Глава седьмая. Наказание

Возвратившись в выделенные им апартаменты, Ниана застала там Рози, которая металась по гостиной, заламывая руки. Оказалось, за леди Онтой пришли охранники, и теперь в коридоре прохаживался стражник, зорко поглядывая на дверь их комнат.

— Что делать? А если матушку не отпустят до бала? Как я пойду одна? Это же немыслимо! Что же делать? Как же виконт?! Вдруг он хотел сделать мне предложение? — причитала Розмари, прохаживаясь перед диваном, на который без сил упала Ниана. — Если он увлечется другой девушкой? Что же делать?

— При чем тут виконт? Рози, нашу матушку подозревают в использовании приворотного зелья.

— Приворотного зелья-я? — протянула девушка. — Какая ерунда! Ничего подобного не было! Граф увлекся ею, потому что она ему понравилась! Наверное, кто-то оболгал матушку. Нужно немедленно сообщить…

— Стой! — Ниана вскочила с дивана и перехватила сводную сестру до того, как та открыла дверь. — Её подозревают в привороте на герцога.

— Что? Еще большая глупость. Зачем матушке пытаться приворожить его светлость?! Это немыслимо! Если уж кого-то подозревать, то только тебя! Ты же использовала приворотное зелье, значит, виновна ты, но не матушка!

Ниана опешила.

— Но Рози, — возмутилась она. — Твоя мать шантажировала меня жизнью моего отца! Ты знаешь, что я просто не могла отказаться, даже несмотря на смертельное проклятье, которое ложится на тех, кто использует «Драконий приворот»!

— Глупости! Нет никакого проклятья!

— То есть как это «нет»?

— Мама была уверена, что травница наврала ей о проклятии, — поджав губы, заявила Розмари. — Эта бездельница не хотела варить зелье, поэтому и придумывала всякие несуществующие проклятья. А ты должна быть благодарна матушке. Она столько денег вложила, чтобы герцог заинтересовался такой невзрачной девицей, как ты.

— Если леди Онта была уверена, что проклятья нет, почему она не отдала флакончик с зельем тебе? — едва сдерживая желание накричать на сводную сестру, спросила Ниана.

— Ну, — стушевалась Рози, — у неё были небольшие сомнения…

— … и поэтому она решила, что рисковать родной дочерью не будет. Если проклятье все же существует, умру я, а не ты! И за это я должна быть ей благодарна?! Или, может, за то, что она заставила меня пользоваться этим зельем, пообещав убить моего отца, если я откажусь? Потому что без лекарств лорд Арвель умрет сразу. За это я должна быть ей благодарна? Да?! Или, может, за то, что она постоянно требует траты моего магического резерва на наведение своей красоты? Требует, не считаясь с моим здоровьем. За это я должна быть ей благодарна?! За то, что ради её капризов я довожу себя до истощения, до обмороков?! Ты понимаешь, что это вредно для мага? Что мой дар может перегореть? Если бы она была уверена, что нет никакого проклятья, то я бы никуда не поехала! Именно так в начале и планировалось. Я нужна леди Онте только для достижения её целей! Чтобы герцог на мне женился, а вас пригласили в столичный особняк Ранских, в другие дома аристократов, в королевский дворец, наконец! Там она могла бы пристроиться сама и тебя удачно выдать замуж. А умру я от проклятья или нет — это совсем для неё не важно. И ты говоришь о моей неблагодарности?! Ты вообще в своем уме или окончательно свихнулась?!

— Зачем ты так кричишь на меня? — всхлипнув, пролепетала Розмари. — Как только мама вернется, я все ей расскажу…

— Да, пожалуйста! Только ты уверена, что матушка вернется? Напомню, это она заказала зелье, заплатила за него, шантажом заставила меня им воспользоваться. А ты знаешь, что грозит человеку, который покупает приворотные средства? Хотя, что я спрашиваю? Ты же спала на уроках юриспруденции. Каторга, тюрьма или смерть ждет нарушителя! Кроме того, тем, кто знал о привороте и не рассказал, тоже грозит наказание. Например, ты прекрасно знала о методах своей матери, знала о шантаже, знала о проклятье, но тебе было все равно!

— Но… но, — Рози хватала ртом воздух, — я ни в чем не виновата!

— Уверена? Если узнают о привороте, на каторгу пошлют всех: тебя, меня, леди Онту! И тебе не о бале думать надо, а о том, что ты расскажешь дознавателям. Учти, они прекрасно отличают правду от лжи.

Ниана смотрела на сводную сестру и удивлялась её глупости: «Это какие шоры на глазах надо иметь, чтобы всерьез считать, что леди Онта обо мне заботится? Здорово все-таки мачеха ей заморочила голову».

— Ты куда? — нервно спросила Розмари, видя, что сестра подошла к двери.

— В библиотеку.

— Ты разве не идешь на бал?!

— Нет. Не вижу смысла. И твоя мать, скорее всего, тоже не придет.

— Так что же мне делать?

— Готовиться к тюрьме или каторге! Потому что, как только узнают, что ты знала и не рассказала о привороте, тебя накажут по всей строгости закона. Помнишь, как крестьяне радовались, что герцог справедлив и не считается со знатностью преступников? Вижу, помнишь! Вот готовься.

Ниана выскочила за дверь и зашагала в сторону лестницы.

— Прошу прощения, леди, куда вы направляетесь?

— В библиотеку, — отрывисто выдохнула девушка, не замедляясь ни на секунду.

Краем глаза она заметила, что охранник кому-то кивнул и пошел следом за ней. Прохладное помещение, особый запах книг, рабочая обстановка библиотеки немного успокоили Ниану. Может быть, не стоило, конечно, так разговаривать с Розмари, но сил что-то объяснять не осталось. Девушка боялась, что сводная сестра может начудить, но идти и проверять, чем она занимается, не хотелось.

«А может, действительно согласиться на предложение лорда Мирта? Поговорить с ним насчет отца. Не нужно никаких денег, только лекарства. Возможно, столичные специалисты смогут что-то сделать с его болезнью?». Однако Ниана очень хорошо понимала, что её не будут считать ровней герцогу и в погоне за вниманием его светлости могут ославить, отравить, спровоцировать или любым другим способом вывести из игры. У неё же не было ни сильного дара, ни влиятельных родственников за спиной, ни опыта, чтобы противостоять столичным пираньям.

Это только со стороны все выглядело красиво. На самом деле она отдавала себе отчет, что любой её промах будет отражаться на репутации герцога. Она — баронесса, которая всю жизнь прожила в провинции, не разбирается в политике, в тех течениях, что есть при дворе, терпеть не может балы и танцы. Придворным аристократам ничего не стоит подловить её на какой-то малости, выставив неотесанной деревенщиной. Нет, можно, конечно, научиться и подготовиться к возможным провокациям, но Ниана поймала себя на мысли, что не хочет видеть разочарование в глазах лорда Мирта. А в том, что оно будет, девушка не сомневалась.

— Я совсем ему не подхожу! — раздраженно пробурчала она и выдвинула ящик с карточками, чтобы найти книги по земледелию.

Работа помогла ей отвлечься. Ниана не заметила, как пролетело время до вечера. К её удивлению в библиотеку заглянула служанка с подносом еды. Только тогда девушка почувствовала, что очень проголодалась. После ужина она вернулась в комнату, где все это время сидела Розмари.

Как оказалось, её не выпустили из комнат. Сводная сестра пыталась ругаться, но стражник сказал, что в таком случае у него приказ: отвести леди в подвал и посадить за решетку. Такой ответ испугал Рози, и она больше не высовывалась.

— Что ты узнала в библиотеке, Ниа? — сразу поинтересовалась она. — Мы сможет избежать наказания?

— Понятия не имею. Я не смотрела книги по праву…

— Но разве ты не за этим пошла?

— Нет.

Розмари демонстративно на неё обиделась и, хлопнув дверью, удалилась в свою спальню. Ниана тоже решила пораньше лечь, но сон не шел. Она снова думала о предложении герцога, злилась на себя, на него, на всю эту дурацкую ситуацию, ворочалась на кровати. Вдруг створка раскрытого окна распахнулась шире, и в комнату, пофыркивая, влез пушистик.

— Рроу! — обрадовалась Ниана, глядя, как юркий зверек пробежал по полу и запрыгнул к ней на кровать. — А ты знаешь, что влезать в комнату к девушке неприлично?

Фамильяр возмущенно что-то просвистел, недовольно взмахнул хвостом, а потом забрался под ладонь к девушке. Пантомима была понятна: Рроу хотел, чтобы его гладили и чесали. Ниана улыбнулась и с удовольствием зарылась пальцами в пушистый мех. Постепенно её сморил сон.

Утро началось с сюрприза. Розмари вышла из своей комнаты рано с опухшими от слез глазами и начала извиняться. Ниа не понимала, что происходит, но ей показалась, что сводная сестра говорила искренне. На вопрос, что случилось, Рози ответила странно:

— Сон приснился.

После завтрака, когда Ниа собралась в библиотеку, сестра удивила её снова, напросившись вместе с ней. Розмари хотелось посмотреть книги по праву. «Может, и вправду поумнеет», — подумала Ниана, глядя, с каким энтузиазмом её сестра закопалась в сборник законов, штудируя раздел о наказании за привороты.

Прошло чуть меньше часа, прежде чем их прервали. В комнату вошел стражник и попросил Ниану следовать за ним. Розмари испугано поглядела ей вслед.

Раздумывая о странном поведении сестрицы и о том, где закупить морозостойкий сорт винограда, девушка не сразу поняла, что её ведут в подвал. К счастью, запаниковать она не успела: здесь её ждал лорд Мирт.

— Доброе утро, прекрасная леди, — поприветствовал он, когда стражник завел Ниану в небольшую комнату. — У меня есть важная информация. Боюсь, очень неприятная для вас.

С этими словами герцог взмахнул рукой, и одна стена в комнате стала прозрачной. За этой стеной обнаружилась еще одна комната — копия той, в которой они сейчас находились. Обстановка её была скудной: два крепких стула и широкий стол. За столом друг напротив друга сидели двое: мачеха Нианы, кутающаяся в цветастый плед, и хранитель Ллойд — строгий и суровый.

— Тут можно увидеть и услышать, что происходит там. Оттуда нас не видят и не слышат, — объяснил лорд Мирт. — С той стороны выглядит, как обычная стена.

Ниана присмотрелась к мачехе. Всего один день в подвале, и весь лоск слетел с этой женщины: под глазами обозначились синяки, кожа на щеках обвисла, кажется, даже волосы выцвели.

— Вы получили то, о чем просили, — начал лорд хранитель, кинув быстрый взгляд на прозрачную стену. Видимо, лорд Мирт дал ему какой-то знак, что можно начинать, — теперь давайте продолжим. Итак, как звали человека, у которого вы купили приворотное зелье?

— Понятия не имею, — пожала плечами леди Онта.

— Ложь, — слишком спокойно отозвался дознаватель. — Должен вас предупредить: если вы соврете еще раз, то вынужден буду применить магию. Поверьте, это больно.

Ладони лорда окутались потрескивающими разрядами.

— Неужели вы будете пытать несчастную женщину? — срывающимся голосом спросила мачеха. Такой прием мог разжалобить кого угодно, но только не хранителя.

— Вы, прежде всего, преступница, которая сначала сгубила собственного мужа, а потом издевалась над падчерицей и цинично подвела неродную дочь под проклятье.

— Сгубила мужа? О чем он говорит? — шепотом спросила Ниана. Неужели, бывший муж леди Онты погиб неслучайно?

— Слушай, — выдохнул ей на ухо Мирт.

Герцог подошел близко, вызвав у Нианы безотчетную дрожь. Сразу вспомнилось, как они стояли в конюшне. Она хотела отойти, но его светлость отступил на шаг назад.

— Для меня именно это имеет значение. Вы совершили преступление, — продолжал хранитель. — Мне безразлично, женщина вы или мужчина. Я, не дрогнув, использую заклинание, если вы мне еще раз соврете. Надеюсь, мы друг друга поняли?

— Бессердечный палач! — прошипела мачеха.

Ниана охнула. В Тасаре хранители законов первого ранга в особых случаях имели право не только выносить приговор, но и приводить его в исполнение. Хоть этой возможностью они пользовались нечасто, но в Велии их за это называли палачами и побаивались. Назвать хранителя высокого ранга палачом — все равно, что плюнуть в лицо.

— Зря она так, — задумчиво протянул герцог. — Ллойд взбесился. Он со Станой познакомился, расследуя подобное дело. Твоя мачеха только хуже сделала.*

_____

Подробнее об этой истории можно узнать, прочитав книгу «Невеста на откуп»

_____

— Палач. И прошу вас помнить об этом. Вы даже не представляете, с какой радостью я давлю таких моральных уродов, как вы, леди Онта, — теперь в голосе хранителя слышалась ярость. — Вы же знаете, как горцы относятся к детям? Верно? У нас рождается мало детей, и каждым мы дорожим. И особенно нетерпимы к людям, которые приносят в жертву собственных детей, пусть и неродных. Знаете об этом? Вижу, что да. Сейчас у меня руки чешутся: так и хочется сжечь вас прямо здесь. Я, конечно, сдержусь, но магические удары в случае любой лжи, или даже полуправды, будут болезненными. Крайне болезненными, леди Онта. Еще одно оскорбление от вас, и я буду трактовать это как неуважение к дознавателю и действовать соответственно. Это понятно?

Мачеха побледнела и теперь тряслась на стуле не только от холода. Как только лорд закончил речь, она мелко закивала.

— Итак, как звали человека, у которого вы купили приворотное зелье?

— Оин Шарра.

— Он травник? Маг?

— Ювелир.

— Неужели? — предвкушающе выдохнул хранитель. На кончиках его пальцев заплясали маленькие молнии.

— Он — скупщик краденого, но и ювелир тоже, — зачастила леди Онта, с ужасом погладывая на голубые разряды. — Точнее, он говорил, что ювелир, торговал в лавке драгоценностей.

— Что за лавка?

— Называется «Камень и соль», у нее сине-серая вывеска на улице Брегов тупик на нашей, то есть на велийской, части Рыблуга. По крайней мере, шесть лет назад там была такая лавка, — быстро ответила мачеха и немного расслабилась, видя, что молнии исчезли с пальцев дознавателя.

— Откуда вы узнали, что там можно купить приворотное зелье?

— В лавке и узнала. Там можно было подешевле купить украшения, но мне все равно не хватало на колечко, что я присмотрела. А в долг давать Оин не хотел. Помню, он сказал, что драгоценности должны покупать мужчины. Мы разговорились, и я посетовала, что лорд Арвель, который тогда за мной ухаживал, хоть и дарит украшения, но редко. Оин предположил, что став его женой, я смогу больше денег тратить на одежду и драгоценности. Но барон Крельский не стал бы жениться на мне. Тогда ювелир предложил купить у него средство, которое поможет.

Ниана смотрела на мачеху и не могла поверить в то, что она говорит.

— Вы знали, что за создание и использование приворотных зелий грозит наказание? — продолжал допрос хранитель.

— Да, но поймите и меня тоже! Я была одинока, вдова с ребенком, без средств к существованию.

— Бывший муж оставил вам в наследство небольшой завод и…

— Этого не хватало! — перебила леди Онта. — Я — женщина, в конце концов. Мне хотелось быть красивой, хорошо одеваться, пользоваться дорогой косметикой, носить украшения.

— И поэтому вы воспользовались приворотным зельем, чтобы женить на себе лорда Арвеля, — хранитель не спрашивал, он утверждал.

— Да! — с вызовом ответила мачеха. — А что мне оставалось делать? К тому времени у меня образовалось столько долгов! Только настоящий мужчина мог мне помочь.

— Вы знали о последствиях применения этого зелья?

— Знала, но я ничего плохого не планировала. Мне сказали, что оно слабенькое и негативные последствия могут быть, только если принимать постоянно. Я ведь хотела просто подтолкнуть барона к этому решению, — леди Онта всхлипнула.

— У вас получилось.

— Да, сначала все пошло хорошо, я неделю давала зелье, и Арвель сделал мне предложение. Мы назначили день свадьбы, составили списки гостей. Я перестала давать средство, но внезапно мать Веля умерла, и торжество пришлось перенести. Мне…

— Вы причастны к смерти матери лорда Арвеля? — прервал рассказ хранитель.

— Нет, что вы! У неё было больное сердце. Вель позвал целителя, но тот ничего не смог сделать. Может быть, если бы лекарь прибыл немного раньше, то мою свекровь удалось бы спасти. Из-за траура нам пришлось перенести свадьбу на полгода. Без приворотной микстуры начались ссоры, и я испугалась, что лорд передумает жениться…

— Вы давали приворотное зелье в течение полугода?

— Нет, нет. Я давала периодами. Примерно по неделе каждый месяц. И все равно получалось очень дорого. Мне пришлось купить еще один флакончик, и я, как могла, его растягивала. Едва хватило до свадьбы. А после начался настоящий кошмар. Вель злился из-за каждой мелочи, он очень изменился, стал раздражительным и даже начал выпивать. Однажды он напился и подрался с каким-то селянином. И даже после этого я сомневалась, но потом Вель… — мачеха пустила слезу и прошептала: — он ударил меня. Ударил! Никто и никогда не бил меня…

— Ужасная недоработка, — ледяным тоном вставил хранитель, не обратив внимания на её игру на публику.

— Да как вы смеете! — вскинулась леди Онта, но мгновенно возникшие молнии на пальцах Ллойда, заставили её резко замолчать.

— Продолжайте…

— У меня не оставалось другого выхода, кроме как поехать в Рыблуг и купить еще один флакончик зелья. Но я давала очень мало и редко, даже разбавляла водой. Мне удалось растянуть средство на полгода, но мужу становилось все хуже: он начал забывать, что было, путал даты, а однажды предложил пригласить к нам матушку, потому что он давно её не видел…

Ниана вспомнила этот случай, тогда отец испугал всех домашних. Она слушала и не могла понять, почему раньше не заподозрила мачеху? Когда отец вдруг объявил о предстоящей свадьбе, Ниа даже не насторожилась, хотя до этого он говорил, что точно не женится. Леди Онта сначала понравилась девушке. Мачеха заранее узнала, чем увлекается падчерица, и в день знакомства подарила ей книгу о магии и набор магических перьев.

Только бабушка Нианы сразу что-то начала подозревать, несмотря на то, что леди Онта старалась понравиться будущей свекрови. Теперь девушка вдруг осознала, что имела в виду бабушка, когда та говорила её отцу: «Не пей и не ешь ничего у этой дамы!»

— Я заботилась о нём, как могла. Даже привезла талантливую травницу, чтобы она помогла моему мужу, — словно сквозь вату донесся до Нианы голос мачехи. — Ему стало лучше, но потом…

— Вы продолжали давать зелье?

— Нет! Вель прекрасно вел дела, а я не очень разбираюсь в хозяйстве. Мне хотелось вернуть ему ясный разум, я испробовала столько средств, потратила много денег! Я жертвовала всем, стараясь найти лекарство от страшной болезни, но все микстуры имели только временный эффект, и моему мужу становилось все хуже. Признаю, я совершила ошибку, но я хотела её исправить!

— И сейчас хотите? Вы делаете все, чтобы помочь вашему мужу?

— Коне… — начала было леди Онта, но тут же осеклась. Маленькая молния, которая пробежала по пальцам хранителя, заставила её закрыть рот. — Ну… ээээ… Не то чтобы… я ведь не хотела ничего плохого!

— Я задал вопрос, — веско напомнил Ллойд.

— Ну, — замялась мачеха, — я поняла, что Велю вряд ли что-то может помочь, поэтому нет смысла тратить на него большие деньги. Тем более, доходы у нас сильно сократились…

Герцог взглянул на Ниану, вдруг сделал два шага к ней и обнял.

— Тише, тише, — прошептал он.

И только тогда она поняла, что по щекам бегут слёзы.

— Твоя мачеха заплатит за то, что сделала, — прижимая девушку к себе, говорил лорд Мирт. — Ллойд так этого дела не оставит. Леди Онту лишат всего имущества, отправят в тюрьму или в какой-нибудь монастырь. А монастырь по сути — это то же самое.

— Это не вылечит отца, — заявила Ниана, чувствуя подступающую истерику.

Она уткнулась носом в сюртук его светлости, стараясь справиться со слезами, но они все так же продолжали течь по щекам.

— Лучше показать его столичным специалистам. Возможно, кто-то может помочь…

— У меня нет денег и…

— Я заплач у.

— Зачем это вам? — Ниана постаралась отстраниться, но герцог не дал ей сделать этого, — А! Поняла! Фиктивная помолвка, так? Вы хотите, чтобы я согласилась…

— Нет. Я помогу в любом случае. Не смогу остаться в стороне, не хочу оставлять тебя один на один со всеми проблемами. Уверен, ты справишься, но лучше, если рядом будет тот, на кого можно опереться. Я не настаиваю на фиктивной помолвке, но если ты согласишься, буду рад.

От мужчины пахло какой-то пряной специей, он был горячим, окутывал теплом, вселял уверенность. Ниана расслабилась и неожиданно для себя расплакалась. А герцог просто гладил её по спине и говорил что-то успокаивающее.

Ей вдруг показалось такой мелочью все то, что она надумала насчет помолвки. Да, конечно, придется раскланиваться с дамами, которые будут считать её провинциальной выскочкой и ненавидеть, да, они попытаются её спровоцировать, и, возможно, им это удастся. Да, она должна будет ходить на балы, тратить на это время, и, да, лорд Мирт скоро в ней разочаруется. Будет больно и обидно, но это все не важно. Главное, он обещал помочь отцу. И единственное, чем его может отблагодарить Ниа — согласиться на фиктивную помолвку. Так почему бы и нет?

— Ваша светлость, я согласна, — озвучила она, когда слезы закончились. — Буду изображать вашу невесту.

— Мирт.

— Что?

— Зови меня Мирт.

Герцог по-прежнему не давал ей отстраниться. Может, это и к лучшему. Ниана была уверена, что выглядит ужасно.

— Но это же не совсем по правилам, мы…

— Неужели это так сложно сделать? — усмехнулся он. — Учти, пропишу в договоре, чтобы ты только так меня и называла.

— Мирт, — тихо выдохнула девушка.

— Хорошо. Привыкай, Ни-иа-а, — с явным удовольствием растягивая гласные в её имени, произнес герцог. — Ты теперь моя невеста.