Глава 10

Посмеиваясь над собой, я почти забыла про странных сеньоров, но не прошло и месяца, как в нашей таверне снова появились необычные гости.

В тот день с моря дул ледяной ветер. Моряки, зашедшие к нам, все как один требовали горячего вина с пряностями, кукурузную кашу с салом и жирную копченую рыбу – сытную, острую, способную дать силы противостоять порывам штормового ветра. Гавань наполнилась кораблями, заскочившими сюда в надежде переждать шторм. Все таверны были полны, но в нашей, расположенной несколько дальше от причала, еще оставались свободные столы.

Дверь хлопнула, когда я, уворачиваясь от сальных рук немолодого беззубого матроса, подпрыгнула почти в танцевальном па, развернулась и очутилась перед стойкой. Грохнула от души подносом и уставилась на заскрипевшую входную дверь.

Вошли двое – высокий красивый мужчина с длинными волосами, собранными в косу, и женщина в плаще с глубоким капюшоном. Их плащи из тонкой тисненой кожи были подбиты настоящим мехом, а некрупные украшения поражали тонкой работой.

– Сеньорита, – обратился ко мне мужчина, – у вас найдется свободный стол и горячий ужин? Мы только прибыли, замерзли и устали в пути.

Я оглядела зал и поняла, что свободным остался только тот самый угловой стол. Вернее, оттуда только что ушли посетители, но Айда не успела убрать посуду и протереть его.

– Есть один стол, – я указала на угол, – подождете минуту? Я уберу!

Мужчина кивнул, ему, кажется, понравилось то, что стол стоит в темном углу, пусть и не возле печи.

Я быстро собрала грязную посуду, смахнула крошки, протерла лужицу вина и улыбнулась:

– Что будете есть и пить?

– На ваше усмотрение, сеньорита! – мужчина помог сеньоре снять плащ, и я невольно залюбовалась дамой. Красивая, статная, с тяжелым узлом волос на затылке, она выглядела любимой, оберегаемой. Такое же спокойное выражение лица было у моей матери рядом с отцом.

Вздохнув о несбыточном, я помчалась на кухню – взяла кувшин горячего вина, свежих лепешек с сыром и пряного тыквенного супа с цыпленком. Блюдо было дорогое, но вкусное, так что у нас его нередко заказывали. Выставила тарелки и кружки на стол, уточнила:

– Может быть, сладкий пирог для сеньоры?

Пара переглянулась:

– Несите, – мелодично ответила женщина, – и фритту захватите!

Я удивилась, но снова сходила на кухню, принесла пирог и целое блюдо жареной рыбной мелочи, оставила, отошла, но краем глаза наблюдала за странной парой. После супа женщина решительно придвинула к себе тарелку с жареной рыбой, а мужчина взялся за сладкий пирог, и вот в этот момент я поняла, кого он мне напоминает: сеньора Тавия! И коса заплетена похоже, и сладкое ест без жадности, но с явным удовольствием.

Что-то мне стало не по себе! Я быстро нырнула в кухню, пробежала ее насквозь и выскочила на задний двор. Сюда ветер не залетал, но выл где-то в вышине, бросая пригоршнями ледяную солоноватую воду. Стало легче. Я постояла немного, глядя на темное звездное небо, но вскоре за спиной скрипнула дверь:

– Айоланда, ты где? Сеньора Агостина зовет!

Пришлось возвращаться в зал, прихватив кувшин горячего вина и кружки. Хозяйка строго на меня взглянула, но ничего не сказала – гости ели, пили, и кувшин как раз пригодился за ближайшим к двери столом. Я же кружила по залу, стараясь не подходить к столу в углу. Однако меня подозвали. Поблагодарили за ужин, оставили монету, и странные, чужеродные этому месту гости ушли. Тогда я вздохнула с облегчением, но, прибирая стол, нашла под доской для лепешек еще монету и записку: «За улыбку». Было неловко, я, кажется, и не улыбалась вовсе, но монету я прибрала в карман фартука – мне нужен был теплый плащ к зиме, а жалованья на новую теплую вещь не хватало.

Через два дня холодный дождь унялся, и я выбралась в лавку. Подобрала там себе теплый плащ из пропитанной воском кожи, на подкладке из колючей, но теплой шерстяной ткани, кожаные сапоги, подбитые овчиной, и большой теплый платок, расшитый язычками огня. Закуталась, пригрелась и… решила немного прогуляться. Задумалась, размышляя о том, где сейчас мои родители, и не заметила, как добралась до той самой рощи, в которой видела странного дракона.

Поздней осенью в роще тихо. Урожай собран, омытые дождями голые ветки тянутся к небу, как черные когтистые лапы. Может, и не было никакого дракона? Может, было дерево с пышной листвой? Я остановилась примерно там, где видела дракона в прошлый раз, хмыкнула, развернулась, чтобы идти обратно, и застыла. Он был здесь! Дракон! Странный – совсем не длинный и узкий, как на картинках в книге легенд. Мощный, с широкой грудью и… тремя головами! Я попятилась, открыла рот, чтобы закричать, но поперхнулась холодным воздухом, закашлялась, споткнулась и ощутила, как на плечи ложатся тяжелые лапы!

Стыдно признаться, но я упала в обморок. А когда очнулась, не могла понять, где я нахожусь. Вокруг был камень! Много камня! Пол, потолок, стены и лежанка, на которой я очнулась – все было из камня! А вот четвертая стена была… решеткой! У меня кольнуло в груди – я в плену? Не веря своим глазам, я осторожно встала, подошла к решетке и вцепилась в массивные прутья. Утешало только то, что в решетке была дверь – огромная, правда, но все же я не замурована! Неужели мне не привиделся дракон? Неужели легенды о том, что эти огромные ящеры похищают девиц – правда? Я не знала, что думать, к тому же у меня пересохло во рту и заболела голова. Покружив по свободному пространству странной клетки, я вернулась на каменную лежанку, свернулась клубочком, завернулась в новый плащ и уснула.