Глава 15

Задуматься я не успела, спросить — тоже. Во всём происходящем изначально было что-то воровское, и я не особо удивилась, услышав, что нужно удирать.

Подхватив ведро, рванула к ближайшему большому валуну, а Янтарный за мной с возгласом:

— Не бойся, не учует, я прикрою!

Как прикроет? От кого? Это стало ясно минутой позже. Когда совсем рядом вспыхнул портал.

Сидя за камнем, я видела только отсвет и, хотя дух, охранявший явно не меня, а ведро, сделал предупреждающе-большие глаза, рискнула из-за камня выглянуть. Глянула и тут же спряталась обратно, потому что подозрения подтвердились, там стоял лорд Эрвин.

Единственная неожиданность — директор был полугол, в одних штанах.

Я уже видела этот рельефный торс, он впечатлял, но здесь и сейчас вспомнилось кое-что другое. Конечно, я захихикала, ведь мужской зад, покрытый чешуйками, это ужас как смешно.

— Августа, — тихо рявкнул Хранитель.

— А что такого? Ты же нас прикрываешь!

— Прикрываю. Но лучше перебдеть. У Эрвина, знаешь ли… — дракончик так и не подобрал слов, в итоге прозвучало: — Он словно что-то чует.

Чуял эр Форс или нет, но, когда сидеть надоело, мы с духом всё-таки высунулись из-за камня, уже вместе, чтобы понаблюдать за его действиями. Но ничего такого. Директор просто стоял и озирался. Даже не видел разбросанных под ногами монет.

И конечно я спросила:

— Он не видит?

— Никто не видит, — отозвался Янтарный. — Только ты.

Как в случае с самим духом, когда он «не проявлен»? Интересно.

— Почему так? — спросила я.

— Не знаю. Индивидуальная особенность.

Я вздохнула и продолжила глазеть на эр Форса. Когда он не пытался язвить, высмеивать или делать замечания, воплощённый дракон был очень хорош.

В какой-то миг я даже поняла госпожу Клос, которая пригласила Эрвина в свою спальню.

Впрочем, зная этого мужчину, он скорее сам напросился. Может жена отставного полковника вообще не виновата, а?

Мы просидели за камнем четверть часа, не меньше, а Эрвин всё высматривал и вынюхивал. В конце концов открыл портал и ушёл.

Облегчённо вздохнув, мы выбрались из укрытия, и я продолжила собирать рассыпанные по мху монеты. Одну хотела оставить на память, но Янтарный заметил и возмутился:

— Эй!

— А что?

Хранитель насупился:

— Не твоё. Положи на место.

— А зачем они тебе?

— Что значит «зачем»? Это чистая сила и идеальная подпитка.

После такого признания я обнюхала монету и даже собралась попробовать «золото» на зуб, подпитаться так сказать, но Янтарный возмутился снова:

— Может хватит? Сила не имеет отношения к этому миру и ценность представляет только для меня.

Я поверила. Бросила монету обратно в ведро и огляделась. Я собрала всё, и раз так…

— Что дальше?

Янтарный посмотрел хмуро, перемялся с лапки на лапку.

— Ты ведь понимаешь, что всё происходящее — строго конфиденциально? — спросил, глядя исподлобья.

— Угу.

Пауза, наполненная сомнениями, и окружающий пейзаж изменился опять.

Сначала была темнота, затем в ней зажглись знакомые крошечные пульсары, и у меня рот приоткрылся. Чем больше огоньков вспыхивало, тем сильней становилось изумление.

— Это что? — выдохнула я.

— Сама-то как думаешь? — Хранитель появился рядом и фыркнул. — Сокровищница, конечно.

О любви драконов к сокровищам я, разумеется, знала. Представление о сокровищницах тоже имела — воплощённые располагали их в собственных поместьях и замках, а приверженцы прогресса вообще относили золото и драгоценности в банк.

Витали слухи и о том, что осталось в нашем обществе несколько ретроградов, которые до сих пор прячут богатства в глубоких неприступных пещерах, но уверена, даже им было бесконечно далеко до того, что я здесь увидела…

Посреди просторного подземного зала возвышался настоящий дворец, только в миниатюре. Он состоял из хрусталя, мерцающих кристаллов и золотых слитков, и магией фонил так, что у меня закружилась голова.

Тут были и колонны, и башни, и лестницы, и даже подвесные галереи! А ещё имелись миниатюрные дорожки с хрустальными бордюрами, так вот — именно дорожки были присыпаны монетами.

— Невероятно, — прошептала я.

Янтарный утвердительно кивнул и, указав лапкой на одну из «недостроенных» дорожек, сказал:

— Вон туда высыпи.

Я высыпала. Отставила ведро и огляделась снова. Как ни странно, мерцающий в свете пульсаров дворец оказался не единственной достопримечательностью. Там дальше виднелась очень интересная стена.

Вернее, это был фрагмент. Сама стена совершенно простая, гладкая, обыкновенный обработанный камень. А фрагмент — тёмное, украшенное сложной чеканкой золото. Этакий вмонтированный в камень гигантский золотой лист.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я сначала восхитилась, а когда приблизилась, поняла, что хаотичные узоры складываются во вполне читаемые символы. Опять-таки знакомые! По теме, которой так увлекались Дин и Дор.

Прошлая цивилизация! После лабиринта я отскочила и исполнилась ужаса, а Янтарный сказал:

— Не бойся, Августа, это совсем другое.

В этот раз верить духу я не спешила.

Спрятала руки за спину, чтоб ненароком не прикоснуться к сокровищу, и попятилась.

Но было в этой стене нечто настолько притягательное, что в итоге остановилась и продолжила смотреть.

— Так что это? — спросила после долгого молчания.

Дух всё это время занимался разравниванием монет на дорожке, любовался добычей и прямо-таки мурлыкал.

— Это Храм Обретения, Августа.

Я судорожно вздохнула — ах, ну да. Конечно. Разумеется. Что ж ещё?

— Не понял, — посерьёзнел дракончик. — Что за скепсис на хорошеньком личике?

— Скепсис? Разве? — я натянуто улыбнулась.

Угу, конечно. Храм. Легенда, в которую не верят даже фанатики, и которую давно признали мифом. Уж не помню какие аргументы приводились, но однозначно доказано, что Храма Обретения не существовало. Цивилизация возможно и была, а храм — точно нет.

Я даже собралась отвернуться от золотой стены, но тут взгляд зацепился за одну деталь — мне почудилась замочная скважина. Будто в центре одного из чеканных завитков вполне характерная щель.

Это была ерунда, но я зачем-то подошла ближе. Потом ещё ближе. А когда очутилась в двух шагах, поняла, что скважина настоящая. Но хуже другое — ключ, который я теперь носила на шее как кулон, неожиданно потяжелел.

На несколько долгих минут я застыла. Затем сделала глубокий вдох, развернулась, и…

— Уважаемый Янтарный дух, мы уже закончили? Я могу вернуться к себе в комнату?

— Мм-м? — дух оторвался от монет, моргнул и ответил невпопад: — Знаешь, а зови меня просто Янтарчик. Ведь хорошее имя, да?

Я кивнула и тут же очутилась в комнате. Сквозь плохо задёрнутые занавески сочился лунный свет, а пространство наполнял выразительный храп Миоль.

Судорожно вздохнув, я добралась до своей кровати и села, а фантом, изображавший спящую меня, плавно развеялся.

— Всё, Августа, — сказала себе тихо. — Приключение закончилось, забудь про всё лишнее.

Словно подтверждая правильность этого решения, Миоль всхрапнула так сильно, что в окнах задрожало стекло.

Эрвин

 Три дня. Ровно столько леди провели на подведомственной мне территории, и дурного не случилось.

Никаких катастроф. Драк, переворотов, извержений вулканов и падения небес на землю — ничего.

Это, с одной стороны, удивляло, а с другой, я не спешил обольщаться. Чуялось мне, что что-то затевается. Интуиция буквально выворачивалась наизнанку, сигнализируя — Эрвин, ты упускаешь нечто важное!

Но что именно? Как? И главное — кто виноват?

На последнем вопросе я скривился, сразу вспомнилась леди Августа. Что бы ни было, кадетка эс Тирд точно замешана, без неё никак.

Необоснованный вывод? Предвзятое мнение? Возможно. Но интуиция шептала, что я прав на двести процентов. Поэтому утро моё началось с того, что я предупредил магистра Остриса о замене. Первую лекцию желторотым сегодня прочитаю сам, тем более предмет… это даже не предмет, а скорее организационное занятие. «Устав».

Когда появился хоть какой-то план действий, жизнь стала лучше. Я принял душ, оделся, позавтракал в преподавательской столовой в компании коллег.

Затем была чашка изумительного кофе, ну и всё, вперёд, навстречу первокурсникам. В аудитории мои подозрения окрепли. Все кадетки держались бодро, а леди эс Тирд украдкой зевала. Словно не спала полночи. И чем занималась, позвольте спросить?

Но я не спросил. Промолчал. Вернее, начал занятие. Принялся озвучивать и объяснять базовые понятия, которые необходимо знать всем. На мой вопрос — «сколькие из вас взяли устав в библиотеке?» поднялся лес рук, и только леди захлопали глазами.

Я удивился вслух, и Валетта пояснила:

— Так устава нет в перечне обязательных учебников.

О, Небо, зачем ты вообще дало женщинам голову? Что с головой, что без — один хвост.

Но насмехаться я не стал, ответил прямо:

— Конечно нет. Устав — это книга, которая нужна вам по умолчанию.

Логично?

Логично!

Но…

— Откуда же нам было знать? — пробормотала леди Пенелопа.

— А они, — я кивнул на парней, — откуда узнали?

Кадетки с ответом не нашлись.

Но это ладно, леди Августа вообще уснула! Она сидела, подперев кулаком подбородок, потом прикрыла глаза, и…

Я замер. Остановился напротив неё, глядя пристально, но Августа продолжала нагло нарушать дисциплину. Леди Дорина хотела толкнуть сокурсницу в бок, но я сделал запрещающий жест. Затем вообще велел Дорине пересесть за другой стол и продолжил излагать учебный материал негромким, спокойным, в целом усыпляющим голосом.

Но никому задремать не хотелось! Спала одна только кадетка эс Тирд.

Лишь когда прогремел колокол, возвещавший конец занятия, подскочила. Захлопала ресницами, зевнула, ну а я… сдержанно улыбнулся и произнёс:

— Доброе утро, леди. Надеюсь, вы выспались?

Августа залилась милым, недостойным будущего офицера румянцем.

— И чем занимались ночью, что спите на лекциях?

Леди порозовела ещё больше, а моё настроение, которое было прямо-таки чудесным, резко испортилось. Если сейчас услышу имя того второкурсника, если узнаю, что вертихвостка мешает рыжему учиться, обоих прибью.

— Ничем, — ожидаемо заявила Августа.

Но это была ложь!

Я медленно втянул ноздрями воздух, в котором появились кислые нотки, и…

— Ко мне в кабинет, леди.

Августа побледнела, лицо вытянулось:

— Что, прямо сейчас? Но сейчас же занятия.

Моя хищная улыбка и ответ:

— Два замечания, леди эс Тирд. Первое за сон во время лекции, второе за споры с командованием.

На бледном лице снова начал проявляться румянец, а я резюмировал:

— Итого у вас три замечания. Они равны одному выговору, поздравляю. Ещё два выговора, и вы вернётесь домой, к своим кружевам, шляпкам и подвязкам.

Августа нахмурилась и попыталась взять себя в руки. Запихнула в сумку тетрадь, писчие принадлежности и встала. Сделала три шага ко мне, потом спросила:

— Лорд директор, я прошу прощения, но как добраться до вашего кабинета? Где он находится?

Вообще-то для общения с кадетами у директора Высшей Военной школы имелся отдельный кабинет в учебной части, и туда принято было ходить ножками. Но для леди эс Тирд я открыл портал в кабинет, расположенный в моей личной башне.

Чтобы нам уж точно никто не помешал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Аудитория исчезла, лица первокурсников тоже. Мы очутились наедине, в обстановке строгой роскоши — столь любимый моим предшественником стиль.

Просторная комната сразу наполнилась ароматом женских духов, он оказался приятным, но не слишком уместным — какие духи, мы же в армии. Тем не менее, от замечаний я воздержался.

Велел, указав на гостевой стул:

— Садитесь и ждите.

Сказал, а сам ушёл, чтобы… Ну, в общем, невзирая на испорченное настроение, я был сегодня добр!

В небольшой личной кухне, расположенной по соседству с кабинетом, я сварил кофе. Положил на блюдце два куска сахара, три печенья, и принёс всё это дело Августе — у леди забавно округлились глаза.

— Пейте-пейте, — подтолкнул я, а сам обогнул стол и упал в большое кресло.

Пронаблюдал, как девушка сомневается, затем добавляет в кофе сахар, размешивает и, вынув ложечку, делает первый робкий глоток.

Я всё-таки не выдержал:

— Не бойтесь, Августа, не отравлено.

Она чуть не подавилась. Потом сказала:

— Ну что вы. Разве я могла так о вас подумать?

В воздухе снова появилась чёткая кислинка. То есть могла.

Я искренне возмутился. Всё понимаю, но когда это я успел произвести на Августу столь недоброе впечатление?

Впрочем, стоп.

Глубокий вдох, и я откинулся на спинку кресла, показывая, что готов подождать пока дама закончит. Но после трёх глотков кадетка отставила чашку и, выпрямившись, уставилась в упор.

Ну что ж.

— Чем вы занимались сегодня ночью, леди? Почему не выспались? — спросил я, ощущая тень напряжения.

Девица неуловимо смутилась и пусть на миг, но отвела взгляд.

Я напрягся сильней. Поёрзал в кресле и подался вперёд, требуя объяснений!

— Простите, лорд директор, я не могу сказать.

Не может? Что?

Меня аж подбросило. В крови взыграла ярость.

— Вообще-то у нас с вами не светская беседа, — напомнил сурово. — Вы, кадетка эс Тирд, нарушили дисциплину, и я хочу знать причину.

Щёки Августы стали пунцовыми, а я вдруг чётко понял, что прибью рыжего. Уничтожу. Потом прикопаю за стенами замка и скажу, что у нас таких никогда и не училось. Не было, и всё.

— Я… — неуверенно начала Августа. — Мм-м… Только… если вы сохраните это в секрете.

Отлично. Девичьи тайны? Вот уж чего в моей жизни не хватало!

— Говорите, — рявкнул я, и…

— Я не выспалась потому, что моя соседка по комнате ужасно храпела.

Я замер в недоумении. Что?

Решил, будто мне послышалось, поэтому переспросил, и леди эс Тирд повторила:

— Моя соседка, леди Миоль, громко храпела, я не могла уснуть как ни старалась.

Самое невероятное — она говорила правду. Я нахмурился, не понимая, но через пару секунд всё-таки уловил в воздухе лёгкую кислинку. Получалось, леди Миоль действительно мешала, однако это было не всё.

— Что ещё, леди Августа?

— В каком смысле? — удивилась девушка.

— Соседка — не единственная причина вашего недосыпа. Что ещё?

Августа вновь смутилась, потом заявила:

— Так учебники до полуночи читала. — А вот это была уже ложь!

— Отлично, — процедил я. — Ещё версии?

Тут леди стоило проявить покорность, раскаяться, рассказать всё как есть, вымолить прощение, но…

— А что вам в этой-то не нравится?

Я ответил:

— То, что вы говорите неправду.

Кадетка судорожно вздохнула:

— Я действительно учила.

Это было уже правдой и, сопоставив все данные, я пришёл к логичному выводу:

— Учили, только не до ночи. Чем вы занимались ещё? Что мешало вам спать?

— С девчонками болтали, — насупилась Августа. Опять лукавство.

Мы перебрали с десяток версий, но моё чутьё, мою личную способность отличать правду от вранья, не обмануть. Минувшим вечером леди занималась чем-то таким, в чём не желает признаваться. Всё-таки встречалась с Йерсом? Или вертела хвостом перед кем-то другим?

Я смотрел с подозрением и пытался разгадать, когда в памяти всплыл визит одного бесчестного духа. Янтарный, если отбросить все словесные кружева, уговаривал не трогать эту девицу. С чего бы вдруг?

И я спросил прямо, невольно перепрыгнув на «ты»:

— Что за дела у тебя с Янтарный духом?

Ответом стали невероятно круглые глаза. Слишком круглые. Такие, что без всяких врождённых талантов ясно.

— Что вы с Хранителем задумали? — повторил я требовательно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Да при чём тут эта вредная ящерица? — возмутилась леди, но поздно. Я уже напал на след.

И пусть ситуация была так себе, по моим губам растеклась улыбка — что ж, теперь понятно за кем присматривать. Более того, у меня фактически появился повод для исключения, потому что сговор с Хранителем пахнет диверсией, а это угроза безопасности всей школы.

Я мог написать приказ об отчислении эс Тирд в ту же секунду, но…

— Наряд вне очереди. Приступить сейчас.

Девушка резко погрустнела.

Судорожный вздох, и она спросила:

— Опять «почётная» тумбочка?

— Зачем же? — я мотнул головой в сторону шкафа с напитками. Между ним и бюстом генерала Ирвина, как раз имелось подходящее для несения вахты место. — Будешь охранять мой кабинет.

Августа сначала не поверила, а потом страдальчески прикрыла глаза.