Глава 7
Чтобы спуститься из башни, ей хватило совсем немного времени. Предчувствуя, что дракон в очередной раз готовит ей какую-то пакость, Киара неслась, едва не касаясь ступенек.
На нижних этажах она увидела снующих туда-сюда рабочих, крепких мужчин с тяжелыми мешками в руках, женщин с ведрами воды. Кто-то нес строительный раствор, кто-то катил телегу с камнями…
Поймав одного из строителей, она попыталась выпытать у него, что происходит, но человек так перепугался, что и слова вымолвить не смог.
— Да что ты их мучаешь, давай за мной! — Стивен спускался не по лестнице, а потому не сразу нашел ее в этой толчее.
Говорящая птица окончательно добила несчастного рабочего, которого в это время пыталась расспросить Киара, а остальные оказавшиеся поблизости в ужасе шарахнулись в стороны, расплескивая воду и переворачивая ведра с песком.
Кая с раздражением окинула их свирепым взглядом и направилась за юркнувшим в соседний коридор Стивеном. Очень скоро они оказались около бального зала, когда-то заколоченного по ее требованию после пожара.
Вокруг суетились люди, а внутри кипела полномасштабная работа. По периметру всего зала были расставлены строительные леса, огромные лестницы доходили практически до потолка, в котором зияла огромная дыра.
И посреди всего этого муравейника стоял Амоа, увлеченно раскидывая яркие лучи заклинаний направо и налево.
— Нет, ты не курица. Ты дятел, — увидев Киару с принцем, изрек нианец. — Сразу жаловаться побежал?
— Кая, скажи ему! Он не прав! — обиженно завопил Стивен. — Ты ведь согласна, что он не прав?
Киара рассеяно кивнула. Конечно, не прав. Почему не спросил ее? У них денег в казне в обрез, а Амоа тратит их на то, чтобы отремонтировать бальный зал для праздников? У них даже на полпраздника золота не наберется. Зачем такие расходы?
— Как он вообще мог? — продолжал Стивен, тем временем. — Что за самовольство? Почему меня не нарисовал? Скажи ему, что меня тоже надо!
— Куда еще тебя надо? — Киара закатила глаза, даже не вслушиваясь в очередные словоизлияния Стивена. Затем тяжело вздохнула, творя заклинание тишины, чтобы рабочие ее не слышали. Она все же «добрая» и «понимающая» королева-мать…
— Амоа, все это… — она практически шипела, хоть ее никто и не мог услышать.
Поняв, что если продолжит, то просто сорвется в базарную ругань, Кая обвела зал взглядом, рукой показывая, что именно значит «все это». Вот только фразу она так и не договорила.
На боковой стене за лесами действительно был начат огромный рисунок. Пока это был лишь набросок, словно бы выжженный на белоснежной стене — гигантский дракон, а на нем сидела она — Киара.
Рядом с ним, стоя на лесах, суетилось с десяток человек с красками, кисточками. Кто-то рисовал дракону хвост, кто-то наводил тон и закрашивал ей ноги телесной краской. Художники сразу показались ей странными, неуклюжими. Слишком шумные, низкорослые, неопрятные, в подобранной явно не по размеру одежде.
— Не волнуйся, я периодически поправляю магией, так что сделают они все идеально.
— И где ты взял столько… эм… художников? — ремонт, внезапно затеянный драконом, перестал казаться ей такой уж большой проблемой.
— Он поймал на улице компанию, — тут же сдал Амоа Стивен. — Они на стенах причинные места рисовали... Хорошо рисовали, кстати, натуральненько так…
— Вы надо мной издеваетесь? — опасным шепотом спросила Киара.
— Да воришки это ваши местные, — фыркнул Амоа. — Им даже не столько оплата работы нужна, сколько хоть какое-нибудь занятие. Поверь мне — от того, что они здесь и заняты делом — всему городу только лучше. Вот я у себя, например…
— Ты не у себя… — певучим голосом напомнила Киара. — И да, я давала тебе задание провести ревизию по оружию, а не заниматься самодеятельностью!
— Провел я ревизию. Не переживай, — отмахнулся Амоа. — Лучше смотри, какая прелесть получается! Я тут вернул, что мог, магией, но крышу не стал восстанавливать, думаю, было бы здорово сделать ее раздвижной. Чтобы вылетать прямо отсюда...
Договорив это, он метнул во фреску очередной луч заклинания, и лапа дракона, которую до этого старательная раскрашивала невысокая кучерявая замарашка, высунувшая язык от усердия, тут же приобрела более живой оттенок, и на ней даже шипы появились.
Художница захлопала от восторга в ладоши и повернулась к Амоа. Но, увидев рядом с ней Киару, вскинула брови, затем повернулась к эскизу на стене, где была изображена женщина на драконе, снова посмотрела на Каю.
— Ну, что ты можешь сказать мне по поводу оружия? — продолжила допрос королева.
— А что можно сказать по поводу того, чего нет? — мужчина картинно развел руками. — Казна пуста, металл вы закупаете у соседей. Ты на смотре не видела, что арбалеты были только у первых двух шеренг? Мечи и то не у всех.
— Но как же так… Но Ирил… — сказать, что Киара была в шоке, значит, ничего не сказать.
— Да, я поспрашивал. Его действительно любят, любили… потому что он единственный, кто заботился о том, чтобы солдат хотя бы кормили нормально и выдавали зимой теплое обмундирование. Но я не уверен, что на эту зиму ты найдешь столько обуви и униформы.
— Да ладно тебе. Он сгущает краски! — замахал руками Стивен. — Все не так плохо. Зато мы нашли целый склад зерна в подвале дома одного из казненных… То есть, когда я говорю «склад», я имею в виду размером с этот зал! Ты представляешь, какой там тайник вырыт был? И да, когда я говорю «нашли», я имею в виду, что это целиком и полностью моя заслуга. Все славьте Стивена, ибо эта птичка явно круче всех!
«Птичка» принялась рвано дергать лапами и крыльями, изображая то ли буйную радость, то ли эпилептический припадок.
— Это надо обдумать… — Киара сухо кашлянула, разворачиваясь на каблуках.
Где взять на все денег? Создатель, а она еще об отряде магов мечтала! Да тут простых солдат содержать не на что!
Но не успела королева сделать и двух шагов от зоны действия заклятия тишины, как ее обступила целая толпа…
Это когда они были на лесах, Киара приняла их за более-менее взрослых людей, но сейчас, вблизи, стало понятно — это же дети!
Они тянули к ней руки, словно желая удостовериться, что она настоящая, улыбались сумасшедшей счастливой улыбкой.
Перепачканные краской лица светились восторгом.
— Ты их хотя бы покормил, прежде чем вести сюда? А то у меня чувство, что они ее сейчас сожрут… — услышала Киара театральный шепот Стивена позади.
— Здравствуйте, дети… — уже договорив эту фразу, Кая поняла, как глупо она звучит.
Даже в детстве она мало общалась со сверстниками, а уж повзрослев, и подавно не желала становиться ничьей нянькой. И то, что происходило сейчас, вгоняло в ступор.
Что с ними делать? О чем говорить? Как прогнать, чтобы они уступили дорогу, но при этом не начали орать и плакать на весь замок?
Когда она до этого посещала бедные кварталы города, то чаще общалась со взрослыми. Когда речь заходила о раздаче бесплатных продуктов или какой-то помощи — выстраивались очереди, и детей там было не так много.
И вот что ей сейчас делать с этой разношёрстной компанией? На вид младшему было лет семь-восемь, старшему не больше четырнадцати. Не меньше двух дюжин, непохожих друг на друга и таких похожих одновременно.
У всех — одинаковая тоска в глазах, несмотря на улыбающиеся лица.
Ближе всех стояла та девочка, которая хлопала в ладоши, раскрашивая лапу дракона.
— Я же говорила — это она! — негромко шепнула та своей компании.
— А вы правда королева? — спросил смуглый кучерявый мальчик.
И это словно прорвало лавину вопросов.
Детям совсем, кажется, было неважно, что она даже отвечать не успевает. Лишь сам факт того, что они ее спросили.
— А правда, что вы ведьма и колдовать умеете?
— А почему вы красивая?
— А старая Мел говорила, что все ведьмы страшные, представляете!
— А правда, что вы умеете с пауками разговаривать?
— А вы видели жарбродува?
— Как вы не знаете, кто такой жабродув?!
Киара понятия не имела, кто это такие, и дети наперебой тут же принялись ее просвещать, что это такие звери, которые водятся в сточных канавах, куда грязь с улиц стекает, и именно поэтому к этим канавам лучше не приближаться, а то жабродув может и ногу отгрызть.
Тут же начались жаркие споры по поводу того, существуют ли вообще эти существа. Старшие дети доказывали младшим, что это все сказочки, кто-то заявлял, что сам таких видел, и вообще, раз драконы существуют, то почему бы и жабродувам не быть.
— Ты уверен, что ее не пора вытаскивать? — в голосе Стивена звучала настоящая тревога.
Кая обернулась. Тот сидел на плече у Амоа и опасливо поглядывал на всю эту сцену издалека. А вот самого нианца, судя по всему, все происходящее весьма забавляло. На его губах блуждала улыбка, и вмешиваться он не торопился.
«Спасите меня» — произнесла она одними губами, чтобы дети ее не услышали. Не звать же охрану, в конце концов, чтобы расчистили ей дорогу?
— Так, все, ребята, у Ее Величества много срочных дел… — Амоа наконец отмер и подошел к ней, ловко лавируя между детьми. — А вас тоже ждут дела, докрасите стену к вечеру, оставлю вас ночевать в замке…
— В каком смысле?! — вот тут Кая уже не смогла сдержаться.
Он что, решил тут приют устроить?!
— Я тебе все расскажу, не переживай, — шепнул он ей на ухо. — Ну что, идем?
— Летим, — недовольно съязвила она сквозь зубы, уже предвкушая, как выскажет ему все.
Наглая ящерица! Какой Бездны он распоряжается в ее замке без ее ведома?!
Но не успела Киара опомниться, как он вдруг крепко сжал ее, чуть дергая вверх. Она почувствовала, как ноги оторвались от земли, в один миг их обоих охватило свечение, исходящее от татуировок Амоа. Всего несколько секунд спустя королева оказалась сидящей верхом на драконе, а Амоа легко взмыл к потолку.
Рабочие закричали, увидев превращение; двое с перепугу свалились со строительных лесов. Киара чудом успела сотворить соответствующую руну и замедлить их падение заклинанием.
«Ну о чем этот идиот думает все время?» — она со злостью ударила по толстой шкуре, но что такое удар женской руки для дракона?
Дети внизу вопили от восторга. Улюлюкали, свистели, хлопали в ладоши. Перед тем, как они с Амоа вылетели в дыру в крыше, она успела заметить, как один из младших детей указал на Стивена:
— Если даже говорящая ворона есть, то жабродув-то и подавно!
— А давайте съедим его?
«Съедим? Они сказали «съедим»?!»
— Ты кого привел в мой замок?! — крикнула Кая дракону, но тот даже головы не повернул.
Королева вздохнула, откинувшись на широкую спину. Летел ящер небыстро, да и ветра сегодня особого не было, так что упасть она совсем не боялась. А если бы и упала… бывают вещи и похуже, чем свалиться с парящего над городом дракона.
Солнце уже село, и на город стремительно опускалась тьма. На этот раз Амоа не стал лететь далеко, и, едва вылетев за пределы голода, они приземлились на высоком холме, с которого огни Заира были как на ладони.
— Что за дурная привычка? — прошипела Кая, едва они оказались на земле.
Нет, как правитель правителя — она его понимала. Он хочет вести разговоры с позиции силы. Поэтому сам выбирает место и время для беседы, не считаясь с чужими желаниями. И все было бы прекрасно, если бы речь шла не о ней.
— Почему вечно какая-то глушь… почему нельзя поговорить где-нибудь рядом с королевской кухней?
Стоило заговорить о еде, как живот громко заурчал. Она ведь действительно не ела с самого утра!
Вид с холма, тем не менее, открывался шикарный. Отсюда даже было видно замок и площадь вокруг нее. Спиной она почувствовала волну магии от обратного превращения нианца.
— Тут у подножья деревушка — там сейчас праздник. Мы могли бы пойти прогуляться…
— Откуда ты знаешь о местных праздниках? — Киара подозрительно покосилась на Амоа.
— Дети рассказали.
— Кстати, о детях. Чем ты вообще думал, когда приволок их всех в замок? Я даже слуг стараюсь не нанимать много, чтобы сэкономить!
— Я люблю детей, — пожал плечами мужчина в ответ на тираду.
— В городе есть приют для сирот, — она скрестила руки на груди, но весь запал сразу куда-то пропал. Ругаться почему то расхотелось. — Ладно, не будем сейчас об этом. У тебя есть деньги? Я бы не отказалась спуститься вниз и купить что-нибудь. Только надо бы замаскироваться перед этим. Очередной порции про жаброклюев я не выдержу.
— Жабродувов, — поправил Амоа, протягивая ей руку.
— Как я могла перепутать, — в притворном ужасе прошептала королева.
— Кстати, насчет денег… — мужчина хитро прищурился. — Я тут кое-что придумал. Мне кажется, это будет отличным выходом из сложившейся ситуации.
— И что же это? — Кая не знала, как реагировать на очередную идею дракона.
— Расскажу, если пообещаешь хорошенько повеселиться, — и, подмигнув, он потянул ее за собой к спуску.
— Подожди. Маскировка! — королева подняла руки, перебирая пальцами и пытаясь вспомнить нужную для иллюзии руну, но дракон опередил ее.
Просто взмахнул рукой, и в тот же момент во всем теле возникло легкое покалывание, а платье на ней изменило свою ткань и покрой, удлинившись и став более простым и свободным.
У самого нианца же лишь исчезли татуировки на теле.
— Готово.
— Ты уверен, что так меня не узнают? — подозрительно спросила она и, получив кивок, неопределенно хмыкнула. — Ладно, как скажешь. Показывай свой праздник.
Вот только, как оказалось, дойти до деревни не так-то просто. Киара не привыкла ходить по лесам. Пару раз забрела в высокую траву, обожгла ноги крапивой, расцарапала руки о сухие сучья, промочила ноги, вступив в ручей…
При этом Амоа умудрялся не помять даже травинки! Он заботливо убирал перед ней ветки, подавал руку, чтобы помочь спуститься с особенно крутого участка, и, кажется, чувствовал себя здесь как рыба в воде.
Кае пришлось даже напомнить себе, что он вырос в деревне и поэтому справляется лучше.
— Никогда не считала себя домашней девочкой, но лесные походы явно не для меня, — вынесла она вердикт, когда они наконец спустились. — Вот с крыши на крышу прыгать между лавок в торговых рядах — это одно. Меня не один раз туда загоняли в детстве. А тут какой-то садизм.
Она досадливо потерла оцарапанный локоть.
— Да ладно тебе. Птички поют, цикады стрекочут…
— Слово «птички» у меня теперь ассоциируется только со Стивеном, — фыркнула она. — И Создатель упаси нас от его пения. Представляю, что бы это было…
В этот момент невдалеке несколько женских голосов разом начали петь что-то веселое, заиграла музыка. Кая повернула голову на звук — совсем рядом начинались жилые дома, а чуть поодаль виднелись огни костров и факелов, на фоне которых ярко выделялись людские тени.
Деревушка вынырнула, словно до этого была невидимой: с холма ее заметить было сложно.
— Идем, а то все веселье пропустим! — Амоа дернул ее за руку, увлекая за собой.
— А в честь чего вообще праздник? До сбора урожая еще далеко, работы еще много…
— Валаад, и почему ты такая зануда? — картинно всплеснул свободной рукой нианец.
— И вовсе я не зануда… — буркнула Киара, опасливо поглядывая на толпу, к которой они приближались.
Она прекрасно знала, как проходят праздники во дворцах. Балы, главной целью которых являлись далеко не танцы и развлечения, а переговоры, смотрины, собирание сплетен и ведение интриг. Знала, зачем устраивают званые ужины, пиры для послов или крупных купцов.
Регламент поведения торжеств и правила этикета были вбиты в подкорку, и уж чему-чему, а веселью на подобных «праздниках» точно не было места.
Амоа потянул ее прямо к кострам, которые ярко освещали большое поле с краю села. Пахло свежескошенной травой и близостью воды, должно быть, рядом где-то была стоячая вода – пруд, а может, и озерцо.
Было неуютно. А вдруг узнают? Не хотелось превращать этот вечер в очередную кампанию помощи бедным. Но вопреки опасению Каи, их приход даже никто не заметил. Люди хлопали в ладоши в такт музыке, подпевали, танцевали. Несколько сотен человек, которые, должно быть, пришли из окрестных деревень.
Киара замерла, слушая, как двое мужчин играют на ребабе. Это был струнный инструмент с небольшим круглым корпусом и длинным-длинным грифом. Чарующие переваливающиеся звуки завораживали.
Киара уже слышала подобную музыку раньше, много раз. На рынках, прогулках по городу, несколько раз даже при дворе, хотя предыдущая королевская чета предпочитала, в основном, «благородные» инструменты, считая ребаб забавой для бедных.
Но именно здесь, при свете костров, струны приобретали особое звучание, гипнотизировали, уводили за собой. В них была какая-то магия, не подвластная ни одному волшебнику на свете, и, вместе с тем, более древняя и сильная.
Но вот ребаб умолк, застучали барабаны, заиграла флейта. Шума стало больше, люди пустились в пляс, держась за руки.
— Идем танцевать! — Амоа явно чувствовал себя во всей этой атмосфере вольготно.
Киара покачала головой, испытывая легкое сожаление. В ее ушах все еще звучала та прекрасная музыка.
Но нианец неожиданно скинул обувь и, держа ее за обе руки, сам начал танцевать. Улыбался он при этом так открыто и счастливо, что сдаться было просто невозможно.
Они сделали целый круг вместе с остальными танцующими, пока ее туфли окончательно не увязли в земле и Амоа не подхватил ее на руки.
— Нет, нет… — она рассмеялась, сама не понимая, как это ее угораздило ввязаться во все эти прыжки, которые отчего-то нианец называл танцем. — Ты мне еды обещал!
Это возымело эффект, и мужчина остановился, отойдя чуть в сторону.
— Точно! Стой здесь и никуда не уходи. Что-нибудь принесу, — он смешно сморщился, окидывая ее подозрительным взглядом, словно опасался, что она может его не дождаться.
— Иди уже, — фыркнула Кая. — Кристаллов при себе у меня нет, а тащиться отсюда до замка пешком… я еще не настолько безумная.
Амоа скрылся в толпе, оставляя ее одну.
Киара, посмотрев на свои облепленные грязью туфли, без сожаления скинула их, а затем уселась прямо на траву. Как ни странно, местная атмосфера ей действительно постепенно начинала нравиться. И шум, и танцы, и то, что всем, абсолютно всем вокруг было наплевать на неё, и особенно звуки ребаба…
— Скучаешь, красотка? — рядом с ней остановились два бородатых мужчины в поношенных рубахах. Судя по тому, как они мерно покачивались, они предпочитали проводить праздник в компании крепких напитков.
Рядом с ними, кидаясь под ноги, бегала маленькая плешивая собачка, смесок неизвестных пород.
— Нет, — честно ответила Кая, окинув их не слишком довольным взглядом.
— Хочешь, мы составим компанию? — один из них без приглашения плюхнулся рядом, обдавая ее парами спиртного.
Садясь, изловчился наступить на хвост псу, и тот, скуля, отпрыгнул в сторону, но затем вновь начал жаться к хозяевам.
— «Нет» — это значит «нет», — холодно уточнила она, отодвигаясь.
Вот только подвыпившие сельчане, похоже, все равно услышали «возьми меня, я твоя».
Второй бородач плюхнулся с противоположной стороны от первого, также умудрившись зацепить бедного пса, и тут же принялся распускать руки, пытаясь обнять королеву:
— Да ладно тебе, киса… мы ж по-доброму.
В голове словно красный свет вспыхнул, а перед глазами встала черная пена. Что-то злое, безжалостное подняло голову в ее душе, просясь наружу и требуя немедленной расправы. Киара перехватила руку зарвавшегося мерзавца. Внутри тугим клубком свернулось предвкушение характерного хруста, что раздастся, когда она сломает ему запястье.
Воздух вокруг стал густым, и даже в темноте ночи было видно, как по траве вместо росы начали стекать тягучие черные капли.
— Так, мужики, а ну брысь, пока я шеи вам не свернул, — непонятно откуда взявшийся Амоа сгреб обоих за шиворот и, приподняв над землей, чуть тряхнул. — Уматывайте.
А Кая словно ото сна очнулась. Создатель, что только что на нее нашло? Это же всего лишь глупые пьянчуги, они даже на ногах стояли с трудом!
Амоа, тем временем, швырнул обоих деревенщин в сторону, те мешками повалились на землю. Им потребовалось еще пару минут, чтобы вновь подняться, а затем, боязливо поглядывая на Каю и нианца и бормоча что-то похожее на извинения, поспешили убраться подальше.
— Все в порядке? Киара? — он опустился на корточки рядом с ней, напряженно всматриваясь в ее лицо.
Киара вместо ответа подняла дрожащую руку, указывая на нечто, притаившееся в траве. Неужели… это она сотворила?
Маленькая собачка изменилась до неузнаваемости. Шерсть кое-где встала дыбом, а кое-где клоками свисала с боков. Глаза пожелтели, зрачки стали узкими, как у змеи, с острых клыков капала черная слюна. Тварь оскалилась и пригнулась, готовая прыгнуть на королеву в любой момент.
Амоа, увидев существо, нахмурился, а затем ловко наклонился, подхватывая на руки.
— А ну тихо! — он щелкнул измененную черной магией псину по носу, словно та все еще была самой обычной мелкой шавкой. — Сидеть!
Погладил пару раз, а затем занес руку над ее мордой. Та протяжно заскулила, а затем из ее глаз и пасти вверх начала перетекать черная жижа, собираясь прямо под ладонью Амоа. Всего несколько секунд, и собака вновь стала самой обычной. Громко гавкнула и, вывернувшись, спрыгнула с рук нианца и пустилась прочь во тьму за хозяевами.
— Как ты?.. — Киара удивленно смотрела на Амоа, будто видела его впервые. Какая-то мысль, еще не до конца оформившаяся в ее голове, не давала покоя. Стучала набатом, заставляла переосмысливать то, что она уже узнала раньше.
— Если действовать сразу, то черную магию извлечь легко, но стоит промедлить, и она крепко пускает корни, что потом ничем не вытравишь.
Кая рассеяно кивнула, обхватывая себя за плечи. Зябко. Это, получается, она заразила эту собаку? Вот так просто потеряла над собой контроль? Что же с ней происходит, если случайно брошенное слово способно ее так сильно ранить?
А Амоа … То, как он сейчас управлялся с проклятьем… это не из-за связи с ней. Он умел это и раньше. Или не умел?
Тысяча мыслей роилась в голове, и ни одна из них ей не нравилась.
— Как насчет сырных лепешек? — мужчина, словно факир, театрально махнул рукой, и перед королевой на траве оказались глиняный кувшин и чуть подгоревшие лепешки.
Рот непроизвольно наполнился слюной. Киара заставила себя улыбнуться.
Они с Амоа одновременно потянулись к еде, и она невесомо задела его пальцы. Колючие искры пробежались по телу, напоминая о связи. Мужчина проникновенно посмотрел на нее, и в этом взгляде было так много. Волнение, беспокойство, искренность…
А ведь он действительно старается, да и вечер получился чудесным. Костры, музыка, танцы…
Усилием воли она постаралась отложить мучившие ее мысли. Пусть у них у обоих еще слишком много секретов друг от друга, но наверное это и называется доверием? Это сложно, это страшно порой. Это может закончиться очень плохо.
Но сейчас она была готова решиться довериться ему снова.
В конце концов, всего она не знает даже о себе…
— Я правда очень проголодалась, — с чувством произнесла она. — Мммм… Божественно. Морить королеву голодом — это противозаконно.
— Я еще яблок набрал, будешь?
— Все давай!
Кая самозабвенно поглощала принесенное угощение. Неприятный случай с пьяницами забылся. Да и зазвучавшие вновь звуки ребаба создавали особую атмосферу, которую не хотелось портить тяжелыми мыслями.
Не сейчас. Позже.
Несмотря ни на что, она была благодарна Амоа за этот вечер и атмосферу, так непохожую на все то, к чему она привыкла.
В кувшине, который принес нианец, оказалась вода, которая быстро кончилась. Пить хотелось безмерно.
— Тут родник недалеко, принести еще?
— Давай вместе? — Кая протянула ладонь, сама беря Амоа за руку и натягивая очищенные заклинанием туфли.
В Бездну все! Пусть будет как будет! Хорошо, плохо… и даже если потом будет снова больно.
Родник действительно оказался рядом, нужно было вновь отойти к холму и обойти его с другой стороны. Туда, где вода с едва слышным журчанием впадала в озерцо, заросшее темной тиной.
Амоа щёлкнул пальцами, призывая волшебных светлячков, освещавших путь.
— Как здесь все-таки красиво… — со вздохом произнесла Киара, приседая у ручья.
В этот момент свет светлячков выхватил отражение в воде, и Кая с удивлением ощупала незнакомое ей лицо, обернулась к нианцу, снова посмотрела на отражение.
Даже наощупь нос казался длинным, щеки более круглыми…
— И это пьянчуги назвали «красотка»?
— Глаза я те же оставил, — Амоа наклонился, перехватывая ее ладонь, потянул вверх. — Глаза у тебя удивительные.
— Твои удивительнее, — королева издала короткий смешок, намекая на желтый цвет и необычный зрачок.
— Киара, я…
— Как ты…
Они одновременно начали говорить и сразу умолкли, уступая один другому.
Кая почувствовала, как что-то важное вдруг ускользнуло. На лице Амоа промелькнула странная эмоция, тень сомнения.
— Говори ты, — мягко улыбнулась она.
— Да глупости. Ты, наверное, уже замерзла, — он обнял ее, прижимая к себе.
— Ты ведь не это хотел сказать?
— Ничего такого… — он постарался придать своему голосу нарочито беззаботный тон. — Просто вспомнил, как и сам когда-то был человеком, простым парнем, который зарабатывал тем, что пахал в полях, метал стога сена. Наверное, такой я тебе был бы совсем не интересен.
Киара неопределенно пожала плечами, окидывая взглядом озерную гладь и парящих над ней волшебных светлячков.
— Не льсти себе, — не удержалась она от шпильки. — Ты не сильно изменился с тех пор. По крайней мере, манеры и замашки все еще на уровне деревенского парня.
Сказав это, она прикусила губу в предвкушении реакции, и та не заставила себя ждать. Амоа под преувеличенно возмущенное «Ах, так!» и ее громкий смех подхватил ее на руки и закружил, а затем, не удержавшись, поцеловал. Сначала медленно, осторожно, но с каждой секундной теряя контроль и заходя все дальше.
В какой-то момент нианец переступил с ноги на ногу, после чего он вдруг покачнулся, а затем раздался всплеск. Кая с неохотой оторвалась от него, опуская взгляд.
— Кажется, ты ноги промочил.
— Ерунда…
— Нам все равно пора возвращаться.
Перед тем, как Амоа снял иллюзию, Кая еще раз посмотрела на свое отражение.
Надо же! Она уже удивлялась тому, как нианец сотворил диван из стола, но менять человеческую внешность… Сколько еще у него скрытых талантов?
— Как ты делаешь такие материальные иллюзии? — не удержалась она от вопроса, ткнув указательным пальцем в длинный чужой нос.
— Как и все остальное. Просто хочу и… — он показательно щелкнул пальцами.
— И можно сотворить что угодно? И замаскировать кого угодно? Вот так же… чтобы и наощупь было похоже? — пытливо уточнила она, чувствуя, как по губам расплывается улыбка.
В голове начал вырисовываться план. Неужели это действительно может сработать? И ведь сколько проблем решилось бы разом…
— Да хоть козла в корову превратить, — хмыкнул мужчина. — Молока, правда, давать все равно не будет. Ну и долго не продержится, надо, чтобы я был рядом.
— Я если… если речь об одной птичке?
Амоа на мгновение задумался, а затем кивнул:
— Пойдем и проверим?
Полет обратно до замка отдавал предвкушением и радостным возбуждением. Прошедший вечер казался сказкой, маленькой передышкой перед большими свершениями. Ночь окончательно вступила в свои права, и огней над Заиром было не так много, город спал.
Они влетели прямо в дыру в крыше бального зала, которую еще не успели заделать. Опустившись на землю, Кая ловко спрыгнула с дракона, взмахом руки зажигая факелы на стенах.
Рабочие ушли, как и охрана у распахнутых настежь дверей. Королева поморщилась, понимая, что положиться ей теперь в замке особо не на кого.
Филипп под гипнозом был не особо инициативным, а давать ему свободу воли она опасалась. Близнецы после показательных казней даже головы на нее не поднимали, а остальные аристократы отсиживались по домам. Было несколько исполнительных людей из простых слуг, но авторитетом у большинства они не пользовались, разве что Ник, которого она сейчас поставила шефствовать над дворцовой прислугой, но стража ни за что не стала бы того слушать.
— О, Бездна! Я и забыла про ЭТО… — без стона и содрогания на картину на стене было не взглянуть. Если в черно-белом варианте наброска выглядело похоже, то сейчас, когда «художники» уже закончили «раскрашивать», это смотрелось… пожалуй, «ужасно» – слишком мягкое слово для описания.
— Я все поправлю, — Амоа послал несколько лучей заклинания, под воздействием которых картина трансформировалась: цвета меняли оттенок, а контуры становились ровнее и четче. — Вот видишь, теперь все идеально.
Изображение действительно стало гораздо лучше. Огромное, пугающе реалистичное и даже немного жуткое. Смотреть на себя со стороны, такую величественную, восседающую на драконе, было немного жутковато.
— Ты уверен, что стоило это делать? — с сомнением протянула Киара. — Понимаю, ты хотел сделать мне приятное, но все же…
— Зато представь, как будешь принимать здесь послов, — хмыкнул мужчина. — Они будут гораздо сговорчивее. Хороший антураж никогда не бывает лишним.
Кая оглядела разрушенный зал, стоящие у стен леса, забрызганный краской пол и проломленный почерневший потолок.
— Ну да, ну да… Когда не можешь «быть», нужно хотя бы «казаться», — Киара скривилась. А ведь у них еще, вдобавок ко всему, и состояние армии под стать состоянию дворца. — Кстати о «казаться», нам нужно найти Стивена.
— Зачем вам нужно меня найти?? — стоило вспомнить это порождение Бездны, как оно было тут как тут. — Это я хотел вас найти, чтобы высказать все, что думаю. С кем вы меня оставили? Висельники малолетние! Да по ним каторга плачет! Они же, они…
Принц черной тенью влетел в зал, усаживаясь на сваленные в груду мешки с каменной крошкой.
— Кстати, да. Как дети? — строго спросил его Амоа.
— Дети? Какие в Бездну «дети»?! Это сущие монстры, чудища в людском обличье!
— Стивен, — прервала его словоизлияния Кая, строго посмотрев на него. — Раз тебя не съели, значит, все не так плохо.
— Ты на чьей стороне вообще, сестренка?! — возмущенно захлопал крыльями принц, но затем все же кивнул куда-то в сторону. — Я отправил их в комнаты для прислуги, которые рядом с кухней. Приставил к ним двух
стражников, чтоб ничего не стащили. Выпускать из замка без досмотра этих малолетних преступников — верх глупости. Сначала надо все карманы им вывернуть, а то они порывались даже очистки от картошки спереть…
Эти его слова возымели на Киару обратный эффект. Создатель, как же плохо живет ее народ… И она обязана это исправить.
— Амоа, — обратилась она к дракону властным жестом. — Пожалуйста, не мог бы ты сотворить еще одну иллюзию? Материальную иллюзию.
— И что ты хочешь?
— Сделай Стивена снова человеком. Ты видел, как он выглядел до этого?
— Человеком?! Меня?! — принц вдруг оскорбленно заголосил. — Я не хочу человеком! Я летать хочу! Идите вы… лесом со своими ногами и руками и… не позволю!
— Не видел, но теоретически можно… — нианец задумчиво почесал подбородок. А затем вдруг метнул в горланящую птицу черный дымный сгусток магической энергии.
Крик Стивена резко оборвался. Мешки с каменной крошкой, на которых он сидел, повалились набок, раскрылись и просыпались на пол.
Началась трансформация. Фигура удлинялась, перья врастали в кожу, часть из них превратилась в черные узкие штаны и такую же черную рубаху.
Кая так давно не видела принца, что ее брови сами собой взлетели вверх, она всматривалась в его черты и словно заново узнавала. А ведь раньше она его так искренне ненавидела! Но почему-то сейчас неприязни образ не вызывал. Напортив, какую-то ностальгию и расположение.
— Ну вот какого?.. — принц расстроенно вздохнул, ощупывая себя. — Где мои крылышки? Прекрасные черные крылышки? Давайте обратно, а?
— Как долго будет действовать иллюзия? — не обращая внимания на упаднические настроения принца, спросила она.
— Пока магия не рассеется, но… я подумаю, что с этим можно сделать. Чтобы продержалось подольше.
Он хитро улыбнулся, словно бы что-то задумал.
— Я что, таким навсегда останусь?! — у Стивена затряслась нижняя губа, глаза округлились, словно бы он сейчас расплачется. — Сестренка, за что ты так со мной? Я был скотиной, конечно, но не настолько!
— Не переживай, — пожал плечами Амоа, — в душе ты все равно редкая тварь.
— Ну тебя! — принц скорчил обиженную рожицу, показывая язык. — Я все равно буду летать!
— Вы двое очаровательно смотритесь вместе, — покачала головой Киара.
— Я так и не понял, зачем он тебе.
— Ну… — протянула она. — Ты сам заговорил про послов. Как быстро ты сможешь отремонтировать этот зал?
— С использованием магии… день, может, два, — прикинул тот в уме. — Я хотел усовершенствовать тут крышу, помнишь?
— Что ж, у тебя сутки. Надеюсь, ты справишься, — она предвкушающе потерла руки.
— Что-то мне не нравится твой тон, — опасливо пробормотал Стивен.
Киара прищурилась, улыбнувшись одним краешком губ.
— Возможно, не зря. Идемте, завтра с утра много дел, а я хотела бы выспаться.
— Эй, стой! — принц попытался сделать шаг, но с непривычки запнулся и растянулся на грязном полу, перепачкав рубашку. — Ты знаешь, что она задумала?
Вид Стивена, снизу вверх смотрящего на нианца, был до того забавным, что Киара все же решила чуть-чуть приоткрыть свои планы.
— Я? А причем здесь я? Все вопросы к твоим родителям, дорогой братец, — она чуть кашлянула и изобразила реверанс. — Поздравляю вас, принц! Вы скоро женитесь!
Затем, не выдержав, рассмеялась и поспешила покинуть зал, еще долго слыша из коридора вопли Стивена, который, кажется, так ничего и не понял. Или, наоборот, понял слишком много.
— Женится? Кто женится? Она это про меня? Что вообще происходит? Ты, ящерица-переросток, верни мне мои крылышки! Я не хочу жениться! Ааааа…