Глава 13

Для королевы это было сюрпризом не из приятных. То есть артефакт сработал примерно так, как она и планировала. И Мерхал вышел победителем.

Но все пошло совсем не так!

Да, она избавилась одним махом от надоедливой рыжей мерзавки и от бастарда. Но королева лишилась главного своего козыря! Сына, благодаря которому могла сохранять власть.

Пусть никто не подумает, что в сердце матери ничего не дрогнуло, когда она увидела, как Дункана поглотила огненная бездна. Но это сердце было оковано такой броней, что никто и никогда не увидел бы, что творится внутри. К тому же у королевы сейчас были дела поважней. Нет смысла лить слезы и горевать, все уже свершилось.

Сейчас ей нужно было выправить положение и удержать в узде первого советника Мерхала. По глазам этого алчного скота она уже видела, что тот жаждет получить трон. И он станет королем, ей нечего ему противопоставить.

Но леди Юрха не собиралась сдавать позиции.

Пока еще не произошла смена династии и не избран новый король, она оставалась фигурой весьма значимой. У вдовствующей королевы везде были преданные ей люди, и от ее слова зависело многое. Умный, если он хочет получить трон, должен понимать.

И советник Мерхал понимал это.

Более того, он лично знал, насколько королева опасна. А он хотел спокойно есть и спать, не опасаясь, что по приказу прекрасной леди Юрхи его отравят и вырежут весь его дом. Конечно, у него мелькала соблазнительная мысль сослать ее и потом тайно умертвить. Но он видел по глазам этой женщины, что сам умрет раньше, чем попытается сделать это. Мерхал решил, что в настоящий момент предпочтительнее всего держаться прежних договоренностей, а избавиться от нее можно и потом.

Он поклонился королеве так низко, насколько позволяли его мужская честь и статус победителя отбора. Произнес, приложив руку к сердцу:

— Моя госпожа, примите мою искреннюю преданность.

Леди Юрха благосклонно улыбнулась, кивая ему.

И взглядом дала понять — все, о чем они договорились, остается в силе. После чего этот грузный стареющий дракон прошел в ее ложу и склонился перед ней в поклоне:

— По праву победителя отбора прошу вашей руки. Станьте моей королевой.

Драконий отбор всегда завершается свадьбой. Таков закон.

Победитель получает право взять в жены женщину, за которую он бился. Сейчас первый советник перевернул все с ног на голову. Все приобретало совершенно иной смысл. Кто-то даже увидел в этом проявление романтизма, когда королева ответила:

— Да, — и протянула ему руку.

Вот теперь действительно ни у кого не осталось даже малейших сомнений, что первый советник Мерхал станет королем.

Их приветствовали подданные, которые уже было успокоились, а тут получили еще одно зрелище дополнительно.

Королева обводила взглядом толпу, замечая все. Выражения лиц, малейшие оттенки эмоций. От нее не укрылся осуждающий взгляд дочери первого советника Альгиры и то, что та демонстративно покинула ложу.

Ничего не отразилось на лице леди Юрхи, однако она подумала об этом.

* * *

Когда Сахад ушел, Гелла внезапно почувствовала себя уставшей и одинокой. Она опустила голову и стала возить кончиками пальцев по земле. Повисло молчание, и вдруг Алехар проговорил:

— Леди Гелла, а вы? У нас нет травм и ожогов? Я мог бы залечить.

— А? — она вскинула голову.

Оба — и принц Алехар, и этот парнишка Мелто — смотрели на нее.

— Я — нет, — покачала головой Гелла.

Несколько ушибов не в счет, она только сейчас с удивлением осознала, что у нее нет ожогов. И сказала:

— Со мной все в порядке, ведь вы закрыли меня своими телами. Не стоит тратить на меня энергию.

Она хотела сказать: «Вам еще лечить Дункана», но промолчала.

— И все-таки позвольте, я осмотрю вас, — Алехар уверенно шагнул ближе.

Мелто притих, переводя взгляд с него на нее.

И в это время из-за скал появились Сахад и Дункан.

Оба посмотрели на нее, а Гелла замерла. В первый миг сердце подпрыгнуло к горлу и забилось, а потом почему-то стало неловко.

Ей теперь казалось, что все застыло, а воздух загустел и с трудом проходит в легкие. Повисло напряжение. Дункан был мрачен, обжег ее взглядом и отвернулся. У него обгорели руки и грудь, сразу невольно вспомнилось, как он бросился закрыть ее собой. Гелла не решалась смотреть на него. Наверное, надо сказать спасибо? Но она понятия не имела, как вести себя с ним после всего. Лицо стал заливать румянец,

— Эй, на что ты похож? — проговорил Алехар, оборачиваясь к брату.

Пауза оборвалась, все снова пришло в движение. Сахад бросил на нее горячий быстрый взгляд и спросил, указав на Мелто:

— Как он?

— Нормально. До свадьбы заживет, — сказал Алехар и тут же выдал недовольно, разглядывая Дункана: — Ты давно должен был убрать это! Сам не справляешься? Помочь?

— Отстань! — рыкнул Дункан.

Он по-прежнему был пугающе мрачен, но раны его стали затягиваться и скоро от них остались только бледные следы.

* * *

Дункана ела едкая горечь. Обжигающая досада. Ревность!

Смотреть на Геллу он не мог и не смотреть не мог тоже. Потому что даже не глядя на нее, он отслеживал каждый ее взгляд. Но она не смотрела на него.

Чего ему стоило переносить, что рядом с ней Сахад, а Алехара и вовсе хотелось размазать. Решил воспользоваться моментом, улыбки ей расточать? Хотелось рычать, чтобы отошли от нее. Но он и этого не мог сейчас. Проклятое чувство поражения, оно разъедало его кровь. А напряжение висело такое, что его можно было рубить мечом.

Молчание снова первым прервал Сахад.

— Если вы закончили, — проговорил, двигаясь к большому плоскому камню, — подойдите сюда.

Алехар поклонился Гелле:

— Леди. — И, легко ступая между камнями, направился туда.

Пришибить его хотелось. Дункан сжал кулаки, с усилием разжал и тоже подошел.

— Кто знает, где мы? — спросил Сахад.

— Я, — подал голос Мелто.

— Встать сможешь?

— Да, — парнишка сразу поднялся, покосился на Геллу. — Леди…

— Подойди, — прервал его Сахад. — Начерти примерно, где мы находимся и где столица.

— Да, сейчас.

— Нам нельзя в столицу, — тихо проговорил Алехар.

Демон ответил, глядя в сторону:

— Мы и не пойдем в столицу.

* * *

Мелто доковылял к ним и стал объяснять, Сахад тихо спрашивал что-то. А потом они начали чертить острым осколком на камне. Гелла хотела подойти, осторожно встала, но оступилась, неровный обломок попал под ногу.

В то же мгновение все трое обернулись.

Гелла потрясенно застыла, она в первый раз заметила, что Дункан, Алехар и Сахад похожи. Одинаковое движение плеч, тот же поворот головы, взгляд. Как если бы…

Этого не могло быть.

Она тут же опустила глаза и непроизвольным жестом стала тереть железное кольцо, которое ей дал Сахад. И в этот момент случилось нечто непредвиденное.

Пространство стало взвихриваться, а прямо перед ними возникла ослепительная воронка портала. Гелле стало даже не страшно, просто ужасно жаль и так обидно… Неужели их так быстро нашли и явились добить?

А из портала в этот миг буквально выпала молодая прекрасная женщина с двумя клинками. Огляделась вокруг, клинки истаяли, а она бросилась на шею ее телохранителю и обняла его.

— Сахад! Ты жив!

Гелле показалось, что из нее вышибли весь воздух.

Ужасно горько. Она смотрела, как эта красавица обнимает темного воина и гладит его по щеке, а в сердце как будто застрял острый шип. Гелла ведь никогда не думала об этом, но у ее телохранителя могла быть возлюбленная, жена или дети. Сразу вспомнилось, что он всегда держался на дистанции. А то, что он называл ее маленькой глупой принцессой, ничего не значило, просто в его глазах она действительно была такой. Он защищал ее, потому что…

Но тут женщина отстранилась, а Сахад негромко проговорил:

— Что-то случилось, мама?

Мама?

Такой дурой Гелла себя еще никогда не чувствовала.

— Кольцо. Я поняла, что оно не у тебя, — проговорила красавица и, проследив взгляд Сахада, повернулась к Гелле.

Она в этот момент готова была сквозь землю провалиться. Но все же заставила себя выдавить:

— Простите, я не хотела…

— Пустое, — красавица подняла руку, обрывая ее, и неожиданно улыбнулась.

Потом взглянула на Дункана и прищурилась:

— Ты сын Одхана?

* * *

Увидев, как эта красавица бросилась на шею демону, Дункан испытал ревнивую радость. Но когда понял, что эта юная красавица — мать Сахада, ощутил болезненный укол в сердце. Потому что собственная мать готова была его убить.

Но сейчас это было не главное. Он все еще король драконов, хоть и проигравший. Дункан проговорил, кусая губы:

— Я старший сын Одхана.

Женщина загадочно улыбнулась:

— Ты король драконов, но старший сын не ты.

— Единственный из моих братьев Алехар находится здесь, и он младше меня. Остальные мертвы.

— Уверен?

Она оглянулась.

— Что это значит, леди, объяснитесь, — не выдержал Дункан.

— Когда-то давно, еще перед тем как стать королем, Одхан в числе других молодых принцев приезжал заложником к Владыке Мелиалу, — проговорила она. — Но очень недолго пробыл, ему срочно пришлось возвращаться и занимать трон.

Дункан потрясенно замер, осмысливая. Он же знал, что отцом Сахада был один из драконьих заложников. Внезапно вспомнилось все. Мелкие нюансы, на которые он никогда не обращал внимания. Он резко обернулся к Сахаду:

— Ты знал?!

Но тот нахмурился и качнул головой.

* * *

У Сахада не было отца.

Он знал только, что тот был одним из драконьих заложников. И с детства слышал про нашумевший скандал. Его мать, красавица Астинит, должна была стать невестой Владыки, а вместо этого она уехала в дальний гарнизон. Через четыре года, когда она вернулась, у нее был трехлетний сын.

Владыка Мелиал принял его как юного принца. Сахад воспитывался вместе с сыновьями знатнейших родов, но о том, что он бастард, слышал постоянно. Однако это не помешало ему стать первым клинком Владыки. А потом он отправился заложником к драконам.

Хотел ли он найти отца? Нет. Наверное, просто хотел понять.

Мог ли он предполагать, что видел отца постоянно?

Он отбросил пока эти мысли, потому что мать подошла к Гелле. Он ощутил тревогу девушки, и его мгновенно потянуло к ней.

* * *

Вблизи мать Сахада была еще красивее. Темные, как у Сахада, волосы, смуглая кожа и ярко-зеленые демонские глаза, горящие немереной силой.

— Ты дочь Иарис?

Гелла невольно оробела. Потом вспомнила про кольцо и еще больше оробела.

— Да. Вы были знакомы с моей мамой?

— Верно, — кивнула та. — Знаешь, почему Иарис назвали огненной?

— Из-за цвета волос.

Так, во всяком случае, Гелла слышала. Женщина усмехнулась, зеленые глаза вспыхнули, словно угольки, и вдруг проговорила:

— А что ты знаешь о себе?

Гелла молчала, глядя на нее. Наконец сказала:

— Леди, простите, не знаю вашего имени.

— Зови меня Астинит.

— Я Геллиана, приемная дочь короля Одхана, выросла в морском замке. И до последнего времени моя жизнь… — Гелла запнулась.

Заметила, как к ним приблизился Сахад и замер вполоборота. Непроницаемое выражение лица, не понять, что он чувствовал, но он был близко. Алехар остался на месте и внимательно прислушивался к разговору. А Дункан потемнел лицом и застыл, сжимая кулаки. Его взгляд горел болью и вызовом, как будто говорил: «Ну, скажи это. Обвини меня». И нет, не могла она обвинить его, слишком неоднозначно все.

Она глубоко вдохнула и проговорила:

— Моя жизнь была простой. А потом король Одхан неожиданно умер, и многое изменилось.

— Ты любила его? — неожиданно спросила Астинит.

— Да, — Гелла на мгновение ушла в себя, вспоминая Одхана. Красивый седеющий мужчина, сильный, по-молодому стройный и крепкий. Он всегда двигался стремительно, как будто нес с собой ветер. — Да. Он заменил мне отца.

— Хммм, — Астинит грустно улыбнулась, бросив короткий взгляд на Сахада.

Повисла короткая пауза.

— Я хорошо знала твою мать, мы были подругами. Иарис была одной из телохранительниц Хайлиды, супруги Владыки Мелиала, — тихо проговорила Астинит и выразительно посмотрела на Геллу. — Огненная саламандра, наемница.

В голове не укладывалось. Но ведь мама виртуозно владела всеми видами оружия и даже учила ее…

— Она и Мелиал… — женщина поморщилась. — Хайлида была страшно ревнива и мстительна. Иарис пришлось срочно бежать, тебя скрыли. Мелиал был вынужден. А потом… — она повернулась к Гелле. — Потом в жизни Иарис случился Одхан, и ты сама знаешь, его невозможно было не полюбить.

Да, это так и было.

— Да, я… Подождите! — воскликнула Гелла. — Так я?..

— Ты дочь Мелиала. И судя по тому, что я в тебе вижу, унаследовала магию матери.

— Но у меня нет магии.

— Ты слишком молода, твоя стихия еще не проснулась. Но если ты пойдешь со мной, я могу обучить тебя, и тогда все произойдет раньше.

— Правда?! А крылья? — она вдруг вспомнила, какие крылья у Сахада. — У меня будут крылья?

— Если у тебя будут крылья, Геллиана, тогда Мелиал открыто признает тебя как свою дочь, и Хайлида ничего не сможет сделать.

Здорово, конечно. Только это все в ее жизни было однажды, и вовсе не хотелось снова проходить через интриги и ненависть двора. Ей нужно было другое. Иметь свою магию, обрести крылья — это значило стать независимой. А не сидеть взаперти в гареме.

Но уйти сейчас с этой женщиной неизвестно куда? Она оглянулась, потом спросила:

— Я смогу вернуться?

— В любой момент. На тебе кольцо, Сахад везде тебя найдет, — сказала женщина. — И твой дракон тоже.

Гелла покраснела, хотела сказать: «Он не мой», но не смогла. Сахад был недвижим, он просто смотрел на нее, давал выбор. Дункан и Алехар напряженно застыли. И даже мальчишка Мелто.

Она повернулась к Астинит.

— Я пойду с вами.

— Хорошо, — кивнула та. — Да будет так.

Стремительно развернулась и громко сказала:

— Я забираю ее. У меня ее уж точно не достанут ни первый советник, ни Юрха.

— Нет, — упрямо качнул головой Дункан.

— Дороги небезопасны, вас ищут, а она слишком заметна.

— Я могу ее защитить!

— Тебе, дракон, сейчас лучше подумать, как защитить страну от смуты и вернуть себе трон. И поторопись, король, время ограничено, — жестко проговорила Астинит.

Одним движением развернулась, и Гелла успела только оглянуться, в следующий миг вокруг них уже сиял портал.

* * *

Ослепительно яркая воронка портала схлопнулась и исчезла на глазах.

Сахад молча проводил ее взглядом, только пальцы правой руки дрогнули. Дункан отчаянно ругался, выпуская волну пламени, но потом и он затих, сжимая кулаки. Бессмысленно. Внезапно стало дико, пусто и одиноко.

— Мы потеряли все, что могли, — философски заметил Алехар. — Но в этом есть один положительный момент — нас теперь трое.

— Кх-кхмм, — осторожно прокашлялся Мелто. — Попрошу заметить, четверо.

___

Конец первой части