Глава 16

Августа

 Утро не задалось. Два официальных замечания и наряд вне очереди — это было слишком. Я сидела, смотрела на эр Форса, но тот был непроницаемо строг.

За эти дни нам раз пятьсот повторили, что с командованием спорить недопустимо, поэтому вопрос «а когда же мне учиться, лорд Эрвин?» так и остался невысказанным. Зато, прежде чем отправиться в отведённый мне угол, я допила кофе и доела печенья. Королевский родственник против такого произвола не возражал.

Вернее, сначала не возражал, а когда встала к стенке, между шкафом и бюстом знаменитого героя, сообщил:

— Вы слишком строптивы для армии, леди Августа. С такими как вы не выиграешь ни одну войну.

Объяснить, что я в целом против войн? Пожалуй, нет.

— Я думала, главная задача армии — оборона.

— Это тоже, — кивнул Эрвин. — Но, в любом случае, правильное функционирование войск невозможно без отличной дисциплины и повиновения личного состава.

Тут я ощутила резкий прилив сонливости. Ровно как и на лекции, которая целиком состояла из вот таких дико скучных канцелярских фраз.

— Может вам лучше подумать о другой профессии? — после долгой паузы вновь подал голос Эрвин.

Он сидел в том же кресле, за тем же столом, и изучал какие-то формуляры. Покидать кабинет совершенно не спешил.

Стоило вообразить, что проведу целый день в компании эр Форса, и уголки губ устремились к полу.

— Так как, леди Августа? — окликнул директор.

Дисциплина дисциплиной, но я не выдержала:

— Разве караульным разрешено разговаривать на посту?

Задумался, оценил шпильку и ответил:

— Вообще нет, но со мной нужно.

— Это какие-то двойные стандарты, лорд Эрвин.

Хмыкнув, он пробормотал, что где-то уже слышал эту фразу, а я продолжила молчать.

Может я мало понимаю в военном деле, и вообще непригодна, но даже мне известно, что беседовать с противником (даже условным!) крайне нежелательно. Общение ведёт к пониманию, а понимание к жалости. А того, кого жалко, потом очень трудно убивать.

Зато Эрвин прямо-таки изнывал!

— О чём задумались, Августа? — позвал через пять минут.

Покосившись на этого высокомерного мужчину, я вдруг осознала, что он спокоен и даже доволен. Словно моё стояние здесь благотворно действует на его нервную систему.

И пусть мы по-прежнему находились в военном учебном заведении, где есть Устав, и где необходимо беспрекословно выполнять приказы, я проявила столь нелюбимое им своеволие. Гордо вздёрнула голову и прикусила язык.

Я стояла. Смотрела на далёкий горный пейзаж за окном, и даже ухом не вела в сторону сидящего за столом эр Форса. При этом — но это вероятно нервное — какое-то время ощущала скользящий по телу взгляд.

Этот взгляд отзывался смущением, мурашками и желанием взять в руки что-нибудь тяжёлое, но я продолжала изображать статую. Когда ощущение, наконец, ушло, облегчённо выдохнула — а зря!

Минута, две, десять… и я почувствовала странное покалывание в подушечках пальцев. Средний, большой и указательный — на обеих руках.

Сначала я стояла и ждала, когда это пройдёт, но покалывание, наоборот, усиливалось. В итоге я улучила момент и на эти самые пальцы взглянула. В грудь сразу ударила паника, стало трудно дышать.

Я поднесла руки к глазам и тут же опустила, чтоб не привлекать лишнего внимания. Зато паника взяла новую высоту — на моих пальцах была чешуя!

Мелкие серебряные чешуйки, как какой-то след, словно я в чём-то испачкалась — например, сунула пальцы в краску.

Первая мысль — это лорд Эрвин со своим кофе!

Но я всё-таки трезвый человек, и с грустью признала, что версия бредовая. Нет отравлений, которые проявляются вот таким образом. Тут что-то ещё.

Я зажмурилась, вспоминая события последних часов, хотя это было лишним. Причина нашлась сразу и мне она категорически не нравилась. Вот этими самыми пальцами я собирала вчера сотканные из чуждой энергии монеты.

Впрочем, стоп.

Я ведь и в ладони эти монеты брала?

Не успела я подумать, как неприятные ощущения начали расползаться. Считаные минуты, и ладони тоже зачесались, особенно правая, и да, там тоже обнаружилась мелкая, словно бисер, серебристая чешуя.

Я чуть не зарыдала. Остановило присутствие эр Форса и резкое понимание — уж кому, а директору о чешуе говорить не нужно. По крайней мере не раньше, чем переговорю кое с кем другим.

Образ Янтарного перед глазами, и… меня обуяла жажда убийства.

Хранитель опять втравил в неприятности!

Более того, он вчера обещал, что в ближайшее время директор меня не тронет, и снова солгал!

«Убийство мелких пронырливых драконов» — в учебной программе школы случайно нет такого предмета? А какой-нибудь кровавый ритуал по перевоспитанию духов-Хранителей в природе вообще есть?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мне стоило огромных усилий успокоиться, а когда Эрвин, наконец, покинул своё логово, я уставилась на ладони предельно внимательно.

Чешуя не исчезала, к числу галлюцинаций тоже не относилась, и я позвала вполголоса:

— Янтарный. Янтарчик! Ты здесь? Можешь прийти?

Он упоминал, что не способен уследить за всеми и каждым, поэтому быстрого результата я не ждала — вообще его не ждала, если честно, — однако дракончик появился практически сразу.

Плюхнулся на пол, клацнул зубами и спросил:

— Что случилось?

Я протянула к нему ладони и выдохнула:

— Посмотри.

Миг. Хранитель застыл. Потом издалека обнюхал мои руки, и состроил жалобную морду.

— Ты знаешь, что происходит? — спросила я напряжённо.

— Могу только предполагать, — помедлив, кисло ответил он.

Тон не понравился вообще, абсолютно.

— Что это означает и что мне делать? — повторила я с нажимом.

— Мм-м… может для начала помоешь руки?

Отличный вариант!

Несколько глубоких вдохов — я не успокоилась, но желание убивать стало меньше. Оставалось понять, где здесь туалетная комната — увы, Йерса, способного подсказать, рядом не наблюдалось, а лорд директор и не вспомнил про столь жизненный момент.

Зато у меня был Янтарчик!

— Знаешь где уборная?

Проныра знал всё, но…

— Идём, Августа, только аккуратно.

Аккуратно? Да я была готова бежать, сбивая всё на своём пути!

Я покинула пост. Мы выскользнули из кабинета и очутились в изогнутом коридоре башни. За соседней приоткрытой дверью обнаружилась небольшая кухня, где ещё витал аромат кофе, а уже за ней уборная.

Последняя была выполнена в мужском стиле, и я с недоумением уставилась на керамическую ёмкость на стене возле унитаза. Никогда такого не видела. Это что?

— Августа? — позвал Янтарный дух, и про странности я забыла.

Метнулась к раковине, подхватила кусок мыла, и чуть не зарыдала от счастья, когда чешуйки начали пропадать.

Миниатюрный дракон взмыл вверх, чтобы взглянуть на результат, и заявил:

— Ну вот. А ты боялась!

Я кивнула и, конечно, порадовалась, но чутьё подсказывало, что всё может оказаться сложнее. Где гарантии, что чешуя не вернётся?

Но озвучивать я не стала, вместо этого попросила Хранителя выйти. Просто когда ещё представится шанс посетить уборную? А стоять на посту мне ещё минимум полдня.

— И посторожи, пожалуйста, чтоб никто не вошёл.

Моя просьба застигла дракончика на пороге и тот аж подпрыгнул. Воскликнул возмущённо:

— Шутишь? Я вообще-то существо высшего порядка!

Может оно и так, но…

— Тебе сложно оказать мне небольшую услугу?

Янтарный надулся, а я решительно прикрыла дверь.

Ну а через пару минут из-за это самой двери донеслось:

— Августа, быстрее!

Я вздрогнула и торопливо завершила все-все дела.

В кабинет лорда Самодура прямо-таки бежала и, невзирая на законы подлости, успела. Уж не знаю как Янтарный узнал, что эр Форс вот-вот телепортируется, но факт.

Привычное серебристое мерцание, Эрвин сделал шаг и хищно осмотрелся по сторонам. Забавно, но в этот миг у меня возникла ассоциация с полковником Клоссом. Тогда, в окне, полковник выглядел примерно так.

Стремительный убийственный взгляд, и Эрвин, словно о чём-то вспомнив, расслабился.

Посмотрел на меня, на шкаф с напитками, на бюст Ирвина и, взяв со стола пухлую папку, удалился. Опять-таки порталом.

Мои ноги сразу ослабли, осанка стала куда менее ровной. Янтарчик тоже отмер. Он плюхнулся на попу, шумно выдохнул, а я напомнила:

— Ты сказал, что можешь только предполагать. Так что за предположения?

— Ну… Первая версия — ты из тех невероятно редких людей, чья совместимость с драконами идеальна. Ты в курсе, как вообще происходят выбор и слияние?

— Конечно, — ответила я.

Прозвучало неуверенно. Ведь я читала про слияния только в книгах, а это как изучать вкус кофе по рекламной карточке. Вроде и представления имеешь, и вероятно правильные, но это немного не то.

Янтарный мотнул головой.

— Когда человек заглядывает в подпространство, драконы его оценивают, Августа, — сказал Хранитель назидательно. — Смотрят что там за личность, что за характер, что за содержание. Нет ли несовместимой с самой сутью драконов гнильцы.

Тут меня логично передёрнуло. Просто опять вспомнился лорд эр Форс, а он, при всём моём оптимизме, далёк от идеала.

— Затем, — продолжил Янтарный, — из всего многообразия сущностей выбирается одна, которая максимально созвучна человечьей личности. Подобное притягивает подобное, понимаешь?

Может меня заклинило, но и здесь вспомнился эр Форс.

— Абсолютно одинаковыми человек и дракон не бывают, всегда есть какие-то отличия, и характер драконов, честно тебе скажу, тяжелее. Когда все стадии знакомства пройдены, происходит слияние, и драконья сущность растворяется в человеке, и тот становится воплощённым. Дракон как бы исчезает, но оставляет свой отпечаток, немного меняет личность. Впрочем, изменения не настолько значительны, чтобы о них говорить.

Я кивнула, вот только…

— И к чему этот рассказ?

— К тому, — отозвался Янтарчик, — что бывают ситуации, когда, на первый взгляд, всё идёт как надо, и человек хороший, и сущность подходящая нашлась, а слияния так и не происходит, потому что не совместимы они на глубинном, неочевидном уровне.

Я печально вздохнула. Вообразила степень неприятности.

— А у людей с идеальной совместимостью всё наоборот, — дух хлопнул крыльями. — Они словно созданы для такого союза, понимаешь?

Я понимала и воодушевилась. В груди буйным цветом расцвела надежда, на лице — улыбка. Вот только…

— Хорошо, а вторая версия? — спросила я.

Ведь их две.

— Случайность. Проявление аллергии, либо остаточный энергетический след. Мы ведь даже не знаем, была ли та чешуя проявленной. Ты ведь никому, кроме меня, её не показывала?

Я отрицательно качнула головой.

Энтузиазм немного поугас — никакого пессимизма, но, учитывая мою везучесть, второй вариант был более вероятен, нежели первый.

— Но даже если у меня идеальная совместимость, без Ока ничего не будет, никакие драконьи сущности не придут?

— Конечно нет, — подтвердил Янтарчик.

Я снова кивнула.

И всё-таки не удержалась:

— Ты понимаешь, что снова меня подставил? Я опять страдаю по твоей милости.

— Клянусь, это не нарочно! — заявил дух, прикладывая лапку к груди.

Я посмотрела скептично. Вот как хочет, а следующей подставы я не допущу. В лепёшку расшибусь, но сделаю всё, чтобы не было.

Кивнув этим мыслям, я осмотрела кабинет и поняла, как именно Хранитель может свою вину загладить:

— Ты ведь никуда не торопишься? Можешь побыть со мной и сообщить, когда лорд Эрвин решит вернуться?

— Мм-м, могу. А зачем?

Тут Янтарчик встрепенулся и выдал:

— Устроим обыск? Сунем нос в директорские секреты?

Угу. Два раза.

Загадочно улыбнувшись, я покинула свой пост и подхватила оставленную возле Эрвинова стола сумку. Переместилась на небольшой диван и достала учебник по «Основам боевой магии». Ведь мне нужно заглянуть в Око, а тех, кто вылетит из школы, к нему однозначно не подпустят.

Значит учиться, учиться, и ещё раз учиться. Не отвлекаясь на всяких там.

Эрвин

 Вызов в Военное ведомство был ожидаем и, в общем-то, логичен. Войдя в кабинет, я кивнул кузену, но не удержался от любопытства:

— Слушай, а почему ты ещё здесь?

— А где мне быть? — отозвался Рагар.

— На кофейных плантациях, вместе с леди Алисой?

До появления в нашем мире Алисы, мы заваривали кофейные листья, а леди сообразила обжаривать и молоть зёрна. Напиток, который получался то такому рецепту, стал популярным в считанные дни.

А кузен подсуетился. Раньше, чем начался ажиотаж вокруг зёрен, выкупил несколько плантаций с кофейными деревьями. Теперь новоявленные супруги гребли золото лопатами и грозили обогнать в своём богатстве королей.

Собственно, ради кофейных хотелок жены Рагар пост директора и оставил.

— Ну, тут-то, в Ведомстве, дел немного, — сказал младший принц. — Несравнимо меньше, чем в школе.

Я понимающе кивнул и упал в гостевое кресло. А Рагар взглянул на часы и, учитывая, что время уже перевалило за обеденное, предложил вина.

Пока пили первый бокал, обсудили всякие мелочи, а на втором принц спросил:

— Ну что, брат, как кадетки?

Я, разумеется, скривился. До сих пор не мог простить кузену этот «подарок».

Однако ответил я честно, без предвзятости:

— Недотягивают. Ни физически, ни умственно. У них не те физические возможности и не та интеллектуальная подготовка.

— Ты скажи, это ужас-ужас-ужас или…

— Нет. Не ужас. Обыкновенный кошмар.

Мы помолчали, сделали по глотку, и я объяснил:

— Толка из всего этого не получится. Леди могут быть полезны… в лучшем случае для канцелярской работы.

Рагар сначала встрепенулся, а через миг скис — видимо вообразил, как дамочки приходят в это его Военное ведомство. Как начинают выполнять несложные обязанности клерков, попутно внося хаос и будоража своим тут наличием воображение мужчин.

— Маме не говори, — в итоге буркнул Рагар.

— А что тут говорить? Она и сама догадается, — да, я тоже умею быть оптимистом.

Кузен скривился больше прежнего, ну а я… быть честным, так уж до конца, верно?

— Этот набор провальный. Но в дальнейшем, если дать леди правильную подготовку, с правильным развитием магии, с изучением нужных дисциплин, то они всё же смогут учиться в нашей школе. Вопроса о равенстве по-прежнему не встанет, но леди смогут быть полезны. Не знаю… слепить из них отдельное подразделение с другими, адаптированными задачами?

Вообще, я сам не особо верил, что это сказал.

Это был нонсенс. Ситуация странная, недопустимая и лично мне не нужная. Да никому из нас не нужная! Но факты. Против них не попрёшь.

— И учитывай, что будут недовольства среди личного состава, — добавил я. — Леди в армии — это покушение на наши устои. Гражданские тоже будут против.

Рагар стал темнее тучи, но после очередного глотка словно взял и отбросил озвученные перспективы в дальний угол. Забыл про них. Отложил тему на послезавтра.

Тряхнув головой, он вернулся к ситуации из разряда «здесь и сейчас».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Но лучше бы мы продолжили обсуждать гипотетическое! Потому что…

— Ладно. Расскажи, как там леди Августа?

Я немного напрягся.

— Почему тебя интересует именно она? Может обсудим леди Дорину?

Младший принц отмахнулся и повторил:

— Что с леди Августой? Она справляется?

Вот только ответить я не успел…