Глава 10

– А вот скажи, репетиция свабли – это что? – задумчиво спросил Астар за завтраком.

В кои-то веки мы все вместе собрались в столовой. Я, Кристи, папа, Линд и Астар. Беззаботно попивали чаек с нежнейшими блинчиками и отдыхали от бурной недели. Все предвкушали праздник: мы – девичник, они – мальчишник. О том, что уже завтра я выйду замуж, а послезавтра поеду с Линдом в его замок, думать не хотелось – слишком грустно.

– Да, зачем нужна репетиция? Чтобы убедиться, что жених в курсе, с кем связывается? А репетиция брачной ночи будет? – хмыкнул Линд.

Папа подавился блинчиком и злобно зыркнул на будущего зятя. Кристи заботливо похлопала его по спине.

– А это к нам не относится, – отмахнулась я. – Тетя проверяет, чтобы все было в боевой готовности. Платье, украшения, рассадка гостей, оркестр, торт, клятвы – ну и так далее. Повар репетирует сервировку, музыканты – репертуар. Идет прогон официальной части: кто когда выступает, кто что говорит. А мы репетируем пьянку.

Я поймала взгляд папы и поспешила добавить:

– Но тренируемся исключительно на компотике!

– Я напоминаю, Корнеллия: никакого алкоголя на девичнике! Никакой магии! Никаких хулиганств!

– Не волнуйся, я все предусмотрела.

– Этого я и боюсь, – хмыкнул папа.

– На этот раз все точно в порядке. Шиска с утра привезла из города целую гору новых настольных игр. Кстати, там есть и про драконов. Новая экспозиция в музее всем понравилась, и книжник выпустил игру! Повар уже приготовил несколько кило мороженого, а слуги украшают комнату и топят камин. Сначала сходим в термы, а потом у нас будет пижамная вечеринка со сладостями. А у вас?

Судя по лицам, последнее, чего хотели в жизни Линд и Астар – это пижамную вечеринку. Вряд ли их вдохновляет перспектива сидеть в кружочке с моим папой и потягивать чаек после бани.

– А мы, пожалуй, выпьем, – дипломатично сказал Астар. – Немного.

Все сделали вид, что поверили.

Увы, но долго прятаться от Мод, которая развела в замке бурную деятельность в связи с репетицией свабли, не получилось. Мы были вычислены и привлечены к ответственности за ее душевное спокойствие.

Тетушка, чеканя шаг, вошла в столовую и остановилась, выдерживая напряженную паузу. Папа даже перестал жевать и, подозреваю, готовился к худшему.

– Репетиционный торт! – объявила Мод.

По ее команде двое прислужников выкатили на центр комнаты тележку, закрытую скатертью.

– Ваша задача – оценить вид и вкус. Высказать замечания и пожелания.

Я даже выпрямилась, проникнувшись торжественностью момента. Торт – достаточно важный элемент королевской свабли. Он должен быть вкусным и символичным. Так как свабля осенью, торт может быть яблочным или, например, тыквенным. Зимой делают пряные шоколадные торты, весной – лавандовые и сливочные, а летом – цитрусовые и ягодные. Когда повар интересовался моими пожеланиями относительно торта, я просила яблочный с карамелью, и теперь сгорала от любопытства: влезла ли тетушка и здесь со своими замечаниями и улучшениями.

Когда скатерть сняли, мы ахнули. Тетушка превратилась в изваяние, настолько сильно была шокирована.

– Для начала мое пожелание – убрать с торта зомби-собачку, – хмыкнул Линд. – Мне кажется, у нее на лапах совсем не шоколад.

Прекрасный тортик, шедевр кулинарного искусства, трехъярусный монстр, способный накормить всех гостей королевской свабли, был жестоко поруган Зомбуделем. Отпечатки лап красовались на каждом из ярусов и хорошо показывали путь, который Зомбуделю пришлось проделать к вершине. Несколько раз по пути он, очевидно, пытался попробовать вкусную штучку на зуб, но неизменно разочаровывался – и упорно шел к своей цели. Сейчас Зомбудель сидел на верхушке, задумчиво взирая на две шоколадные фигурки в виде меня и Линда.

– Как думаешь, кого он сожрет первым, Линда или Корни? – задумчиво спросил Астар у Кристи.

– Мне кажется, Линда, – ответила она.

– Ставлю сотню, что Корни, – хмыкнул демон.

– Принимаю, – кивнул папа.

– Ах вот вы как! Тысячу на то, что сожрет Линда! – к спору присоединилась и я.

– Тысячу на Корнеллию. – Дракон еще не стал моим мужем, но уже заработал реноме предателя.

Только Кристи и тетя остались в стороне. Кристи – потому что ставки противоречили ее воспитанию, а тетя – потому что ничего не замечала, продолжая хватать ртом воздух.

Зомбудель тем временем принял окончательное решение. Разинул инфернальную пасть и схрумкал сразу обе фигурки. Пожевал, похрустел, посмотрел на потолок. И выплюнул тиару невесты, которую какой-то сильно творческий кондитер решил сделать из настоящего золота.

– Кажется, вы все проиграли, – хихикнула Кристи. – И что будете делать?

– Пропьем, – вздохнул Астар.

– НЕМЕДЛЕННО УБЕРИТЕ ЭТО ЖИВОТНОЕ! – тетушка наконец справилась с собой.

Кристи и Линд дружно поднялись.

– Идем? – спросил дракон.

– Идем! – Кристи приняла любезно предложенную руку.

– А ты чего сидишь? – спросила я у Астара. – Тоже иди, зверушка.

– А ты не ревнуй! – показал он язык.

– Арлин! Доколе?! Доколе в твоем дворце будет царить хаос?! Слуги распоясались! Нежить бродит по коридорам, как будто здесь кладбище, а не приличный дворец! Что дальше?!

– А дальше – девичник, – сказала я и тоже поспешила закончить завтрак.

Но, проходя мимо торта, все же не удержалась, мазнула пальцем по нетронутому Зомбуделем участку и скривилась. Тыква с корицей!

– Фу! Переделайте на яблоко с карамелью. Ненавижу тыкву!

– Яблоки – еда простолюдинов! – отрезала тетя.

– А тыква – еда Зомбуделя.

Услышав свое имя, Зомбудель хищно ощерился. Шоколад ему тоже не понравился, и взгляд красных светящихся глаз четко дал понять: поиск гастрономического наслаждения должен продолжаться несмотря ни на что!

– Думаю, стоит прислушаться к Корнеллии и попросить яблочно-карамельный торт, – кивнул папа. – Я тоже не в восторге от тыкв в этом году.

Тетя скрипнула зубами.

– Убери эту тварь, Арлин, иначе я отказываюсь заниматься свадьбой!

– Пойдем, Зомбудель, нас здесь не любят, – нарочито грустно вздохнул отец, подхватил зверушку на руки – и мы вышли, оставив тетю наедине с тортом.

– Будь с ней помягче, ладно? – попросил папа. – Она старается… наверное.

– Я вообще ничего не сказала…

– Вот и не говори. Будет тебе яблочно-карамельный торт. Иди готовься к вечеринке. И помни про алкоголь! Никакого алкоголя у девушек в этом замке, понятно?

– Да, ваше величество!

– Мы будем периодически проверять, как у вас дела.

– Хорошо.

– И я не разрешаю вам играть с горгоном сегодня. И с Зомбуделем.

– Поняла.

Папа и Зомбудель подозрительно прищурились.

– Что это ты такая сговорчивая?

Я рассмеялась и чмокнула родителя в щеку.

– У меня же завтра свабля! Я тренируюсь говорить «да»!

А потом унеслась. Готовиться к девичнику, встречать девчонок, сплетничать с Кристи и вести жизнь самой обыкновенной принцессы. Даже, может быть, немножко счастливой.

Сегодня ничто не должно было омрачить настроение. Я чувствовала, что этот день накануне свадьбы – единственный, который можно будет заполнить весельем. Завтра начнется суматоха. Хоть свадьба и на закате, мучить меня начнут с самого утра. Накрасят, нарядят, заставят повторить клятву, умоют и снова накрасят, истыкают шпильками, забудут покормить, а на закате вообще отдадут дракону… спасибо, что просто проведут по площади в свадебном платье, а то могли бы привязать к скале и оставить на съедение чешуйчатому монстру.

Но сегодня – мой день. И не нужны ни алкоголь, ни приключения, чтобы провести его с удовольствием.

Девчонки приехали к вечеру, когда мы с Кристи и Шиской как раз закончили украшать комнату. Развесили везде гирлянды, рассовали по углам цветы, забракованные тетушкой, накрыли шикарный стол – и стали ждать, когда все соберутся.

Помимо любимых и верных Оливии, Лисьены и Мари я позвала еще двух девчонок, с которыми мы дружили со времен обучения в замке. Исабель и Шарлотта приехали в столицу специально ради свадьбы, мы не виделись целую вечность!

Пока все знакомились, обнимались и переодевались для терм, я делала коктейли из сахарного сиропа, мяты, льда, лимонов и родниковой воды. Этот рецепт подсказал один посол Ниагрии, преподнеся мне целый мятный куст – раньше такая волшебная диковинка в Дорторе не росла.

Когда я резала ароматные зеленые листья, дверь комнаты приоткрылась и заглянул Линд.

– Вы уже нас проверяете? – спросила я.

– Нет, мы еще не собрались. Твой отец дает последние указания, а еще задерживается Рогонда.

– Ого, вы и его на мальчишник позвали?

– Мы даже Зомбуделя позвали. А что, он тоже мальчик. Значит, можно на мальчишник.

Подозреваю, Зомбудель там нужен, исключительно чтобы ничего не натворил здесь. Ну или мы с его помощью ничего не натворили.

– А Горгошу, значит, обделили?! Он не мальчик, по-твоему?

– А Горгоша твой такого размера, что ему под мальчишник надо отдельную комнату. Но он не в обиде, король приказал покормить его остатками еды после пикника и охоты. Ты знала, что камнедышащие демоны из Тартара очень уважают томаты?

– Подарю ему на день рождения рассаду. А если ты не контролируешь соблюдение нами правил, то зачем пришел? Сейчас вернутся девочки в купальных платьях – и поднимется такой визг!

– Пришел подарить тебе подарок.

– Подарок?! – я даже подпрыгнула от нетерпения. – Еще одно платье?

– Нет. Не платье. Держи. Это для тебя и девочек сделал один мой знакомый маг. Там все подписано. А я, пожалуй, пойду, пока и вправду не скомпрометировал сразу толпу благовоспитанных девиц. У меня же на вас здоровья не хватит!

Линд отдал мне небольшую деревянную шкатулку с замочком и ключик к ней, ласково взъерошил мои волосы и был таков. А я осталась наедине с таинственным подарком, бокалами и огромным сожалением из-за того, что не поцеловала его в благодарность за подарок.

– А это что за коробочка? – сунула любопытный нос Мари, когда все переоделись и направились в термы.

– Линд подарил. Сказал, это для нас всех. Сейчас искупаемся и посмотрим.

Само собой, общим голосованием решили смотреть немедленно. Пока слуги таскали мороженое и коктейли в термы, мы сели вокруг столика и, наслаждаясь негромким плеском воды, от которой шел приятный теплый пар, сунули нос в подарок.

Внутри обнаружились шесть небольших, но пухлых конвертиков, перевязанных бечевкой. Я быстро пересчитала присутствующих и нахмурилась. Нас-то семеро! Линд кого-то забыл? Или мне подарок не полагался?

– «Самой доброй», – прочитала я надпись на одном конверте. – Это точно Мари!

Подруга развязала веревку и за цепочку, прикрепленную к пробке, вытащила из конверта серебристый флакон, в котором плескалась какая-то жидкость, переливавшаяся всеми цветами, которые только можно было вообразить.

– Зелье, исцеляющее от печалей. Достаточно одной капли, чтобы исцелить самую сильную душевную боль.

– Воу-воу-воу! – Шарлотта, уже два года работавшая в академии зельеварения, узнала магию. – Это зелье входит в десятку самых дорогих и сложных! Не все короли имеют к таким доступ.

Мари даже дышать перестала, осознав, какое сокровище держит в руках. А остальные девчонки пришли в еще большее нетерпеливое возбуждение. Я не стала мешкать и достала следующий конверт.

– «Самой смелой». Лиська, однозначно тебе. Из всех боевых магичек, что я знаю, ты – самая безбашенная.

Лисьена зарделась, но взяла конверт. Под всеобщим вниманием она слегка нервничала и не сразу сумела развязать жгут. Внутри тоже оказался кулон, но не флакончик с зельем, а паук, сидящий на ярко-красном камне, внутри которого горел огонь.

– Путеводный камень выведет из самой темной и жуткой западни.

– Это же… рубин Ариадны! Где он его достал?!

Я тоже не удержалась и потрогала холодный камень пальцем. В мире существовало всего три редких магических камня. Рубин Ариадны – путеводная нить, которая не боится ни проклятий, ни чудовищ – один из них.

– «Самой рассудительной». Ливи, это однозначно твой, – улыбнулась я. – Ты даже кошке способна объяснить, почему гадить в доме неразумно.

И снова кулон с камнем, я догадалась сразу, как только увидела слабый изумрудный свет, исходящий от него. Изумруд Офелии – проводник в мир мертвых.

– Даст ответы, когда не сможет помочь никто из ныне живущих, – прочитала Ливи.

Хотела бы я встретиться с кем-то, кто уже умер? На первый взгляд да: предъявить составителю учебника астрологии за бред, отомстить той самой королевишне, даровавшей свободу газетчикам, передать графине Саттерлей привет от Зомбуделя, припереть к стенке маму и поинтересоваться, зачем она изменила роскошному мужчине, сильному магу и самому королю с каким-то животным. Ну и так, по мелочи.

А если серьезно, то вряд ли. Так, что там еще?

– «Той, что не готова проститься с магией».

Исабель вздрогнула, да и я поежилась, ощутив, как по коже прошелся мороз.

– Откуда твой жених знает…

Исабель была тем самым примером последнего в своем роду мага. Ее сила иссякла в самый разгар обучения. Не справившись с потрясением, Исабель уехала как можно дальше от дворца, а на помощь, оказанную королевским двором, открыла небольшую кондитерскую.

– Только не говори, что там…

– Камень Аида.

Черный, как сама тьма, со слабыми проблесками света внутри – камень Аида был единственным природным источником магии.

Мы потрясенно смотрели на кулон в руках Исабель, а она старательно прятала глаза, чтобы не расплакаться. Камень не мог вернуть ей выродившуюся магию, но давал возможность ее использовать до тех пор, пока не иссякнет сам.

– Папа рассказал ему о вас. Наверное, Линд расспрашивал, кто будет на девичнике, чтобы найти подходящие подарки.

– Корни, ты хоть понимаешь, СКОЛЬКО это все стоит?

Я пожала плечами.

– Вряд ли для него это имеет значение.

Я обещала папе не рассказывать девочкам о том, что Линд – дракон. Но он мог и предупредить, что собирается подарить нам бесценные артефакты, а не глупые игрушки! Я бы соврала, что он – наследник древнего магического рода. Хотя еще не поздно это сделать.

В шкатулке осталось два последних конверта.

– «Той, что больше всего на свете любит жизнь».

Я протянула конверт Шарлотте, потому что на последнем увидела свое и Кристи имя. К тому же Шарлотта в свое время действительно отличилась невероятным жизнелюбием. Эпидемия леденящего гриппа унесла много жизней, но она сражалась до последнего. Она не просто победила болезнь, но и, едва стоя на ногах, выходила трех маленьких сестер.

Ее кулон, пожалуй, восхитил меня сильнее прочих. На тонкой серебряной цепочке висел настоящий живой цветок, окутанный едва заметным сиянием магии.

– Родственная душа где-то рядом. Гортензия подскажет, как ее найти.

Шарлотта с улыбкой покачала головой.

– С одной стороны, я жутко зла на его величество за то, что сдал нас всех с потрохами. А с другой – ужасно тебе завидую! Не знаю, где ты нашла такого жениха, но не упусти его, Корни!

– И посмотри свой конверт, я умираю от любопытства!

Нам с Кристи тоже не терпелось посмотреть, что приготовил Линд. Когда я перевернула конверт, на ладонь выпали два одинаковых кулона в виде перышек. И записка: «Когда захочется оказаться рядом с тем, кто очень далеко».

– Они связаны друг с другом, – сказала Шарлотта. – Кулон в мгновение ока перенесет тебя к хозяину второго.

– Главное, чтобы обратно не пришлось добираться своим ходом, – пробурчала я, но только чтобы никто не догадался, как вдруг стало грустно.

Теперь, если станет совсем тоскливо, я смогу оказаться рядом с Кристи. Поболтать, повидаться, обнять ее. Кристи – будущая королева, а значит, я в любой момент по щелчку пальцев смогу вернуться домой.

– Нужно очень доверять жене, чтобы подарить ей такую возможность, – покачала головой Исабель.

– Только не говори, что ничего не чувствуешь к жениху! – воскликнула Ливи. – Потому что он, очевидно, сходит по тебе с ума! Такие подарки не дарят дежурным жестом венценосной невесте!

Я почувствовала, что краснею, быстро надела кулон – и нырнула в холодный бассейн, подняв тучу брызг. Девчонки завизжали и бросились за мной. Только Кристи, Мари и Шарлотта предпочли теплый источник.

Дверь в термы приоткрылась, и я увидела рогатую голову Астара.

– Вы тут еще не напились? – спросил он.

– И не планируем. А что, тебя прислали проверять?

– Ага, – вздохнул он. – Выбрали самого беззащитного.

Я вылезла из воды, наплевав на то, что платье неприлично обтянуло фигуру, и сунула демону в рот кекс с кремом, которые привезла Исабель.

– На вот, компенсируй страдания лишними килограммами. Передай Линду, что он вредина и растратчик семейных средств!

– Похоже, подарки понравились, – довольно ухмыльнулся Астар, заглотив сразу весь десерт.

– Очень, – призналась я.

– Сама скажешь завтра.

– Иди давай отсюда! Передай папе, что мы – самые благородные девицы на свете! Плаваем, пьем чаек со сладостями и обсуждаем вышивку крестиком. И совсем необязательно каждый час нас проверять.

Когда демон ушел, я снова полезла в воду, на этот раз греться.

Потом мы соревновались, кто больше поднимет брызг при нырянии, потом играли в игру с драконами, потом пробовали все сладости и выбирали лучшую, потом отправили Шиску за мясом и сыром, ибо жуть как захотелось солененького. После солененького захотелось сладкого, после сладкого – кислого, после кислого – снова соленого, а потом опять сладкого, и в итоге захотелось сдохнуть, потому что сожрать столько, сколько умудрились мы на девичнике, ни один здоровый человек не сможет.

Хорошо, что Линд не видел, а не то он боялся бы не того, что не хватит здоровья, а того, что не сможет прокормить молодую супругу. И это я еще не пью.

Где-то между зефиром и рулетиками из оленины снова заглянул Астар. Чуть окосевший, но какой-то грустный.

– Вы что, играете в карты и ты второй раз продул? – сочувственно спросила я.

Демон тоскливо кивнул.

– Тогда лови дружеский совет. Когда папа блефует, он подпирает щеку рукой, изображая напряженную мыслительную деятельность. Поверь, если он внимательно рассматривает карты, словно оценивает шансы выпавших комбинаций, – у него ничего толкового нет.

Астар просиял и послал мне воздушный поцелуй.

Через час нас пришел проверять уже Линд. Кажется, рогатая зараза не стала делиться с другом карточным откровением и примитивно его подставила.

– Вы еще не напились? – спросил Линд.

Девчонки принялись наперебой благодарить за подарки, и даже невозмутимый дракон слегка смутился. Потом меня выпихнули к нему в коридор для завершения благодарственной речи, а сами снова потянулись к кексам.

– И что, прямо нет желания что-нибудь вытворить? – с сомнением спросил Линд.

– Ни малейшего! – я помотала головой. – Кстати, если хочешь обыграть папу, то…

– Да, я знаю, Астар рассказал. Я сам вызвался проверить, как у вас дела.

– Правда? А я думала, ты продул.

– Нет, хотел тебя увидеть.

Теперь смутилась уже я. Так и стояли, как два смущенных идиота.

– Спасибо за подарки. Но они очень дорогие… хотя не так. Очень редкие и сильные. Такие не дарят подружкам невесты на девичнике. Ты ведь их даже не знаешь.

– Твой отец контролировал все лично. Считай это моими заморочками. У меня в семье было принято делиться сокровищами.

«Было принято» слегка царапнуло, я толком так ничего и не узнала о семье Линда. Но, судя по тому, что больше свидетельств о появлении драконов не было, это тоже еще одна грустная история.

– А я так и не придумала, что тебе подарить. Хорошо быть Зомбуделем, мне кажется, он просто и без изысков считает себя достаточным подарком на любое торжество.

– И заметь, с ним наконец-то согласились. Но если хочешь, я тебе подскажу.

– Подскажешь? Подарок? Давай!

Надеюсь, это будет просто добыть. Сейчас все уже закрыто, а с утра меня не выпустят из дворца даже под страхом немедленной казни. Придется отправить Шиску.

– Поцелуй.

Так, Шиске – отбой.

– Серьезно? Просто поцелуй? Да это не подарок! После свадьбы у тебя они в списке обязанностей будут стоять!

– После свадьбы – да, – хитро усмехнулся Линд. – А вот до свадьбы поцелуй невесты – подарок.

– Ну, как хочешь. Поцелуй – вещь мимолетная, а вот пижамок с Зомбуделем в мире маловато. Но…

Чтобы поцеловать Линда, пришлось встать на цыпочки – босиком я была заметно ниже. И хоть это был не первый наш поцелуй, я все равно разволновалась. Его губы пахли кофе и пряным виски, а прикосновение вышло нежным и осторожным. По коже забегал целый табун мурашек, а пальчики на ногах непроизвольно поджались от удовольствия. Если бы не мокрые волосы и одежда, я бы могла стоять так вечность, но сквозняки дворцовых коридоров сделали свое дело. Даже Линд почувствовал, что я замерзла.

– Ну, беги, развлекайся, – хмыкнул он. – Пойду обыграю твоего отца. Надеюсь, после этого он не передумает выдавать тебя замуж.

Когда я вернулась, девчонки сидели в такой ровный рядочек и так загадочно хихикали, что стало понятно: подглядывали.

– Если этот цветок не укажет на такого же, как твой Линден, – сказала Шарлотта, – то я перестаю верить в магию!

– А я требую отчет о первой брачной ночи! – заявила Исабель.

Кристи ткнула ее в бок, но подруга ничуть не смутилась.

– А что? Это вы тут все целомудренные и мелкие. А меня, в отличие от вас, в вопросах брака интересует не только романтика.

– Так! – воскликнула я. – А вот теперь поподробнее! Ща, погоди, наполним бокалы… Блин, хоть бы компот забродивший, что ли, дали. Никак не расслабиться перед сваблей…

* * *

Папу все же обыграли, потому что к середине ночи, когда мы уже не могли есть, он лично явился нас проверять. И тут же ощутил на собственной шкуре существенный минус безалкогольной вечеринки: все девочки, как одна, кинулись делать реверансы. А у папы, хорошенько принявшего на грудь в процессе игры, и так мир шатался. Поэтому пяток приседающих девчонок и вовсе его покачнул, пришлось заземляться за стену.

– Мы совершенно трезвы, здоровы, ничего не натворили, никого не покалечили, ничего не сломали, никого не подняли и не упокоили, – доложила я.

– Молодцы! – похвалил папа.

– Благодарю, ваше величество, что высоко оценили нас в разговоре с его светлостью, – сказала Исабель. – И спасибо за невероятные подарки.

– Ну что вы, девочки, этот Линден – славный малый.

Ха! Интересно, сколько этому «малому» лет? Драконы живут дольше людей или нет? И если да, то как будем жить мы: дракон в самом расцвете сил и дряхлая старушка, пускающая слюни в воротник и то и дело подкладывающая свою вставную челюсть молодой любовнице мужа в суп?

Ой… я вроде не пила, а в голове – юху-ху!

– Это целиком и полностью его идея, я лишь одобрил и проконтролировал. Такую магию сложно пронести во дворец без разрешения. Но я рад, что вам понравилось. И рад, что вы приехали. Корнеллии сейчас нужны ваша дружба и поддержка.

Когда папа пьяный – его всегда несет в сторону умиления деточками. В этом есть плюс: в такие моменты можно выпросить что угодно. Но есть и минус: избавиться от него не получится. Пьяный папа сам знает, когда ему пора заканчивать делиться «папскими» воспоминаниями и отправляться спать.

На наше спасение пришла Шарлотта:

– Боюсь, я вынуждена вас покинуть. Я должна навестить тетушку.

– Да, мне тоже стоит вернуться, – кивнула Исабель. – Сразу после свадьбы Корни я вернусь домой, и нужно успеть кое-что купить, раз уж я оказалась в столице.

– Но у нас же пижамная вечеринка! – надулась я. – Мы не виделись сто лет и еще сто не увидимся! А может, вообще никогда! Вот сожрет меня др… кхм… муж. И будете локти кусать!

– Корни, не злись, – сказала Исабель, – мы увидимся на свадьбе и как следует повеселимся. К тому же Оливия, Лисьена и Мари остаются, так ведь?

Девчонки дружно кивнули.

– Папа, разреши хотя бы проводить их! – взмолилась я. – Ну пожалуйста! Пожалуйста! Мы весь день вели себя хорошо! Ничего-ничего не натворили! Ну что может случиться, если мы отвезем Исабель и Шарлотту домой?

Папа, размякший от девичьего внимания и совершенно искренней (хоть и корыстной) дочерней любви, махнул рукой.

– Проводите. Я прикажу, чтобы вас отвезли. Но только до дома девочек! Никаких поворотов не туда, ясно?

– Предельно!

Мы дружно бросились одеваться, напрочь забыв, что из комнаты с монархом следует удаляться крайне осторожно, задницей вперед – чтобы ее не напороли за неуважение.

Для проводов нам выделили целую карету и двух крепких магов-охранников. Пришлось потесниться, чтобы влезть всем вместе, но кое-как, прижавшись друг к другу, как цыплята на морозе, мы выдвинулись в город.

Начали с Шарлотты, которая жила в пригороде, в одном доме с сестрами и семьей тети. Большой дом был разделен на две половины, но обе семьи жили дружно. Тетя подкармливала рано осиротевших девчонок, а они в ответ помогали ей с огородом. Я была у них всего один раз, но атмосфера тепла и веселья в доме запомнилась надолго.

– Зайдем! – безапелляционно приказала Шарлотта. – Тетя не простит, если узнает, что меня привезла принцесса, а она не смогла ее увидеть.

Пришлось вылезать и идти в дом, где нам очень обрадовались.

– Ваше высочество! – со слезами на глазах поклонилась мне уже немолодая, но все еще очень красивая леди Данбот. – Не сочтите за дерзость, но мы как раз устроили небольшой праздничный ужин в честь вашей помолвки. Примите наши поздравления. Пусть у вас будет крепкая и счастливая семья!

Ох, как я обрадовалась, что захватила для всех подарки! Конечно, сладости, чай и травы – не то же самое, что по-настоящему нужный дар, но и то приятно. Счастливые дети унеслись рассматривать конфеты, а нас пригласили к столу.

– Ой, нет, в нас уже не влезет! – запротестовали девчонки.

– Ну хоть выпьем! – радостно потер руки дядя Шарлотты. – Я как раз достал свой коронный сидр! Почту за честь, принцесса, если отведаете! Другого такого нигде не найдете!

Мы с Кристи переглянулись. Она опасливо покачала головой.

– Корни, папа нас убьет!

– Ну-у-у… да-а-а, но папа сам учил, что обижать хороших людей нельзя. Что будет, если они решат, будто мы пренебрегаем их гостеприимством? Если мы попробуем сидр, его у них раскупят за одно утро! И они смогут купить детям новые игрушки, зимнюю одежду и все для школы.

– Давай просто дадим им денег на это!

Я слегка лукавила. Шарлотта получала стипендию, тетя шила на заказ, и они не голодали. Просто после съеденного сладкого очень хотелось пить.

– Мы с удовольствием попробуем ваш сидр, но совсем немного, – с улыбкой сказала я.

И мы попробовали. Разумеется, после охраны – уважаешь ты своих подданных и друзей, или нет, а охрана строго и без исключений проверяет все, что попадает в загребущие руки принцессы.

Попробовали полбокальчика.

Понравилось.

Потом еще пол.

Потом еще.

Потом попробовали прислушаться к голосу совести.

Не понравилось.

Еле простились!

Из дома Шарлотты выходили счастливые, веселые, но – это важно – относительно трезвые.

– Главное – тихо проскользнуть ко мне и лечь спать. Никто ничего не узнает, а охрана непривычна болтать.

– Ой, девочки… – Шарлотта, вышедшая попрощаться, потрясла головой. – Мне надо протрезветь. Давайте я провожу Исабель с вами, а потом вернусь пешком. Дети не любят запах алкоголя.

Следующим пунктом стали родичи Исабель, у которых она остановилась.

Конечно, после сидра всем захотелось по естественной надобности. Нам, к счастью, хватило ума понять, что остановившаяся возле кустиков карета и рой принцесс, метнувшихся в темноту, привлекут излишнее количество внимания, так что решили воспользоваться удобствами в доме Исабель.

Об очереди в уборную, в конце которой (а нечего было клювом щелкать!) послушно стояли сразу обе дорторские принцессы, семейство Ивлингов еще долго будет рассказывать соседям. Лишь когда я, закончив все дела, невозмутимо вернулась к остальным и вежливо поблагодарила хозяев за любезность, случилось это.

– Ваше высочество, – миловидная бабуля, скольки-то там юродная бабушка Исабель, почтительно склонилась и с трудом выпрямилась, – окажите нам честь, помяните отправившегося к богам господина Органта.

Мы застыли, как изваяния. Да, пожалуй, меня слегка насторожила гнетущая атмосфера в доме, но…

– Ты почему не сказала, что здесь поминки?! – зашипела я на Исабель.

Подруга округлила глаза.

– Я сама не в курсе…

Что ж, долг принцессы – не только быть красивой и делить с подданными радость. Но и поддерживать их в горе.

Правда, когда после третьей рюмки кто-то за столом завел частушку, я сильно переосмыслила значение этой фразы.

Наконец все души отправившихся к богам упокоились, да не постигнет их участь Зомбуделя, и настала пора упокоиться до утра и нам.

Одна проблема: мы наклюкались.

– Да-а-а… ик, – Кристи вздохнула. – Промашечка вышла.

– Надо трез… гм… трез-веть! – покачиваясь, сказала Исабель.

– Давайте проводим Корни! – предложила Шарлотта.

– А потом вернемся домой с ее экипажем.

– М-м-мысль! – одобрила я.

В карете кто-то достал кувшинчик с сидром, выданный мне в подарок, и дорога пошла еще веселее. Запреты, угрозы, просьбы и наставления как-то забылись, и во дворец мы приехали в том же составе, но в совершенно иной форме.

Во внутреннем дворе встретились с мальчишником в полном составе.

– А вы чего тут делаете? – с подозрением спросила я.

– Зомбуделя выгуливаем, – нашелся Линд.

Вокруг и впрямь бегала инфернальная собачка, но что-то я раньше не замечала за ним страсти к здоровому образу жизни.

– У вас что, кончилась выпивка, и вы идете в погреб?

Папа сделал ход конем:

– Корнеллия, ты что, пила?!

– Предлагаю сделку! – я помахала корзинкой с гостинцами. – Мы вам – выпивку, а вы делаете вид, что мы не пила. То есть я не пили. То есть… ты понял!

Послышался скрип извилин – папа и компания обдумывали предложение. Наконец Линд сказал:

– По-моему, для нашего же спокойствия стоит взять их с собой. В нашем присутствии они хотя бы ничего не натворят. Возможно, обыграют нас в карты, но мы же не на деньги и не на раздевание.

– Разу-у-умно… – протянул папа.

Мы переглянулись и просияли.

– Ура-а-а! – закричала я и понеслась обратно во дворец. – Даешь слияние мальчишника с девичником! И как мы назове-е-емся?!

– Дурдом! – хмыкнул Рогонда.

По долгу службы он пил меньше всех и оказался самым скучным.