моей хранительницей. Моей парой. Тогда отец точно выглядел свирепо, а любимая не сломилась под силой его воли.

Драконидица устало вздохнула.

— Я говорю о том, что мы сами решим, готовы ли скрепить наши отношения браком. Так ведь?

Она перевела на меня взгляд, и я кивнул. Однако от неприятного чувства не мог полностью избавиться. В груди буквально поселилась тревога, медленно отравляющая весь организм своим ядом.

Я сделал шаг ближе и вновь приобнял хранительницу, чувствуя тепло ее тела. Она не шелохнулась, не оттолкнула, поэтому мое волнение немного улетучилось, позволяя дышать свободнее.

Синтия не отвергала меня. Мне это почудилось. Она противилась старшим, пытающимися манипулировать нашими жизнями снова и снова.

— Кажется, тебе непросто пришлось в академии, — снисходительно улыбнулся отец, тогда как дядя Синтии гневно стиснул челюсти и раскраснелся.

Моя хранительница произнесла слова громко и твердо — скорее всего, некоторые высшие драконы смогли разобрать предмет разговора. Пойдет новая волна сплетен. А для репутации генерала и Винсента Самуил Греля это было опаснее всего. Они держались за свою славу, ценили ее сильнее жизни собственных детей. Недаром не совершившаяся помолвка между Делией и мной долго была камнем преткновения между нашими семьями.

— Не слишком ли ты груба в присутствии генерала? Для тебя огромная честь — подняться так высоко и стать невестой семьи Кендрик. Извинись! Сейчас же! — взревел Винсент, еще сильнее привлекая окружающих к нашей беседе.

Синтия тем временем пригубила вино, смакуя послевкусие.

— Мы только выпустились из академии, — начал я, защищая возлюбленную от нападок ее дяди, — наш договор действует. Нет смысла торопить события и беспокоиться… о выгодной продаже племянницы. — Сам не понял, как с языка сорвались истинные мысли. Взгляд зацепился за Делию, скрывавшуюся за спиной своего отца, и я с иронией добавил, больше не заботясь о возможных последствиях: — Вам бы следовало сначала побеспокоиться о родной дочери. После нашего разрыва ей так и не удалось приворожить выгодную партию. Время красоты увядает.

Делия оскорбленно пискнула, раскрыла рот и тут же закрыла. На ее глазах выступили слезы, но я не чувствовал себя растроганным или виноватым. В конце концов то, что когда-то устраивала она, в разы не шло с моими словами.

А вот на ее отца речь подействовала молниеносно. Тот выхватил бокал из рук Синтии и уже намеревался плеснуть на меня вино, как отец вцепился в запястье Винсента. Вино окрасило их рукава пятнами.

— Если мой сын публично пострадает…

Я ухмыльнулся, удивленный, что отец решил вступиться в подобной ситуации, пусть и сыпля угрозами. Однозначно я был виновен, но не чувствовал себя виноватым. Даже готовился принять участь оказаться мокрым и, наверное, липким. Такой выпускной точно запомнился бы многим.

— Не зря я упомянула, что чешуя ослепила, — хохотнула Синтия, привлекая мое внимание.

Хранительницу явно позабавила развернувшаяся ситуация. Мы оба смотрели, как старшие буравили друг друга взглядами. Шепотки за спинами усиливались. Несколько высокородных даже посмели приблизиться, но я остановил их жестким взглядом.

— Что ж, не стоит поднимать суету…

Мне не удалось договорить, поскольку старшие будто вышли из состояния транса и расцепили руки. Дядя Синтии буквально бросил бокал на поднос мимо проходившему слуге, из-за чего тот чуть ли не потерял равновесие.

— Мы пойдем, — сухо бросил отец и развернулся. — Развлекайтесь, дети. Это ваш праздник.

Вскоре старшие ушли, однако Делия осталась стоять на месте, буравя меня взглядом.

— Тебе тоже пора, — мягко напомнил я, но девушка хмыкнула.

— Даже не думай, что сможешь обойти меня, — возмутилась Делия, тряхнув золотыми кудрями. — Отец не позволит вам занять более высокое положение, чем я. Особенно полукровке, родившейся от связи с некромантом. Позор семьи. Если выйдешь за Дункана, сына генерала, я стану женой более влиятельного дракона. Так и быть, можешь взять объедки после меня…

Делия исходилась желчью. Она буквально тряслась от ярости.

— Не слишком ли много ты на себя берешь? — спросил я, сдерживая смех.

Но драконица со скрипом развернулась на каблуках, подхватила юбку и засеменила восвояси.

Представление закончено.

— Тебе не кажется, что атмосфера здесь немного испортилась? Как насчет прогуляться немного снаружи, на свежем воздухе? — Синтия вплотную приблизилась, положила мне ладонь на грудь и с обворожительной улыбкой произнесла шепотом: — Мы можем прогуляться до места, где удерживают сегодняшних ведьмочек с экзамена. А потом… Как насчет свидания в твоей спальне?

Воображение тотчас подкинуло образ Синтии в моих объятиях, раскрасневшуюся и тающую от удовольствия. Я сглотнул слюну и опустил взгляд. Это платье прекрасно сидело на возлюбленной, но еще сильнее мне хотелось его снять, обнажить белую кожу, поцеловать. Я едва сдержался в спальне, требуя от себя выдержки, но…

Хотя бы поцеловать возлюбленную можно даже здесь. Да?

Синтия игриво улыбалась, словно призывая к действию. Она кокетничала со мной, а я никогда не мог сопротивляться ее воркующему настроению. Моя хранительница приглашала меня выбраться из душного, наполненного ядовитыми змеями бального зала. За нами следили. Продолжали обсуждать — всё это казалось теперь ненужным и бесполезным. Изначально я планировал представить Синтию нескольким драконицам, чьи семьи в нашем обществе имели высокое положение, — теперь-то они не стали бы крутить у виска и демонстративно фыркать, — однако после экзамена слава о ней, ее обращении пошла далеко вперед. С отъездом высших драконов сплетни распространятся вне столицы — нам это на руку.

Я сам убеждал себя, что этот бал больше не имеет для нас значения — цели достигнуты. Моя возлюбленная собственными силами растоптала мир, отвергающий ее, и доказала, чего стоит.

Могу ли я тогда сдаться напору Синтии?

Ее нежный взгляд соблазнял, кружа голову.

— Ну так что? — задалась вопросом хранительница и, играя пальчиками вдоль наград на моей груди, переместила ладонь на плечо.

— Разве тебе не хочется повеселиться? Потанцевать? Поболтать с другими драконицами? Или хотя бы насладиться десертами?

Я говорил сдавленным горлом. Казалось, и не своим голосом, ставшим более низким, грудным и страдающим.

В конце концов, мы не были вместе долгих три месяца из-за отъезда на экспедицию, а потом суета с экзаменами не позволила толком нам провести время наедине. А Синтия очень редко решалась проявить инициативу, поэтому момент оказался особенно волнующим.

Я коснулся щеки возлюбленной и наклонился. Девушка поддалась порыву — наши губы соприкоснулись. Это мгновение было желанным, мучительным и сладким одновременно.

Я целовал ее, обнимал, наслаждался ее ароматом, звуком ее тяжелого дыхания. Она отвечала, трепеща в моих объятиях. Когда же слуха коснулся едва уловимый стон, мои барьеры разрушились. Страсть захлестнула с головой, и, ничего не ведая, я углубил поцелуй, сплетая наши языки, а потом кусал и терзал губы возлюбленной.

— Пресвятые… небеса, что ты со мной делаешь? — вздохнул я, ловя воздух.

Синтия смотрела на меня одурманенным взглядом. Ее щеки пылали.

Меня охватило такое счастье, что, казалось, вот-вот провалюсь сквозь землю. Мы целовались не впервые, но впервые это было очень… эмоционально? Отчаянно, безудержно и словно в последний раз.

Я отогнал странную мысль и потянул возлюбленную вслед за собой. Она переступила ногами, но пошатнулась, будто ослабела, ухватившись за мой рукав. Поцелуй и ей вскружил голову в той же мере, что и мне. Это осознание особенно согревало душу. Мы потеряли контроль и теперь точно станем горячей темой выпускного еще на долгое время. Отец потом наверняка устроит взбучку, но терять больше нечего.

— Нам лучше уйти совсем, — добавил я и обернулся. Синтия кивнула, неловко потупив взгляд. Однако вдруг замерла, испуганно всматриваясь в толпу. — Что-то случилось? Кто-то знакомый?

Но хранительница помотала головой.

— Показалось, наверное, — улыбнулась Синтия и сплела свои пальцы с моими.

Так мы вышли из зала — под шепотки и заинтересованные, оценивающие взгляды высших драконов.

Снаружи уже стемнело. Поднялся ветер. Холодный воздух действовал на меня отрезвляюще, успокаивая бешеное сердцебиение.

— Никогда еще столь интимный момент не был для меня публичным. А если бы я потерял рассудок от страсти? Что бы тогда? М? — рассмеялся я, приобняв возлюбленную за талию, а затем покрывая ее спину своим плащом, чтобы согреть.

— Не потерял же?

Я чувствовал, как Синтия спрятала улыбку, наклонив голову, и уткнулась носом мне в грудь. Руки девушки сплелись кольцом на моей талии.

— А мог… — парировал я, ухмыльнувшись. — Это слишком жестоко.

Мы продолжали стоять, обнявшись, словно не желали разрушать момент уединения. Холодало сильнее, и я начал растирать плечи драконидицы поверх ткани плаща. Не хватало еще, чтобы она простудилась, тогда как только сегодня ее тело претерпело колоссальные изменения, подвергшие организм стрессу.

— Пойдем? — будто прочитав мои мысли, спросила Синтия. Она вскинула голову и ласково посмотрела на меня. — Я правда хочу узнать, как поживает та ведьма. Меня совесть гложет, вдруг пострадала?

Отчего-то мне сразу стало не по себе. Между нами будто пролегла пропасть. Я плотно сомкнул губы, не понимая, почему хранительница вновь поднимала эту тему. В прошлый раз я дал исчерпывающий ответ и теперь повторил снова:

— Я не знаю, где они находятся. Я ничего не знаю о провинившихся ведьмах.

— Не ври мне, — с укором проговорила Синтия и улыбнулась. — Я не собираюсь ничего делать. Да и они точно не смогут напасть. Там ведь наверняка есть охрана?

Возлюбленная закусила губу, заупрямившись. Сейчас девушка походила на капризного ребенка, вымогающего конфету, но мне это совершенно не нравилось. Синтия не верила мне! Я постарался взять себя в руки, решив, что попросту накручиваю себя. Машинально потянулся к хранительнице, желая убрать прядь ее волос за ухо, чуть выбившуюся из прически.

— Синтия, — начал я, ощущая в груди странное давление. Никогда еще не чувствовал себя столь подавленно. — Что я сделал не так в прошлом, раз ты не веришь мне? Это из-за моей ошибки?

Синтия удивленно округлила глаза и немного отстранилась. Кажется, она не понимала, о чем я сейчас говорил.

— Это из-за того, что после нашей первой ссоры я ушел к Делии? Такого больше не повторялось. Я верен тебе. Я люблю тебя. Я хочу жениться на тебе. Ты же знаешь об этом? — Голос вдруг приобрел отчаяние. Я прочистил горло и добавил: — Несмотря на твои отказы, я все еще надеюсь и жду твоего согласия.

Теперь я проклинал себя за несдержанность — пропасть между нами росла с каждым словом, но я не мог остановиться. Я хотел знать ответы на свои вопросы. Всегда. После каждого отказа меня разрывало на куски, но силой воли мне приходилось восстанавливать себя по крупицам и ждать. Просто ждать, не вспоминая болезненную для нас обоих ситуацию.

Когда Синтия, высвободившись из объятий, отошла на несколько шагов и поежилась от холода, я понял, что всё разрушил. Девушка точно напряглась из-за внезапно начатой темы.

— Как поднялась тема брака после моего желания повидать ведьм, это так сложно? — Голос Синтии зазвенел. Она обняла себя за плечи — ограждаясь от меня или защищаясь от холода, я точно не знал.

— Сначала поднялась не тема брака, она вытекла из другой. И ты не веришь мне, хотя я прямо сказал, что не знаю, где они находятся. Еще днем.

— Тогда разузнай. Ты же великий дракон!

Слова больно ударили под дых, и я отчего-то увидел перед собой образ Делии. Они были очень похожи внешне, но Синтия никогда не пыталась использовать меня, манипулировать. Лишь Делия из раза в раз повторяла, что я — великий дракон, я сын генерала, когда хотела получить от меня очередную дорогую игрушку. Я был ее коллекцией.

Смежив веки, я задержал дыхание и закрыл глаза ладонью, выстраивая преграду с окружающим миром. Это точно было наваждением. Синтия не могла…

— Это то, чего ты действительно хочешь?..

— Да, — моментально перебила меня Синтия.

— И наш поцелуй был лишь средством, чтобы убедить меня сопроводить тебя к ведьмам? А предложение продолжить свидание в… спальне?

Я убрал руку и открыл глаза. Хранительница плотно сжала губы и замолчала. В ее глазах появилась истина, и мне оставалось только принять правду.

Я лишь издал разочарованный звук на выдохе, схватился за лицо. В голове не укладывалось, как наше свидание, наш выпускной вытекли… в выяснение отношений.

— Скажи мне, ты любишь меня? Ты выйдешь за меня замуж? Станешь частью моей семьи?

Между нами возникла тишина. Она била мне по перепонкам. Я задыхался от давления, пытался прочесть в глазах любимой хоть какие-то эмоции, но она смотрела на меня холодно, скрестила на груди руки, будто оборонялась от моих чувств.

— Я не та, кто должна отвечать на эти вопросы.

— А кто тогда? — взревел я. — Кто?

Синтия вздрогнула и отступила еще на шаг.

— Нам лучше взять перерыв, — сухо произнесла она. — Или вообще расстаться. Ты только говоришь, но ничего не делаешь. Не зря у н… меня есть сомнения.

Сердце глухо ударилось о ребра. Дыхание сперло. Ноги приросли к земле.

Синтия бросила на меня последний взгляд и убежала. Я смотрел ей вслед, ощущая, как мое небьющееся сердце раскалывается на части.