Глава 20. Дракон

— Не смейте приближаться! — драконолог повторяет приказ, и в его голосе звенит металл. — Дракон может воспринять вас как угрозу.

Рука Хейза зависает в сантиметре от моего плеча. Он переводит дыхание, но не убирает ладонь.

— Дракон Лиара меня знает! — рычит поверенный. — С чего ему нападать? Почему это вообще произошло?

Мне, безусловно, интересно узнать, почему чужая скотина решила выбрать меня своим домиком, но я лежу на полу, раскинув руки, и пытаюсь вспомнить, как дышать самостоятельно. Потому что сейчас мой каждый вдох дублирует тот — потусторонний, чужой, — что гремит где-то в груди. Дракон больше не надо мной. Он во мне. Я чувствую, как он сворачивается кольцами вдоль позвоночника, как тяжесть его тела давит на диафрагму, как рождается где-то глубоко это низкое, вибрирующее урчание. Не угрожающее. Скорее… удовлетворённое.

Эта тварища ещё и довольная!

— Я не встречал подобного, — спокойно говорит Этьен. — Завтра же отправлюсь к себе и изучу старинные фолианты. Если найду что-то похожее — сообщу вам.

Он говорит так буднично, словно мы обсуждаем погоду. А Хейз ровно что зубами не скрипит.

— Какого демона вы её не остановили?! — Хейз уже не скрывает злости, его кулаки сжаты до белых костяшек. — Вы же видели, куда он движется! Что, если Лиар потерял дракона навсегда?

Перевожу взгляд на Лиара и тут же покрываюсь мурашками только от его вида. Запавшие глаза, чернота под ними, лоб мокрый от испарины, будто он только что вырвался из горящего ада.

— Дракон не зверушка, мистер Хейз, — драконолог говорит спокойно, даже скучающе, будто объясняет прописные истины нерадивому студенту. — Он выбрал эту особу по какой-то причине, которую мы с вами просто пока не можем понять. К тому же я выяснил, что связь между Лиаром и его драконом рассечена магией. Такие травмы не восстановить по щелчку пальцев. Нужна либо истинная, либо сила самого генерала Даарниеля — такая, что будет способна вызвать свою вторую половину из другого пространства. — он делает паузу и холодно добавляет: — Это всё.

Они начинают спорить, голоса повышаются, перебивают друг друга, а я пытаюсь сесть.

Получается не сразу: тело слушается плохо, будто на каждое движение нужно разрешение того, кто поселился внутри.

Но я всё-таки опираюсь руками о пол и сажусь.

Вдох. Выдох. Спокойно. Я справлюсь. Подумаешь…

Меня окружают мужчины, но мне никто не помогает боятся дракона. Пф-ф-ф.

Поджимаю колени, сначала становлюсь на них, а потом на ноги. Вот та-а-а-к. Умница.

Обливаясь холодным потом, подхожу к кровати и касаюсь своими ледяными ладонями руки Лиара. Он переводит на меня тяжёлый взгляд будто обвиняет в том, что произошло, и меня прошибает воспоминанием. Но не моим…

Ночь. Грозовые тучи висят низко над морем. Скоро пойдёт дождь.

Мощные крылья рассекают воздух, а в мыслях клубится такая страшная тьма, что даже сквозь воспоминание мне жутко до одури.

Эта тьма не обличена в слова скорее в ощущение, но от этого не легче.

Впереди прямо из темноты вырастает остров.

Тёмные скалы, причал с лодочками, монастырь… Рояло.

Это место я узнаю даже спустя сотни лет.

Тьма сгущается, в глазах становится мутно.

Вспышка пламени прямо из горла дракона рассекает темноту.

Снова и снова. Пока монастырь не становится похож на горящий факел.

Дракон несколько раз облетает остров, а потом издаёт душераздирающий крик полный боли, отчаяния и чего-то такого, от чего сердце сжимается в ледяной ком.

— Ирма! Ирма! Что с вами?

Вот уже в который раз открываю глаза, но лежу не на полу, на кровати. Рядом с Лиаром.

Вот это поворот!

— Вы забились в конвульсиях, а потом потеряли сознание. — голос Хейза срывается на нервную вибрацию. — Этьен, она вообще сможет быть носителем дракона? Эта женщина нужна нам живой!

— Оставьте нас.

Хриплый голос Лиара заставляет разгорячённого спором Хейза замолчать на полуфразе. Без пререканий он уводит драконолога из комнаты, дверь закрывается с тихим, но окончательным стуком. А я будто уже знаю, о чём будет разговор.

— Ты видела одно из моих воспоминаний, — жёстко говорит бывший муж. — О чём оно было?

Я снова нахожу силы сесть, запускаю пальцы в волосы, тяну их, больно, но это помогает не разреветься.

— Это было не ваше воспоминание, — выдыхаю я. — А дракона. Он показал мне остров с монастырем, который сжёг.

Вижу, как Лиар судорожно вздыхает. Отворачиваюсь, потому что в уголках глаз наворачиваются слёзы.

Лиар лишил меня дочери, выкинул из дома, а потом решил, что ждать, пока остров убьёт меня, не обязательно. И решил сжечь его.

Я всегда считала, что пожар был послан нам во спасение. Высшие силы обернулись на мольбы женщины и послали шанс сбежать. Но я даже понятия не имела об истинной причине пожара.

Дракон прилетел меня добить.

— Ты должна забыть его, — говорит Лиар, и в его голосе не приказ даже, а обречённость.

Я не могу посмотреть на него. Всё слишком усложнилось.

— Меня не касаются принятые вами решения, — отвечаю тихо, но твёрдо. — Я здесь, чтобы исцелить вас и получить награду. А теперь ещё и вернуть вам дракона.

На мгновение закрываю уши ладонями гул в голове становится нестерпимым, раскалывает череп изнутри. Но постепенно я будто ловлю нужную радиостанцию и начинаю разбирать слова. Чужие. Слова дракона.

«Я выбр-р-р-ал тебя из-за дара. Я усилю его, и ты поднимешь моего др-р-р-уга на ноги!»