40

— Дочь отца, всегда дочь отца! — отрезал шкуроверт и вновь стиснул меня в тисках своих рук. — Что это я! Ты ж замерзла и голодна небось! — внезапно очнулся Бьерн и, подхватив словно маленькую, слуга потащил прочь. Вероятно, в свою берлогу.

Как хорошо, когда ты хоть кому-то нужна! Я могла уткнуться в плечо Бьерна Мак-Маха и нареветься вволю. Наследницы клана не плачут, а вот обычные попаданки в иные миры вроде меня еще как ревут, словно белуги!

Но плакать вмиг расхотелось, стоило поднять взгляд и увидеть такую картину.

Донельзя разозленную Дайру Тайру в платье, сползшем с одного плеча, пулей вылетевшую из палатки Дрейка Дайера. Даррийка пребывала вне объятий фаррийца и в крайней степени ярости, и скрывать этого не собиралась.

За ней высунулся драконьер, нашел меня взглядом, немного яростно подергал желваками, успокоился и ледяным тоном объявил на всю площадь:

— Срочное совещание главарей! Через пять минут у меня в палатке!

Лидеры тех или иных групп, резонно предполагая, что наследница даррийцев займет их предводителя до утра, уже успели расслабиться и разбрестись по своим делам. Каково же было их удивление, когда они получили подобный приказ.

От этого зрелища мои глаза тут же высохли. Я передумала плакаться и жаловаться на хромую судьбу. У меня все-таки есть дела в этом мире. А с Дрейком Дайером я как-нибудь разберусь. После. Когда он перестанет так неистово смотреть и его желваки немного успокоятся.

Почувствовав внезапное облегчение и счастье, я крепче сжала за шею шкуроверта. Тот, только успокаивающе похлопал по спине со словами «Ну-ну, ваш верный Бьерн с вами, фата Дарья! Вы дома!» и внес меня в свою палатку.

Берлога и вправду была крохотной, ровно для одной сколоченной походной койки, застеленной лапником и колючим одеялом, вместо стола деревянный ящик. Вот и все богатство. Но я и этому укрытию была рада.

Шкуроверт вмиг организовал перекус, горячий чай и совещание почище, чем у Дрейка Дайера. Только оно не дало результатов.

Первый день в этом мире и первое разочарование, никто ничего не знал про Черную Принцессу. Ее не видели с того момента, как меня схватили. Драконица просто взяла и улетела, а найти ящера на Дарре в лесах, да еще если зверь не хочет, чтобы его нашли, — та еще задачка.

О моей матери и кем она была тоже мало кто знал. Служанок у Вульфа мак Тайра было много. Надо расспросить тех драконьеров, кто возрастом постарше и служил прежнему предводителю, они должны знать больше.

Бьерн устроил меня в своей палатке, заверив, что, обернувшись, прекрасно поспит у входа.

Разочарованная новостями, я пошла спать, надеясь, что завтра все изменится.

А с утра узнала, что приходила наследница даррийцев. И как пришла, так и ушла.

Уж не знаю, что у них там со шкуровертом произошло, я в это время спала, но Дайра наотрез отказалась входить в палатку и потребовала, чтобы я пришла к ней. Все это мне передал незнакомый драконьер. Слуга же недовольно молчал.

Мне ничего не оставалось, как тут же направиться к даррийке и погасить конфликт в зародыше. Наследница клана нагло втиснула свою палатку в непосредственной близости от шатра фаррийца.

— Где ты пропадаешь? Ты собираешь приступать к своим обязанностям или нет? — стоило мне войти, даррийка тут же на меня набросилась. По всему видно было, что она чем-то сильно расстроена и еле-еле сдерживает свое раздражение.

— Обязанностями? — Я понимала, на что намекала Дайра Тайра. Она хочет держать меня при себе в качестве заложницы и подсадной утки для врагов. Хитро придумала на чужой шее сидеть! Только я ей не служанка. — Но я ничего не умею, — невинно удивилась я. — Ни стирать, ни готовить, ни убирать, — ядовито отрапортовала своей «госпоже» я. — В нашем мире все за нас делают машины. Но если хочешь, я могу по-сестрински попытаться постирать тебе белье или расчесать волосы.

— На! — Мне в руки недовольно сунули расческу. — Да поживее. — Я хищно улыбнулась. Ну ладно, хочешь поиграть в эти игры? Я их очень хорошо знаю! И играть в них можно вместе!

Я невозмутимо взяла расческу, явно не местную, а из моего мира. На перевернутом ящике, накрытом тканью, стояли баночки. Пудра, духи, тональный крем. Уходя из моего мира, даррийка подготовилась! Я начала активно вычесывать золотые кудри даррийки и в момент начесала большой пук «лишних» волос.

— Прекрати! Какая же ты бесполезная! — в сердцах бросила даррийка.

— Ну, если хочешь, я могу попытаться постирать твое платье или белье, по-сестрински.

Даррийка тут же сообразила, что если доверит мне свою одежду, то тут же ее лишится. По лицу наследницы было видно, что особо сильно ее бесит это выражение «по-сестрински».

— Неужели ты настолько бестолкова, что ничего не умеешь!

— Разве только за драконами ухаживать и лечить их, — невинно бросила я и собралась уходить.

— За драконами, — оживилась дайра Тайра, — ты ведьма, что ли? Чего тогда сама в свой мир не вернулась? — с опаской переспросила меня даррийка. Странно было вот так видеть перед собой зеркало, из которого глядела на тебя ты сама.

— Нет, я целительница. Ну я пошла, коли помочь не могу? — Я мечтала побыстрее убраться отсюда. Пусть даррийка остается со своими духами и баночками, а у меня уйма дел.

— Куда ты направляешься? — прищурив глаз с накрашенными ресницами, недовольно спросила Дайра Тайра. Она взяла расческу, с яростью кинула пучок выщипанных из нее волос на пол.

«Я бы не только пучок из нее выщипала, но и скальп сняла!» — зло подумала я. А даррийка как ни в чем не бывало стала расчесывать волосы, не спуская с меня взгляда.

И она, и я знали: если даррийка попытается навешать на меня какую-либо работу, будь то стирка платья или еще что, она мигом лишится и своего наряда, и многого другого.

Дайра Тайра смотрела подозрительно, я поняла: придется отвечать, это проверка. Наследница выясняет, когда я вру, а когда нет. Неожиданно я оказалась для нее крепким орешком, просто так припахать меня к черной работе и унизить до звания служанки ей не удалось.

А значит, она замышляет новую гадость.

— Я хотела найти своего дракона, — нехотя поделилась я с ней своими планами.

— Дракона? — Дайра Тайра как-то разом сдулась. — У тебя есть дракон? — В голосе наследницы звучал… страх или недоумение? Я не разобрала, даррийка очень ловко скрывала свои чувства, играя, как актриса.

— Да, и я хочу ее найти. Я давно не видела и волнуюсь. Мне невыносимо жить без нее, — выпалила я и осеклась.

Даррийка задумчиво наматывала золотой локон на палец.

— Да, я тоже скучаю по своему дракону, — пробормотала она, только я ей не поверила.

Сказано это было так, словно она только что вспомнила: у нее тоже есть ящер. Все, о чем я думала с моего возвращения, — это о своем звере, а даррийка, судя по всему, — только о том, как залезть в постель к Дрейку Дайеру и заставить выполнить его брачный договор.

— Пошли! — Наследница клана резко встала. — Наши драконы во что бы то ни стало должны быть здесь! Это по… — Даррийка осеклась, но я готова была поклясться, она хотела сказать «подозрительно». — Это опасно, когда запечатленный дракон бродит по лесу неизвестно где, особенно тогда, когда храмовники прочесывают тот же лес.

Даррийка, подобрав юбки, как акула, шедшая к цели, пересекала палаточный лагерь.

— Ты могла бы подумать об этом и раньше! — на ходу она еще и умудрялась отчитывать меня. — Чего тянула так долго, а если храмовники поймают твоего ящера и расщепят вас? Ты не думала об этом, пока отсиживалась здесь в лагере и пялилась на предводителя фаррийцев? — отругала меня даррийка, а у меня от удивления отвалилась челюсть. Значит, она наблюдала за мной!

«Чушь! Все в лагере смотрели, как ты чуть ли не выпрыгивала из платья, клеясь к драконьеру!» — огрызнулась я про себя, а вслух, конечно же, не сказала.

— Я тебе советую ее пускать слюни на фаррийца. Такой расчетливый мужчина, как он, и не посмотрит на внебрачного ребенка. Ему нужна сила и власть. Держись от него подальше, а то он еще припомнит тебе твои инсинуации с местом наследницы. Такой гордый горец, как он, не простит обмана, а то, что ты назвалась моим именем и выдала себя за наследницу — и подавно! Кто захочет знать, что спал с бастардом и его дети не окажутся наездниками? У внебрачных детей часто рождаются такие же обычные потомки, — с презрением бросила даррийка.

«Но я ведь леди, наездница и запечатлена с драконом», — подумала я про себя.

— Не попадайся Дрейку Дайеру на глаза, если не хочешь, чтобы он тебя избил или и вовсе прибил за все содеянное тобой! Это добрый совет, не хочу лишиться своей незаконнорожденной сестренки! — В голосе Дайры Тайры сквозили яд и издевка, но в чем-то она была права.

Я еще как-то должна объяснить фаррийцу, что не желала морочить ему голову, впрочем, он меня быстро раскусил. Но как растолковать всем остальным, что я не хотела их обманывать, если они все видели, как я много месяцев прикидывалась наследницей?!

Я открыла рот и закрыла. А что здесь еще можно сказать? Дрейк Дайер и вправду сильно переменился ко мне. И я не знала, что было причиной.

Сердцу стало больно, я схватилась за грудь и глубоко задышала, стараясь восстановить замершее дыхание. От осознания своей подлости стало вдвойне неприятно. Даррийка восприняла это по-своему.

— Какая же ты дохлая слабачка! — с презрением бросила она и направилась к группе фаррийцев.

Встав перед ними, она потребовала немедленно выделить ей отряд драконьеров для поиска ее дракона.

Лорды-наездники даже не шелохнулись.

Лицо наследницы перекосилось от ярости, и Дайра Тайра кинулась на драконьеров с кулаками. Здоровые накачанные лбы только вяло отмахивались. Наследница клана была похожа на маленькую собачонку, с тявканьем набрасывающуюся на здоровяков.

На шум стали стекаться люди. Самые мерзкие, шумливые и склочные — это вот такие крохотные собачонки. Где они, там всегда будет ссора на пустом месте.

Внезапно вся гомонившая и обсуждавшая толпа разом умолкла.

— Что здесь происходит? — прогремело над головами. В следующий момент у меня открылся рот от удивления, ибо я узрела самую совершенную актрису в мире.

— Это ужасно! Я не переживу этого! — завопила Дайра Тайра на всю площадь, картинно заламывая руки и пытаясь на ходу вырвать у себя из шевелюры клочья волос, но только привлекательнее растрепала золотые локоны.

Даррийка с воплями и причитаниями бросилась и повисла на шее фаррийца.

У меня только челюсть отпала от расписываемых Дайрой Тайрой подробностей. Я и не знала, что храмовники способны подобное делать с людьми и драконами!

Даррийка без году сутки в этом мире, а уже в курсе всего, творящегося здесь! Я даже представить не могла, что подобный ужас грозит Черной Принцессе! Подробности того, что святые рыцари делают с женщинами и наездниками, как-то прошли мимо моих ушей. В мыслях был только мой дракон, беззащитный перед пороховым оружием и ловушками храмовников!

Я с глазами на мокром месте обратила свой взор на жестокосердного фаррийца. Неужели он не разрешит нам отправиться на поиски ящеров? Я не ошиблась в своей оценке, у драконьера сердце было сделано из камня!

— За пределами лагеря небезопасно. Я запрещаю вам покидать его пределы! Две наследницы Вульфа мак Тайра — слишком притягательная добыча для храмовников и лжемессии! — При этих словах я услышала, как скрипнули зубы даррийки. Не знала, что женщины могут неистово дергать желваками. Или это даррийка пытается стереть зубы в порошок из-за того, что драконьер считает наследницей и меня тоже? — Глупо добровольно лезть в лапы к святошам! Если жизнь надоела, можете пойти к ближайшей реке и утопиться, но избавьте меня от ваших женских капризов!

От его тирады Дайра Тайра присмирела. Меня же распирало от желания побыстрее найти Черную Принцессу, несмотря ни на что!

Я оттолкнула даррийку. Перед глазами мелькнули только удивленный взгляд наследницы и вытянутое лицо, больше я ни на кого не смотрела. Мое внимание всецело приковал к себе этот эгоистичный фарриец. Может быть, десять минут назад он мне и нравился, я им даже любовалась, но его гадостно-расчетливое желание держать двух наследниц при себе все разом изменило. Я неистово возненавидела Дрейка Дайера! Как он может? Он же сам драконьер! Разве бросил бы он Освальда в беде?!

— Тогда я, черт возьми, убегу, и никто меня не остановит! Пешком пойду по лесу и найду своего дракона! А вы… Вы! — В этот момент я смотрела почему-то только на фаррийца, причем с особой ненавистью. — Вы все ничем не лучше храмовников, у которых никогда не было связи с драконом и которые убили своего внутреннего зверя!

Единственное, что я услышала в ответ, так это издевательство.

— Сообщи писком: «Помогите, расщепляют», когда выйдешь за околицу! — ядовито прокомментировал мой порыв Дрейк Дайер и осекся, увидев, как градом покатились из моих глаз слезы. Лицо его привычно перекосилось от ярости, а желваки заплясали так, что я слышала скрип его челюстей, вот-вот сломаются, так сильно в приступе злобы он сжал зубы.

Но мне было уже все равно, как я выгляжу и что сделает со мной драконьер за неподчинение. Я некрасиво скривила губы и заревела что есть мочи, орошая траву под ногами, грудь и собственный подбородок крупными каплями слез бессилия.

Это когда все в этом мире против, а сил противостоять чужой мощной воле у тебя нет. Лучше бы я сейчас боролась со сводным братом и толпой храмовников! С ними я бы как-нибудь справилась, а вот Дрейк Дайер будет стоять на своем и ни на йоту не сдвинется с места! Скорее умрет из вредности и чувства лидерства. Мол, его слово закон, и никто не смеет его нарушить.

— Ладно, прекрати ныть! — недовольно взревел драконьер, стоило моему вою перейти в ультразвук. Когда я открыла глаза, то увидела только его спину: чертыхаясь на ходу, фарриец улепетывал прочь от шума. — Ты и ты, проводите их на Вершину! Если за сутки они не дозовутся своих ящеров, может, их уже и нет в живых, тогда вернете их в лагерь силой.

Два драконьера, на которых повесили проблемных женщин, недовольно переглянулись, но, как и все, не смели перечить лорду.

Я неуверенно хлюпнула носом. Кажется, победа осталась за мной.

Увы, бешеного, ненавидящего взгляда наследницы даррийцев я не видела, иначе он многое бы мне рассказал о ее отношении ко мне. Я заметила только скрывающуюся в палатке спину фаррийца, по которой было понятно — драконьер вне себя от ярости.

* * *

Мы летели по направлению к самому высокому месту в лесу под названием Вершина.

Высокая гряда полуразрушенных камней, выступающих далеко над кромками самых огромных деревьев. Наследница даррийцев молчала, я же терялась в догадках, почему Дрейк Дайер резко изменил свое мнение. Не такой он мягкий, чувствительный и понятливый человек, чтобы проникнуться моими страданиями и разрешить отыскать дракона. Скорее фарриец был наглым напористо-прозорливым лидером, непоколебимо идущим вперед к достижению цели.

Но вот чудо, он посчитал важным найти наших драконов! Я подозревала здесь шкурный интерес, а вовсе не сострадательность фаррийского характера.

Нас высадили на плоском пике Вершины.

Дайра тут же без капли страха подошла к краю скалы с закрытыми глазами. Без лишних объяснений было понятно — она зовет своего дракона.

Я, присев на обломок скалы, попыталась сделать то же самое.

Мы прождали не меньше получаса, когда над нами раздалось хлопанье перепончатых крыльев.

Все то время, что мы в ожидании сидели, я не переставала мысленно звать своего дракона. Я радостно вскинула голову и расстроенно застыла. Это была не Черная Принцесса.

Зеленая драконица, тощая и костлявая, в полосках облезлой кожи, неуклюже приземлилась рядом.

На спине у нее сидела женщина.

Дайра Тайра даже не обняла своего дракона! А ведь они столько лет были в разлуке! Даррийка лишь посмотрела на дракона и небрежно кивнула женщине. Взгляд ее устремлялся куда-то вдаль.

На горизонте клубились тучи дыма.

Я всполошилась: лес горит?

Женщина, что прилетела на зеленом драконе, подлила масла в огонь, она буквально свалилась под ноги драконьерам с криками:

— В лесу я видела храмовников, лесные боги ведают, что они здесь делают! — Вся ее поза намекала на то, что драконьеры должны что-нибудь с этим сделать. И немедленно, иначе без скандала не обойдется.

— Хорошо, мать! — Наездники, не желавшие вступать в пререкания со старухой, поспешили ретироваться. — Останьтесь здесь, мы разведаем территорию. На Вершине вы в безопасности, никто кроме наездников сюда не сунется, если что — улетайте на драконе. Ваш ящер выдержит троих.

Испуганная дымом на горизонте и молчанием Черной Принцессы (как бы я ни звала, дракон не отзывался), я посмотрела на Дайру Тайру с немым вопросом в глазах, единственным ответом мне был скептический хмык даррийки.

— Мать! — ехидно передразнила женщина драконьеров, когда те оседлали ящеров и взмыли в небо.

Я поняла, что она вовсе не дряхлая старуха. Наследница даррийцев только проводила злым взглядом улетающих драконов, но в ее глазах читалось и еще нечто. Удовлетворение?

Больше я этих драконьеров не видела.

Зато теперь даррийка задумчиво разглядывала меня, словно видела впервые. Равно как и женщина с длинными седыми волосами.

Наглядевшись на меня, женщина перевела свой единственный глаз на наследницу даррийцев.

— Ты вернулась?! Я всегда знала, что ты сможешь!

— Мама! — Даррийка бросилась к ней.

По внешнему виду незнакомки было видно, что она не так проста, как кажется. Длинные седые волосы, одежда словно сделана из лесной подстилки неопределенного зеленого оттенка, единственный глаз голубой, отсутствие второго скрывала длинная седая прядь.

Присмотревшись, я поняла, что не все волосы белые как снег, а тот же некогда золотистый оттенок волос, как и у даррийки, но выцветший от времени и невзгод. На шее женщины нарочито небрежно, напоказ, висело ожерелье из птичьих черепов, судя по черным клювам — вороньим.

Все в этой женщине кричало: кальек, ведьма! Держись подальше! Я связана с зельями и тайными языческими знаниями!

И взгляд у ведьмы был очень смелый, дерзкий и надменный, словно перед ней нет ничего, чего бы она уже не видела и с чем не могла бы справиться.

Пока эта парочка ворковала, я подошла к краю скалы, всматриваясь в горизонт. Неужели Черная Принцесса меня не услышала?!

Отсюда было видно на много миль вокруг. Лес простирался словно на ладони, можно увидеть каждую поляну и каждую рощу.

Принцесса должна была услышать! Почему же она не пришла?!

— Это она? — Краем уха я слушала разговор за спиной. Мать и дочь, не скрываясь, обсуждали меня. Нечто подобное я и предполагала. Яблоко от яблоньки недалеко падает. Мамаша оказалась такой же противной, как и наследница. — Твой камешек, о который ты споткнулась?

— Да. — Женщина с интересом на меня уставилась, придирчиво рассматривая.

— Можно было бы сказать, что она одно лицо с тобой, плоть от плоти мак Тайер, если бы взгляд не был таким тупым. Боюсь, мозги достались только нашей линии, миновав все остальные. Ничего, теперь ты не одна, и этот фаррийский ублюдок больше не посмеет тебя отвергнуть. Парочка зелий — и он станет прыгать через обруч и таскать каштаны из огня для тебя.

— А если не станет? — спросила даррийка у матери, а у меня волосы встали дыбом от планов этой сладкой парочки.

— Ты, кажется, притащила в этот мир запасной козырь? Как там тот правитель, с которым ты крутила роман?

— Ест с руки! — с неимоверным омерзением и презрением в голосе доложила матери Дайра Тайра.

Я решила сделать вид, что не слышу их откровенных разговоров и меня больше интересует лес внизу и их дракон, подошедший ко мне потереться. Почему они так открыто все при мне обсуждают? Надеются, что я смолчу или никому не скажу?

— Правильно, когда у тебя есть такая фигура как Рич’чайлд Длинный Меч, наследник престола, никакие предводители горных кланов не нужны! Власть и право на твоей стороне!

Вот почему они так откровенны, надеются усидеть на двух стульях разом! Что сможет сделать дочь служанки против правителя мира, кем бы он ни был?

Зеленый дракон даррийки вел себя странно. Неуверенно ступая, он подошел ко мне и ткнулся носом так, что я чуть было не упала. Ящер шумно принюхивался, странное поведение для дракона, зачем ему это? Я подняла взгляд и остолбенела. Бледная морда, воспаленный нос и язык и полное отсутствие глаз. А на том месте, где они обычно должны быть у драконов, два уродливых шрама расползаются бледными штрихами, пересекая всю морду от уха до уха.

Ящер даррийки слепой?

Я невольно повернулась к парочке, не понимая, как такое может быть. Разве запечатление со зверем происходит не через глаза? Или дракон наследницы даррийцев ослеп после, но как тогда она смогла это пережить? Открыв рот, я смотрела на двух жестокосердных и бездушных женщин, впервые видя перед собой подобную мерзость, а те меня даже не замечали, как и своего дракона, впрочем.

— А что там с этим мессией? — Мать и дочь ковырялись в привезенных ведьмой пожитках.

— Еще не видела, но очень целеустремленный! Их целибат такой же ложный, как их религия и святость!

У меня отпала челюсть от такой вопиющей самоуверенности! На трех стульях усидеть хотят!

Сколько надменности и самомнения у этих двоих! Как ловко они обсуждают судьбы других людей! Словно те подопытные хомячки, незначительные насекомые, мусор под их ногами.

Невольно я им позавидовала и в особенности наследнице. С драконом и матерью она и Дрейка Дайера заполучит, и всю Дарру к рукам приберет. С такой-то родственницей ведьмой!

Только я про себя твердо решила, что бы эти двое ни задумали, Дрейка Дайера я им не отдам! Пусть он сам выберет эту даррийку, я смирюсь, если для него важен договор с мак Тайром, клан и его люди. Но только пусть все произойдет по собственной воле фаррийца, а не с зельем. Я и представить не могла, на что будет способен Дрейк Дайер, замороченный и заколдованный этой парочкой!

Пусть эти двое забирают себе законного короля и моего сводного брата в придачу! Видят языческие боги, они стоят друг друга!

Но это потом, а сейчас меня больше беспокоило отсутствие Принцессы, дым у самой кромки леса и шум, доносящийся оттуда.

Там происходило нечто из ряда вон выходящие и с каждой минутой моя тревога росла. Меня одолевало нехорошее предчувствие: что, если Черная Принцесса именно там, где горят костры, плененная храмовниками и потому не отзывается, не летит ко мне?

В конце концов я не выдержала и потревожила заговорщиц.

— Дайра… — я несмело позвала даррийку, — думаю, там храмовники! — Наследница должна была услышать испуг в моем голосе, но она продолжала молча смотреть на меня.