Глава 37

37

Герцог Норден Северс

Так по-идиотски я себя не чувствовал никогда, и главное — не отказаться. Я как полный дурак выбирал наборы украшений для своей жены. И главное, за шкирку ее не возьмешь и обратно не притащишь. Я после этого недвусмысленного приглашения императора попал к ней в заложники.

Внутренне я выл, как горный волк. Что не так с моей женой? Почему именно во владениях этой своеобразной девушки оказались так нужные мне земли? С самого начала всё не так складывалось с этой женитьбой. Точнее, после моего визита с предложением.

И абы какие украшения не возьмешь. Мы же там окажемся с ней под пристальным взором сотен глаз.

Поинтересовался у управляющего:

— Что герцогиня в итоге выбрала?

Он с готовностью спросил:

— Желаете посмотреть?

Я не требовал ничего такого, выходящего за рамки. Как правило, мужья контролировали аппетиты своих избранниц и умеряли их пыл. В моем же случае я, рассматривая выбранные фасоны, тоскливо думал, что моей жене необходимы не узда, а шпоры. Но во вкусе Ксан не откажешь. Все модели сдержанные, но не пуританские.

Радовало то, что она не собиралась никого там обольщать. Вздохнул.

— Для всех платьев использовать самые дорогие ткани.

— Будет сделано. Я думаю, через дня четыре можно будет приезжать на примерку и оплатить также в этот день, но я сообщу вестником заранее.

Я ткнул пальцем в несколько подходящих наборов и радостно удалился. Так, сейчас я посижу с Ксан в ресторации и попробую намекнуть ей о необходимости держать язык за зубами, а я за это… Я за это. Что я за это? Куплю ей мантелет? Звучит безумно, но именно только в нем она проявила хоть какую-то заинтересованность, если не считать лицензии.

Я очень надеялся, что у Ксан при виде украшений загорятся глаза и я воспользуюсь этим моментом, но не тут-то было.

Я выругался. Послало же мне небо такую странную жену. На первом балу она, кстати, таковой не выглядела. Совсем. Так, значит, мантелет ей куплю. Сколько за него попросят, столько и выложу. Подожди.

Я в растерянности стал рыться по карманам. И застонал.

Нет, нет, нет. Это Ксан мне все мозги вынесла. Всё из-за нее. Такое со мной случилось в первый раз в жизни. Я не взял с собой ни чековую книжку, ни золота. А как я ее угощать буду?

В глупее положения я еще не попадал. Пригласил девушку в ресторацию, и скальный паук меня раздери, а деньги не взял.

Это всё из-за нее. Я всегда был собранным, а теперь дурью начал страдать. Провалы в памяти, детские игры с ветром. Куда я качусь? Захотелось побиться головой о близлежащую стену. И что теперь делать прикажете? И не уехать, она же ждать будет.

Я тяжело вздохнул и погладил свою лошадь по шее. Нет, ехать придется и признаваться тоже, а также, паук меня раздери, опять извиняться. Соврать и сказать, что у меня дела нарисовались, не мог. Патологически врать не мог. Недоговорить — да. Но прямо в лицо говорить неправду — не мое это.

Ехал и злился на всю эту историю.

С прискорбием заметил, что после того, как женился, совершенно изменился не в лучшую сторону. Раньше я даже в некоторой степени гордился своим прозвищем — Ящер. Бесчувственный, безэмоциональный, в толстой непробиваемой шкуре, скрывающийся от лишнего общения и из всего общества предпочитающий общаться только с несколькими людьми. Их по пальцам можно было пересчитать. Балы и приемы для меня были испытаниями, и на них я опять и опять обрастал новой броней, слушая шепотки за спиной. Меня это уже не трогало.

Нет, я понимаю, после знакомства с Ксан попал под магический флер, но сейчас-то я очистился от действия заклятья. Уравновешенность должна была ко мне вернуться, но не тут-то было. Ксан постоянно вызывает во мне эмоции, заставляет чувствовать то изумление, то гнев, то растерянность. Эта девица расковыривает мою нарощенную годами кожу, и я ничего не могу с этим поделать.

Чувствую, после этой поездки опять думать о ней буду. Надо же, по скалам она любит лазить! Что за увлечение для молодой девицы? А с щитами история? Я не полный дурак – принимать на веру, что ей защита от дождя нужна. Меня прямо заинтриговало, зачем ей эти щиты понадобились? Любопытство начало мучить, а у нее интересоваться не буду, гордость не позволяет. Может, у Гарта невзначай спросить? Так, между прочим.

Опять внутри вспыхнуло раздражение. Дожил. Делами жены у слуги интересуюсь. Нет, не буду. Сейчас съездим с ней к императору, и потом глаза мои ее чтоб не видели. До развода. Украшения, что заказал, пусть у нее останутся. Захочет их продать — пусть, главное, чтоб до расторжения брака никаких любовников не содержала. Что хочешь, то и делай — по скалам лазай, щиты покупай, но не это.

Зубы невольно стиснулись, так что щеки свело. Я этого не потерплю.

Так, вот и ратуша. Где Ксан и Гарт? Вон экипаж стоит. Около него довольная жена с сумкой. Откуда у нее она? Увидела меня, расплылась в улыбке и давай мне махать рукой радостно. Я даже оглянулся удостовериться, мне она машет или нет.

Мне. Невольно рука зажила своей жизнью и сделала мах.

Ты что творишь? Не хватает еще также улыбаться начать. Ты — Ящер. Не забывай это.

Внутри даже недоумение появилось — из-за непредсказуемости своего поведения. Я как будто начал от нее заражаться всякой дурью и странностью. Интересно, а такие вещи по воздуху передаваться могут?

У меня даже мороз по коже пробежал, когда я представил себя вот так по-идиотски машущим рукой и улыбающимся. Я всегда был хладнокровным. Даже с Ирен, хотя я ее любил, отношения были ровными, без всех этих глупостей.

А почему она такая радостная? Я сощурился, внимательно окидывая ее взглядом. Что произошло, пока я ей, как последний придурок, украшения выбирал? — меня начали медленно мучить всякие подозрения. — Еще этого не хватало к остальному.

А Ксан, прямо светясь от счастья, двинулась ко мне. С трудом сдержался, чтоб не начать выспрашивать ее о причинах радости. Может, встретила кого? — ревность черной кляксой разлилась внутри. — Да что ж меня так качает-то?

Натягиваем холодную маску. Сейчас надо сказать, что, увы, обед не состоится и мы едем обратно. Стоп, а где слуга? Куда Гарт делся? Мы теперь будем здесь торчать и его ждать?

— Норден, я про это заведение говорила. Я туда уже заглянула. Там чистенько и пахнет вкусно.

— Где Гарт? — только это и смог сказать.

— Я его по делам отправила, — беззаботно ответила жена. — Что он нас попусту будет ждать? Вы же сказали, что мы идем обедать.

— Сказал, — мрачно выдохнул я, — но обстоятельства изменились.

— В смысле? — Ксан склонила набок голову и простонала. — Что, покушать отменяется? Только не говорите мне, что мы едем опять какой-нибудь мурой заниматься? Типа экипаж и коней выбирать для поездки? Это без меня, пожалуйста, а то я когда голодная, очень злая становлюсь, покусать могу.

Я вздохнул и процедил:

— Нет. Туда нам не надо. Дело в том, что я случайно оставил дома и чековую книжку, и кошелек. Деньги за наряды и украшения надо будет вносить потом, после примерки, поэтому я как-то выпустил это из виду.

А еще, — это я уже подумал, — кто-то так мне голову заморочил, что я сам на себя становлюсь непохож.

В глазах Ксан появилось изумление и какой-то смешливый огонек. Она осмотрела меня с ног до головы и хмыкнула:

— Норден, вы какой-то на редкость рассеянный становитесь. У вас всё нормально?

Захотелось выпалить, что это оттого, что с ней связался на свою беду, но побоялся наговорить лишнего и промолчал.

А Ксан продолжила:

— Ну забыли так забыли. Не беда. Пойдемте. Я сегодня вас угощаю, — и она похлопала по сумке рукой. Оттуда донесся перезвон монет.

Теперь я оторопел.

— Откуда? И почему ты такая довольная? — я уже не смог сдерживаться. Захотелось схватить ее за плечи и потрясти.

— Э-э-эй, вы чего? — напряглась она, увидев ярость в моих глазах. — Я их заработала. Вы же сами мне лицензию купили. Продала кое-что выгодно.

— Что?

— Черешу.

Я навис над ней.

— А где ты ее взяла, эту самую черешу?

— Выменяла на свой кулон у заблудившегося торговца. И сразу должна сказать: на эти деньги вы претендовать не можете. Я только что была в юридической конторе, где меня заверили, что на деньги, вырученные за реализацию товара, вымененного на личные вещи, то бишь мой кулон, супруг ни в коей мере претендовать не может. А лицензия? Так это подарок за то, что я оказываю вам эскорт-услуги, — она хихикнула, — правда, не в полном объеме.

Я до конца не понял про “эскорт-услуги”, но догадался, что она под этим имеет в виду нашу совместную поездку. Надо же, какой предприимчивой особой моя жена оказалась. Впервые за всё время нашего общения у меня в душе зародился росток уважения. Деловые качества всегда мной очень ценились. И я посмотрел на нее другими глазами.

— И что ты собираешься, судя по лицензии, с большой суммой денег делать?

Давай, разочаруй меня. Поведай глупость, я успокоюсь и выдохну. Но жена сказала:

— Конечно, в оборот пущу, и по мелочи прикупить надо кое-что еще, щиты, например. И слушайте, — она взмолилась, — пойдемте уже поедим, у меня желудок к спине прилип и скоро плакать начнет. Давайте его порадуем мясом, а то овощная диета у меня уже в горле стоит.

— Почему овощная? Кто-то с утра сегодня уже лепешек с сыром поел, — отметил я язвительно.

— А вы ревнуете, что вас не угостили? — внимательно посмотрела на меня Ксан.

— Очень надо, — буркнул я, — я прекрасно позавтракал.

— Вот о чем говорю. А я скромненько. Да не стесняйтесь вы, — она схватила меня за руку и потащила в харчевню. — Ну угощу я вас сегодня. Отплатите мне потом тем же, — потом она резко остановилась и посмотрела на меня:

— А не врете ли вы насчет денег? Кочергу на что купили новую?

Я покраснел.

— Буду я еще кочергу тебе покупать. Гарт заплатил... Я сказал, что потом ему отдам. А за счет женщин, извини, жить не привык. Так что одна иди, хотя это неприлично — юной девушке одной по таким заведениям ходить.

Ксан сморщилась:

— И что теперь? Помирать с голода? Вам стыдно за мои деньги есть, а одной мне нельзя. Может, все-таки придем к какому-нибудь консенсусу? Давайте я вам одолжу?

Я проскрежетал зубами и кивнул. Жена хмыкнула:

— Вот и прекрасно. Десять золотых вам хватит?

— Вполне.

Небо, во что я ввязался!

Ксан отсчитала мне из объемного кошеля монеты и спросила:

— Всё? Все формальности соблюдены, и герцогская честь не страдает больше? — потом взмолилась— пойдемте уже, а. У меня, правда, еще куча дел. Сейчас быстренько отобедаем. Вы мне расскажете про предстоящую поездку, и разбежимся. Мне говорили, что на примерку надо будет ехать дня через четыре? Вот и прекрасно.

Нет, я честно хотел отказаться. Еще не хватало, чтоб жена мне одалживала! Всё естество внутри бунтовало против этого позорного унижения. Но разумная речь про обсуждение поездки сделала свое дело, и я впервые в жизни смирился с тем, что я буду есть за счет женщины.