Глава 13. Подруга

Воспоминания ударяют мне в голову, словно какой-то засекреченный файл внезапно получил гриф «разрешено».

В ушах нарастает монотонный гул, и этот гул сравним, будто меня с головой накрывает огромная волна, и я захлёбываюсь ей.

Воспоминания разрозненными картинками взрываются в мозгу, причиняя почти физическую боль.

Я точно знаю: это не мои воспоминания. Потому что в них я беременна. Точнее, Алана. А женщина, только что зашедшая в комнату — её лучшая подруга, леди Вайолет Рошен.

Я пытаюсь сосредоточиться, но картинки сменяются с бешеной скоростью, и у меня начинает кружиться голова. Сквозь этот безумный калейдоскоп с трудом выцепляю одну: Вайолет заботливо гладит живот Аланы, не переставая смотреть на Лиара.

— Повитухи говорят, когда живот такой круглый, то обязательно родится мальчик…

Слащаво вещает Вайолет, а я силюсь удержать воспоминание, чтобы услышать мнение Лиара, но…меня резко «выдёргивает».

Смаргиваю наваждение, пытаюсь скрыть растерянность и опускаю взгляд. Сердце колотится где-то у горла. Вайолет знает, как выглядит Алана — это катастрофа. Остаётся надеяться только на чудо: что я сильно похудела, изменила цвет волос, а моё загорелое лицо — моветон среди аристократок. Господи, лишь бы сработало.

Меня раздирает любопытство. Что она здесь делает? Неужели просто беспокоится о друге семьи? Или уже влезла в ещё не остывшую постель жены? От второй мысли внутри всё закипает, но я резко одёргиваю себя. Мне в любом случае стоит её избегать. Любой ценой.

— Это Ирма. Целительница. — голос Хейза звучит ровно, будто ничего не происходит. — С этого дня она будет заниматься здоровьем господина Даарниеля наравне с королевскими лекарями.

— Боги! Хейз, вы совсем из ума выжили? Допускаете к моему жениху всякий сброд? К нам прибыли лучшие из лучших, а это кто?

Жениху? Ах вон оно что! Всё-таки второй вариант.

Мне должно быть плевать, но отчего-то в груди мерзко скребётся дурацкая женская солидарность.

Интересно, они спали ещё до родов?

А рождение дочери стал просто удобным предлогом, чтобы убрать Алану?

Подлость, видимо, родилась вместе с ними.

Я ничего не знаю про невесту своего бывшего мужа, но со свойственной мне женской горячностью уже поставила им обоим диагноз. И знаете, что? Поделом.

— Леди Рошен, — жёстко отвечает Хейз, и в его голосе звенит металл. — Насколько мне известно, помолвка так и не состоялась. Вы не невеста и не жена. Так что не вам решать, как поступать.

Внутри меня всё ликует. Я готова захлопать в ладоши, как ребёнок. Молодец, Хейз! Здорово он её!

А потом я чуть не хлопаю себя по лбу. О чём я думаю? Моя главная проблема, чтобы она меня не узнала. А моральные аспекты её личности и колкости в мой адрес меня не волнуют. Её бы на смену на скорую, «вскрытие» показало бы, у кого ещё шкура толще.

Поверенный генерала указывает мне на дверь. Я выхожу в коридор и только там позволяю себе вдохнуть полной грудью.

— Вы должны понимать, доступ к генералу будет только через меня или через Роберта Аша — главного лекаря. — Хейз строго смотрит на меня, ведя по коридору. — Вам не позволят приходить когда вздумается, и делать, что захочется.

Мы подходим к лестнице на третий этаж — этаж слуг. Хейз осторожничает, и это мне даже нравится. Я уважаю думающих людей. Он отсоединяет ключ от связки и протягивает мне.

— Вы не привезли с собой вещей. — в его голосе бестактное любопытство. — Неужели вы настолько бедны?

Горькая усмешка подступает к губам, но я сдерживаюсь.

— В королевстве боятся целителей, считают нас обманщиками. А практику лекаря я не могу вести, потому что я женщина. — я поднимаю на него спокойные глаза. — Так что мои заработки, увы, скромны.

Повисает пауза. Я чувствую, что он хочет спросить ещё, но подбирает слова.

— Может, вашей дочери лучше с отцом? Почему вы хотите её вернуть?

Внутри всё сжимается в тугой комок, но я не собираюсь отчитываться перед чужим человеком.

— Благодарю за заботу. — мой голос звучит мягко, но твёрдо. — Мистер Хейз, я знаю, что не имею права, но не могу не попросить. Кухарка Катриса и служанка Тия… Не увольняйте их, прошу. Они нарушили правило, впустив меня. Но это же привело к благоприятному исходу.

Хейз изгибает бровь, губы кривятся. Ему явно не нравится моя наглость, но я не могу иначе. Я обязана попросить за этих женщин.

— Благоприятный это исход или нет, — цедит он, — мы ещё посмотрим.

Он уходит, а я тяжело выдыхаю. Сжимаю в ладони ключ. Несколько минут спустя я уже сижу на кровати и смотрю в окно. Дождь льёт как из ведра. За воротами всё та же серая толпа лекарей. Они ждут своего часа. Как и я.

Провожу пальцами по волосам, приглаживая выбившийся пушок. Глубоко вдыхаю. Медленно выдыхаю.

У меня всё получится. Я обязана сделать всё возможное, чтобы добиться от Лиара правды. Куда он дел Элоди?

Внезапный крик снизу заставляет меня подпрыгнуть на месте, сердце ухает в пятки. Я бросаюсь вниз по лестнице, не чувствуя ног. Дверь в комнату генерала распахнута настежь. Оттуда кричат.

Лиар лежит на кровати, его тело бьётся в судорогах. Служанка в углу прижимает к груди шторы и орёт так, что закладывает уши.

Я подбегаю к мужчине, хватаю его за запястье. Пульса нет. Вообще.

Без раздумий начинаю непрямой массаж сердца. Руки работают автоматически, счёт идёт в голове сам собой. Ярость поднимается изнутри горячей волной.

Ну уж нет, сукин сын. Только не в мою смену. Только не сейчас. Не смей умирать, слышишь?!