Глава 16 · Укрощение тьмы

Эту ночь я провела в покоях Эльмара. Он без разговоров уступил мне кровать, сам кинул на пол одеяло, взял подушку и улегся на ковер у моих ног.

Удивительно, но рядом с ним я чувствовала себя совершенно спокойно. Мой любимый дракон был самым надежным и благородным существом в целом мире, точно таким, каким бывают в сказках принцы.

Я лежала тихонько-тихонько, думала о том, как могла бы сложиться наша жизнь. Думала и вздыхала. Сон не шел.

— Знаешь, — вдруг проговорил Эльм, — скоро у меня коронация.

— Скоро? — удивилась я. — А разве ты уже не Владыка?

— Владыка, — подтвердил он. — Но по нашим законам после смерти правителя полагается выдержать траур — ровно половину года. Только потом проводится торжественная церемония. Ты была на когда-нибудь на драконьей коронации?

— Нет, — прошептала я. — Неужели ты не знаешь, что людей на такие таинства не зовут?

— Не совсем так, — после паузы проговорил Эльм, — зовут, но не всех. Ты видела, как происходит коронация у людей?

— Да, — от воспоминаний мои губы сами собой расплылись в улыбке, — когда мой отец стал князем, мне было пять лет. Помню, что тогда к нам во дворец прилетали драконьи жрецы. А еще, — я приподнялась на локте, пытаясь отыскать глаза Эльмара, — папа подарил мне куклу. Большую, как настоящий ребенок. Она ходила и говорила «Мама».

— У Дейзи тоже была такая кукла. Отец привозил ей из ваших земель. Она и сейчас где-то в вещах сестры. Если захочешь, — Эльмар откинул одеяло и сел, — можешь забрать. Дейзи она уже не понадобится.

— А что случилось с твоей сестрой? — осторожно спросила я.

— Погибла, — Эльмар опустился обратно на подушку, — она оставалась в столице, когда это все произошло. А я был далеко и не смог ей помочь. Впрочем, что теперь об этом.

— Мне жаль, что так получилось.

— Мне тоже жаль. Вы бы точно подружились. Она была чудесной. Больше всего на свете любила магию. Дэни несколько раз пытался просить ее руки.

— Дейзи ему отказала?

— Дейзи отказывала всем. Она мечтала посвятить свою жизнь магии. Вот как бывает, Фрейя.

Я уставилась в темноту. Почему все так несправедливо? Дейзи мечтала стать магом, но умерла. Я грезила о любви, а была вынуждена принять бремя магии. Странная штука жизнь. Как редко мы получаем то, чего хотим.

— Ты начал рассказывать про коронацию, — вдруг вспомнила я.

— Точно, совсем забыл.

Я ясно представила, как он сейчас лежит во тьме и улыбается.

— Вашу коронацию проводят драконьи жрецы, а нашу…

— Человеческие жрицы? — Осенило меня. — Ты хочешь сказать?

— Да Фрейя. Ты сейчас служишь моему роду. Тебе и придется проводить обряд. Так заведено испокон веков. Полгода траура истекает через неделю.

От этой новости я испытала странное волнение. Как же мне хотелось на этой церемонии оказаться не Жрицей, лишенной имени, а просто счастливой женой. Но не судьба.

— Эльмар, прости за вопрос, но кто ты прошлому Владыке?

— Племянник, — нехотя выдохнул дракон. — Я незаконнорожденный сын его младшего брата. Если бы не эта катастрофа, меня бы никогда и близко не подпустили к престолу. Такие как я, никому не нужны, княжна.

* * *

Мои новые комнаты примыкали к покоям Эльмара. Между ними была дверь, которая никогда не запиралась. Вчера ночью я не обратила на это внимания.

— Не хмурься, — дракон заметил сомнения на моем лице, — мне так будет спокойнее. Я смогу прийти на выручку прежде чем…

Он запнулся, а я представила себе, какая сцена всплыла у него сейчас перед глазами и смутилась. Чтобы скрыть смятение, задала совсем другой вопрос:

— Мэтр Брюс не вернулся?

— Нет еще, — Эльм покачал головой, — Я узнавал. И от погони, посланной за Асми тоже нет вестей.

— А где Дэни?

— Не знаю, я не видел его с ночи.

Эльм прошелся по комнате, бросил взгляд на стену, где раньше висел портрет Дейзи и обернулся ко мне.

— Какие у тебя на сегодня планы?

— А у тебя? — ответила я вопросом на вопрос.

— Никаких. Я все отменил.

— Хочешь, я тебе помогу? — вдруг вырвалось у меня.

— Чем? — Эльм откровенно изумился. — Я думал, это ты сейчас нуждаешься в помощи.

Я подошла к нему и впервые сама коснулась даже не его самого, а всего лишь пуговицы на рубашке.

— Я могу научить тебя управлять магией.

Он осторожно отвел мою ладонь, сжал мимолетным движением пальцы и тут же выпустил. Лицо его стало грустным.

— Это невозможно. С самого детства лучшие драконьи маги бились над этим. Отец испробовал все возможные способы. В конце концов мне просто запретили колдовать.

— А где сейчас твой отец?

Вопрос вырвался прежде, чем я успела сообразить — раз Эльму достался престол, значит отца его точно нет в живых.

— Он погиб, когда мы с Дейзи были детьми. Несчастный случай.

Несчастный случай? Не слишком ли много несчастий в роду Владыки за последнее время? И я оставила в памяти зарубочку. Нужно было узнать, сколько еще народу погибло случайно. Что-то мне подсказывало, что все это неспроста.

* * *

Все-таки мне удалось убедить Эльма. Уговорить его на уроки управления магией. По правде, он и не слишком сопротивлялся.

Солнце еще не успело встать в зенит, как мы верхом уже ехали в уединенное место. Где не было случайных людей и домов. Где никто не смог бы нам помешать.

Сопровождать нас вызвались Жрецы из местного драконьего Храма. Именно их Эльм приставил ко мне для охраны. Дворцовой страже ни он, ни я больше доверять не могли.

Подходящее место нашлось на обрывистом берегу реки, сразу за небольшой рощицей. Жрецы остановились на опушке, отпустив нас одних дальше.

Мы с Эльмом проехали вперед, спешились, привязали лошадей к одиноким деревцам, до самого края уже дошли пешком. Внизу сумасшедшей лентой несся бурный поток. Воды шумели, бурлили, бились о камни.

— Это с гор, — пояснил Эльм. — В этих местах реки бурные, неспокойные.

Мне ни разу не доводилось видеть такого. Я с любопытством спросила:

— А как вы в них купаетесь? Помнится, нас в детстве возили к морю…

— Никак. Вода здесь ледяная. Для купания есть озера. Если захочешь, можем съездить позже.

Я снова глянула вниз, на этот раз с опаской, поежилась и отошла от края.

— Давай займемся.

— Давай.

Он сразу утратил всю беспечность.

— С чего начнем.

— Найди для себя цель, куда ты хочешь направить магию.

Эльм огляделся, приметил на дальнем берегу большой одинокий куст.

— Давай, туда.

Палец его указал в нужное место.

— Пойдет, — легко согласилась я.

— Начинать? — в его голосе по-прежнему звучали сомнения.

Он потер ладонью о ладонь, вытянул руки перед собой, прищурился. На кончиках пальцев появился опасный черный дымок.

— Погоди, — остановила его я. — Сними куртку. Мне нужно ощущать твое тепло. Иначе я не смогу направлять магию.

— Куртку?

Он засомневался, но с неохотой скинул одежду. Остался в тонкой рубашке и штанах. Шелк совсем не скрывал контуров и его тела, и я вновь залюбовалась красивыми линиями мышц.

— Что дальше, — голос Эльма невольно осип.

— Не думай ни о чем. Нащупай свою магию и постарайся не выпускать ее на волю.

Я встала у него со спины, прижалась всем телом, обхватила ладонями вытянутые руки чуть ниже локтей и замерла, пытаясь уловить движение магии в драконьем теле. Но почему-то услышала лишь безумно бьющееся сердце.

* * *

Мое сердце ответило драконьему безумным набатом. В горле сразу пересохло. Мелькнула мысль, что учеба была плохой идеей. Мое тело жаждало совсем других прикосновений. Смелых, жарких. И я не в силах была его усмирить.

Эльмар тоже замер. Спина его напряглась, вздыбилась буграми мышц. Сквозь тонкую ткань вспыхнула жаром желания.

Я с трудом глотнула воздуха и сказала сама себе: «Успокойся, Фрейя. Хочешь, не хочешь, но тебе со всем этим жить». Где-то в глубине проснулся гнев на Жрецов с их подковерными играми, на мастера Линея, на тетушку и братца. Чтоб им всем пусто было.

— Что дальше, Фрейя? — Эльм первым смог взять себя в руки.

Я побоялась, что голос предаст меня и дрогнет. Но нет, слова прозвучали ровно:

— Постарайся представить, что от твоих пальцев до самого кустарника натянута нить.

Он хмыкнул.

— Легко сказать, постарайся.

— Ты попробуй, — остановила я возражения. — Как только взглядом проложишь черту, выпускай магию, а я помогу направить ее в нужное место.

— Боги помогите, — прошептал Эльм.

Я увидела, как тьма концентрируется у него в груди, собирается огромным черным сгустком. Как струится по венам, как скользит по рукам, течет в ладони. Скоро возле сильных пальцев повис гигантский рой темных снежинок.

Эльм вздрогнул и отпустил магию на волю. Я попробовала ее подхватить, но поняла, что опаздываю. Чуть-чуть. Самую малость. Слишком велика была мощь черного сгустка.

В голове еще мелькнуло: «Бедняга! Как ты с этим внутри себя живешь? Как же больно носить в себе разрушения и смерть. Как же сложно жить в вечном страхе, что все это может вырваться наружу!»

Черный рой взвился ввысь, после рухнул нам под ноги и разбил эту землю на куски. Берег ожил, задрожал и провалился в бешенный поток горной реки, увлекая нас за собой.

* * *

Я не успела охнуть, как ушла в бушующие воды с головой. Забилась, глотнула жидкого льда и поняла, что это конец — сейчас я умру. Где-то высоко, сквозь голубую толщу виднелось небо. Там было тепло и спокойно. Здесь царили холод и смерть. Тело мое словно окаменело.

Я еще попыталась руками, ногами, подтолкнуть себя вверх, но вскоре окончательно ясно осознала, что не смогу. Тяжелое платье тянуло ко дну.

«Ну и пусть, — подумала я, — Это даже к лучшему. Сейчас все кончится. Не нужно будет каждый миг одергивать себя. Не надо будет бояться любви, бояться случайных касаний. Смерть — это покой».

Когда вечность почти обняла меня, все внезапно изменилось. Сильные пальцы вцепились мне в волосы. Безумно горячая в ледяной воде рука подхватила подмышки. Дернула вверх. Вытащила из голубого омута. Подставила солнцу.

Я попыталась вдохнуть, но лишь закашлялась.

— Фрейя! — закричал Эльм. — Нет! Дыши!

Он сильным рывком вышвырнул меня на берег, следом выбрался сам. Подхватил, поднял, прижал к себе, поделился драконьим жаром. Мое платье высохло в один миг. Кровь наполнилась огнем. Тело содрогнулось совсем от иного озноба.

Кольца вспыхнули нестерпимо ярким бирюзовым огнем. Любимое лицо оказалось так близко. Губы призывно раскрылись его губам. Я почувствовала, что не могу совладать с собой. Подалась навстречу дракону, обхватила ладонями затылок и замерла.

А глазах Эльмара плескалась бесконечная боль.

Он бережно опустил меня на землю и отпрянул прочь.

— Нет, Фрейя, — сказал он внезапно охрипшим голосом. — Нет! Я не хочу быть причиной твоей смерти. Я не могу стать твоим убийцей.

И я словно очнулась от чар.

* * *

— Возвращаемся? — спросил Эльмар, едва наши сердца немного угомонились.

Я внезапно заупрямилась.

— Ну уж нет. Пробуем еще раз.

— Еще раз? — Он изумился. — Не боишься искупаться снова?

Я решительно тряхнула головой.

— Не боюсь. Я, кажется, поняла в чем дело. Твоя магия слишком мощная и быстрая. Ты не успеваешь ее остановить, подчинить себе.

Эльм горестно хмыкнул.

— Тоже мне, секрет. Я с детства об этом знал. Когда стало понятно, что никто не может обуздать мой дар, мне запретили им пользоваться вообще. Поэтому мы и сошлись с Дэни. Дракон без дара и драконс запретом на дар.

— Туго вам пришлось? — в моем голосе появилось сочувствие.

— Ничего, мы справились. Дэни было вдвойне обиднее. У него дядя верховный жрец в Храме Получения Даров. Он говорит с Богами.

Эльм запнулся и поправил себя:

— Говорил. Во время трагедии его тоже не стало. Хоть храм и уцелел. Так вот, если бы у Дэни был дар, он бы занял со временем место дяди. А так, — Эльм развел руками, — об этом не было и речи. Это место должно было отойти другой семье.

— Бедняга, — я невольно посочувствовала Даниэлю. — Тяжело быть ущербным в мире, где все одаренные магией. Так недолго и озлобиться.

— Озлобиться? — Эльм хохотнул. — Ты же видела Даниэля. Злость — это не про него.

Я опустила лицо и прикусила губу, проговорив про себя: «Однако, кто-то толкнул меня в спину. Пусть Эльм и не верит, но я думаю, что это сделал Дэни. Вопрос, зачем ему это нужно?»

Эльм истолковал мое молчание по-своему.

— Так что, пробуем еще раз? Или ты передумала?

— Ничего я не передумала! — в моих словах прозвучало возмущение. — Если я пообещала, что помогу, значит, помогу.

— Как знаешь.

Эльм развернулся и направился к обрыву.

— Погоди! — прокричала я ему вслед. — давай, встанем подальше. Мощи твоей магии хватит с лихвой, чтобы долететь до куста и даже дальше. Давай, попробуем прямо отсюда.

Мой истинный прищурил глаз, прикинул расстояние от меня до обрыва и пожал плечами.

— Отсюда, так отсюда. Какая разница?

Мне показалось, что он совершенно не верит в успех. Меня же это только раззадорило.

* * *

Эльм подошел ко мне и повернулся спиной. Я обхватила его руки, прильнула всем телом, прислушалась и изумилась. На этот раз его сердце билось ровно. Дракон сумел обуздать свою страсть. От этой мысли и мне стало спокойнее.

— Буди дар, — велела я, — но потихонечку.

Вновь легкое пожатие плеч.

Я для надежности закрыла глаза, протянула ниточки своего дара, поймала, опутала его магию. Потом слегка усыпила ее, сделала, ленивой и медленной. Еле-еле успела остановиться, чтобы не ввергнуть в глубокую спячку.

Тьма внутри дракона притихла, починилась моей воле.

— Пробуй, — велела я и отпрянула от мужской спины.

— Сам? — вновь изумился Эльм.

— Сам, — я довольно улыбнулась. — У тебя должно получился.

Он недоверчиво оглянулся, но убедился, что я не шучу. Вздохнул.

— А такое красивое было место, — вырвалось у него с сожалением. — Жаль портить.

— Пробуй! — я повысила голос.

— Как скажете, драгоценная моя Бирюза.

В голосе появились шутовские нотки, и этим дракон неприятно напомнил мне Дэни.

Эльм вытянул перед собой руки, свел вместе ладони и выпустил на волю смертельный дар. Магия заструилась по венам.

Я даже отсюда почувствовала, что она не несется стремительно вскачь, а течет неспешно, степенно.

— Это как? — вырвалось у Эльма. — Как тебе удалось?

— Пробуй, — в третий раз повторила я.

Дракон собрал в ладонях огромный черный шар, прицелился и отправил его в полет.

Тьма легко перемахнула через реку, пронзила пространство и врезалась прямехонько в нужный куст, срезав его подчистую и оставив на месте зарослей глубокую воронку.

Эльм на миг замер, потом обернулся и выкрикнул:

— Фрейя, ты чудо!

Он от души расхохотался, подхватил меня на руки, отчаянно закружил. От избытка эмоций поцеловал в щеку.

Сердце мое сковало дикой болью. Внутри разлился смертельный хлад. Перехватило дыхание. Я застонала от муки, от предвкушения конца и разразилась бирюзовыми искрами.

Эльм поймал одну — злую, колкую. И тут же поспешно опустил меня на траву.

— Прости! — прозвучало виновато.

Я шарахнулась в сторону и прислушалась к себе. К счастью, мой последний миг придет не сейчас. Магия, готовая разорвать меня куски, недовольно ворча, засыпала.

— Больше не делай так. — попросила я. — Никогда.