Глава 2

За месяц до отбора

— У этой нос длинный, а у этой кривой. Ой, фу, что за картошка, — я отбросила очередной портрет в сторону.

Мы лежали с Верджилом на его кровати. Я после неудачного свидания (в который раз), а он после тяжелого монаршьего дня. Я уже жила в новом мире полгода.

— Я себе невесту выбираю, а не нос, — вставил Верджил.

А я что? Он просил покритиковать конкурсанток — я и критикую, как могу.

— А ты представь, если с таким носом дети родятся. Или вам неважно, кто у вас яйца будет высиживать? — спросила я у друга.

Тот почесал макушку и поправил корону. На кровать запрыгнула одна из его трех кошек — беленькая с черным пятном на лбу. И села на несколько портретов, виляя хвостом. Посмотрела на нас таким взглядом, мол, королева пришла — чешите ее.

— Драконы живородящие, — важно отметил он, взяв красавицу на руки и уложив себе на колени.

Зачем ему жена, если у него уже три кошки? Еще тридцать семь, и точно можно будет не жениться.

— И вообще, я себе королеву выбираю, чтобы и выглядела хорошо, и чтоб родственники были не сильно влиятельные, и чтоб молчала побольше.

Вот уже полгода я живу в другом мире. Как оказалось, я не очутилась в чужой коммуналке, меня не украли инопланетяне, и я не уснула в подъезде. Через который я по сути и попала сюда.

За изгнание фаворитки — король выделил мне комнату во дворце. И мы подружились. Да, между нами был тот единственный поцелуй и все. В остальное время — мы общались, узнавали друг друга получше. Как выяснилось, что мы всегда можем поговорить по душам, поддержать, но нас не тянуло друг к другу как-то больше. Такие посиделки, как у него в комнате на кровати, были вполне нормальными. Для нас. И кто бы что ни говорил, дружба между мужчиной и женщиной существует.

И все же я не говорила, откуда я. Так что для Верджила я была все той же Катериной Первой из Двушки — королевства, которого нет на карте их мира, потому что картографы еще не нанесли. А если бы и нанесли, то выглядело бы оно как десятикопеечная монета.

— А как тебе эта? — я протянула ему портрет миловидной девушки.

— Это Элизабет Эвернджели. У нее вся семья те еще драконы. Пять братьев. Ты представляешь, если я на ней женюсь? — скривился Верджил.

— То в том случае, если ты ее обидишь, будешь иметь дело с пятью драконами? — уточнила я.

— Это мощнейшее королевство, — он укоризненно посмотрел на меня. — Если я с ними объединюсь, то буду плясать под их дудку. Но и отказать в участии в отборе не могу. Особенно, когда они сами соизволили поучаствовать.

— Только я сомневаюсь, что Эвернджели приедет. У них довольно-таки нетипичные представления о браке. Они считают отборы пережитком прошлого.

— Есть в этом немного странного времяпрепровождения, — я пожала плечами.

— Мне кажется, они не смыслят в веселье, — ответил Верджил.

— Да уж, проблема, — усмехнулась я.

— Кстати, как твое свидание? — мужчина хитро посмотрел на меня.

И если в первый день знакомства он выглядел так, словно собрал всю скорбь мира, то в обычное время он был весьма высокомерным и местами наглым.

— О боже. Больше никогда с герцогом Киверли не пойду. Он был скучным как моя жизнь. Еще и зубы мне заговаривал. Ты бы видел, как он смотрел, когда я заказала в ресторане стейк, салат и кусочек пирога. Будто женщины должны питаться только воздухом.

И этот герцог был единственным знатным холостяком. Жаль только, что очень скучным и неинтересным.

Да, теперь я пытаюсь найти свою вторую половинку в другом мире.

Возможно, это мой новый шанс обустроить свою личную жизнь. Ведь просто так я бы сюда не попала. Но кажется, что нет. Я просто перешла в другой мир, чтобы продолжать жить как жила. С той разницей, что здесь у меня не было работы, а Верджилу не мешала еще одна женщина в замке, которую только и надо, что кормить и иногда покупать платья. Как он сам сказал, что со мной у него золота больше стало, чем при его бывшей фаворитке — Илоне. А еще тут не было интернета и телевизора, но я уже привыкла. Нашла чем заняться, помимо сна и чуханья котов. Начала много книг читать, и теперь у меня почетное задание: отваживать от короля других женщин, способных вынести половину казны и его мозг.

— Да, что-то тебе действительно не везет в личной жизни. Может, у тебя ожидания завышенные? Я просто иногда совсем понять не могу, что ты хочешь от мужчины.

— Скорее уже заниженные, — ответила я. — Это лет в двадцать мечтала о принце на белом коне, думала, что вот ТОТ, первый — на всю жизнь. Хотя он был безработным студентом. Потом да, хотелось, чтобы мужчина был богатый. Хотя только позже поняла, что богатеям не такие, как я, нравятся. Да и я вряд ли бы хотела связываться с ними. Все-таки чем больше денег, тем опасней жизнь. Но тогда да, хотела богатого и успешного. А получается, что у меня вообще ни с кем не заводятся отношения. Те, что были — как какая-то случайность. Или проклятье, которое на пару месяцев отвернулось. Она же и так одинока, а потом хопа. Как это у нее отношения? Непорядок. И я вновь одна.

Что-то я разговорилась, но так порой больно осознавать, что всю жизнь одна и непонятно почему. И вроде не страшная по жизни — зеленоглазая блондинка. За собой слежу, и фигура нормальная. Хмм, цвет волос, что ли, перекрасить?

— Погладь кису, — Верджил положил на меня королеву, которая тут же вцепилась когтями в платье.

Да еще так, что я их почувствовала через плотный слой ткани. Королева растянулась у меня на животе и провела хвостом по лицу. Я даже не хочу знать, где был этот хвост до ее прихода в спальню Верджила.

— Лично я от женщин ничего не ожидаю. Они есть в моей жизни, и это прекрасно. Если их нет, — он запнулся. — Впрочем, они всегда есть.

Да, пресыщенный бабник — вот наш король. Хотя с его слов — Илона у него была целый год. Целый год с одной фавориткой — это еще вытерпеть надо.

— Ну, на свою последнюю женщину ты тратил половину налогов. Что ты хотел?

— Того, что она давала, — печально отметил Верджил. — Тебя надо выдать замуж.

Я ошалело посмотрела на него.

— Ха, я знаю, как все будет. Ты захочешь подружиться с другой страной, а у тебя вроде как особа королевских кровей. Ты выдашь замуж за нелюбимого. Я получу типа избавление от проклятья, потому что итоговая цель и полное его снятие — замужество. Но скорее всего все выйдет так — никто не захочет брать меня замуж. А если и найдется такой счастливчик, то…

— Все, я понял. Через месяц будет отбор. Буду выбирать себе жену. Осталось только разослать гонцов, — продолжил Верджил.

— В добрый путь. Я всегда с тобой.

— Нет, ты тоже участница, — Верджил повернулся ко мне. — Я хочу, чтобы ты за ними присматривала.

— За кем?

— За девушками. Вольешься в доверие.

— А ничего, что все считают, что я твоя фаворитка? Тебя твои же и раскроют.

— Это понятное дело, но для других — ты принцесса из Двушки, где бы ни было это королевство. И поэтому фаворитка ты или нет, но имеешь право равноценно участвовать во всех отборах любых королевств. Тем более, моя фаворитка, — он погладил кошку, — не стала бы ходить на свидания с другими герцогами, ведь она должна удовлетворять только короля. Понимаешь?

Я прищурилась, так вот почему он спокойно позволял мне ходить на свидания с мужчинами. Для других-то он благодетель, приютивший бедную принцессу, которой он желает добра.

— Нет, что мне делать-то на твоем отборе? Там же одни девушки будут.

— Как что? А кто шпионить для меня будет? Подружишься с кем-то — у тебя это хорошо получается.

— Давай без меня, прошу тебя. Какой из меня шпион?

На меня скептически посмотрели.

— Если я незаметно оказалась в замке в тот день, то это проблема стражи, а не моя.

— Ладно, я подумаю насчет твоего участия. Но и ты подумай на досуге. С невестами обычно приезжают и другие холостяки.

— Чтобы с ними познакомиться, мне необязательно быть участницей, — я подмигнула ему и передала Королеву. — Я пошла в гостиницу. Мне обещали туда прислать новые платья.

В общем, Верджил не был дурачком, или простачком, каким он казался в первый день нашей встречи. Более хитрого мужика я в своей жизни не видела.

К примеру, в городе стояло огромное здание. Раньше там был музей, но посетителей было мало и его перенесли в здание поменьше. Да, и кто ходит в музее в средневековье — все работают. Теперь музей вместе с библиотекой соседствует.

А вот тот дом хотели снести, но я Верджилу рассказала про работу отелей. Сложно удержаться и не рассказывать о том, что есть в моем мире. Тем более отели это аналог таверн. А здесь такая возможность сделать одну огромную таверну в центре города для посетителей города. Малый бизнес хорошо, но можно развивать и побольше.

К слову сказать, королевство Верджила было маленьким, но на берегу моря. Так что сюда приезжало куча народа. И не только бедных в поисках работы, но и зажиточных, желающих отдохнуть.

Хотя вместо отеля Верджил предлагал сделать там бордель. Разврат не победить, а так будет чистое место, где каждый мужчина сможет удовлетворять свои потребности. Но все же довод, что ходить в бордель в центре города то же самое, что выйти на площадь и кричать, что ты изменяешь своей жене, или ты настолько неудачник, что лучше заплатить женщине деньги, сработал.

Мы договорились все же за отель. И пока король не жалеет. Деньги текут в казну, даже похлеще, чем могла принести государственная проституция.

Но прошел уже месяц подготовки к отбору.

Слуги готовили комнаты для девушек, я бегала в город закупала различные ткани, контролировала покупки еды, напитков. Занималась общей подготовкой, пока Верджил рассылал письма по королевствам.

Вот такая традиция у королей-драконов — делать отбор на своих будущих жен среди остальных семей драконов. Но. Всегда есть одно но. Не все короли драконы. А потому принцессы-люди тоже могли принимать участие. Не факт, что их выберут, но и не отказывали в участие. Вот так и Верджил всунул меня в это мероприятие. Получается, чтобы жениться на мне, если б такое внезапно случилось, ему бы все равно пришлось бы созывать отбор.

Но Верджил мне намекнул, что там будут другие мужчины. Вот я знаю, есть такое шоу — Холостяк, а тут судя по всему совсем другая передача намечается. Ну та, там, где парни и девушки в одном месте строят любовь.

Пока была в городе — успела зайти и глянуть, как обстоят дела в гостинице. Выяснилось, что очень много людей прислали письма, что хотели бы остановиться в ней во время отбора.

— Екатерина, смотрите — нам прислали письмо от трех мужчин. Они хотели бы остановиться здесь, — сказала Летиция — женщина лет сорока, главная в отеле, передала мне письмо. — Только не указали имена и предложили внушительную сумму.

— У нас на эти даты будут свободные места? — спросила я, подозревая, что это сто процентов на время отбора.

— Нет, не будет, — ответила она. — Но нам пришло из банка извещение, что перечислена половина этой суммы в банк.

У меня глаза округлились. Да за эти деньги можно еще две таких гостиницы построить.

— На гостиницу?

— На владельца гостиницы, — она улыбнулась.

Я посмотрела на бумагу с красивым витиеватым почерком. Без подписей, только имена и фамилии троих, что приедут. И то мне показалось, что это липовые инициалы.

То есть к нам приедут не абы какие люди. И что-то мне это совсем не нравилось. Что меня смущало? Во время отбора — король будет занят, а в городе будет чужая аристократия. Хотя Верджил говорил, что будут и другие холостяки, но никто инкогнито не приедет. Вон уже записали одного принца, трех герцогов и четверых графов. А я-то думала, что они так решили посетить Ленсистенцию? Вот тут-то паззлы и сошлись, когда Верджил про отбор сказал. И главное, меня ж саму это нисколько не удивило, что они взяли номера в одно и то же время. а когда сказала королю, он лишь махнул рукой и разрешил.

— Мы должны отказаться, — сказала я. — И вернуть деньги.

Если это вообще возможно. А то меня как-то пугают люди, которые не за номер отелю платят, а непосредственно человеку. Взятка. В воздухе пахло взяткой.

— Хорошо я отвечу письменным отказом.

— Деликатным отказом, — уточнила я. — Скажем, что мест нет и предложим поздние даты.

Не хватало еще международного скандала.

— И из ателье пришло ваше платье.

— Благодарю, — ответила я, и проследовала в отдельную комнату.

Я ее называла администраторской, но для туземцев она называлась комнатой отдыха.

На небольшом диванчике лежали несколько платьев.

Почему их не доставили в замок? Все потому что мне хоть иногда хотелось вдохнуть мирской жизни. Эта пыль на улицах, цепляющаяся за ткань длинного платья, выпечка почти через один дом, это крики людей, орущих друг на друга из-за мелочи. Совсем как у меня дома. Мнимая иллюзия прошлой жизни — можно вдохнуть, но лучше не попадать.

Если у тебя есть кошелек с золотом, то завернув не туда ты его лишишься точно, а может даже и жизни.

Во дворце все же немного скучновато. Слуги молчаливые, король в депрессии. Был раньше. И все же там нельзя было расслабиться. Постоянно надо держаться ровно, вести себя согласно этикету. В общем в замке свои правила, которые не поддаются никакой логике, если ты там не живешь.

Порой так хотелось сбросить сапоги и пройтись босиком по мостовой, чтобы все смотрели вслед думая то ли она молодец, то ли она идиотка, которая решила заболеть.

А еще у меня была личная охрана. Точнее это была охрана Верджила — те самые мужики-пузаны. На них я и загрузила платья, которые они снесли к карете.

И мы отправились к морю, по дороге закупив немного булочек.

На набережной почти не было народу. Я взяла плед и направилась прямиком на пирс, длиной метров тридцать. Постелила и уселась свесив ноги в море.

— Зря вы так садитесь, — отозвался стражник.

— Это еще почему?

— Отморозите себе что-нибудь, — усмехнулся второй. — Вот у меня сестра также сидела, сейчас детей иметь не может.

Ну да, стражники лучше знаю, что я сквозь три слоя ткани платья что-то себе отморожу. Тем более солнце-то уже нагрело камни.

— Так она тройню родила, — отозвался второй.

— А могла бы и больше.

Какие вкусные булочки.

И пока я жевала в сдобу, глядя в бескрайнее море, за которым ничего не видно, моя интуиция начала подавать сигналы.

Даже стражники затихли на время. Что с ними случалось крайне редко.

Я повернулась, увидев, кого они заметили. Да у меня у самой кусок чуть не выпал. По набережной, держась рука об руку шли бывшая фаворитка короля — Илона и герцог Киверли.

Эй, у нас же только вчера свидание было!

Да, плевать. Самая обычная ситуация в моем случае. У меня даже было такое. Я познакомилась с парнем, мы встречались несколько недель. А затем мы как-то столкнулись на улице с моей подругой. На следующий день они стали бывшими, когда я их застала у него дома.

И сейчас я отвернулась от парочки.

— Ох, какие люди и без короля, — ко мне подошла Илона. — Ты ему уже надоела?

Позади нее герцог Киверли пытался слиться с воздухом на фоне города. Даже побледнел, несмотря на свою смуглую кожу.

— Я ему никогда не надоем, — ответила я и перевела взгляд на море. — Будешь булочки?

Илона презрительно посмотрела на выпечку. Еще бы с такой талией, если одну съешь, то корсет разъедется.

— Наиграется с тобой и останешься без крыши над головой. А он такой. Это пока ему интересно.

— Ты не поверишь, но многие люди терпят друг друга, пока им интересно, — я подмигнула ей. — Но спасибо за совет.

— Он все равно вернется ко мне.

— А герцог Киверли в курсе об этом? — я вновь глянула не герцога, повернувшегося к нам спиной. — Здравствуйте, герцог Киверли! Чудесная погодка сегодня.

— Да, здравствуйте, Екатерина, — пробормотал мужчина, увидев, как я довольно машу ему рукой.

— Кстати, не заказывай при нем стейк, да и вообще еду не заказывай, — посоветовала я Илоне.

Она лишь фыркнула.

— Как он вообще там? — спросила она.

— Пирожок отличный с вишней, — ответила я, понимая, куда та клонит.

Вот только у короля был приказ — не пускать Илону в замок. Ни под каким предлогом. Вплоть до смертной казни. Страдал он конкретно по ней.

— Я про Верджила.

— Он — король, он правит.

— Он женится! — взвизгнула Илона. — Это даже я знаю, а я не его фаворитка.

— А ты про это. Да, решил жениться.

— Собственно, пусть делает, что хочет. Но мне бы хотелось познакомиться с кем-то из приезжих, — сказала она.

— Знакомься, я тут при чем?

— Ты же его фаворитка. Пусть снимет запрет на мое посещение замка. Скажи ему, пожалуйста, — Илона прям выдавила из себя это слово. — Может быть, Верджил и не хочет видеть меня, но у меня есть статус в этой стране.

— В общем, хочешь стать еще чьей-то любовницей?

— Быть фавориткой — это быть любимой. Жена — всего лишь приносит потомство, — усмехнулась она.