Глава восьмая

На бал приехало много наших знакомых с родины. Некоторые соседи, родственники и важные для графини Авир люди. Было много приглашенных из постояльцев водолечебницы, а так же из Раона. Конечно, тут был и Антуил с графиней Ориго, но был и приятный для меня гость - приехал на пару дней мой брат Рауль.

Ему двадцать два года и через пару лет маменька собирается полностью передать ему управление графством Авир. Я очень рада была увидеть его на балу, и первый танец отдала ему. Остальные (хоть из-за моего здоровья их было немного) тоже были расписаны очень быстро и только моему будущему жениху я танца не оставила. Чтобы он не претендовал на него и не устроил скандала, позаботился доктор Раоний.

"Я не для того мучаюсь с вашим лечением, чтобы какой-то нахал уничтожал все мои старания", -поведал мне доктор Олиус на ушко. Кстати, один из танцев достался ему.

Я была в прекрасном расположении духа, принимала поздравления и подарки, а когда объявили начало бала и полонез, встала в пару с братом. Не люблю этот танец, для меня он слишком скучен. Я, несмотря на то, что очень быстро утомляюсь, люблю подвижные танцы. Вальс я тоже отдала брату и не могла дождаться, когда придет его время.

Бал шел своим чередом. Вальс сменился мазуркой, в которой блистали Антуил и Рауль - они известные танцоры в нашем высшем свете.

Я танцевала с одним из наших соседей, не очень искусным в мазурке, когда заметила, что доктора Раония отвлекает от разговора с маменькой очень взволнованный распорядитель бала.

Как только танец закончился, я поспешила узнать, в чем дело. Нашла маменьку очень напряженной. На мой вопрос она растерянно пожала плечами.

- Я не знаю. Нужно дождаться доктора Раония.

Он вернулся только через час, серьезный и сосредоточенный.

- Графиня, я не хотел бы портить вам вечер, но случилось неприятнейшее происшествие. Сегодня на прогулке пропала виконтесса Перуни. Ее искали до самого вечера и нашли только обрывок ее платья и следы крови на одном из кустов. А примерно в то время, как пропала девушка в лесу видели господина Армарта, и он привел ее лошадь в поместье. Мы с вами знаем, почему он там был, но вот другие обвинили именно его. Виконт Пайток предположил, что он из мести ему, похитил девушку и убил. Из Раона вызвали жандармов. Господину Армарту запретили покидать комнаты.

Дальше я не слушала. Я испугалась. Я снова испугалась за этого, по сути, чужого мне человека и поспешила покинуть бал. даже никого не предупредив. Сама не знаю зачем, я очень быстро добралась до коттеджа и столкнулась с незнакомыми мужчинами, которые не хотели пускать меня внутрь, пока вездесущая старушка Феалучи, наша соседка с первого этажа, не подтвердила, что я там живу.

Я бросилась прямиком на балкон. Балконная дверь Марка была закрыта, но в комнате горел свет. Не понимая, что творю, я перелезла через разделяющий бортик и осторожно заглянула в окно. Он сидел в кресле и преспокойно читал книгу. Я постучалась. Марк вскинул голову и удивился, увидев меня через стекло. Поспешил встать и открыть мне.

- Что вы тут делаете, Маоли?

Я прошла внутрь и замялась, теребя подол. А правда, что я тут делаю?

- Господин... Марк, я узнала, что вас обвиняют неизвестно в чем, и, вот... Я сбежала с бала. Я не знаю. Я волновалась. Я не понимаю, что со мной.

Последние слова я произнесла почти шепотом и заставила себя поднять голову. Марк не улыбался, но смотрел как-то странно. Нежно, что ли, а может, с благодарностью. С его шрамами часто сложно разобрать эмоции, порой только по прищуру глаз и теплоте взгляда.

Он взял меня за руку и проводил к кушетке.

- Не волнуйтесь за меня, Маоли. Это очень приятно, но совсем не уместно. Я говорил вам, что я вовсе не так уязвим, как кажется. Я не совершал того, в чем меня обвиняют и мне не грозит виселица. Меня беспокоит настоящий преступник, это ведь не первое похищение, я слышал, что пропало несколько девушек из местных. Раонские сыщики так и не нашли виновного, поэтому я еще неделю назад написал своему знакомому в столицу. Он сможет разобраться в этом деле.

Я сидела, слушала его и чувствовала себя полной дурой. Вот зачем, зачем я сюда пришла? Да еще и практически влезла через балкон. Стыд-то какой. Щеки и уши обдало жаром. Я вновь не решалась посмотреть на Марка, боялась увидеть насмешливый взгляд.

- Маоли, - он опустился на корточки передо мной и сам заглянул в лицо. - вы так очаровательны, когда краснеете. Я вам говорил? Перестаньте себя корить. Я рад, что вы здесь, хотя и очень удивлен. Не должна юная прекрасная девушка так переживать за безобразного калеку в два раза себя старше. А ваше доброе сердце не дает вам остаться равнодушной. Спасибо вам.

Я робко посмотрела на него. Его глаза были напротив моих. Я обратила внимание на правое веко, которое теперь было только самую малость приспущено больше, чем левое. Марк заметил, куда я смотрю.

- И спасибо вам, что оторвали коросту - сам я не решался. - поблагодарил он бодро, тем самым, разряжая атмосферу, и даже попытался пошутить.

- Могу я теперь к вам обращаться с такой просьбой?

Я засмеялась и поддержала его.

- Конечно, я всегда к вашим услугам, - я склонила голову. - Это вовсе нетрудно.

Марк тоже рассмеялся, но вдруг замолчал и посмотрел на меня серьезно и задумчиво.

В дверь постучали, он оглянулся в сторону звука и снова на меня.

- Я думаю, вам лучше вернуться к себе. Сейчас тут будет много посторонних мужчин. Не беспокойтесь обо мне. Завтра вновь сеанс на озере, вы помните? Там и встретимся.

Он проводил меня на балкон и легко подхватив, помог перебраться на мою сторону. -Доброй ночи, Маоли.

- И вам.

Он скрылся в комнате. Судя по грохоту, его дверь собирались выбить.

Я не пошла спать. Я подтащила кресло ближе к соседскому балкону, обернулась в плед и стала прислушиваться. Балконную дверь Марк закрыл, но через минуту она снова открылась, и все. о чем говорили внутри, стало хорошо слышно.

Начала разговора я пропустила, но теперь была вся во внимании.

- ...убийстве. - услышала окончание фразы, произнесенное гнусавым незнакомым голосом. - Мы должны вас допросить и арестовать.

- А теперь послушайте меня капитан Руни, - это уже голос Марка, властный и жесткий. - Вам известно, что это значит?

-А..?

- Вижу, что известно. Я расскажу вам, что знаю, и вы вернетесь в город. Да, без меня.

- Так точно, Ваше высокопревосходительство! - отчеканил капитан.

- Со дня на день к вам прибудет сыщик из столицы, и вы введете его в курс дела и проводите сюда.

- Так точно, Ваше...

- Хватит! - жестко перебил Марк. - Молчите об этом.

- Так точно!

- Записывайте. Сегодня на пути в сосновый бор лошадь виконтессы Авир взбесилась по неизвестной причине и понеслась в сторону предгорья. У самого леса она скинула наездницу и затерялась среди деревьев. Виконтесса предпочла вернуться в поместье, но беспокоилась за свою лошадь. Там же, где я обнаружил животное, была и лошадь виконтессы Перуни. Я не знал, чья она, но на ней было клеймо поместья, поэтому я привел обеих лошадей.

- Вас видели в лесу еще без лошадей и окликнули, но вы не откликнулись. Почему?

- Вероятно, поэтому?

- Ах, да простите. А что же. вы и левым ухом не слышите?

- Левым слышу, но на меня слева дул сильный ветер, от которого очень сильно шумели кроны деревьев. Еще вопросы?

- Так вы сегодня вообще не видели леди Перуни?

- Только утром, перед прогулкой.

- А в лесу вы не видели ее следов?

- Нет.

- Хорошо.

- Простите, но у меня режим, - Марк намекнул, чтоб его оставили в покое, и капитан шумно засобирался.

Послышались шаги, открылась дверь.

- Честь имею! - голос капитана.

Дверь захлопнулась, вновь послышались шаги. Теперь они приближались. Марк вышел на балкон и подошел к бортику рядом с моим местом.

- Леди Маоли, подслушивать нехорошо, - лукаво пожурил меня.

Подняла на него взгляд и постаралась прикинуться невинной овечкой. Поняла, что его не проведешь, и спросила:

- А как вы догадались, что я не ушла спать?

- Аромат ваших духов сквозняком затянуло в комнату.

Да-а. плохой из меня конспиратор.

- Что. снова волновались? - с деланной усталостью спросил Марк.

-Да. но еще... любопытство, - я потупила взгляд - признаваться в своих пороках не очень приятно.

- Вы очаровательны в своей непосредственности, - улыбнулся мужчина. - А теперь, все же. идите спать. Вы ведь утомились?

- Да. немного. Доброй ночи, Марк.

-Доброй ночи, Маоли.

Что-то мешало мне просто так уйти. Я валилась с ног от усталости, но уходить не хотелось. Рядом с этим странным мужчиной было как-то уютно, тепло, хорошо. Он со мной так добр, так нежен, но в то же время может быть настойчивым и строгим. Так запросто способен поставить на место кого угодно, подчинить, если нужно, но пользуется этим так редко. Готов помочь просто так, не требуя ничего взамен. Он надежный. Но почему такого надежного и сильного духом мужчину постоянно хочется то защитить, то пожалеть?

Повинуясь внезапному порыву, я встала и порывисто обняла его за шею. Мужчина на мгновение опешил, а потом медленно и осторожно обнял в ответ. И прижал к себе. Его руки крепко и осторожно обвили мою спину, а я сильнее вжалась в его шею. Хорошо. Как дома.

- Маоли, - прошептал Марк через некоторое время. Потерся здоровой щекой о мои волосы, словно у него ухо от них зачесалось. - Маоли, вам лучше вернуться в комнату. Я слышу, как ваша матушка бурно обсуждает с графиней Феалучи мой арест.

При этом он так неохотно разжал объятия. Я тут же отпрянула и осознала всю двусмысленность ситуации. От накатившего чувства стыда я спрятала лицо в ладонях. Что он мог обо мне подумать и что. вероятно, подумал? Святые Небеса, что на меня нашло?

- Простите, простите, - залепетала бессвязно. - Я... я пойду!

Развернулась и бросилась в комнату. Закономерного смеха или хотя бы насмешки вслед я не услышала. Бросилась на кровать, лицом в подушки и прикинулась спящей. В этот момент в комнату вошла маменька.

- Бедняжка, так утомилась, что даже не разделась. - тихо посетовала она и развязала мне тугую шнуровку на спине. Пришлось сделать ид, что я только проснулась, и с помощью маменьки переодеться в ночную сорочку.

Ни о чем, кроме своего постыдного поступка я думать не могла. Раз за разом я прокручивала в памяти, как кинулась ему на шею и как ворвалась в комнату, и стыд и досада сжигали меня изнутри. Хотелось закричать, чтоб избавиться от них, но не стоило пугать маменьку и Рауля. А воспоминания все лезли в голову помимо моей воли. Как я могла так поступить? Чем я думала? Это просто непозволительное, неподобающее поведение для юной аристократки. Да для кого угодно! Что мною движет, когда дело касается его? Так низко пасть два раза за один вечер! Хорошо, что маменька об этом не знает.

Марк долгим взглядом проводил девушку, которую только что обнимал. Она, должно быть, ангел, раз так добра к нему. Даже шрамов не боится. Разрывающая душу нежность, чувство, которое он не испытывал никогда, сейчас сжимала его черствое сердце в тиски.

Запах ее волос все еще стоял в носу, а кожа сохранила ощущение прикосновения к их шелковым прядям. Мужчина еще чувствовал ладонями ее спину, и они зудели. Сильно зудели ногти и кожа. Он взглянул на них и с удивлением обнаружил длинные, острые, синие когти. Кожу покрывали мелкие голубоватые чешуйки. Он поднес ладонь к лицу, не веря своим глазам. Чешуйки переливались, как перламутр.

Он кинулся в комнату, затем в ванную, к зеркалу. Лицо тоже покрывали чешуйки, но только здоровую кожу. Там, где были шрамы, чешуи не было, но кое-где она выглядывала из-под корост. Эти места зудели сильнее. Вся правая половина тела местами очень сильно чесалась. Расстегнул рубаху - он весь переливался голубым перламутром. Восхищенным, не верящим взглядом он осматривал себя. Глаза были с вертикальным рачком.

Обоняние обострилось настолько, что он мог почувствовать легкий запах пота девушки, что была сейчас за стеной. Появилось странное желание пойти и охранять ее. Не его, Марка, желание. В нем проснулся кто-то другой, еще не знакомый, но уже родной. Потому что долгожданный. Потому что надежда обрести его была потеряна еще девяносто лет назад.

Утром я боялась идти на завтрак, но Марк на нем не появился. Пока ходила на грязи и массаж, снова накрутила себя. Как в глаза смотреть человеку, перед которым выставила себя невоспитанной и неадекватной дурой. На развилке, от которой начиналась тропа к озеру, меня ждали доктор и Марк. Я поприветствовала их, не поднимая глаз, и мы тронулись в путь. Мужчины обсуждали политику, а я старалась успокоиться.

Заливаясь краской, я вышла из кабины для переодевания и по-прежнему глядя под ноги, пошла в нашу экспериментальную капсулу. Марк уже был на своем месте, а вот доктор где-то застрял. Я замялась. Не хотелось оставаться с ним наедине, но трусливо убегать было стыдно не меньше. Я вошла и села напротив.

-Маоли, - серьезный тон голоса, заставил меня посмотреть на мужчину.

- Маоли, кажется, вы надумали каких-то ужасов по поводу своего вчерашнего немного эксцентричного поведения.

Он смотрел испытующе, без насмешки. Я кивнула и набрала в легкие воздух для извинений, но он продолжил.

- Значит, так, Маоли, вы должны знать, что я не стал думать о вас хуже, вы не оскорбили меня и не опорочили себя. Об этом никто не знает, значит, ничего не произошло.

- Но вы знаете!

- А для меня это было лестно и очень приятно. Вы самый добрый и сострадательный человек, которого я знаю. И вы прекрасная воспитанная и целомудренная девушка, проявление ваших душевных порывов не может вас опорочить в моих глазах. Поэтому перестаньте себя корить и давайте наше общение вернем к тому моменту, когда вас ничто не смущало. Договорились?

Я кивнула.

- Вот и хорошо. Мне не по себе, когда вы от меня прячетесь. Я уже привык к вашим приветливым улыбкам. Вы меня избаловали, Маоли, - Марк лукаво прищурился.

А у меня снова загорели щеки. Я за всю жизнь столько не смущалась, как за последние несколько дней.

Наконец, пришел доктор, сосредоточенный, в очках и с блокнотом и карандашом.

Уселся около двери, на откидную скамью над водой, приготовился писать, внимательно осмотрел нас обоих и скомандовал:

- Возьмитесь за руки.

Мы повиновались. И время потянулось медленно и скучно.

Я тяжко вздохнула, устав просто так сидеть. Почему-то при докторе говорить с Марком не хотелось, и Марк молчал. Я уже рассмотрела все, до чего мог дотянуться мой взгляд, и добралась до его лица.

- Почему вы так смотрите? - я дернулась от резкого вопроса Марка.

- А? Как? - как это неприлично пялиться в упор на человека, к тому же на его шрамы! Что со мной не так?

- Задумчиво, словно пытаетесь что-то прочесть на мне.

- Я... Просто я думала о том, как вы получили свое ранение, - ответ придумала на ходу.

- Я могу рассказать вам, - милостиво предложил он, и тут же разоблачил меня: - но вы не об этом думали.

- Какой вы проницательный! - в шутку посетовала я. - Хорошо, мне показалось или у вас стало меньше рубцов? Простите, это бестактный вопрос.

- А я не обиделся, - улыбнулся Марк. - Да, я вчера сидел и полвечера отцарапывал коросты.

- Что вы делали? - видимо доктор вернулся в реальность из своего созерцательного мира. -Осторожнее с этим, если какие-то оторвать раньше времени, они будут заживать намного дольше.

- Хорошо, доктор, я больше не буду, - заверил его Марк, как нашкодивший мальчишка своего учителя. Я рассмеялась.

- Все еще хотите знать, как я получил ранение? - спросил Марк, через некоторое время.

- А расскажите о войне в Проливе. Вы ведь там были ранены?

- Да. верно. Что вы хотите знать?

- Из-за чего начался конфликт?

Марк зло усмехнулся.

- Из-за человеческой глупости. Один из офицеров крепости Бенрог сходил в самоволку на Кранирон и увел там в какой-то таверне девицу у капитана одного из военных кораблей краниронского флота. Один идиот притащил девицу на стратегически важный объект, а другой идиот с перепоя отправился на штурм крепости. В Бенроге нападение приняли в серьез. там не шутники служат... в основном. Обстреляли корабль в ответ. Командование краниронским флотом расценило это так же. как и на Бенроге нападение корабля - объявление войны. И понеслось. Меня ранило в самом первом серьезном бою. поэтому дальнейшие события знаю только с чужих слов.

-Ничего себе! А что стало с этими двумя... идиотами?

- Когда разобрались, что к чему, обоих отправили под трибунал, а девицу - в ссылку на Блоден, хлопок собирать.

- Обнимитесь! - вдруг приказал доктор.

- Что? - враз удивились мы с Марком.

- Обнимитесь, говорю, мне необходимо проверить реакцию аур, - и посмотрел на нас, как на идиотов, архипелагского языка не понимающих.

- Доктор, это смутит Маоли, - привел аргумент Марк, за что я была ему благодарна.

- Глупости, это ради науки. Никто об этом не узнает, я просто показатели запишу.

Пришлось исполнить просьбу сумасшедшего ученого. Мы обнялись как вчера, и словно все тревоги и сомнения смыло озерной водой. Меня словно ласкало что-то странное, теплое, большое, исходящее от мужчины. Я нежилась в каком-то невидимом коконе, даже начала улыбаться.

- Поцелуйтесь! - последовал новый приказ.

-Что? - я очнулась и отпрянула от Марка. - Нет!

- Доктор Раоний, вам исследовательский интерес бдительность притупил? - угрожающе спросил мужчина.

Я поежилась, а доктор со своим фанатичным блеском в глазах даже не заметил его тона.

- Мне необходимо задокументировать все влияющие на взаимодействие аур состояния.

- Нет, вы ставите Маоли в неловкое положение, - отрезал Марк.

- Ну, мне что. ждать, когда вы поженитесь?

Доктор ошарашил меня таким заявлением. Я вскочила.

- Что? Что вы... Да как вы? Да вы!!!

Я вдруг увидела себя в кабинке с двумя посторонними, недружелюбными мужчинами. Они такими и были, но раздражение их было направлено не на меня, а друг на друга, но мне показалось, что я в капкане, меня поймали в ловушку и сейчас поведут под венец против моей воли. Доктор стал для меня предателем, а Марк... не знаю, но в нем я тоже разочаровалась. До тех пор. пока он не крикнул:

- Маоли, успокойтесь же! Никто вас замуж не зовет, и выдавать не собирается. У доктора просто мозг перегрелся от работы, ему не мешает остудиться! - Мужчина шевельнул пальцами, и доктор вышиб спиной дверь и бултыхнулся в холодную воду озера.

Марк взял меня за руки и посмотрел мне в глаза. Тяжело вздохнул.

- Святые Небеса, что же вы такая впечатлительная?

- Я не знаю... - прошептала, немного успокоившись. Прийти в себя мне помогли ладони мужчины, держащие мои руки.

Вернулся мокрый доктор с виноватым видом.

- Маоли, простите мне мою бестактность, но контакт ваших аур действительно работает. Ваша аура восстанавливается намного быстрее и эффективнее. Энергетические потоки плотнее и стабильнее, нежели только от магии озера. А когда ваш контакт плотнее, вы словно в коконе, внутри которого идет регенерация ваших аур. Я не стану просить вас о поцелуе, но будет лучше, если теперь ваши совместные купания вы будете проводить обнявшись. Вы не будете против?

Мы согласились, но, прежде решили размяться и отдохнуть от воды. Когда после чая и прогулки по берегу мы вернулись в нашу кабину, я села на скамью Марка, и мы обнялись. Но так сидеть оказалось очень неудобно. Минут через пятнадцать, у меня затекла спина, да и мужчина постоянно ворочался.

- Маоли, простите за дерзость, но, может, будет лучше, если вы сядете мне на колени? Просто такое положение доставляет мне неприятные ощущения, - тихо спросил Марк.

Должно быть, с его ранами он мучается, ведь он до сих пор сильно хромает и не может долго держать правую руку.

- Вам больно? - спохватилась я. - А я не сделаю вам больнее своим весом?

- Нет, Маоли, не сделаете. Вы сядете основным весом на левую сторону. И прекратите видеть во мне кисейную барышню. Очень неприятно, знаете ли, когда даже хрупкая, слабая и жутко впечатлительная девочка меня жалеет.

Он не сердился и не обижался, он говорил это с ласковым упреком. Пришлось устыдиться и пересесть к нему на колени. Положила голову на его левое плечо, обняла за шею, он обнял меня за талию. Доктор как-то странно на нас посмотрел, ухмыльнулся и продолжил что-то записывать.

Было так хорошо и уютно, что даже двусмысленность нашей позы меня не волновала. Наоборот, я где-то глубоко внутри была рада тому, что мы вынуждены так сидеть. Вроде как, я ни при чем - так доктор прописал. Расслабившись, я не заметила, как уснула, и мне приснился дракон.

Он был огромный, грозный, весь переливался голубым перламутром, а синие глаза с вертикальным зрачком были яркими-яркими. Он возвышался надо мной, склонив голову набок, с интересом меня разглядывал.

"Как тебя зовут, сокровище?" - услышала я голос в голове

Страшно не было. Я рассматривала его с восхищением. Он весь был покрыт чешуёй: на шее, животе и спине крупными пластинами, напоминающими броню доспеха, а к голове, хвосту и крыльям чешуйки постепенно мельчали, так, что на морде и крыльях кожа казалась расшитой голубым бисером. Голову венчали не то рога, не то шипы и такие же парами тянулись по всему хребту, до самого хвоста. На спине они были длиннее и мощнее, а к концу хвоста мельчали.

"Нравится?" - вновь послышалось в голове. Я очнулась от созерцания.

- Очень!

"Я рад. сокровище. Ты не ответила, как тебя зовут."

- Прости, меня зовут Маоли, а тебя?

"Моё имя Раникрам. Ты мне нравишься, Маоли. Хочешь полетать?"

- А можно?! - все внутри затрепетало от предвкушения.

Где мой страх? Где моя впечатлительность? Почему я с такой радостью лезу на его спину по услужливо подставленному крылу и устраиваюсь между самыми крупными парами шипов? Наверное, потому что это сон. а во сне можно всё.

Он немного разбежался, махая крыльями, тяжело оттолкнулся от земли и взлетел. Ветер подул в лицо озерной прохладой и тиной. Синяя гладь озера расстилалась под нами. Дракон сделал вираж, поворачивая, и я увидела наше отражение в водном зеркале. Восторг! Свобода! Счастье! Ветер! Небо!

Я раскинула руки и визжала от переизбытка эмоций. Дракон раскатисто смеялся в моей голове.

Мы сделали круг над озером, над поместьем, над лесом, и прилетели в еще одно очень мною любимое место: скалу над морем, недалеко от водолечебницы. В этом году мне еще не удавалось ни разу сходить сюда - всегда что-то отвлекало или что- то случалось.

Это место представляло собой почти ровную каменную площадку размером чуть больше моей комнаты, окруженную лесом. С нее открывался вид на пролив. Справа, на самом горизонте терялся в туманной дымке остров Кранирон.

Мы приземлились, и я скатилась по крылу на теплые камни. Щеки болели от широкой улыбки, я все еще не могла успокоиться и кружилась в танце, весело смеясь. Дракон наблюдал за мной несколько минут, а потом, окружил крыльями и подвинул к себе. Наклонился ко мне и ткнулся в живот горячим влажным носом, размером с мою голову. Ярко синие омуты глаз смотрели на меня, и я видела в них свое безумное от восторга отражение.

"Ты меня разбудила. Сокровище. Я твой вечный раб. преданный слуга и верный защитник. Ты - мое Сокровище. Теперь никто не посмеет тебя обидеть. Я всегда буду рядом".

Вдруг его очертания размылись, и вместо огромного дракона я стояла в объятиях... мужчины, покрытого перламутрово-голубой чешуей полностью.

- Я никому тебя не отдам, - сказал он голосом дракона и поцеловал меня.

Мягкие теплые губы нежно касались моих: сначала медленно и тягуче обхватили верхнюю, потом также нижнюю. И отстранились.

Я проснулась. Лицо Марка рядом. Глаза закрыты. Он словно задремал. Я опустила взгляд на его губы. Сейчас я видела только левую здоровую сторону. Смутилась и отвернулась.

- Маоли, вы проснулись? - тихо спросил Марк.

-Да.

- Сеанс уже закончился, но я не хотел вас будить. Идите на берег, переодевайтесь, я приду следом.

Действительно, доктора уже не было в кабине. Я немного размяла затекшие конечности и вышла.

Марк остался один и попытался привести мысли и чувства в порядок. Только что он поцеловал юную девушку без ее ведома. Он не смог справиться с соблазном. Чувства второй, только что обретенной половинки души были настолько острыми, что и свои собственные потаённые желания Марк выпустил на волю.

То, что он влюбился в эту маленькую девочку, Марк понял уже давно. Никогда ни к кому он не чувствовал такой нежности. Никому и никогда не приходило в голову жалеть его и защищать. Наоборот, все хотели быть под его защитой и покровительством. А она... Малышка, такая хрупкая, трогательная и ласковая, готова была, как истинная львица броситься на его защиту. Да, это оскорбило его, но и подкупило, заставило смягчиться.

Только что она лежала, доверчиво положив голову на его плечо, и все в черствой душе старого вояки переворачивалось. Он поцеловал ее. Не смог устоять. Он УКРАЛ поцелуй. Поступил подло и низко, но он не жалел. Пробовать на вкус ее губы было пьяняще приятно. Она не должна знать об этом. Ей стало бы противно, узнай она. что ее нежных губ касались его, изуродованные.

Вечером в музыкальной гостиной было многолюдно. Пришли даже эльфы. Меня сопровождал Рауль. Когда я вошла с ним под руку, все очень удивились. Дамы смотрели с завистью, некоторые шептали, что я меняю женихов, как перчатки, другие, что этот жених намного лучше предыдущего, а те, кто был осведомлен о нашем родстве, посмеивались и молчали.

Ну, а когда, подойдя к очередной группе сплетниц, я говорила: "Познакомьтесь, дамы, это мой брат Рауль, граф Авир", они заметно расслаблялись и начинали кокетничать.

Атмосфера была веселая и дружеская, периодически кто-то играл на рояле. Ничто не напоминало о том. что вчера случилась беда, что пропала девушка, а ее мать не находит себе места от горя. Таково светское общество - в нем неприлично говорить о плохом, будь то легкий насморк, тяжелая болезнь, или смерть. О чужом горе забывают быстро.

Так было, когда умер граф Авир. мой отец. Конечно, его внезапная смерть на охоте наделала много шума в высшем свете, а так же породила множество сплетен о судьбе графства и несуществующих долгах отца. Но забыли о ней уже через неделю, только его тело обрело свой вечный покой в фамильном склепе. Соболезнования принесли на похоронах, уехали и больше не вспомнили, что весь тяжкий груз управления графством, горе и воспитание двоих детей легло на хрупкие женские плечи. Каждый в высшем свете сам справляется со своим горем.

В разгар вечера баронесса Беруни сообщила всем, что я чудесно пою под аккомпанемент своего брата. Конечно, публика пожелала убедиться и дружно попросила нас исполнить что-нибудь.

Рауль сел за рояль и заиграл наш с ним любимый романс. Дождавшись нужного момента, я вступила:

Я пела, с любовью глядя, как преображается брат во время игры на рояле, как одухотворяется его лицо. Присутствующие девушки это тоже заметили.

Я подняла взгляд и в проеме дверей увидела Марка. Он стоял, облокотившись о косяк, и задумчиво смотрел на меня. Я улыбнулась ему, он в ответ подмигнул.

Через вторые двери вошел виконт Пайток. Я обернулась на его возмущенный голос.

- Да как вы смеете появляться среди порядочных людей, уби... - он замолчал на полуслове, хотя продолжал активно шевелить губами.

Перевела взгляд на Марка - он серьезно, но спокойно смотрел на виконта. Я перестала петь. Все взгляды перекинулись на мужчин, спокойного Марка и почти бьющегося в истерике виконта. Он гневно смотрел на своего противника и собирался видимо ударить, да так и застыл, в одной позе. Марк же с улыбкой повернулся ко мне.

- Леди Маоли, вы прекрасно поете, продолжайте же, - и, взяв виконта под руку, покинул с ним гостиную.

Замолчавшее было общество, как по команде продолжило разговор, Рауль снова заиграл, а я запела:

(Автор стихов Трефилова Тамара Алексеевна)