ГЛАВА 15.

Зуз

Эмилия и Зуз еще долго потом не верили, что Арман ушел. Сидели на диване и прислушивались.

— Все, — метаморф встрепенулся, — уезжаем.

— Да, — Эм с тоской обвела глазами комнату. — Как жаль. Нам было здесь так хорошо. Нет-нет, ты прав, ты совершенно прав. Сейчас мой брат, возможно, застигнут врасплох и растерян, однако есть такая пыточная магия, что любой расскажет, где и что он спрятал.

— Я только одного не понимаю, — задумчиво проговорил Зуз, извлекая из шкафа чемодан. — Те люди определенно собирались меня убить. Они и убили, по их мнению. Бросили в реку, чтобы замести следы. А Арман совсем не был удивлен моему появлению. Наоборот. Он ждал, что я к тебе вернусь. У меня такое предположение, что был кто-то еще, связанный с твоим братом. Тот, кто участвовал в его действиях, но внес в них… коррективу.

— Знаешь, — сказала Эмилия с тоской, тоже подойдя к шкафу. На диван полетели ее футболки и джинсы — ни одного платья, к которым она, после долгих лет традиционного дресс-кода, испытывала отвращение. А жаль — платья ей шли. — У Армана уже давно проблемы с головой. И очень серьезные. Только меня никто не слушает: ни он, ни мама. Так что вполне возможно, что этот «кто-то» — он сам, что-то вроде второй личности… не разбираюсь в этом. Зуз, куда мы сейчас?

— Сначала разыщем Синтию, вернем ей телефон, заодно предупредим об опасности, ведь она так и не получила послание Армана. Я бы послал ей именной магический самолетик, но боюсь, помехи от Роя еще велики.

— Неужели вот так, всю жизнь, придется прятаться от своей семьи? — дрогнувшим голосом спросила Эмилия.

— Не придется, — раздалось от двери.

Зуз удивленно поднял голову. Он не ощутил, как в квартире появился еще один человек, не услышал ни одного подозрительного звука. Этот парень с улыбкой до ушей — сильный маг?

— Петька! — Эмилия с визгом бросилась на шею гостю.

Зуз даже присел — ноги вдруг ослабели. Слава богам, они с Эм теперь не одни.

… Петр командовал — Зуз и Эм подчинялись, причем беспрекословно. Если метаморф и захотел бы обозначить границы своей независимости, то не нашел бы повода: каждое замечание мага было логичным, каждый его совет — разумным. К тому же, Эмилия ничуть не сомневалась в брате, и растерянный поначалу Зуз вскоре проникся ее решимостью временно сдать свои судьбы в руки Петра.

Маг отнесся к «тому самому замечательному парню-метаморфу» с ярко-выраженной симпатией, Зуз был благодарен ему за это, а еще больше — Эмилии, за добрые о нем слова. Она помнила. Она никогда не думала, что он ее бросил, и всегда верила, что он жив.

Вещей они взяли немного. Петр велел не думать о расходах и упаковать только одежду, все самое простое и удобное. Правда, уже в машине маг почему-то спросил:

— Эм, ты же не носишь каблуки?

— И не носила никогда, — с удивлением отозвалась Эмилия. — Не хочу выглядеть жирафой. Меня и так называют в приличной прессе… хм… чрезвычайно рослой, а в желтой — долговязой.

Свое такси, пострадавшее в Рой, Зуз бросил в переулке, не сдав в службу. Это его немного беспокоило. Но времени на «церемонии» маг не дал.

— О долгах и прежних обязательствах тоже не думайте, — произнес Петр, глядя на сестру и ее жениха в зеркало заднего вида. — Я отвезу вас в укромное место, обеспечу всем необходимым. Пересидите, затем уедете. Сейчас вам нельзя появляться на вокзалах, в отелях и людных местах. Эм, я поставлю защиту от отслеживания по крови. Знаю, это немного болезненно, но придется потерпеть. Зуз, вам тоже. В квартире осталось много ваших вещей. Оборотни выслеживают и по меньшему запаху.

Автомобиль несся по расчищенной дороге, явно превышая разрешенную на этом участке скорость. Получасом ранее ведьмацкий Дозор остановил машину на выезде из города. Дозорные заглянули в документы Петра и молча отпустили автомобиль без осмотра. Рядом с магом на переднем сиденье лежали кожаный футляр с тиснением и небольшая спортивная сумка.

— А эта тачка? — нервно хмыкнула Эм. — Тоже не волноваться? Ты же ее просто угнал!

— Я взял ее напрокат, — невозмутимо отозвался маг. — Люди должны помогать друг другу во время кризиса.

— У тебя нет совести, — с восхищением констатировала Эмилия.

— Знаю, сестренка. Если в минуту опасности каждый свой ход я начинал бы с реверансов, уже давно не ходил бы по земле, а лежал бы в ней, родимой.

Зуз не мог не согласиться с магом. Жесткие времена требуют жестких решений. И насколько, черт возьми, спокойнее, когда рядом человек, способный находить ответы там, где их, казалось бы, нет.

Петр поставил телефон Синтии на панель и еще раз запустил сообщение Армана. Слушал, кусая губы, с неожиданным волнением на лице. Выругался:

— Придурок! Одна извилина в голове — и та от долгого ношения традиционного драконьего цилиндра. Во что тебя втянули, гаденыш? И кто втянул? Эм, ты поняла? Вас нет. Никакой связи с внешним миром: ни самолетиков подружкам, ни весточек маме… кому там еще?.. председателям благотворительных фондов и прочим замечательным людям.

— У меня нет подружек, — улыбнулась Эмилия. — С мамой мы уже месяц не общаемся. Я даже не знала, что перед Роем она уехала в загородный дом, готовить там все к балу Двенадцатой ночи. А благотворительностью я давно не занимаюсь, поскольку живу на зарплату. Ты мне должен денег, Петя. Кстати, Зузик отчитается по ущербу в харчевне.

— Денег дам. Харчевня? Да, точно. Потом, все потом, — пробормотал Петр. Помолчав, добавил, поймав в отражении взгляд метаморфа: — Я рад, что ты вернулся, приятель. Сестричка без тебя совсем приуныла.

Зуз смущенно кивнул и быстро спросил.

— Так что с тобой случилось?

— На меня напали, в самый Рой. Я кому-то на хвост наступил. Вариантов много: от Вельма Седого и братца Арманчика до некоторых… почти мифических персонажей. Скажу — не поверите. Во время нападения я сознательно запечатал себе память — боялся пыток. Когда попал в реку, не дал себе замерзнуть с помощью драконьего пламени. Это сказалось на ауре, некоторые каналы в теле истощились и повредились: мозги переклинило, я помнил кучу ненужных деталей, зато забыл себя, свое прошлое, работу на Отдел и нынешнюю миссию. К счастью, на свете есть такая потрясающая штука, как ассоциативная память. Нюхнул отличную траву — и как ершиком прочистило. Нет, Эм, не смотри так ехидно, то была не дурь, с шалостями молодости давно покончено. Все-то хорошо, но память возвращалась долго, крупинка за крупинкой. Хорошо, что я вовремя смог получить магическое сообщение от Локса — это один мой недружелюбный слуга-дух, запертый в волшебном зеркале — бедняга уже отдавал концы без подпитки, — маг похлопал по кожаному футляру. — Ох и ругался же Локс! Он думал, что я не отвечал, потому что устроил ему еще одно наказание. На сей раз он умер бы бесповоротно, без шанса вернуться даже к условной жизни. Когда я отпорталился в квартиру, пришлось влить тонну силы в самого бедолагу и, наверное, пол-литра крови — в контур зеркала. Действовать пришлось оперативно, по ситуации. Теперь Локс молчит, дуется. Черт с ним, раз он жив… если так можно выразиться. Мне нужно вернуться, — Петр замолчал и добавил со странным выражением в глазах, — меня ждут.

… По дороге Петр закупил огромное количество съестного, в основном круп и консервов, средств гигиены и разных хозяйственных мелочей. На трассе магазины были не так разграблены, как в городе, а их владельцы, две недели почти не видевшие покупателей, были рады столь щедрому поступлению в кассу.

Зуз с удивлением посматривал в окно. Он узнавал тот маршрут, по которому отвозил свою последнюю на поприще таксиста (и во всех отношениях знаменательную) пассажирку.

— Нижние Погляды, — подтвердил Петр.

— Где-то здесь живет Синтия де Релло, — пробормотал метаморф.

— Ага, — радостно отозвался Петр, — вот именно. Нам это «где-то здесь» как раз подойдет. Так, дальше нужна подсказка от местного населения. Я сюда попал и отсюда выбрался не совсем традиционным способом, повторять который не хочу. Поищем дорогу через горы.

Проход в горах Поглядах, давших свое имя нескольким поселкам, был почти расчищен, однако даже мощный внедорожник, угнанный Петром (брат Эм продолжал утверждать, что вернет машину владельцу), прошел через расщелину с некоторым трудом. Выйдя из автомобиля, Эмилия и Зуз с недоумением осмотрелись.

— Туда глядите, — Петр ткнул пальцем в маяк. — Ваше убежище на ближайшие дни. Арман запустит поиск по крови, даже не сомневайся, сестренка, если не сам, то магов наймет. Здесь он вас не отыщет. Тут сходятся два противоположных по энергетике мира, помехи слишком велики. Бродил в окрестностях один маг, искал кое-кого, так и не нашел — ¬сгинул, заблудившись. И все же я оставлю вам капсулы для мгновенного переноса через порталы. Хватайте вещи, идемте.

Массивная дверь в круглое здание была заперта. Под порогом намело снежной крупы с балкона. Напрягшийся Петр ушел в сарай, покопался там и вернулся с ключом. Внутри маяка было пусто. Маг обежал нижний этаж, поднялся по винтовой лестнице, вернулся и осмотрел столы и шкафы с морскими диковинками.

— Печь совсем холодная, — сказала Эм, касаясь металлического бока огромной отопительной конструкции.

Лицо мага приобретало все более раздосадованное и угрюмое выражение.

— Ну зачем же так? Ну какого…? — бормотал он. — Не поверила?

— Синтия жила здесь? — требовательно спросила Эмилия. — Петя, немедленно прекрати носиться. Рассказывай. Как ты узнал, что она тут?

— Никак, — Петр вздохнул и сел на стул. — Я уже сказал, что заблокировал себе память, а потом…

…. — Ты подозревал меня?! — Эм с негодованием уставилась на брата, бросив вилку и скрестив руки на груди.

— Первое время — да. Навь левая, я же ни хрена не помнил! Только голос… голос был похож на твой… — маг на секунду нахмурился. — Короче, вспомнив про тебя и твою привычку ходить в обуви без каблуков, я понял, что это была похожая на тебя женщина. Я слышал шаги той дамочки и видел ее ноги, у нее сапожки на хрустальных шпильках, последний писк от модных домов Дивных, уточнил сегодня в обувной лавке.

— Кто это мог быть? — Зуз подался вперед через стол, забыв о голоде. — Я тоже слышал, как избивавшие меня оборотни говорили о какой-то «хозяйке». Тогда я не придал этому значения, но теперь…

— Я все выясню, — пообещал Петр. — Дамочка второй раз допустила ошибку, и сие ей с рук не сойдет. Наверняка это какая-нибудь вдовушка, решившая продолжить криминальный бизнес мужа. Я не раз слышал о таких вот ушлых бабенках, облюбовавших для своих делишек Темный квартал. Возможно, оборотниха или химерка, она говорила таким сладким голосом…

— Почему ты не рассказал все Синтии? — Эм продолжала негодующе сверлить брата взглядом. — Бедняжка решила, ты ее бросил! Все вспомнил и бросил! Она тебя спасла, олух!

— Я оставил ей записку! Ну не мог я ее дождаться, Локс погибал!

— Нужно было рассказать сразу же, как вспомнил!

— Эм, пойми, Элми… то есть Синтия… думала, что Петр Ракитников прежде всего ресторатор, а не маг. Признайся я, что у меня в городе магическое расследование и что Си в числе тех, кого я разыскиваю, она решила бы, что я… да бог знает, что она могла подумать! Скорее всего, ее ищет темное братство, те самые маги, которые у меня больше всего под подозрением! Даже не представляю, какая цена назначена за ее поимку! Это, должно быть, огромные деньги; акциатто — нереальная власть, а девчонка еще и нежитью управляет. Но я же не знал, что все так совпадет! В конце концов, у меня нет права разглашать подробности задания! Я в записке написал, что у меня друг в квартире заперт, обещал вернуться и вернулся! Вот только она… мне ничего не обещала. (3303c)

— Ты должен ее найти! Девушка в опасности! И ищет ее самая сволочистая сволочь в Сильверграде — наш брат!

— Сам знаю, — Петр скрипнул зубами. — Но что делать, если она решит уехать из города?

— Она не сможет этого сделать, — подсказал Зуз, — не в ближайшее время. Роем повредило железнодорожные пути, сообщения между Сильверградом и другими мирами пока нет. У тебя примерно две недели.