Глава 50

50

Визит графа меня реально выбил из колеи. Хорошо хоть успела с налогами да договорами разобраться, а то бы заново пришлось изучать.

Нет, ну надо же, какой наглец, а если бы кто зашел? И откуда он узнал, что я в библиотеке сижу? Следил?

Я встала и зашагала вдоль стеллажей, чтобы успокоиться. Не нравилось мне всё это. Странный он. Ничего не могу сказать — хорош собой. Эдакий красавчик, от взгляда которого не всякое девичье сердце устоит.

И что ему надо от Ксан, то есть от меня теперь? Почему, когда я смотрела на него, мне казалось, что сижу в театре, на первом ряду? И игра была высококачественная. Это я в той жизни не ожидала удара под дых от мужа с подругой, а в этом мире все чувства уже обострены. Не поверю, что просто влюбился. Нет, восемнадцатилетняя девица, которую, оказывается, он еще и от разбойников спас, могла увлечься своим спасителем до кончиков ушей, но не я — видевшая жизнь на десять лет больше Ксан и пережившая измену.

На меня его флирт не подействовал. Совсем. Наоборот, такие знаки внимания меня напугали. Еще что-то резануло. Что-то совершенно не вяжущееся с заявлениями о вечной любви. Точно. Слова про год. На кой ему надо было, чтобы Ксан год с Норденом в браке побыла? Нет, герцогу это ясно для чего — он вступает в вечное владение моими землями. А мне? Что мне светит после года?

Я подошла к столу и взяла в руки тяжелую, пахнущую старой кожей книгу. Свод законов. Открыла оглавление, провела пальцем. Нашла. Вот касающееся брачных дел. О, как интересно.

«В случае смерти одного из супругов оставшийся становится полноценным наследником всего его движимого и недвижимого имущества, если…

а) У умершего не было детей, иначе наследство делится.

б) В браке они состояли больше года. В случае меньшего срока имущество уходит к другим близким родственникам покойного, а если таковых не имеется, отходит короне».

Потом пошли сноски, как наследство дробится, если родственников несколько, по какой степени родства раздаются доли. Наличие несовершеннолетних и назначение опекунов. Я захлопнула книгу и оперлась на стол.

Главное я почерпнула. Через год брака, если с Норденом что-то случится, я становлюсь хозяйкой заводов, дворцов, пароходов. Дальше нежный шепот на ушко несчастной вдове, и вуаля — наш граф в дамках. Идеальный вариант рейдерского захвата. Такое и в нашем мире практикуется сплошь и рядом.

Хмм. А что так этому Авесу приспичило именно герцогские земли получить? Такая сложная многоходовочка, когда с такой внешностью обаять чью-либо богатую дочку можно было легко и просто? А вот и нет, Ксан. Ты не права. Это возможно в нашем мире, а в этом, в котором женщина — тень, это не прокатит. По крайней мере, для незамужних богатых девиц. Не дадут им это родственники сделать. А вот вариант с вдовушкой идеален.

Я вспомнила реакцию Нордена на графа. Что-то там более глубокое замешано, чем просто соперничество за мою благосклонность. Что-то такое, что будило в герцоге зверя.

А у Авеса такая же “любовь” к герцогу? Обоюдная, так сказать? Соперничество? Может, я становлюсь параноиком, но что стоило графу заранее узнать, на кого положил взгляд герцог, и совершить удар на опережение?

Опять стала мерить шагами библиотеку, кусая губы. По тонкому льду хожу, однако. Остановилась в задумчивости около стеллажа со старыми книгами. Провела по корешкам и отскочила — от них пыль полетела, видно, давно человеческая рука их не касалась. Чихнула. Отошла.

Хм. У Нордена не поинтересоваться про причины нелюбви к графу — это как красной тряпкой перед мордой быка помахать. А у Авеса тем более. С этим господином мне лучше даже в разговоры не вступать, от греха подальше. Слишком он настырен, и по его взгляду, последнему, который он на меня бросил, выскакивая из библиотеки, я поняла, что в покое меня не оставят. Одержимость в нем промелькнула и изумление.

В первый раз с таким категорическим отказом девушки столкнулся? Я поёжилась. Похоже, так. А он, кстати, человек или дракон? У кого бы спросить? А я знаю. У Гарта. Вот кто мне ответит, если я его к стене прижму и буду пытать с пристрастием. Шутка. По-человечески поинтересуюсь. Это герцог всё сомневается насчёт моей памяти — недоверчивый наш, а вот слуга уверовал полностью. Так и сделаю.

А сейчас вперед, Ксан, пора заняться поиском информации по неприкаянным душам. Мысли по Авесу отложу в сторону, сейчас надо понять, кто такой Фэн и как ему помочь.

Села. Точнее, плюхнулась в старое кресло, и оно жалобно скрипнуло. Терпи… Открыла по закладке первую попавшуюся книгу. Эти сведения я записывать не буду — пусть в голове все хранятся. Начнем.

Да, таких душ в свое время было много. И магов, кто их упокаивал, требовалось в огромных количествах. Они метались по королевству и уничтожали питающихся людскими энергиями призраков. А вот так называемые реаниматологи были редки.

Как и сейчас,они требовались у военных, и ими становились чуть ли не принудительно. Поступала разнарядка — в это отделение нужны такие-то специалисты. Счастливчиков выбирали, и военное ведомство предоставляло кристаллы. После ухода на пенсию эти маги уже практиковали в лечебных заведениях. И вот здесь есть большой затык.

Вызывали их в экстренных случаях, когда смерть была свежая. Естественно, от несчастного случая, а не от старости. Тогда он помогал. А в нашем случае с Фэном это не прокатит. Тем более я вообще не понимаю, кто он и где его тело? Может, оно давным-давно истлело.

Я поежилась. Нет, Фэн не неприкаянная душа. Здесь говорила не моя любовь к мальчику — здесь работал чистой воды анализ. Он уже ушел, но не за грань. Что-то держало его в Преддверии, и я сумела вытащить его оттуда.

Я перечитала сейчас груду книг и видела, что его поведение совершенно не соответствует описанным ужасам. А может, сработало то, что он смог поглотить кристалл? Может, и так.

Я расскажу ему и всё разъясню. Покажу на пальцах, что он не неприкаянная душа. Он умный мальчик — ему не нужно будет просто утешение, что я его люблю всякого, хотя и это тоже не надо откидывать.

На душе полегчало. Но теперь надо понять, как я могу ему помочь обрести тело, и чтоб это было в рамках закона. И я не знаю, как, если честно.

Опять взялась за книги. Да, Норден был прав, рассказывая, что призывающий мог засунуть в тело чужую душу и потом люди жили долго и счастливо. Но передо мной встают два вопроса: где взять бесхозное, здоровое тело ребенка? От этой фразы меня передернуло. И…Я сказала это вслух:

— Как мне заставить мага призвать туда душу Фэна?

И то и другое было для меня нерешаемыми вопросами. Про тело — ладно, в жизни всякое случается. Но про мага… Это нереально. Только если самой им стать.

Я почитала про возможность поглощения нескольких кристаллов разных видов магии. Возможно, но разные магии начинают глушить друг друга. То есть силы ветра у меня поуменьшится. И значительно. Ну и ладно — я и так летать через пропасти не собиралась, а на скользить мне хватит.

Здесь вопрос упирался в другое — не все кристаллы, оказывается, были разрешены для поглощения без разрешения. Ветер — да, огонь — да, еще кучи всяких тоже, но работающих с душами ставили на учет, а такую магию вообще получали только по высочайшему благословению. И добыча камней велась под присмотром императорской канцелярии — что было резонно и умно.

От обилия информации строчки начали расплываться. Я даже не заметила, как наступил глубокий вечер. Затекла шея, а живот свело от голода.

Грохот распахнувшейся двери заставил меня подпрыгнуть. Перед столом стоял разъярённый муж, а за ним выглядывал испуганный библиотекарь.

— Сколько времени, Норден? — спросила я его. — Похоже, я что-то увлеклась.

У меня даже голос охрип от усталости. Внезапно почувствовала, что дико хочу есть и спать. Я… А бедный библиотекарь, который караулил внезапную любительницу чтения?

Ужас, Оксана, ладно ты — мужчину бы пожалела.

— Спасибо вам большое. Извините, что задержала. Вам, наверное, давно уже было пора спать.

— Что вы, госпожа, — ответил мой заложник, — мы работаем до последнего посетителя.

— Еще раз извините, — выдавила я из себя улыбку.

Живот скрутило, и я посмотрела на Нордена:

— Есть хочу. У нас в покоях найдется, чем перекусить?

Он опешил и предложил немыслимое — сходить к Гарту поспрашивать про лепешки. Я хмыкнула, представив такую картину, — не, не буду заставлять терять лицо Великому и Ужасному.

— Не бойся, я сама попрошу, — надо подкрепиться, чтобы хватило сил поговорить с Фэном. — как к императору сходил?

— Нормально, он новые соревнования придумал. Лодочные. Придется участвовать. Думал, охота будет, а нет, — ответил муж.

Стало интересно, что было раньше — надеюсь, не бег в мешках устраивали.

— А какие старые были?

— Из арбалета стреляли. На лучшего стрелка. А новые теперь – гонки на лодках. Мужчина гребет, женщина подбадривает или еще чем помогает, а потом они получают приз. Точнее она.

— Женщина?

Не всё потеряно в этом патриархальном обществе, если решили и тень одарить.

— Да, именно женщина. За поддержку. Приз — кристалл из личной коллекции императора.

— Кристалл из личной коллекции императора… — повторила я слова Нордена, вдумываясь в их смысл. Кристалл!!! Вот то, что мне нужно!

— Хочу! Я хочу этот приз!

Норден окинул меня долгим, подозрительным взглядом, явно сбитый с толку моей внезапной вспышкой энтузиазма.

— Ксан, зачем тебе он? — он прищурился, пытаясь разгадать, что я задумала. — Ты же не сосуд. Или ты его продать хочешь?

— Продать? Да ни в жизнь, — у меня второе дыхание открылось. — Норден, — я, остановившаяся от такой новости, сделала шаг к мужу, — а в коллекции все виды магии представлены? И мы любой сможем забрать, если выиграем гонку? Какие там условия, кстати?

Муж, походу, опешил от моего напора и такого проснувшегося интереса:

— Да, все, что есть, — всё там, и, естественно, в тройных экземплярах. Стратегический запас, так сказать. И да, любой. Именно так и было сказано. А про условия завтра объявят.

Ах ты моя прелесть!

— Норден, сейчас я не особо соображаю, меня хватит только на поесть, но завтра… Какой, кстати, у нас график?

Муж устало потер переносицу, явно жалея, что затронул эту тему, и принялся раздраженно загибать пальцы:

— Завтра прием во второй половине дня. Следующий день — подготовка к состязаниям с арбалетами. День на соревнования и торжественный обед.Потом подготовка к гонкам. Сами гонки. День перед балом, и последний день — сам бал с вручением призов. В этот раз, хвала небу, будет короткая программа, и мы быстро вернемся. И да. Ксан, я придумал для тебя прекрасную отговорку и по поводу твоих неправильных реверансов и танцев: сказал, что ты и голову, и ногу ушибла, последнюю, доктор настоятельно рекомендовал тебе две недели поберечь.

— Хорошее решение, — согласилась я, раздумывая, — может мне еще похромать?

— Не надо, — перебил невежливо Норден, видимо, решив, что я еще с палочкой на бал приду.

— Ну не надо, так не надо.

Настроение у меня поднялось. Один пункт по Фэну я решу, а дальше видно будет. Мы сходили к Гарту. Как он был изумлен и долго не мог понять со сна, что от него хотят, потом принес сверток с лепешками, кои я поглотила с великим удовольствием, потом отправила Нордена к себе, а сама позвала Фэна.

— Малыш, ты здесь?

— Да, — раздался грустный голосок. У меня даже сердце сжалось.

— Иди сюда. Сейчас я тебе расскажу всё, что прочитала про неприкаянные души, и ты сам решишь: являешься ли ты ей или нет.

Ничего не выдумывая и не смягчая, я выложила шепотом всё, что прочитала. И какие они злые становятся, и какой вечный голод они испытывают, и как люди болеют и умирают, те, из которых они соки высасывают. Фэн слушал внимательно, потом выпалил:

— Мам, но я совсем не такой. Я не хочу есть.

— Вот именно, сын. И я не болею и полна сил. Ты — не неприкаянная душа. Ты душа — это факт, но другая. И теперь, когда мы этот факт прояснили, расскажу еще что.

Есть такие маги, которые могут призвать душу в тело. И я намерена научиться это делать. Будут гонки, и победитель может выбрать любой кристалл из коллекции императора. Я клянусь тебе, что мы выиграем эту гонку и получим главный приз. Завтра на приеме нам расскажут правила. Мне бы понять, можно ли пользоваться магией там или с герцогом придется на весла садиться. Это, конечно, похуже, потому что чтобы грести — навык нужен и слаженность.

Ладно, завтра всё узнаем. Так что не грусти, солнышко, прорвемся. Я с тобой еще наобнимаюсь.

Фэн засмеялся и фыркнул:

— Вот еще обниматься. Это девчонки только любят.

Я улыбнулась:

— Но один раз ты мне позволишь это сделать.

— Ладно, но только один, — снисходительно сказал Фэн и ласково обвился около моей шеи.

— Солнышко, завтра прием будет, для тебя скучноватая тема. Полетай вокруг, буквами позанимайся. Почитай — я тебе книгу открытой оставлю. Хорошо?

— Угу. А в оружейную можно слетать?

— Можно. Только в казармы не надо.

А то наслушается там всякого. Знаю я этих военных.