Глава 20

Увидеть Такин и умереть…

Нет, моя мечта вовсе не такая! Я стремилась попасть на границу, чтобы долгие годы верно служить Роллонии и защищать мирных жителей королевства от ужасных гоблинов. И сейчас, понимая, что вот-вот погибну, только-только коснувшись желаемого, возмутилась.

– Ну уж нет!

И сделала единственное, что умела – обратилась в слоника. Затрубила хоботом и замахала ушами, понимая, что столкновение с искорёженной землёй неизбежно, как вдруг изо рва мне навстречу выскочил самый настоящий гоблин.

Он был очень рослым и невероятно мускулистым, но при этом каким-то несуразным. Даже в книгах их рисовали не такими отвратительными! Короткие ноги, очень длинные руки, в одной из которых палица величиной с дерево. Огромная голова, крупные выступающие зубы, но при этом маленькие и узко посаженные глазки.

Я лишь на долю секунды заглянула в них, и меня буквально окатила волна иссушающей ненависти. Это существо не знало жалости или сочувствия, у него было лишь одно стремление – убить. Я уже приготовилась к смерти, когда с неба спикировал ослепительно красивый белоснежный дракон.

Всё произошло за какие-то мгновения, которые с перепугу растянулись чуть ли не в часы. Гоблин медленно размахивался, собираясь размозжить мне голову. Дракон, который пока остался невидимым чудовищу, поднырнул снизу и распахнул пасть, намереваясь перекусить монстра пополам. Я вытянула хобот и махнула ушами…

И плюхнулась на белого дракона, а тот, не ожидая, что слон сядет ему на шею, щёлкнул зубами чуть раньше и поймал ногу гоблина. Меня тряхнуло, и я подскочила, снова оказываясь в воздухе. В это мгновение мимо меня пролетала дубина, и я машинально ухватилась за неё хоботом.

Дракон взмахнул широкими крыльями и устремился в небо, утаскивая брыкающуюся добычу, на оружии которой болтался слон. Я понятия не имела, что способна так отчаянно вцепиться во что-то хоботом!

Видимо, мы с гоблином оказались неподъёмными для дракона, и он, несмотря на то что активно хлопал крыльями, начал медленно опускаться. Я же с ужасом смотрела, как мой хобот потихоньку сползает по дубине, как вдруг ощутила под ногами опору. Отчаянно перебирая ногами, умудрилась уцепиться удобнее, но опора исчезла.

Уже после догадалась, что надо было воспользоваться моментом и отцепиться, но теперь было поздно – мы снова поднимались. Дракон тянул нас в небо, а мы с гоблином смотрели друг на друга с одинаково растущим ужасом.

Я понятия не имела, почему монстр не отпустил свою дубину и терпел тяжесть моего слоника, но в этот момент была даже благодарна врагу. Но паниковала не столько из-за близкой мучительной и бестолковой гибели, сколько из-за опасности раскрытия моей тайны.

Так и представляла, как Блекс появится, чтобы забрать адептку из Такина, а генералу покажут то, что от меня останется. Сит же поменял мои данные, и алес думает, что мой зверь опасен или хотя бы полезен. Ожидая встретить тигрицу, коршуна или гремучую змею, увидит лепёшку из слоника. Нет! Только не это… Я же умру от стыда!

Я крепче обхватила хоботом дубину, с которой не желал расставаться враг, а тот рычал что-то на своём гоблинском, глядя на меня с ненавистью и ужасом. Мы поднимались всё выше и выше, пока моему взору вдруг не открылась полная картина происходящего внизу.

На скале, где был построен Такин, собралось не меньше десятка драконов. Все они были осёдланы, но алесы не спешили поднимать драконницу в воздух. Они смотрели на войско гоблинов, приближающееся по искорёженной рытвинами земле. Из истории я знала, что гоблины предпочитают засады и ночные набеги. Что же подвигло их напасть днём и всей сворой?

А ещё меня тревожило, почему белый дракон, который поднимал нас всё выше, выбиваясь из сил, не был осёдлан? Небольшой и изящный, он скорее напоминал хилого подростка, чем взрослую особь, и вряд ли бы справился с рослым и сильным гоблином. Может, потому и поднимается как можно выше, чтобы наверняка убить врага?

Гоблин же ругается, что я вцепилась в дубину и не даю ему ударить дракона. И отпустить её не может, ведь без оружия он с драконом не справится. Но если злодей полетит вниз, я тоже разобьюсь…

Стоило представить, как Блекс смотрит на лепёшку из слоника, как меня тут же посетила идея. Дикая, безумная, но она давала мне надежду.