Глава девятая. Признание

На следующий день Ниана проснулась ближе к обеду. Мышцы на ногах побаливали: слишком много она танцевала вчера, зато настроение было замечательным.

Завтрак подавали позже, дела и занятия на сегодняшнее утро отменили, поэтому никто никуда не спешил. Леди и лорды обменивались впечатлениями о бале и вспоминали смешные моменты. Уютная и спокойная атмосфера за столом вызвала у Нианы чувство причастности. Она вдруг поняла, что значит жить в большой дружной семье.

После того как завтрак закончился, к девушке подошел лорд Мирт.

— Забыл тебе сообщить вчера. Незадолго до бала королевский архивариус прислал слугу с записями. Все, что удалось найти по парному совершенствованию. Я пока еще не читал. Пойдем в библиотеку, посмотрим?

Ниана, конечно, согласилась. Сведений оказалось крайне мало: всего несколько страниц, исписанных размашистым почерком.

— Половина рекомендаций невыполнима, — подвела итог девушка, когда они изучили материал. — У меня просто слишком маленький резерв.

— Можно выбрать что-то попроще. Например, ты перельешь мне свою магию.

— Разве твой резерв не должен быть пуст при этом? Или хотя бы не до конца заполнен?

— Пожалуй, в полный не перельёшь, — согласился герцог. — Тогда сделаем так: ты пока поработаешь тут, а я сброшу резерв. Кристаллы магии заряжу, заклинания обновлю и потренируюсь с братом. Через час-полтора приду. Согласна?

— Да.

Мирт ушел, а Ниа вместо того, чтобы разучивать заклинания для анализа грунта, задумалась о парном совершенствовании и своих чувствах. С одной стороны, ей хотелось быть рядом с лордом Миртом. Согласно договору, девушка обязана была сопровождать герцога на двух королевских балах и еще на двух приемах по выбору. Следующий выход в свет запланировали на середину лета, и до этого времени повода, чтобы остаться рядом с Миртом, у неё не было. Занятия магией могли бы стать предлогом.

С другой стороны, Ниана понимала, что переливание маны возродит те чувства, которые она ощутила тогда в конюшне. А это значит, что сдерживаться станет очень сложно. Готова ли она зайти дальше поцелуев?

Хранить девственность до брака в высшем обществе не требовали, правда, выставлять такие отношения напоказ считалось дурным тоном. Несложные заклинания или недорогие эликсиры предохраняли от нежелательной беременности. Но нужно ли ей «продолжение»? Не привяжет ли это еще сильнее? Ведь потом расстаться будет гораздо труднее.

Но отказываться тоже не хотелось. Как знать, с кем дальше её свяжет жизнь? Может быть, она больше не полюбит и спустя многие годы будет думать об упущенной возможности хоть немного побыть счастливой?

Девушке вспомнилась Лара — немолодая повариха, которая работала в их усадьбе. Так вот, когда Ниане было пятнадцать, её за какой-то проступок лишили любимого десерта, и девочка в сердцах вообще отказалась от ужина. Только в кровати она поняла, что вряд ли сможет заснуть голодной. Магам-подросткам важно хорошо питаться (чары потребляют много энергии), а Ниана в тайне от родителей пыталась освоить заклинание, меняющее цвет и структуру ткани.

Желание подкрепиться привело её на кухню, где девочка случайно подслушала разговор поварихи, экономки и двух горничных. Оказалось, что в молодости Лара полюбила парня, он ответил ей взаимностью. Чувства вспыхнули внезапно, сближение произошло быстро, но потом выяснилось, что избранник Лары помолвлен. Родители полгода назад нашли сыну невесту, и парень решил не сопротивляться: его сердце было свободным, а девушка недурна собой, покладиста и с хорошим приданым.

Лара порвала все отношения с возлюбленным, хотя он клялся ей в любви и обещал, что разорвет помолвку. И ведь действительно разорвал! После чего сразу же сделал предложение Ларе, только девушка была обижена, согласилась с условием: никакой близости до свадьбы. Но свадьбы не случилось. Когда её жених возвращался домой, на него напали разбойники и смертельно ранили. Три дня возлюбленный умирал на руках Лары. После этого прошло уже двадцать пять лет, и все эти годы повариха жалела только об одном: о том, что не познала близости с мужчиной, которого любила всем сердцем.

Боль в голосе женщины была настолько сильна, что Ниане казалось, будто она сама чувствовала ее отголоски. Вроде бы Лара поступила правильно (показала, что у неё есть принципы), однако, если дело касалось настоящей любви, все эти частности переставали быть важными.

Ниана была уверена, что её чувства — настоящие и не пройдут быстро. До этого она трижды влюблялась, но каждый раз разочаровывалась в избраннике. То, что она ощущала раньше не шло ни в какое сравнение с тем, что чувствует сейчас. Прежние её увлечения оказались поверхностными, ненастоящими, детскими, а с лордом Миртом все было иначе.

Пожалуй, сейчас девушка, как никто другой, понимала Лару. От одной мысли о том, что герцога может не стать, становилось страшно. И, возможно, это было неправильно, но Ниа приняла решение: она не будет сопротивляться, если их «занятия» зайдут дальше поцелуев.

Интересно, лорд Мирт захочет этого или нет? Ей вчера показалось, что он совсем не против. Да и нравы в Тасаре, где воспитывался герцог, гораздо легче, чем у них в Велии. Там люди могут даже жить вместе, не сочетаясь браком. Наоборот, считалось, что лучше, если пара «притрется» друг к другу, прежде чем узаконит свои отношения.

Дальше мысли девушки плавно перетекли в мечты: хотелось, чтобы они с Миртом жили вместе, засыпали и просыпались в одной кровати… Волевым решением Ниа разогнала любовный дурман и села за задания.

Примерно через час вернулся герцог.

— Я готов! Резерв опустошил примерно на две трети, — отчитался он.

— Это, наверное, слишком много, достаточно было бы и четверти… — пробормотала Ниана, вставая с кресла. — Садись на моё место, я подойду сзади, положу тебе руки на плечи…

— Хорошо.

Герцог по-военному быстро выполнил её указания. Ниа заметила, что он переоделся, волосы были слегка влажными, Мирт пах мятным шампунем и совсем немного своим особым ароматом, который напоминал запах раскаленного металла и специй. Видимо, после тренировки его светлость принял душ и только потом пришел в библиотеку.

Ниа положила ладони на плечи герцога, закрыла глаза и расслабилась. Испытывая какой-то особый трепет, она стала вливать свою ману и ощутила отклик от огненной стихии Мирта. Словно она стояла над жерлом вулкана и видела, как внизу бурлит лава — яркая, опасная, но совершенно безвредная для неё. И не потому, что стальная воля герцога сдерживала своенравную стихию, а потому что в ней чувствовалось что-то родное, и девушка тянулась к этому всем своим существом.

И несмотря на то, что Ниана отдавала ману, её вдруг обдало жаром, а потом по телу прошлась холодная волна. Захотелось самой немедленно поцеловать Мирта. Девушка часто задышала, чувствуя, как в ней пробуждается желание.

— Хватит, Ниа, — хрипло выдохнул герцог.

Она послушно отступила в сторону, но Мирт не дал далеко отойти, он поймал её ладонь и нежно поцеловал каждый пальчик. А потом Ниана вдруг оказалась у него на коленях и застыла, наткнувшись на его жадный взгляд. Глаза герцога потемнели, крылья носа подрагивали, он глубоко дышал, стараясь справиться с возбуждением, а девушка боялась пошевелиться. Такого Мирта она еще не видела: было в нем что-то одновременно опасное, страшное, безумное и притягательное. От его тела шел жар. Она облизнула губы, и герцог с тихим стоном впился в её рот поцелуем.

Никогда до этого момента Мирт так её не целовал: сминая губы, подчиняя, заражая своей страстью. У Нианы закружилась голова от этого напора, она не хотела, чтобы он останавливался, с готовностью отвечая на сумасшедший поцелуй. Рука Мирта скользнула под платье, горячая ладонь прошлась по бедру. Ниана вздрогнула, прерывисто выдохнула, откинув голову назад, и губы герцога переместились на шею. Он покрыл поцелуями её нежную кожу, прикусил мочку уха, вызвав тихий стон. Его ладонь под платьем нетерпеливо поглаживала бедро, запуская мурашки. Не осознавая, что делает, она заерзала, и Мирт не выдержал.

— Ни-и-а-а-а, — простонал он.

Резко встал, положив невесту спиной на стол и смахнув стопку учебников на пол. Юбка её платья задралась, демонстрируя белые, тонкие шортики, которые обычно носили в Тасаре. Он вклинился между её разведенных ног и застыл. Мирт опирался на руки, нависнув над Нианой и тяжело дыша. Нужно было остановиться, но это оказалось безумно сложно. Она до боли в чреслах соблазнительна: чуть приоткрытые губы, растрепавшиеся волосы, вздымающаяся грудь, нежная шейка, маленькая родинка на щеке и поволока страсти в глазах. Герцог зажмурился, чтобы избавится от наваждения, и медленно, словно через силу, отстранился. Но Ниана вдруг приподнялась и сама потянулась к его губам.

— Нет, не надо, — обжигая дыханием, выдохнул он, но, противореча своим словам, снова поцеловал. А потом, глядя в глаза, произнес: — Еще немного и я не сдержусь, Ниа.

— Не сдерживайся, — прошептала она, с какой-то отчаянной смелостью. — Я понимаю, что ты не женишься на мне. Но ведь это не важно. Не известно, как сложится дальше жизнь, за кого я выйду замуж и выйду ли вообще, но мне хочется, чтобы в первый раз было с любимым.

До Мирта не сразу дошел смысл того, что сказала Ниана. Он будто окаменел, пораженный откровением, а потом снова поцеловал её. Поза, в которой они оказались, совсем не способствовала рациональному мышлению. Герцог стоял, а Ниана сидела на столе, раздвинув ноги, её юбка задралась, оголяя бедра, невозможно было удержаться и не погладить нежную, шелковистую кожу.

Мирта возбуждало в невесте все: не только внешность, но и сочетание житейской мудрости и наивности, смелости и робости, стыдливости и страсти. Сейчас он сходил с ума от того, как чутко она отвечала на его ласки, прижимаясь всем телом. Хотелось прямо сейчас сорвать с неё маленькие шортики и показать все, на что способен, хотелось ловить её прерывистое дыхание, пить её стоны наслаждения, а потом сделать её своей женщиной. Но одновременно Мирт понимал, что не может так поступить с Нианой: взять здесь, впопыхах, опасаясь, что кто-то войдет. Первый раз все должно быть красиво, нежно, медленно, чтобы снизить неприятные ощущения. Какой он будет мужчина, если не сможет сейчас сдержаться? Он должен сделать все правильно. И герцог остановился…

— Ниа, — выдохнул он, едва оторвавшись от её губ. — Ты выйдешь за меня замуж?

— Что?

— Замуж, — повторил Мирт. Она смотрела на него расфокусированным взглядом и сама не представляла, насколько соблазнительно выглядит. — Выйдешь за меня?

— Фиктивно?

— Нет, по-настоящему!

— Зачем? — моргнув, спросила Ниана. Туман страсти постепенно уходил из её взгляда.

Герцог широко улыбнулся. Любая другая бы на её месте согласилась бы, а она интересуется причиной. Только такая очаровательная Мышка могла сбежать с бала, чтобы рассчитать матрицу заклинания.

— А зачем люди женятся? — обхватив её лицо ладонями, задал вопрос он и сам же на него ответил, — чтобы жить вместе, просыпаться и засыпать в одной кровати, чтобы рожать и воспитывать детей, чтобы быть счастливыми, поддерживать друг друга, защищать, заботиться.

— Но ведь… — растерялась девушка. — Я вам не подхожу, потому что провинциальная баронесса и…

— Подходишь, — перебил Мирт, с недовольством отметив, что она снова начала называть его на «вы», — подходишь!

— У меня характер плохой. Я упрямая…

— Ты такая, какая мне нужна, — он поцеловал маленькую родинку на щеке. — Ниа, я вчера понял, что не хочу тебя отпускать. Одна мысль о том, чтобы расстаться, вызывает боль в сердце, а твои слова, что потом ты выйдешь замуж за какого-то другого мужчину, злят.

Герцог выдохнул и наконец сказал то, что хотел:

— Я люблю тебя, Ниа. Ты согласна стать моей женой?

У неё перехватило дыхание, в груди стало тесно от распирающего счастья. Девушка запрещала себе думать о том, какие чувства испытывает к ней герцог. «Это все флирт, — внушала она себе, — это не по-настоящему!». Однако сейчас, глядя в его глаза, она ощущала, что Мирт не лгал.

— Ты согласна? — с надеждой рассматривая её лицо, повторил он.

— Да, — еле слышно ответила Ниана.

И снова страстный поцелуй, после которого девушка долго не могла прийти в себя. Мирт все же справился со своим желанием, отстранился, одернул её платье, разгладив смявшийся подол, поправил магией её прическу, застегнул пуговицы на своей рубашке. Ниана смутилась. Когда она успела их расстегнуть?

Они сели за стол, чтобы еще раз прочесть записи и отметить упражнения, которые могли бы повторить в парном совершенствовании, но сосредоточиться не получалось. Несмотря на вроде бы приличный вид, их взгляды выдавали с трудом сдерживаемое желание. «Если это только поцелуй, то каким же сладким будет продолжение?», — лихорадочно думала Ниана.

— Не смотри на меня так, — попросил герцог. В его голосе появилась сексуальная хрипотца, и девушку словно обдало горячей волной. — Я просто не выдержу. Сейчас же отволоку тебя в свою комнату и начну работу по созданию наследника.

— Ты хочешь наследника?

— Когда-нибудь. В данный момент я хочу тебя.

Придя к выводу, что заниматься магией сейчас не получится, Мирт сбежал из библиотеки, напоследок шепнув Ниане:

— Я приду сегодня ночью.

И пришел… Для влюбленных эта ночь стала незабываемой. Весь огненный темперамент Мирта, как оказалось, больше всего проявлялся в постели. Он вспыхивал от одного взгляда, от невинного поцелуя, от особого запаха любимой, от того, как она тихо произносила его имя. Он пылал и заражал своим огнем Ниану.

Всегда спокойная и немного отстраненная рядом с Миртом она теряла свою невозмутимость, сходила с ума в его руках, сгорала и возрождалась из пепла. Ниа не только получала удовольствие, но и сама старалась отдать в ответ. И эти робкие неумелые попытки приводили Мирта в восторг.

Герцог готов был сыграть свадьбу в тот же день, когда они признались друг другу в чувствах, но сестра его отговорила. Слишком быстрое вступление в брак вызвало бы неприятные слухи о беременности. И больше всего от них пострадала бы Ниана. Признав доводы Станы, Мирт согласился не спешить. Обсудив все на семейном совете, свадьбу назначили на осень, сразу утвердили список гостей, заказали приглашения и назначили ответственных.

Мирт и Ниана проводили вместе каждую ночь. Однако рано утром, соблюдая принятые в обществе нормы морали, герцог тихо покидал комнату любимой. Только скрыть неподдельное счастье оказалось сложнее, и вскоре все, кто жил в столичном особняке Ранских, знали об их чувствах.

Парные занятия магией практически всегда вызывали желание, поэтому как-то так получилось, что все упражнения влюбленные выполняли по вечерам и исключительно в спальне. Мало того, случайно обнаружилось, что их магия направленная друг на друга не всегда действует, как обычно. Некоторые заклинания получались мощнее, некоторые приводили к неожиданным результатам.

Эксперименты увлекли их обоих, и уже через два месяца Ниана с удивлением отметила, что её резерв возрос, а умение контролировать заклинания вышло на новый уровень. Успехи Мирта были менее заметными, однако он утверждал, что стал лучше чувствовать стихию земли.

Через две недели после бала столичный лекарь постановил, что лечение лорда Арвеля больше не требует постоянного надзора. Целитель выписал необходимые микстуры, дал рекомендации и следующий прием назначил осенью. Отец Нианы выглядел гораздо лучше, стал вникать в дела, с удовольствием общался не только с дочерью, но и со многими домочадцами. Правда, проблемы с памятью оставались, так же как и редкие, но мучительные головные боли. Ниана не унывала, она видела, что её отец постепенно поправляется. Удастся ли полностью вылечить лорда Арвеля, пока было неизвестно, но сейчас в сердце девушки поселилась надежда на лучшее.

Пока длилось лечение, Мирт показывал невесте столицу. Они гуляли по набережной, заходили в уютные кафе и магазины, посетили оперу, театр и даже два званых приема. Из особняка постепенно разъехались все, кто прибыл на бал. Правда, Розмари попробовала торговаться с дядюшкой, чтобы остаться еще ненадолго, но потерпела поражение. После отъезда Рози и бывшего военного, покинули столицу леди Станислава с семьёй, Илаида и Рроу.

Лорд Тоилен — брат Мирта — уехал через неделю после бала. Получив указания, он отправился в герцогство. Дела требовали внимания, и многое надо было проконтролировать. Сам Мирт хотел поехать с Нианой и будущим тестем в провинциальную усадьбу баронов Крельских, где выросла его невеста. Нужно было проверить счета, нанять нового управляющего (Ниана подозревала, что тот, которого назначила мачеха, подворовывает), закупить средства, отпугивающие вредителей, и тому подобное.

После разрешения целителя Мирт с Нианой и с лордом Арвелем выехали в усадьбу. Кроме них в путь отправилась супружеская пара: казначей и управляющая, а так же охрана, состоящая из военных магов и двух дюжин профессиональных солдат. Ниана недоумевала, зачем им может понадобиться настолько большое сопровождение? Но потом решила, что это вопрос престижа.

Помня о болезни лорда Арвеля, они никуда не спешили, дважды останавливались в городках на пару дней, чтобы отдохнуть. В общем, путешествие прошло прекрасно, однако в усадьбе их ждал неприятный сюрприз: управляющий, которого назначила леди Онта, сбежал, присвоив практически все деньги.

Вот тогда Ниана и поняла, зачем нужны сопровождающие. В самые короткие сроки за сбежавшим преступником отправился поисковый отряд. В его состав входили не только обычные люди, но и маги. Через десять дней управляющий был найден и доставлен в усадьбу. Суд состоялся быстро. Всё имущество у мужчины конфисковали, а его самого отправили на тяжелые принудительные работы. В ближайшие восемь лет он будет мостить дороги.

Так же из деревни уехала травница, которая сварила якобы приворотное зелье. Видимо, Доирда спасалась от гнева леди Онты. В отличие от управляющего, знахарка собиралась обстоятельно. Соседям она рассказала, что едет в Лугарос (крупный портовый город, расположенный в другом конце страны), потому что получила наследство от дяди. Якобы престарелый дядя Вайленс владел тремя лекарскими лавками в разных районах города. Дом она продала двум своим ученицам из местных: одинокой вдове с ребенком и бойкой молодой девице, а сама, спокойно собрав вещи, покинула деревню.

Мирт, связавшись через переговорник со своими знакомыми магами, выяснил, что никакого Вайленса — владельца трех лекарских лавок в Лугаросе нет и никогда не было. Ниана даже не удивилась этому факту: травница всегда отличалась хитростью и осторожностью.

Тем временем новая управляющая налаживала хозяйство. Сначала идея Мирта нанять женщину на эту должность показалась Ниане странной, но теперь она понимала, почему герцог это сделал. Мирт подарил женщине несколько артефактов, в том числе и защитные, обеспечил охраной и всячески поддерживал авторитет, полагаясь на её опыт и знания в вопросах хозяйства. Такое доверие мотивировало новую управляющую. Она готова была свернуть горы, чтобы доказать свою пригодность.

К сожалению, вопросов, которые нужно было срочно решать, накопилось очень много. Выяснилось, что бывший управляющий был в сговоре со старостами деревень, и Мирту пришлось распутывать дело об утаивании части налогов. В результате расследования удалось изъять крупную сумму, и еще несколько человек отправились мостить дороги, составив компанию бывшему управляющему.

Вместо запланированных двух недель Ниана и Мирт провели на землях барона Крельского целый месяц. За это время лорд Арвель окончательно пришел в себя. К сожалению, проблемы со здоровьем у него остались: редкие, но очень сильные головные боли, проблемы с желудком, внезапные судороги, однако ясность ума к нему вернулась. Правда, последние полтора года он помнил урывками, но это не помешало ему включиться в работу по восстановлению хозяйства.

Когда Мирт и Ниана собрались уезжать в герцогство, лорд Арвель решил остаться. Он пообещал, что приедет в столицу к свадьбе. Будущий зять ему очень понравился, поэтому он отпускал дочь со спокойным сердцем.

Путешествие в поместье герцога прошло без приключений. В замке Мирт представил Ниану как будущую хозяйку. Слуги приняли это по-разному, но постепенно девушка заслужила уважение и доверие всех, кто работал в поместье. В суете промелькнуло лето, наступила осень. Однажды взглянув на календарь, Ниана вдруг поняла, что пора собираться в столицу: как-то незаметно приблизилось время свадьбы.

Ехать не хотелось — дел в замке было еще много. Она планировала устроить крытую оранжерею, посадить в саду вишневые деревья, наметить работы на следующий год, закупить семян, зарядить артефакты от вредителей, а придется тратить время на дорогу до столицы, поход по модным салонам, подготовку к свадьбе, которая нужна только для того, чтобы подтвердить статус.

Но ничего не поделаешь, пара отравилась в столицу, где во всю шли приготовления к предстоящей свадьбе. Платье было заказано еще полгода назад, оставалось только подогнать его по фигуре, приглашения были написаны и разосланы, комнаты для гостей подготовлены, но впереди ждало еще много дел. В предсвадебной суете время пролетело незаметно.

Когда Ниана входила под своды центрального храма, она хотела только одного: чтобы все это побыстрее закончилось. Подготовка её утомила. В своих чувствах и чувствах Мирта девушка не сомневалась. Она готова была прожить с этим мужчиной всю жизнь, поэтому уверенно ответила на вопрос жреца.

В отличие от Нианы, Мирт не был так спокоен. За прошедшие полгода его невеста расцвела. Ушла худоба и угловатость; в глазах появился счастливый блеск, щеки окрасил здоровый румянец, а чуть припухшие от его постоянных поцелуев губы приковывали взгляд. В её походке появилась плавность, в словах — уверенность, она держала себя, как истинная герцогиня.

Неудивительно, что другие мужчины с восторгом глядели на его жену. Хуже всего, что на свадьбу явился один из соседей баронов Крельских — смазливый парень, в которого (как выяснил Мирт) Ниана раньше была влюблена. Этот типчик едва из штанов не выпрыгивал, стараясь добиться внимания его супруги. Если бы не спокойствие Нианы, которая вела себя так, будто не замечает обращенных на неё взглядов, Мирт бы сходил с ума от ревности.

Нет, он, конечно, ревновал, но не так сильно. Нужно было что-то делать. Наблюдая за бывшим возлюбленным жены, Мирт понял, что молодчик не оставит попыток взять реванш. А если поговорить с парнем по-мужски, это не решит проблему. Обязательно найдется проходимец, который может заморочить голову его любимой. Как отвадить всех этих повес?

— Я смотрю, что женитьба на тебя хорошо повлияла. — Король подошел незаметно.

— Да, ваше величество, — поклонился герцог.

— Надо же! Ты не затеял ни одной дуэли этой осенью. Я даже не рассчитывал на такой результат.

— Моей супруге не нравятся дуэли, — ответил Мирт, поглядывая на смазливого парнишку, который подошел к его жене и что-то увлеченно говорил. Ниана искренне улыбалась. — Она очень сильно за меня переживает и расстраивается.

— Ты стал спокойнее, — сделал вывод король, проследив за взглядом герцога. — Смотришь на этого прощелыгу, который пытается очаровать твою жену, но, я уверен, вызывать на дуэль его не станешь. Удивительное владение собой, особенно для огненного мага. Этот ваш взрывной темперамент… Я рад, что ты нашел женщину по душе, которая сдерживает твой вспыльчивый характер. Надеюсь, у вас скоро появятся наследники.

Его величество приподнял бокал, словно провозглашая тост, и отошел к другому гостю. Охрана незаметно последовала за ним.

— Наследник… — пробормотал Мирт. — А ведь это идея!

Что может привязать сильнее, чем общий ребенок?

Вечером разомлевшую после супружеской близости Ниану ждал серьёзный разговор.

— Я думаю, что с этого дня нет смысла в предохранении, — начал новоиспеченный муж.

— А не рано ли?

Сейчас ей было так хорошо, тянуло в сон и разговаривать не хотелось.

— Ты же знаешь, что дети у сильных магов появляются нечасто?

Ниана кивнула, а Мирт продолжил:

— К примеру, у сестры получилось забеременеть только через восемь лет после свадьбы. Ллойд — сильный маг. Я лишь немного слабее. Вряд ли нас ждет быстрое прибавление в семействе. Кроме того, даже если такое случится, теперь мы официально женаты, и никто не посмеет сказать плохого слова в твой адрес. Хотя, откровенно сказать, не понимаю, чем ребенок, рожденный вне брака, отличается от того, что рожден в семье.

— А это правда, что в Тасаре женщины могут иметь несколько детей и ни разу не быть замужем? — вдруг спросила Ниана.

— Да.

— И никто её за это не осуждает?

— Наоборот! Такая женщина, как правило, пользуется уважением и популярностью у мужчин, особенно, если молода.

— С ума сойти!

— А что тут такого? — пожал плечами Мирт. — В Тасаре рождаемость невысока, а молодая и явно небесплодная женщина будет украшением любого клана.

— А вдруг девушка бедна и не сможет содержать дитя?

— Значит, ей будет помогать клан, а если она без клана, то может обратиться в любое государственное учреждение и попросить поддержку. Если не хочет ребенка, то какая-нибудь пара может его усыновить или удочерить. В Тасаре много бездетных, они с удовольствием возьмут малыша на воспитание. Горцы по-особому относятся к детям, у них даже при случайных связях не принято предохраняться. А женатые пары так и вовсе… — герцог помялся, — могут поссориться, если кто-то из них вспомнит о предохраняющем заклинании. В браке только противопоказания для здоровья являются причиной для зелий или чар, мешающих зачатию.

Ниана слушала, открыв рот. Горцы скрытные, она не знала таких подробностей, хотя о низкой рождаемости в Тасаре была осведомлена. Неудивительно, что в таком случае к детям будет особое отношение, и фраза жены: «Я не хочу от тебя ребенка», может сильно обидеть.

Её супруг воспитывался в Тасаре, поэтому, наверное, ему тоже неприятно, что Ниана не хочет детей прямо сейчас. Хотя до этого Мирт не поднимал этот вопрос, но сейчас ему явно важен её ответ. Сегодня он вообще весь день какой-то напряженный. Ниа уже научилась различать настроение возлюбленного и понимала, когда муж волновался, но пытался это скрыть.

А еще у неё вдруг возникла весьма неприятная мысль…

— Ты тоже не предохранялся при случайных…? — фраза вылетела, словно сама по себе.

— У меня не тот случай. Я не тасарец, а велийский герцог. Я понимал, что с помощью моего ребенка — не важно, законнорожденного или нет — можно влиять и на меня, и на политику, поэтому всегда был осторожен. Можешь быть уверена, детей у меня нет.

Ниана покраснела. Несмотря на то, что они с Миртом были близки во всех смыслах, девушка стеснялась говорить о таких вещах, но, с другой стороны, ей было приятно, что муж с ней предельно откровенен.

— Думаю, сейчас нет смысла предохраняться, — немного помолчав, ответила она. — Вряд ли ребенок получится сразу.

Как же она ошибалась! В следующем месяце лунные дни не пришли. Вызванный целитель диагностировал беременность, и если бы не ошарашенное выражение лица Мирта, который совсем не ожидал подобной новости, она бы решила, что муж это как-то подстроил. Ниане казалось, что беременность наступила очень не вовремя. Она планировала следующим летом поехать в Тасар на день рождения Илаиды, но теперь придется сидеть дома. В конце лета она будет на девятом месяце беременности.

Мирт был счастлив, он совсем не рассчитывал, что его план так быстро осуществится. Бывший возлюбленный Нианы сразу исчез из поля зрения, и за это надо было благодарить лорда Арвеля, который оценил то, как смотрел на паренька его зять, и сказал соседу пару слов.

По мнению Мирта, его жене очень шла беременность: грудь стала больше, бедра чуть раздались, а животик был весьма аккуратным. Конечно, Ниана замечала отеки на ногах, небольшие растяжки на животе и груди, но Мирт был горд и, казалось, ничего подобного не видел. Он окружил жену заботой, восхищался её красотой, дарил подарки и пообещал, что доставит Илу в родовое поместье, если Ниана так хочет её поздравить. В конце концов девушка махнула рукой. Раз Создателю угодно, чтобы она стала мамой сейчас, значит, так надо.

В конце лета действительно приехала не только Ила, но и леди Станислава с мужем и детьми, а так же отец Нианы. Лорд Арвель так до конца и не поправился: последствия отравления приворотным зельем давали о себе знать, но приступы появлялись все реже, и это давало надежду на лучшее. Главное, что мозговая деятельность восстановилась, хотя лорд так и не вспомнил последние месяцы, которые он провел под действием приворотного зелья.

В последний день лета у Нианы и Мирта родилась дочь. Голубоглазая девочка была похожа и на отца, и на мать. Роды прошли хорошо, но лишь потому, что герцог пригласил нескольких лекарей, и они обнаружили, что ребенок лежит неправильно. Малышку аккуратно развернули с помощью магии, а дальше все случилось естественным образом.

Девочку назвали Эмма. Первое время она плохо спала по ночам и яростно требовала еды. Нянькам и молодым родителям было непросто, но примерно через три месяца все постепенно наладилось. Ниана много раз слышала, что дети вбивают клин между влюбленными, однако в их случае получилось наоборот. Дочка лишь сблизила их еще больше.

Мирт оказался прекрасным отцом. Он старался каждый день хотя бы немного времени провести с малышкой: купал её или кормил, говорил что-то ласковое. Это изумляло всех. В Велии аристократы, как правило, не относились с такой заботой к младенцам. Как-то вечером Ниана подошла с этим вопросом к мужу.

— Знаешь, только увидев, как воспитывают детей в Тасаре, я понял, что на самом деле нас не любили родители. Точнее, о том, что им плевать на нас, мы с братом поняли и раньше, — с отчетливой горечью в голосе начал Мирт. — Сначала к нам приставили кормилицу, которую уволили, когда Тои исполнилось полтора, потом нянек, потом гувернера. На нас у родителей не было времени. Мама занималась собой, обожала сплетни, посиделки с подругами, а отец все время разъезжал по делам герцогства. Мы встречались только за обедом, и то не каждый день. Родители узнавали у нянечек или у гувернера об успехах и хвалили или ругали и наказывали. Нам даже слова сказать не давали в свою защиту. Когда матери и отца не стало, мы оказались никому не нужны. Опеку над нами доверили бездетной тётушке Вакслии — сестре матери, но ей тоже было некогда. Нас отвезли в одну из дальних усадьб и отдали управляющему, а тот не особенно напрягался. За нами не следили, не обучали, даже иногда покормить забывали.

— Подожди, — нахмурившись, вмешалась Ниана, — вы же дети герцога! А тётушка Вакслия вас, кажется, любит. Как так получилось, что управляющий не стал вами заниматься? Ведь если бы что-то случилось с наследниками рода, его бы призвали к ответу. Да и вашу тётю могли наказать…

— Да, все так, но ситуация тогда была довольно скользкая, — Мирт потер подбородок, раздумывая, что можно рассказать жене. Информация о том, что случилось, секретная. — Видишь ли, мой отец незадолго до своей смерти впутался в очень дурнопахнущее дело* и впал в немилость у короля. Герцогство — лакомый кусочек, поэтому всегда было много желающих прибрать его к рукам, но защита его величества — не пустой звук, да и отец был зубастым. Когда его не стало, когда пропало доверие короля к нашему роду, многим это показалось прекрасным моментом, чтобы что-то поменять.

______

*Подробнее об этом в книге «Невеста на откуп»

______

— Надо же, я думала, что вас сразу отдали на воспитание леди Станиславе… — протянула Ниана.

— Нет. Стана уже тогда была замужем за Ллойдом, а он — не последний человек в Тасаре. Тогда между нашими странами сложилась непростая ситуация: только закончилась война, Велия проиграла и должна была выплачивать контрибуцию. Налоги поднялись, и, конечно, в этом обвиняли горцев. Странно, если бы его величество отправил детей герцога на воспитание туда.

— И как же вы оказались в Тасаре?

— Ллойд забрал. Стана попросила мужа привезти нас, а он в лепешку расшибется ради того, чтобы её порадовать. Король не разрешил бы, поэтому хранитель обратился к тётушке. Та обрадовалась. Она — неглупая женщина и понимала, что вряд ли сможет нас защитить. Тётя отправила нас в усадьбу подальше от столицы, но контролировать выполнение своего приказа не могла. Управляющему то ли кто-то заплатил за то, чтобы за нами не особенно следили, то ли у него были личные мотивы, не знаю. У Ллойда не было времени разбираться. Он, кстати, единственный, кто спросил нас, хотим ли мы ехать.

— И этим сразу расположил к себе? — предположила Ниана.

— Так и было. Даже родители не спрашивали о наших желаниях — мы были должны соответствовать их ожиданиям. А еще Ллойд сразу поверил нам с братом, а не управляющему.

— Вы не испугались? Про хранителей в Велии ходят очень нехорошие слухи. А раньше-то и вовсе…

— Не испугались. И я, и Тоилен отчетливо понимали, что скоро начнется охота на наследников. Сначала избавятся от меня, потом от Тои. Даже если управляющего уволят, то вскоре появятся другие желающие отправить нас на тот свет. Горцев же боялись. К ним сложно было подобраться на их территории.

— А леди Дмельская?

Ниана знала, что кроме Станиславы у Мирта и Тоилена была еще одна старшая сестра — Люсинда, которая вышла замуж за графа Дмельского. Правда, отношения между родственниками были довольно прохладными.

— Люси не пожелала ехать в Тасар. В отличие от нас в Велии ей не грозила никакая опасность, да и тётушка пообещала взять её в столицу, там как раз начинался бальный сезон. Ллойд же считал такое времяпровождение бессмысленным и сразу дал понять, что никаких балов у горцев не будет.

— Люсинда не оценила, верно? — усмехнулась Ниана.

— Да. Она осталась. В Тасаре не принято пускать пыль в глаза и кичиться богатством. Мы со Станой и Ллойдом жили довольно скромно. Не бедно, но и не транжиря деньги. У нас был большой добротный дом, рядом — небольшой участок, флигель, в котором жили слуги и наш учитель по магии.

— Да, это не родовой замок, конечно.

— Мне нравилось, — тепло улыбнулся Мирт. — Там никто долгое время не знал, что я — герцог. Мы ходили в общую школу вместе с детьми обычных горожан. Ллойд и Стана в какой-то степени заменили нам родителей. Они любили нас, хотя я был проблемным ребенком: постоянно шалил, вредничал, что-то разбивал, ввязывался в глупые авантюры. Но Ллойд всегда был терпелив. Он выяснял причину; объяснял, в чем я был неправ; показывал, как надо. Я даже не заметил, как он стал для меня авторитетом во всем. Был бы я тасарцем, то обязательно пошел бы по его стопам и сам стал бы хранителем закона. Когда родился Йован, Ллойд старался проводить с сыном как можно больше времени, меня это удивляло. И как-то я подошел к нему с тем же вопросом, что и ты ко мне.

— И что он ответил?

— Мать любит дитя, потому что это её дитя, ребенок любит родителей за то, что это его родители. Эмма любит меня не за что-то. Она любит меня просто потому, что я — её отец. Ей не важна моя внешность, цвет глаз и волос, моё положение в обществе, мои предки или наличие магии. Любовь ребенка — это безусловная любовь.

— Не всегда так бывает.

— Не всегда. Но я ведь любил мать. И отца тоже, хотя не могу сказать, что он был достойным человеком. Я не понимал, почему другие родители любят своих детей, а наши отец и мать — нет. Может быть, мы просто недостойны? И мы с братом пытались стать лучше, делать все, чтобы добиться любви или хотя бы внимания, но ничего не получалось, — горечь в словах Мирта ранила сердце. — Это больно, Ниа, когда ты видишь равнодушие в глазах собственной матери и отца. Никогда мои дети не будут знать, что это такое! Я не предам их любовь. Я постараюсь стать для них самым лучшим папой.

Ниана не ожидала, что ответ на её вопрос окажется таким неожиданным и подробным. Муж вдруг предстал перед ней чутким и ранимым, приоткрыв тайны своего детства. Хотелось обнять его, утешить, изгнать горечь из взгляда, и Ниа потянулась к Мирту, нежно прикоснулась губами к его губам, погладила колючую щеку.

— Не боишься избаловать Эмму? — хитро улыбнувшись, спросила она.

— Нет. Я понимаю, что излишней заботой и любовью можно задушить, буду сдерживать порывы, но сейчас, когда она мала, можно просто купаться в её обожании. Знаешь, — Мирт обнял жену и вдохнул запах её волос, — я очень рад, что первая получилась девочка. Она такая эмоциональная, открытая. Мальчики, мне кажется, гораздо более сдержанные даже в младенчестве.

— Мальчики тоже бывают разные. А в раннем детстве все дети эмоциональны.

— Правда? — хитро улыбнулся герцог. — Предлагаю проверить экспериментально.

— Это как?

— Сделаем мальчика и понаблюдаем, — промурлыкал Мирт, распуская корсет платья.

— О нет! Еще одного ребенка? Нет, рано…

— А мне кажется в самый раз…

Несмотря на все старания мужа, Ниана забеременела только через четыре года и родила мальчика, которого назвали Алеком.