Глава 56

56

Мне казалось, выиграли мы гонку, и отношения у нас еще больше улучшатся, но не тут-то было. Хрупкий мир рухнул, после того как моя жена начала шептаться с императором. Нет, интрижками там не пахло. Ничего не говорило об этом. Не было быстрых томных взглядов, учащенного дыхания. Нет. Только холодный расчет.

Их переговоры и бросаемые в мою сторону взгляды меня жестко насторожили. Не говорите мне, что жена, почуяв, что у нее всё начало получаться, решила расторгнуть брак сейчас. Это была бы катастрофа для меня.

Меня раздирало изнутри на части. Мой дракон ревел и бился о клетку человеческого тела. Внешне я был спокоен и холоден, но чего мне это стоило.

Тревожные мысли о сыне мучили меня. Я ждал вестников, что грибы доехали, но они так и не приходили. Хорошо, что в этот раз празднества не затянутся и мы быстро вернемся домой — если что отправлюсь сам со своим отрядом за этими грибами.

Да, я помешался на моем упорстве не давать умереть сыну, и ничего не мог с этим поделать. Я должен был спасти Феннера, но у меня не получилось. Я прочел сотни книг в надежде найти зацепку, как ему помочь, — ничего. Если бы тогда я сразу бросился с ним на руках в лечебницу, но гости и смерть Ирэн помешали, а потом уже было поздно. Мне отказали в просьбе призвать душу сына.

Я дошел до того, что готов был обратиться к черным магам или колдунам, как они себя называли, изучил всё, что они могли творить, выкопал такие малоизвестные факты, о которых и рассказал Ксан, но увы — эти люди могли вышибать души из тела, но не призывать их обратно.

То, что я поступился принципами и позволил себе решиться на такое, тоже угнетало.

И ко всему этому теперь присоединилось подозрение, что Ксан могла обмануть и решила не притворяться, а попросить императора оформить развод... Если абстрагироваться и посмотреть на всё со стороны — ее даже нельзя было в этом винить. Почему?

Потому что я вел себя как последний ублюдок с того момента, как ее привезли в замок. Унизил, издевался. Флер? Это не оправдание. Я не должен был это делать и теперь буду пожинать плоды своих действий.

Ксан отсутствовала, возвращалась в сопровождении императорского мага поздно, уставшая. А я не спрашивал, где она была. Приличия были соблюдены, но это меня не радовало. Жена заключила несколько контрактов. У нее всё налаживалось, что нельзя было сказать обо мне.

И вот Небесный бал. Я с тоской смотрел на красавицу, пока еще числящуюся моей женой, и ожидал всего чего угодно на нем. Приказ о расторжении брака в том числе. Точнее, вот это я и ожидал, но произошло всё наоборот.

— Протягивайте руки. Ксан, без перчаток.

Что? Я никогда не носил ни колец, ни браслетов, и венценосный это знал... Зачем же тогда этот бессмысленный подарок?

Но принял и поклонился, как и Ксан.

А этот интриган сделал шаг вперед и тихо сказал:

— Значит так, друзья, браслеты под заклинаниями единения. Если что-несъемные. Максимум, насколько вы можете разъехаться — четыре часа в сутки. Это расстояние более десяти метров. Учитесь взаимодействовать. Срок полгода. И да, вы теперь будете знать, где кто находится.

Что? Я не ослышался? Браслеты? Вот чего-чего, но этого я не ожидал. А развода не будет? На меня напал секундный ступор — даже дышать, как забыл. А император ухмыльнулся во все свои драконьи зубы.

И тут до меня дошел ужас всей этой дурной ситуации, в которой мы оказались!

Когда мы отошли я смог втянуть в себя воздух.

— Что ты ему наговорила? — я склонился к Ксан. — Ты понимаешь, во что мы вляпались?

— Нет, — взгляд у нее был испуганный и виноватый, — а что будет, если мы с тобой по делам разъедемся?

— Что, что, — я начал осознавать, в какую ловушку мы попали, — боль от запястья начнет расползаться такая, что мало не покажется, ни о чем думать не сможешь.

Ксан ойкнула.

Небо... А как мне теперь шахтами заниматься? Ксан с собой таскать? Я же там провожу по три часа. А по делам ездить? А как нам вообще ночевать, если мы проживаем в разных местах?

Нет, это прекрасно, что угроза развода миновала, я, конечно, выдохнул, но тут же взвыл. Что она там наговорила императору? Пожаловалась, что я ей мало времени уделяю? Вообще-то, это мне впору жаловаться, что на меня внимание не обращают — жена с головой ушла в свои дела и заботы.

И не успел ее расспросить, как меня позвали к императору. Может, мне объяснят, в конце концов, что здесь происходит.

— Норден, — император сделал знак рукой, и вокруг нас образовалась пустота. Значит, разговор будет серьезным. — Я уверен, что ты завтра с утра помчишься со своей женой домой, и поэтому решил сейчас поговорить. Скажи мне одну вещь, мой друг, — венценосный поднялся со своего трона и сделал ко мне шаг. Между нами было не больше полуметра. Посмотрел пристально в лицо и спросил:

— Ты знаешь, что за кристалл попросила твоя жена в качестве приза?

Взгляд был напряженный. Не удивлюсь, если меня сейчас еще проверяют и на прямую ложь.

— Нет.

Голова императора чуть наклонилась в сторону:

— Поклясться можешь, что даже не догадываешься?

— Клянусь, — у меня и вправду ничего в голову не приходило. От моей жены я мог ожидать чего угодно.

— Не врешь, — задумчиво протянул наш главный дракон. — Ладно, это хорошо. Ксан попросила никому не рассказывать про это. Не знаю, правда, зачем ей эта магия, но пусть. По браслетам что… Норден, я пристально наблюдал за вами всё это время и что тебе скажу… — венценосный окинул взглядом танцующих поодаль придворных. — Друг мой, тебе повезло. Ты умудрился жениться на умной, красивой особе, но, боюсь, что своей холодностью и ревнивым безрассудным нравом можешь оттолкнуть ее от себя. А еще вы и так живете раздельно…

Я вздрогнул.

— Да-да. Я в курсе. И если вы не сможете наладить взаимоотношения — вас ждет развод, чего бы мне очень не хотелось. Поэтому я принял решение о браслетах.

— Но, Ваше Императорское Величество, — взмолился я, — а как же наши дела? Четыре часа в день в течение полугода — это вообще ни о чем.

Мой собеседник пожал плечами:

— А кому легко? И да, через недели две-три, как и договаривались, я навещу вас. И кристаллы заберу, и дальше с пауками поеду разбираться. Там и посмотрю, если вам браслеты больше не понадобятся — сниму. И кстати, по поводу мужских штанов… Официально разрешаю твоей жене в них ходить. Когда это необходимо.

Я тяжело вздохнул: нажаловалась, значит.

— И повторяю, Норден, у тебя прекрасная жена. Была бы она принцессой — сам бы женился. Не совершай ошибок. Не надумывай себе ничего. Иди.

И я пошел. К Ксан. Но ее в зале не было. Куда она ушла? Только хотел спросить у слуги на входе, как сам понял, в какой стороне она находится, будто нить натянулась. Точно, про это же император упоминал.

Дурак, я — дурак. Навыдумывал себе, а жена меня не предавала, даже не думала. Ну не сказала, какую магию попросила, почему она должна выкладывать мне всё, тем более у нас отношения с ней договорные, считай. А она свои обязательства выполняет четко.

Я с досадой на себя покачал головой.

Ксан в дамской комнате? Нет. Браслет меня тащил дальше. Свернув, я наткнулся на Лиль, которая приникла ухом к шторине. Подслушивает? Там был, насколько я помню, выход на балкон.

Служанку буквально трясло: она явно злилась, губы себе чуть ли не в кровь искусала.

— Лиль, где госпожа?

Девушка испуганно вздрогнула, пойманная с поличным, и резко развернулась ко мне. В ее глазах мелькнул неподдельный страх, который тут же сменился неким недовольством. Оторвал ее от подслушивания? Подожди, Ксан на балконе не одна? Но ответить она не успела.

Балконная дверь с треском распахнулась и оттуда выскочила Ксан, а за ней в проеме возник Авес.

Во мне разом вспыхнула дикая ревность.

Я готов был броситься на соперника и задушить его голыми руками, но усилием воли заставил себя замереть на миг. И в этот момент аналитический ум пробился сквозь красную пелену драконьей ярости. Я мгновенно оценил картину целиком: тяжело дышащая, раздосадованная жена и силуэт графа позади нее. Растрепанный, со взбешенным взглядом и раздувающимися ноздрями.

И до меня дошло. Женщина, которая только что тайно миловалась с любовником, не может выглядеть разъяренной фурией. А ещё в ее глазах не было чувства вины, наоборот, в них начала проблескивать обида, словно она уже ожидала от меня беспочвенных обвинений. Она не предавала меня. Она только что дала Авесу жесткий отпор.

Я предложил руку Ксан. Внутри всё ликовало. Сейчас я нарушу все правила, которые только возможно.

Но повел я жену не на бал, а снова на балкон. Было видно, что Ксан после моих слов приятно удивилась. Но когда я повел ее совсем не туда, куда она ожидала — вообще изумилась.

— Подожди минутку, — и я вынырнул обратно.

Схватил Авеса за воротник и с силой припечатал его к стене. От удара из груди Авеса со свистом вырвался воздух, а затылок стукнулся о мраморную стену. Он на секунду зажмурился, справляясь с головокружением, но затем открыл глаза и криво, вызывающе оскалился.

— Если ты еще раз подойдешь к моей жене — кости переломаю.

И я притянул его к себе на миг, чтобы еще раз с силой толкнуть обратно. Его зубы лязгнули. Взгляд стал ненавидящий.

А я вернулся к Ксан. Она стояла растерянная и хлопала глазами, и в них была такая благодарность, что я был готов вернуться и уже расцеловать Авеса. Я подошел и взял ее руку.

— Спасибо, Норден. Я боялась, что ты навыдумываешь себе лишнего.

— Сам себе удивился.

Я посмотрел в ее счастливые глаза, и мне стало так легко на душе.

— Ну что, жена, как жить дальше будем, — я поднял руку и потряс ее, — с этими украшениями?

Браслет вопрошающе звякнул.

Ксан тяжело вздохнула:

— Не знаю. И я не могу покидать надолго свое гнездо — у меня контракты.

Я кивнул:

— Я тоже. У меня шахты.

Жена мило сморщила носик:

— И что тогда?

— Предлагаю график составить совместного пребывания. Непредвиденные обстоятельства рассматриваются отдельно.

Ксан потерла кончик носа:

— Логично. Можно ночевать по очереди то у меня, то у тебя. В кабинете готов спать? Там диван — ничего такой, удобный.

Я вздохнул:

— А у меня варианты есть?

— Нет, — Ксан мило улыбнулась, — или на коврике около печки на кухне.

— Лучше кабинет. У меня в замке с комнатами дела лучше.

— Ты про ту, где меня переодевали перед свадьбой?

— Ту самую. Которую не успели тебе приготовить перед нашим отъездом, когда служанки все слегли.

— Кстати, о них. Слушай, Норден, меня эта Лиль вообще не устраивает. Можно я без нее как-то обойдусь?

— Можно, но у меня с ней контракт на месяц службы. В замке она будет присутствовать этот срок. А потом попрошу на выход. Девушка ведет себя совершенно непонятно. Хотя, может, ни разу служанкой не работала, поэтому. В любом случае — уберу.

— Прекрасно. Норден, еще что хотела спросить — может, ты в курсе, а как наши 4 часа по раздельности будут считаться? Они суммируются и не больше четырех часов в день, или мы с тобой поздоровались и разошлись на четыре часа, потом встретились, спросили, как дела, и опять свободны?

Я задумался. Хороший вопрос Ксан задала. Вернемся и подойдем, поинтересуемся этим моментом.

А сейчас…

— Может потанцуем? Зря я, что ли, терпел, пока ты, обучаясь, столько по моим ногам топталась?

Ксан рассмеялась и радостно кивнула.