Глава восьмая. Сближение

Ниана оторвалась от книги, с удовольствием потянулась и откинулась назад на спинку удобного кресла. Большие напольные часы в библиотеке столичного особняка Ранских недавно пробили полдень. Надо спешить. Скоро у неё начнется занятие танцами с лордом Миртом.

Через пять дней на весеннем балу герцог должен будет представить Ниану королевской семье. Девушке по-прежнему казалось, что она занимает чьё-то место. Где она, и где его величество? Мирт искренне не понимал её трепета перед венценосными особами и утверждал, что они такие же люди, как и все остальные, но Ниана робела только от одной мысли о том, что надо будет ехать во дворец, где соберутся те, кто вершат судьбы страны.

Чтобы не опозориться во время танцев перед королем и придворными, девушка, краснея, попросила у Мирта пригласить ей учителя, но герцог решил, что будет заниматься с ней сам. И сейчас Ниана поймала себя на мысли, что с нетерпением ждет урока. Она осознавала, что близость лорда Мирта её очень волнует: его особый запах, который хотелось вдыхать постоянно, сильные горячие руки на её талии, широкая, искренняя улыбка, его голос, голубые, на первый взгляд, холодные глаза, в глубине которых прячется пламя.

Раньше, думая о любви, Ниана полагала, что ей понадобится много времени, чтобы хорошо узнать мужчину и начать испытывать глубокое чувство. Она довольно скептически относилась к любви с первого взгляда и считала, что должно пройти как минимум полгода, чтобы можно было однозначно сказать, что это серьёзно. Как она ошибалась!

С того памятного разговора в подземелье замка Ранских, когда Ниа согласилась на фиктивную помолвку, прошло всего три недели. И сколько всего случилось за это время…

Леди Онту судили, вынесли приговор и отправили в один из отдаленных монастырей до конца жизни. Тетушка Мирта постаралась смягчить наказание мачехи, но не добилась успехов. Хранитель Ллойд, который вел процесс, не захотел делать поблажки, и уже через три дня тюремная повозка увезла разом постаревшую леди к её новому месту жительства.

Радовалась ли Ниана? Испытывала ли чувство удовлетворения? Пожалуй, нет, потому что понимала, что наказание виновницы не излечит отца. Однако отсутствие мачехи развязало ей руки: теперь никто не давил на неё, не требовал переделывать прическу, не ворчал, не оскорблял. Ниана вздохнула спокойней.

Розмари, как оказалось, не знала о том, что её мать давала лорду Арвелю приворотное зелье. Для неё суд и последующий приговор стали неожиданностью. Как подозревала Ниана, Рози в глубине души надеялась, что её мать попугают, возможно, оштрафуют, а потом отпустят, но все произошло иначе. Но это была не единственная проблема.

Дело в том, что Розмари оставалось чуть больше четырех месяцев до совершеннолетия, а ближайшим родственником мужского пола был дядюшка, которого Ниана никогда не видела, но о котором несколько раз слышала от сестры. Рози пришла в ужас. Она помнила своего родственника и отзывалась о нём, как о пьянице и дебошире. Конечно, лорда Мирта не должна была волновать судьба дочери преступницы, однако он внял просьбе Розмари и пригласил дядюшку в свой столичный особняк, чтобы понять, действительно ли так ужасен этот человек. Туда же выехала и вся семья герцога вместе с Нианой и Рози.

Близился весенний бал, на котором лорд Мирт должен был не только представить свою невесту, но и вывести сестру в свет. По традиции именно весной проходили балы дебютанток, и Илаида готовилась к своему первому сезону. Ниана не знала, что делать: с одной стороны нужно было вернуться к отцу и привезти его в столицу на осмотр к специалистам, с другой — успеть подготовиться к балу. Но Мирт нашел выход. Он послал за лордом Арвелем своих людей: целителя в сопровождении магов и охранников. Ниана написала письмо отцу, управляющему и паре верных слуг, но все равно волновалась.

До столицы они добрались всего за четыре дня. Особые магические повозки, в которых можно было не только сидеть, но и лежать, выносливые лошади, которых сменяли по ходу движения, и доброжелательная компания сделали путешествие легким и комфортным.

За всю дорогу был лишь один неприятный случай: Рози решила воспользоваться моментом и очаровать лорда Мирта. Ниана впервые в жизни почувствовала ревность. Правда, реакция фиктивного жениха её успокоила: герцог довольно резко осадил соблазнительницу. Чуть позже Ниа сама поговорила со сводной сестрой и напомнила, что имеет влияние на его светлость, и заявила, что если Рози продолжит соблазнять чужого жениха, то её тут же отправят к дядюшке. А вот если она будет вести себя нормально, то Ниа поговорит с Миртом о том, чтобы Розмари взяли на бал во дворец. Попытки соблазнения мгновенно прекратились, и оставшийся путь прошел спокойно.

В столичном особняке Ранских Ниане понравилось. Это было старое каменное здание: монументальное, но не слишком большое по сравнению с замком. Еще больше девушке приглянулся роскошный сад, в котором не только росли цветы и деревья, но и был устроен небольшой водопад, впадающий в рукотворный пруд. Прямо на воде, на прочных сваях, стояла беседка, и из неё открывался прекрасный вид на водопад и маленькую радугу над ним.

Столица тоже вызвала только приятные впечатления, до этого Ниана ни разу здесь не была, поэтому с удовольствием сходила за покупками сначала вместе с Миртом, Тоиленом и Розмари, а потом исключительно женской компанией со Станиславой, Илаидой и тетушкой герцога.

Через пять дней после их прибытия в столицу в городской особняк Ранских привезли лорда Арвеля. Несмотря на заботу целителя, выглядел отец Нианы плохо, у девушки защемило сердце, когда она увидела похудевшего, осунувшегося мужчину. Пришедший лекарь, специалист по таким заболеваниям, не давал однозначно плохого прогноза, наоборот, поселил в сердце Нианы робкую надежду.

— Главное, мы знаем причину нарушений, — уверено сказал он расстроенной девушке, — поверьте, это уже половина дела! Кроме прочих негативных последствий, приворотные зелья вредны тем, что часть компонентов, которые входят в их состав, не выводятся, а накапливаются и отравляют ткани разных органов. Эти яды можно вывести только специальными средствами и магией. Конечно, гарантии я не даю, но облегчить состояние больного можно!

Слова лекаря оказались пророческими. Лорду Арвелю постепенно становилось все лучше: появился аппетит, пропала отдышка, кожа приобрела здоровый цвет. Он стал интересоваться новостями, чаще улыбался, старался больше ходить, правда, по-прежнему быстро уставал, но самое главное, Ниана снова видела в его глазах желание жить.

Через два дня после лорда Арвеля в замок прибыл дядюшка Розали. По закону именно он теперь становился опекуном сводной сестры Нианы на четыре месяца, пока девушке не исполнится восемнадцать. Вопреки рассказам Рози, мужчиной он оказался неплохим. Бывший военный, строгий, суровый, но не лишенный милосердия и чувства справедливости. Правда, он был порой излишне прямолинеен, немного грубоват, не любил балы и к этикету относился с некоторым пренебрежением.

Ниана поняла, почему Рози о нем отзывалась с ужасом: дядюшка любил воспитывать молодежь, не отличался терпением, и разжалобить его было весьма сложно. Как минимум четыре месяца Розмари ждали обучение и жизнь по строгому распорядку. Для девушки привыкшей проводить дни в праздности — сложное испытание.

Тем не менее Мирт уговорил сурового военного повременить с отъездом и отпустить Розмари на предстоящий бал. За это Рози пообещала беспрекословно выполнять все повеления дядюшки. Ниана считала, что сводная сестра еще пожалеет о своем решении, уж очень хитро опекун поглядывал на свою племянницу, но пока Рози была счастлива и с энтузиазмом готовилась к балу.

Ниа не заметила, как пришла в комнату, в которой они занимались танцами. Пока здесь никого не было. В ожидании его светлости девушка присела на диван и снова задумалась. Что делать со своей реакцией на герцога, Ниана никак не могла решить. С одной стороны ей нравилось, как на неё смотрел лорд Мирт, ухаживал за ней, заботился, как-то по-особому улыбался.

С другой стороны, разумом она понимала, что помолвка фиктивная, и через пять лет они расстанутся, но ничего с собой поделать не могла. Её сердце билось чаще при взгляде на Мирта, глаза горели, чувства обретали какую-то особую глубину, а ночью приходили сны, в которых Ниана с упоением целовалась с герцогом то саду, то в библиотеке, то в комнате для занятий танцами. В особенно откровенных снах лорд Мирт не ограничивался поцелуями: он быстро развязывал тугой корсет платья и смотрел на неё жадными глазами. Обычно в этом месте девушка просыпалась и потом долго не могла заснуть.

Ниана казалась себе мотыльком, который летит на огонек свечи, чтобы сгореть в пламени и осыпаться пеплом. Сначала она сопротивлялась, старалась держать дистанцию, но потом поняла, что это бесполезно. Герцог чувствовал ту стену, что она пыталась возвести, и каждый раз походя, разрушал её. Разрушал своим достойным поведением, прекрасным чувством юмора и убойным обаянием. Невозможно было остаться равнодушной. И Ниана сдалась. Она осознавала, какую боль принесет ей расставание, но решила, что имеет право просто любить, раз судьба дала ей такую возможность. Конечно, потом она сгорит в пламени и превратится в пепел, как тот мотылек, но пока она летела на огонь и была счастлива.

Вот и сейчас, когда в комнату зашел лорд Мирт и солнечно улыбнулся, увидев Ниану, все мысли о плохом исчезли, и девушка ответила такой же радостной улыбкой.

— После завтрака прошло совсем немного времени, а я уже успел соскучиться, — сказал герцог, целуя руку невесте. — Приступим?

Девушка кивнула. Занятия танцами с его светлостью были ни на что не похожи. Лорд Мирт считал, что Ниана прекрасно танцует, и все, что необходимо — расслабиться, а дальше тело само вспомнит движения.

— А почему сегодня нет Грега? — спросила Ниана.

— Я его отпустил, — отмахнулся герцог.

Грег — слуга, который обычно приносил в небольшой зал музыкальные шкатулки, и когда было необходимо, запускал и выключал их. Каждая шкатулка воспроизводила всего одну мелодию, да и ту не очень громко. Однако для обучения этого было вполне достаточно. В провинциальной усадьбе Нианы занятия проводились просто под счет, ведь такие музыкальные шкатулки стоили очень дорого.

— Зачем? Он же…

— Во-первых, мы помолвлены, поэтому никто не скажет ничего плохого, даже если мы проведем час наедине, — перебил Мирт. — Хотя в моём доме нет слуг, которые обсуждают хозяев на стороне. Во-вторых, мне кажется, что ты из-за него не можешь расслабиться.

— Но ведь во дворец приглашено множество гостей, ты же не будешь всех выгонять, чтобы я расслабилась и смогла танцевать? Наоборот, нужно, чтобы кто-то тут был…

— Не нужно. Главное, чтобы ты уловила суть.

Герцог видел, что Ниана настроена скептически.

— Ты мне доверяешь? — спросил он.

— Да, — немедленно отозвалась девушка.

— Ну вот. Теперь осталось совсем немного — поверить в себя.

Заиграла музыка, Ниана сосредоточилась, вспоминая движения. Сначала поклон, потом шаг назад, затем вперед, теперь руку в сторону…

— Снова сосредоточенное лицо, как будто ты вычисляешь матрицу заклинания, — наклонившись к уху девушки, шепнул Мирт.

Её дыхание сбилось, по коже пробежались мурашки, Ниа оступилась, но тут же была подхвачена сильными руками лорда. Она нервничала, всего пять дней осталось, а у них пока ничего не получается. Близость герцога волновала, не давала сосредоточиться.

— Не надо меня отвлекать! — случайно наступив ему на ногу, потребовала девушка.

— Знаешь, когда мы с тобой в первый раз танцевали, я специально рассказывал о танцах. Хотел, чтобы ты попросила позаниматься с тобой.

— Не знала, что ты любишь, когда топчутся по твоим ногам. Если так желаешь, прямо сейчас могу организовать! Неужели не понятно, что все разговоры делают только хуже, а не расслабляют! — рассердилась Ниана.

Мирт смотрел на неё, не в силах отвести взгляд: даже в гневе она была прекрасна. Её щеки налились румянцем, глаза сверкали, грудь вздымалась. Она, стараясь сосредоточиться, хмурила изогнутые брови, чуть сжимала бледные губы, и они прямо на глазах краснели, манили своей мягкостью, приковывали взгляд. А еще её запах, который кружил голову, жар её тела, пробуждающий плотские желания, нежная шея, маленькая родинка на щеке, глубокие глаза, узкая талия, тяжелые бедра. И это идеальное тело обнимал тугой корсет. Видение о том, как он его снимает, давно преследовало его во снах.

— Кажется, я знаю, что должно тебя отвлечь, — хрипло сказал Мирт и выдохнул в её губы, — Ниа-а-а.

Девушка вздрогнула, и герцог, наконец, сделал то, о чем давно мечтал — поцеловал. Накрыл её манящие губы своими, обнял за талию, притянул к себе еще ближе, не давая отстраниться, кончиками пальцев пробежался по её нежной шее, уловив дрожь девичьего тела, Ниана всхлипнула, чуть раскрыв губы, и его язык проник в рот. Он провалился в этот поцелуй, словно в жаркий полдень, нырнул в прохладные воды. Он пил её дыханье, срывая тихие стоны, дурел от прикосновений её дрожащих пальцев к его щеке.

Сколько у него было женщин — не перечесть, но никогда простой поцелуй не приносил такого удовольствия. Мирт с трудом оторвался от Нианы, и её чуть растрепанный и растерянный вид, с поволокой страсти в карих глазах, вызвал безумное желание. Захотелось вновь попробовать на вкус её губы, целовать эту маленькую родинку на щеке, носик, шею… И не просто целовать! Хотелось на нежной шее оставить красные отметины: заклеймить, чтобы все видели, кому принадлежит его Ниа, чтобы не смели бросать похотливые взгляды в её сторону. Чтобы…

Какие странные мысли, никогда он не думал о таком. Неужели он не просто очарован ей? Неужели влюблен?

Ниана пару раз моргнула, начиная приходить в себя, но это не входило в планы Мирта, он снова припал к её губам, обхватив затылок, чтобы она не могла отстраниться. А она и не хотела. Пальцы девушки зарылись в его волосы, она прильнула к нему всем телом.

Не давая невесте прийти в себя, Мирт разорвал поцелуй, махнул рукой, магически активируя музыкальную шкатулку, и повел девушку в танце. Растерянная, немного дезориентированная, Ниана машинально присела в реверансе, сделала пару шагов, правильно отвела руку и только тогда осознала, что происходит.

— Ты великолепно танцуешь! — шепнул ей герцог, пока девушка не пришла в себя. — Просто пытаешься все контролировать, а это не нужно.

— Какой интересный метод, — тихо пробормотала Ниа. Краска смущения залила ей лицо.

— Да, очень хорошо помогает отвлечь, но есть один недостаток: действует сразу в обе стороны. Можно увлечься и забыть о цели, наслаждаясь процессом. Приходится постоянно сдерживаться, потому что тебя хочется целовать постоянно.

Ниа несмело взглянула на него. С удивлением и надеждой. Мирт был предельно честен: чуть припухшие от его поцелуев губы манили. Хотелось снова прикоснуться к ним, и не только к ним, хотелось ласкать и целовать её всю.

— Знаешь, ты очень красивая, особенно когда улыбаешься, — сделал комплимент герцог, голос его немного охрип и звучал как-то по-особому интимно.

В голове у Нианы все смешалось, она опьянела от любви, от тех слов, что говорил лорд Мирт, от его взгляда, от ощущения его губ на её губах. Никаких мыслей не было, она не танцевала, а летела. Тело действовало самостоятельно, и когда Ниа это поняла, попыталась сохранить ощущение. Отпустить себя. Невероятно, но способ, придуманный герцогом, подействовал!

— Я же говорил, что ты отлично танцуешь! — довольно заявил лорд Мирт, когда танец закончился. — Мой метод сработал!

— Наверное, у вас много опыта, — Ниана опустила глаза. От пришедшей в голову мысли стало обидно. — Представляю, скольким девушкам вы помогли.

Герцог расхохотался. Он обхватил лицо невесты руками и прошептал:

— Не угадала! — Мирт нежно дотронулся губами к её губам. — Совсем… Ни одной… Девушки… Кроме тебя… Не обучал… Таким способом… — говорил герцог, перемежая слова поцелуями.

Потом, едва оторвавшись от сладких губ, махнул рукой, запуская мелодию из шкатулки. И снова получилось. Раскрасневшаяся Ниана не сделала ни одной ошибки. Мирт откровенно любовался ей, да и сама девушка наслаждалась танцами.

— Кажется, ты проводишь на мне педагогические эксперименты, — сделала вывод Ниа, когда их занятие подошло к концу.

— Торжественно обещаю, что подобный способ обучения буду использовать только на тебе, — приложив руку к сердцу, заявил герцог. — Кстати, у нас впереди обучение магии. Как ты думаешь, такой метод можно задействовать?

Лорд Мирт с помощью магии восстановил чуть растрепавшуюся прическу девушки.

— Не думаю, потому что там, наоборот, нужно внимание и умение все контролировать, — Ниана почувствовала, что у неё покраснели даже уши. Слишком хорошо она помнила то, что произошло в деннике. Только мысль о том, что они будут заниматься еще и магией, вызывала предательскую дрожь в коленях. — А разве удалось добыть какую-то информацию?

— К сожалению, нет, — расстроено сказал герцог. — Но мне дали пропуск в королевскую библиотеку, завтра посмотрю, что там есть по нашему случаю. Возможно, мы получим более точные указания, кроме расплывчатого «парное совершенствование».

Примерно две недели назад, когда вся семья герцога готовилась к отбытию в столицу, лорд Мирт между делом поинтересовался:

— Ниа, помнишь, как я делился с тобой магией в деннике?

Девушка кивнула, немного покраснев, и герцог удовлетворенно отметил про себя, что прямой обмен взволновал не только его.

— Ты случайно не почувствовала ничего странного? — Мирт не показал, что заметил смущение невесты. — Знаешь, у меня было такое ощущение, что моя магия радуется. Хотя до этого я заряжал артефакты и передавал ману много раз, и ничего подобного не чувствовал. А у тебя?

— Да, было что-то похожее, — Ниана постаралась ответить спокойно. — Это противоречит всему, что я знаю, но мне кажется, что твоя магия до сих пор во мне.

— Ничего себе! Никогда ничего подобного не слышал…

— Я тоже. Вот и пыталась найти что-нибудь в библиотеке на эту тему, но ничего не получилось.

— Поищем вместе? — предложил герцог. — Может быть, нам удастся что-то обнаружить.

Но как ни искали Ниана и Мирт, сведений о странном поведении их магии найти не удалось. Единственную информацию по этому поводу дал Рроу. По его словам, иногда встречались такие люди, магия которых идеально подходила друг другу. Обычно подобное наблюдалось у родственников, и (или) обладателей одной и той же стихии. Очень редко это были люди с разными стихиями, но никогда с противоборствующими.

Так вот, в случае, если маги владели разным даром, можно было быстро развить не основную стихию. Например, у Нианы стали бы сильнее заклинания огненной магии, а у лорда Мирта — агромагии. Рроу утверждал, что такое случается очень редко, поэтому сведений об этом практически нет. Единственное, что он мог припомнить — это то, что маги, у которых обнаружилась подобная совместимость, занимались парным совершенствованием. Что это такое, никто сказать не мог. Герцог даже обращался в столичную библиотеку, заплатил архивариусам, но те никаких сведений на интересующую тему не обнаружили.

Узнав, что леди Станислава лучше всех понимает Рроу, Ниана осторожно расспросила фамильяра о подробностях. Ей было интересно, какие чувства испытывали друг к другу люди в парах. Оказалось, что не обязательно это расположение и приязнь. Магическая совместимость никоим образом не влияла на чувства или характер магов.

— Как я поняла, это вроде похожих людей, — перевела леди Станислава посвистывание Рроу. — Чаще всего похожи друг на друга родственники, но бывает, что встречаются двойники, которые не связаны узами родства. Не понятно, почему так происходит, но ничего кроме внешности их не объединяет. Здесь что-то подобное. Совместимость магии не гарантирует совместимость характеров или общие чувства.

От леди Станиславы Ниана ушла расстроенной. Ей казалось, что магия делает их особенными друг для друга на духовном уровне. Девушке хотелось получить подтверждение, что лорд Мирт чувствует то же, что и она.

Бал неумолимо приближался, платья были пошиты, а танцы разучены. Как оказалось, Ниане не хватало уверенности в себе: как только она поняла, что может двигаться красиво и грациозно, все стало получаться. Девушка ловила то особое состояние, чем-то похожее на медитативное, и тело сразу же начинало действовать само.

Огромная заслуга в этом принадлежала лорду Мирту: он постоянно хвалил Ниану, восторженно на неё смотрел, не ругал за ошибки, наоборот, подбадривал и целовал. От этих поцелуев у девушки кружилась голова и замирало сердце. Только одно омрачало её счастье: у этих отношений не было будущего. «Может быть, через пять лет лорд Мирт мне разонравится, и мы спокойно разойдемся», — успокаивала себя Ниана, однако в глубине души она понимала, что такое сильное чувство не может пройти просто так.

Наконец, настал торжественный день. Накануне бала Ниана так переволновалась, что, приехав во дворец, была почти спокойна. Оказалось, если за спиной есть поддержка, все не так страшно. Леди Станислава держала себя, как королева, её меткие язвительные замечания ставили на место самых вредных собеседниц, если Ниана немного терялась с ответом.

Девушку так же незримо поддерживала Илаида: например, у одной дамы, которая, не скрываясь, бросала презрительные взгляды на невесту герцога Ранского, внезапно сломался каблук. Женщина рухнула на паркет, подвернула ногу и вынуждена была удалиться из зала. Ила хитро улыбнулась и с намеком заметила, что Создатель карает тех, кто сильно завидует. Ниана была уверена, что даже если это происшествие стали бы расследовать, ничего бы не нашли. Ила владела магией на самом высоком уровне.

Когда беседа зашла о леди Онте, и пара самых неприятных матрон начала выспрашивать подробности преступления, вмешался хранитель Ллойд, да так, что напрочь отбил желание разговаривать на эту тему даже у самых известных сплетниц. Представление королю и танец тоже прошли прекрасно, возможно потому, что до этого Мирт все-таки нашел возможность уединиться: затащил Ниану в какой-то альков и страстно поцеловал.

Девушка ощущала себя под защитой семьи, словно на самом деле стала частью рода. Кроме того, его величество видел, какими глазами смотрели друг на друга Мирт и Ниана, и подарил им свое благословение. Услышав искренние, теплые слова от короля, многие решили не связываться с семьёй герцога: вызвать недовольство монарха никто не хотел.

Ниана неожиданно вошла во вкус, и с удовольствием танцевала не только с Миртом, но и с другими мужчинами. Прошлась по разу с Тоиленом, с Ллойдом и с дядюшкой Розмари. Кстати, сводная сестра Нианы вела себя на балу идеально: не капризничала, не злословила, не пыталась очаровать всех, кого только можно, не навязывалась. В общем, играла скромную, прекрасно воспитанную девушку.

— Никогда не думала, что королевский бал мне понравится, — поделилась впечатлениями Ниана, когда они возвратились в особняк Ранских. — Оказывается, если тебя поддерживает семья, и если это знатная и влиятельная семья, то во дворце даже весело.

— Тебя так повеселил сломанный каблук? — улыбнулся Мирт.

— Нет, лорд Сарден, с которого свалились штаны прямо во время танца, — расхохоталась девушка. — Признайся это твоих рук дело?

— Думаю, это Создатель наказал лорда за наглость. Нечего тянуть ручонки к моей невесте.

— А ты оказывается ревнивец!

— Еще какой!

Герцог проводил Ниану до её комнаты, поцеловал на прощанье, развернулся и пошел к себе. В коридоре он едва не столкнулся с Ллойдом.

— Не стоит этого делать, — сказал хранитель.

— Чего?

— Давать девушке надежду, если не хочешь жениться. Лучше вам расстаться. Бал прошел, представление её величеству состоялось. Ниана пока поживет здесь, в столице, пока лорду Арвелю не станет лучше, а ты возвращайся в герцогство. Тоилен присмотрит за ней.

— То, что ты заменил мне отца, не дает тебе права указывать! — мгновенно вспыхнул Мирт. — Поверь, я благодарен, но твои советы излишни.

— Как хочешь, — пожал плечами Ллойд. — Просто не хочется, чтобы твои игры в помолвку поломали девушке жизнь. Она гордая, любовницей не станет, даже если безумно влюблена.

Хранитель обошел замершего Мирта и скрылся в своей комнате, а герцог задумался.