Глава 25

⅏

⸎ АРИАННА ⸎

Ненавязчивый сигнал оповещает о времени завтрака.

Вот это да. Мы устроили самый настоящий любовный марафон. Дракон будто дорвался до желанного подарка. Хотя, почему «будто»?

Открываю глаза, глубоко вздыхаю и зеваю. Чуть приподнимаюсь на локте и не могу удержаться от довольной и счастливой улыбки.

Рикард уткнулся лицом мне в ключицы и сладко спит. Тихо посапывает. Руками и ногами спеленал меня как свою долгожданную добычу.

Ласково глажу его спутанные волосы, и дракон тут же просыпается.

— Ари... — хрипло, но довольно произносит он моё имя, — ты здесь…

— Конечно я здесь, — говорю мягко, но со смешинками в голосе. Решаю немного поддразнить мужчину: — Ты меня так крепко держишь, что я при всём желании не выберусь. А если и выберусь, всё равно бежать мне некуда, только если в космос…

Рикард окончательно просыпается и нависает надо мной с хмурым видом.

— Я тебя никуда не отпущу, — говорит он на полном серьёзе.

Наигранно печально вздыхаю, киваю и произношу:

— Верю…

Он прищуривает свои невозможные серебристые глаза и усмехается:

— Издеваешься?

— Только совсем чуточку, — отвечаю игриво. И улыбаюсь во все свои тридцать два зуба со словами: — Кстати, доброе утро, адмирал. Хорошо ли вы спали? Мягко ли вам было? Удобно ли?

Его губы расплываются в мечтательной улыбке, и он отвечает:

— Вашими стараниями, доктор Мэй, я теперь всегда буду хорошо спать. К слову это ведь важная часть вашей работы. И заботы. Обо мне.

Вон как уже заговорил, хитрюга.

— Да, я очень хочу, чтобы вы пришли в норму, адмирал, — продолжаю свою роль в шутливо-серьёзном тоне. — А то нашла я вас в состоянии… сильного перенапряжения, вызванного в результате сильных чувств к земной женщине. Нужно было ещё раньше начать восстановительные процедуры, адмирал. Видите, как благотворно действует моё лечение.

— Тогда предлагаю, доктор, перейти вам от слов к делу… — хриплым от желания голосом произносит дракон, и его губы уже обжигают мою кожу.

Поцелуи как клеймо горят, я дрожу и тихо стону от удовольствия.

— Как насчёт… твоих благотворных процедур? — шепчет адмирал.

— Ммм… Я смотрю, моё лечение даёт положительные результаты… адмирал… вы так быстро восстанавливаетесь... — выдыхаю томным голосом и выгибаюсь в его руках, кусаю губы и чувствую себя нереально счастливой.

— Потому что моя женщина – настоящее чудо, — с восхищением, гордостью и нежностью произносит дракон и повторяет с чувством, смаком, словно пробует слова на вкус: — Моя. Женщина. Сладкая… Единственная… Желанная…

Он прижимается горячими губами к моему виску, скользит вниз. Ласкает губами мои губы.

— Ари, ты невозможная, невероятная. Моя.

У меня внутри всё щемит от его слов. Это не просто слова ради красоты. Я нутром чувствую, что он говорит от всей души. И его сокровенные слова, его признания проникают мне под кожу, в моё сердце.

Его прикосновения, ласки, поцелуи, сильные движения пьянят до сладкого безумия. Он согревает всю меня сладким наважденьем.

Он у меня под кожей, он внутри меня. И так сладко с ним… Не передать словами...

Его глаза горят северным серебром, наше общее дыхание шумное, громкое, хриплое. Воздух вокруг нас густой и плотный, прикасается к коже раскалённым полотном.

Мы создаём свою собственную вселенную и она рассыпается мириадами ярчайших звёзд...

⅏

— Мне нравятся твои восстанавливающие и исцеляющие процедуры… — хриплым и разомлевшим тоном произносит адмирал, когда утренняя страсть улеглась, и мы можем немного соображать. — И всё для меня одного.

Я негромко смеюсь и лениво произношу:

— Знаешь, мне эти процедуры тоже очень нравятся… И скажу тебе по правде, как бы банально это не звучало, но ещё никогда я не чувствовала себя такой… удовлетворённой и счастливой. Я вообще думала, что отношусь к тому типу женщин, которые не могут получить удовольствие от секса. Но нет… как оказалось, я — нормальная.

Рикард смотрит в мои глаза. Его взгляд отчего-то напряжён, губы поджаты, и он довольно властно говорит:

— Забудь о тех, кто был до меня. Их нет, и никогда не было. Договорились?

Мои брови ползут вверх, но я не собираюсь начинать отношения со скандалов и выяснений отношений. Приставляю ладонь козырьком к виску и отдаю честь адмиралу со словами:

— Так точно!

Он хмыкает, но расслабляется. Ловит мою ладонь, которой честь отдавала и целует запястье.

Кнут и пряник?

Сдаётся мне, мой адмирал очень хороший манипулятор. Но и я не промах.

Улыбаюсь собственным мыслям и спрашиваю:

— Как насчёт завтрака?

— В постель? — сверкает дракон хищным взглядом и снова смотрит на меня жадно и с голодом.

Э-э-э, нет, мне отдых требуется. Я не могу находиться в горизонтальном положении сутки напролёт. У меня ещё работа. Пациенты. Разговоры с капитаном. Промывка мозгов адмиралу и многое другое.

— В постель обязательно, но не сейчас, — говорю мягко и с улыбкой, смотрю на мужчину ласково. — Тем более, я хочу видеть лицо капитана и всего экипажа, когда ты выйдешь из каюты вместе со мной – живой, здоровый, да ещё и счастливый. Счастливый же?

— Не просто счастливый, Ари, — говорит он с придыханием. — Ты мне жизнь спасла. Ты подарила мне себя. Ты стала моей душой, моим сердцем. Ты — моя пара. Моя путеводная звезда. Я словами не могу передать и описать, как я теперь счастлив… До встречи с тобой я и не жил… Веришь?

— Верю...

Он касается лбом моего лба, закрывает глаза и добавляет шёпотом:

— Это невероятная милость с твоей стороны принять меня… без «Дара жизни» и разделить со мной жизнь и судьбу…

Беру в ладони его лицо и мягко целую его губы. Это лёгкий поцелуй, понимающий, ободряющий.

— Всё хорошо, — говорю уверенно. — И мы обо всём ещё поговорим. Я расскажу тебе о себе, а ты мне о своей жизни. А пока я хочу утереть нос твоему Лукасу. Он вообще отказывался к тебе пускать, грозился меня запереть. Пришлось пойти на хитрость. К счастью, Закр оказался более адекватным и понимающим, чем капитан.

Он смеётся и лучистый свет его газ красноречивее любых слов.

— Бедный Лукас, — говорит вдруг адмирал, и я удивлённо-недовольно смотрю на него в ожидании объяснений. — Я отдал приказ, чтобы тебя ни под каким предлогом ко мне не пускали. Это был приказ десятого уровня, Ари. Нарушение данного приказа карается смертью.

Ого.

— Ну ты даёшь… — выдыхаю сокрушённо. — Сам себе подписал приговор.

Дракон становится невероятно серьёзен, и говорит покаянно:

— Я знаю, что вынес бы эти приступы боли, свыкся бы с ними и довёл бы все свои дела до конца и сделал бы то, на что решился…

Он имеет в виду селтов, поняла я.

— Но я бы лишился тебя, Арианна. Спасибо, что ты нашла в себе смелость нарушить приказ, протокол и… приняла меня.

— Одним словом, обстоятельства сложились чрезвычайно удачно, — говорю, глядя мужчине в глаза.

— Великий Рой оказался милосердным, — говорит он тихо. — Нужно будет поблагодарить его.

— Или просто доктор Арианна Мэй оказалась дотошной упрямицей, у которой никто из экипажа не окажется в объятиях смерти, — произношу немного раздражённо. Никакой Рой тут не причём. — Вот Закра поблагодари. И Олив тоже. Эти двое оказали прямое содействие в твоём спасении. Но Роя своего тоже поблагодари. Вдруг, он, правда, помог? А сейчас мне нужен завтрак. Дадут мне его сегодня или нет?

Мужчина тут же спохватывается.

— Прости… — говорит он и срывается с кровати, помогает мне встать.

Я встаю и чувствую, как у меня ноет и стонет каждая клеточка тела. Да-а-а, укатал меня драконище.

Прежде чем одеться, мы идём в душ.

Наверное, не стоит говорить, что душ принимали мы вместе и вышли из него не сразу?

⅏

— Мэй! — рычит осунувшийся и сердитый капитан Лукас, когда я появляюсь в кают-компании, но тут же осекается.

Я вот прямо вижу, как он давится собственным ядом. Даже бедный закашлялся. Слова, которыми он мечтал меня «обласкать» так и не срываются с его языка.

Адмирал входит следом и останавливается за моей спиной надёжной скалой.

Весь экипаж как раз здесь и это, ребята, надо видеть. У всех драконов вытянулись лица, у кого-то даже рот раскрылся в изумлении. И в каждом взгляде смело можно прочитать шок, неверие, радость, страх. Вот такой коктейль чувств отразился в глазах и лицах драконов.

— И вам утро доброе, — произношу нарочито ласковым голосом.

Первым поднимается со своего места капитан. Следом за ним встают остальные мужчины.

— Адмирал… Рик… — взволнованно произносит Лукас и смотрит на дракона чуть повлажневшим взглядом.

Он в силах совладать с собой и дёргает за ворот кителя, будто тот перекрыл ему дыхание. Нервно сглатывает, смотрит то на меня, то на адмирала и снова на меня. Встряхивает головой и глухо говорит:

— Ты в полном порядке… Она приняла тебя… Невозможно… Это же чудо.

И только я открыла рот, чтобы прекратить этот подобострастный концерт и сказать капитану, что чудо могло совершиться раньше, будь он сговорчивее, как вдруг, все драконы как один припадают на одно колено, руки скрещивают на груди и опускают головы.

Капитан следует их примеру и тоже падает на одно колено.

Это что ещё за финт ушами?

Адмирал обнимает меня за плечи и наконец, говорит:

— Ты спасла дракона от верной гибели, Ари. Ты приняла в пару того, кто утратил «Дар жизни». Ни одна дракайна не совершила бы подобный поступок.

«То есть, я совершила глупость?» — весело хмыкаю про себя.

— Среди нас твой поступок равносилен героическому подвигу, — говорит Рикард.

Чтобы мне мало не казалось, и чтобы я совсем ощутила себя неуютно, адмирал как остальные, опускается передо мной на одно колено, скрещивает руки на груди и склоняет голову.

— Мы благодарим вас, доктор Арианна Мэй за спасение адмирала Рейка. Мы все очарованы горделивым достоинством вашего дела и вашего поступка, — с восхищением произносит Нил.

Мой желудок сейчас взорвётся от голода. Наверное, это очень стыдно думать о еде в тот момент, когда тебе такие возвышенные речи говорят.

Неправильная я. Ох и неправильная.

И надо что-то ответить в таком же духе, но отчего-то я только злиться начинаю.

Вот не люблю я подобного – коленопреклонённые позы, почёт и уважение, выраженные в возвышенных речах. Мне ближе простое отношение. Сказали бы, спасибо, дорогая Арианна, что не дали адмиралу помереть в страшных муках, вот откушайте вкусненького блюда…

А то развели тут. Я не королева, а простой гениальный хирург.

— Мы принимаем вас как равную драконам и дракайнам, — добавляет Дойл.

Я чешу макушку и не нахожу слов, чтобы как-то достойно ответить.

Спасает ситуацию Лукас.

— Мы рады сотрудничать с такой замечательной женщиной, как вы, доктор Мэй.

— А я ни с кем не сотрудничаю на пустой желудок, — отвечаю капитану и ловлю его удивлённый взгляд.

Вздыхаю и добавляю:

— Ну-у-у… Я тоже очень рада, что адмирал жив и здоров. Теперь он у меня под присмотром. Жить будет долго и счастливо. Обещаю. Только очень прошу всех вас закончить это представление и накормить адмирала и меня заодно, а то я сейчас умру с голоду.

Драконы тут же подхватываются. Все вскочили на ноги. Морды у всех счастливые, радостные. Адмирала поздравляют, будто он лотерею выиграл.

Парни меня усаживают на место рядом с адмиралом, улыбаются, хвалят меня, что я вся такая молодец. И не спасовала перед трудностями, и хитростью пробралась в каюту адмирала, да и вообще, героиня и на меня надо равняться всем дракайнам, да чего мелочиться, всем женщинам! И что обо мне нужно сложить легенду.

В общем, завтрак выходит эпичным.

Я даже не могу вспомнить, что конкретно ела и пила, настолько меня загрузили драконы своей радостью.

Под конец завтрака у меня дёргаются оба глаза.

Под предлогом, что у меня вообще-то пациенты и дети (узнала, что малышей ранее уже покормили), которых надо проверить. Олив (тоже уже позавтракала), которой надо вернуть супруга из стазиса. И ещё Закр, которого я обещала расцеловать.

Но всё по порядку.

И едва выхожу из каюты и направляюсь к себе в кабинет, с удивлением обнаруживаю, что рядом шагает Рикард.

— О! А ты чего это со мной? Я иду некоторых пациентов выводить из стазиса, — объясняю мужчине.

Он кивает, мягко улыбается и произносит:

— Знаю. Слышал. Просто буду находиться рядом.

Хмурюсь и резко останавливаюсь.

Возвращаю дракону мягкую и добрую улыбку и говорю:

— Рик, меня не нужно контролировать и надо мной не нужно трястись, и уж тем более не нужно стоять над душой, особенно, когда я делом занята. У тебя самого дел полно. А я как закончу, мы снова увидимся. Ну или ты меня на обед вытаскивай, а то я могу замотаться и забыть. Договорились?

Рикард шире улыбается, ласково обнимает ладонями моё лицо, склоняется и осторожно целует мои губы. Настолько нежно, воздушно и целомудренно, будто он совсем недавно не терзал эти самые губы с диким и необузданным поцелуем.

Отстранившись, он спрашивает:

— Но проводить я тебя могу?

Длинно вздыхаю, осознавая, что теперь меня опекать будут похлеще моего крёстного, и обречённо киваю со словами:

— Ну конечно можешь. Ты ведь мой мужчина.

Дракон сияет, будто я призналась ему в любви.

Мы идём в сторону медотсека и я думаю про себя, что сегодня мне нужно рассказать адмиралу правду, как на самом деле я попала к нему на борт. Да и связаться с крёстным и Руби очень хочется.

Что ж, надеюсь, всё обойдётся: адмирал всё поймёт, простит… В принципе, он только выиграл из-за моей аферы. А вот крёстный, когда узнает… Засада. Надеюсь, он не отправит спасательный флот ЗС к драконам? Ой, а ещё как узнает про то, что я пара дракона… Бедный мой Николас.

Интересно, а пара – это уже жена или ещё нет? И ещё интересно, какие теперь у меня в связи с новым статусом права и обязанности?

⅏

⸎ АРИАННА ⸎

— Арианна! — искренне радуется мне Олив, когда вхожу в кабинет. Она едва ли не вскакивает с гостевого кресла, где сидела и читала электронную книгу.

Касса улыбается при виде здорового и прекрасно выглядящего адмирала. Рикард проводил меня до места работы, но уходить не спешил.

Девушка немного тушуется и произносит:

— Я это… пойду, проверю детей…

И буквально сбегает.

Я хмыкаю и говорю:

— Ты смутил мою помощницу.

— Помощницу? — переспрашивает он удивлённо.

Пожимаю плечиками и отвечаю:

— Олив присматривает за пациентами, пока меня нет. И за супругом своим. Она очень переживала, что он не выживет.

— Истинная супруга, которая дорожит мужем. Для мужчины это дар, — произносит он мягко и смотрит мне в глаза с лёгкой поволокой.

Оу, кого-то буквально распирает от нежностей.

— Согласна с тобой, — тоже говорю мягким и ласковым голосом. — И мужчина для женщины, с которым как за каменной стеной.

Да, дорогие мои, мне нравится в адмирале абсолютно всё: его выправка, его внутренняя сила, твёрдость взгляда, уверенный голос и упорность в следовании любого решения, то есть в нём сочетаются все атрибуты мужественности.

Правда, знаю я его всё-таки поверхностно, согласны? Но я готова узнавать его любого. В минуту слабости уже видела дракона – меня восхитила его стойкость, выносливость и желание уберечь меня от ошибки. Хороший он.

— Я стану для тебя, каким пожелаешь, — произносит он на полном серьёзе, и нежно проводит большим пальцем по моему подбородку.

— Будь собой, Рикард, — прошу его тоже на полном серьёзе. — Не нужно ломать себя под меня. Притираться мы всё равно будем, в каких-то вещах уступать, в каких-то нет, но ломаться, крошить себя и свою личность – нет. И давай об этом договоримся прямо здесь и сейчас.

Его губы растягиваются в счастливой улыбке.

— Я не ошибся в тебе. Ты действительно идеальная женщина. Мне повезло…

Я закатываю глаза и тихо смеюсь, потом говорю:

— Умоляю, только не нужно из меня творить божество. Я самая обыкновенная земная женщина. И поверь, у меня очень много недостатков. Просто ты их ещё не видел.

— Какая же ты обыкновенная? — смеётся он. — Ты – чудо для меня. Просто поверь мне.

Вздыхаю и киваю. Ну, раз чудо, значит, чудо. От слова «чудовище».

Провожу ладошками по его груди, затянутой в умопомрачительный китель и вдруг представляю, как я буду сегодня этот самый китель снимать с мужчины… Ммм… Точно, чудо.

Невольно издаю стон и тут же прикусываю нижнюю губу.

— Арианна? — он улавливает моё настроение и кладёт руки мне на талию, притягивает к себе.

— Я представила, как буду тебя раздевать, — признаюсь дракону. И его взгляд мгновенно темнеет, дыхание меняется, и тело реагирует на мою фантазию соответствующим образом.

Тело мгновенно плавится, желание пробегает разрядом молнии. Я запускаю пальцы в его волосы, тяну, заставляя склониться ещё ближе и целую. Целую сначала яростно, а после очень нежно…

Ох, что же я творю? Как озабоченная идиотка, честное слово. Нужно срочно собирать мозги в рабочее состояние. Кисель вместо мозга у доктора на космическом корабле – не к добру.

Выдыхаю с лёгким смехом и прячу лицо на груди дракона.

Некоторое время стоим вот так, обнимаемся и хорошо-о-о-о, легко…

Что меня радует и восхищает, адмирал не говорит, мол, давай, бросай все свои дела и помчались обратно в каюту. И не пытается меня разложить прямо здесь, например на столе.

Нет, Рикард берёт себя в руки и отпускает меня. Мне холодно без его объятий, но успокаиваю себя мыслью, что вечером мы наверстаем своё.

Отчётливо по лицу адмирала вижу, что ему оторваться от меня сродни мукам.

Интересно, со временем будет так, что его и мои нервы перестанут крошиться от одной мысли друг о друге? Надеюсь, что всё останется также ярко.

— Что ж, моя душа, я с огромным нетерпением буду ждать окончания этого дня.

«Моя душа».

От его тона и от его слов у меня за спиной крылья вырастают.

Надо же, всего два слова, а я уже окрылённая. Стою, улыбаюсь, точно блаженная и забываю обо всём, о чём хотела его спросить. Например, о правах и обязанностях…

Адмирал оставляет на моём лбу целомудренный поцелуй и уходит. А я некоторое время стою и продолжаю улыбаться.

Затем встряхиваю головой и принимаюсь за работу.

Пора проверить пациентов и некоторых уже стоит вывести из стазиса.

Упаковываюсь в стерильный медицинский костюм. Вхожу в операционную, и все мысли вместе с телом тут же переходят на рабочий режим.

Всё-таки понятие и осознание высшего долга у меня в крови. От матери и отца.