Глава 12

На следующий день меня навестил Ширро. Вот уж кто не собирался молчать или плести словесные сети!

– Ты мне нравишься, Ду, так нравишься, что я подбил Тавия и Терцо украсть тебя, когда ты упала в обморок. Папа, конечно, намнет мне холку, но дело сделано. Драконы свои сокровища не возвращают!

– Я опять ничего не поняла, – вздохнула я, – попробуй рассказать с начала, как я тут очутилась и что тут делаю!

Ширро попытался улизнуть, но я пообещала бить его книгой по голове, пока он не расскажет все, что знает. Угроза, конечно, была смешной – хрупкая девчонка против мечника, но я верно рассчитала – сеньор рассмеялся, сел на овечью шкуру, которая ночью появилась в пещере, и начал свой рассказ.

– Вообще, тебе бы лучше с мамой поговорить. Они с отцом долго разбирались, как так получилось… Вот ты знаешь, что овцы иногда рождают одного ягненка, иногда двоих, а иногда троих?

– Знаю, – кивнула я.

– Так вот, у драконов так тоже бывает, но очень-очень редко.

– Сразу трое? – сообразила я, охнув.

– Соображаешь, – хмыкнул Ширро.

– Но вы… – Я хотела сказать, что все три брата выглядят так, словно между ними не годы – десятилетия разницы. Сдержанный Тавий с сединой в светлых волосах. Бурный Ширро – он явно младше и шумнее. Совсем юный Терцо. Спокойный, нежный, где-то даже слабый…

– А это другая история… Не знаю, стоит ли ее начинать…

Я демонстративно взвесила в руках тяжелый том драконьих легенд, и остряк, хохотнув, сдался:

– Ты ведь уже прочитала, что мы рождаемся из яиц?

Я кивнула.

– С маминой беременностью сразу многое было не так, поэтому, когда она родила трехцветное яйцо, никто даже не удивился.

– Трехцветное? – я нахмурилась. В книге говорилось, что яйцо рождается того цвета, которого будет дракон.

– Именно! Ало-черно-золотое! Мало кто верил, что родители не покрасили его специально, – Ширро опять хохотнул, но как-то грустно. – Потом отцу удалось узнать, что это все было последствием хитрого заклинания. Кое-кто не хотел, чтобы мы появились на свет…

Я сидела и молча слушала, а Ширро уставился в стену и говорил.

– В общем, когда яйцо треснуло, мама в первый раз упала в обморок. Потому что из него вылупился трехголовый дракончик!

Я охнула, не очень понимая, но сочувствуя.

– Три головы, четыре крыла, четыре лапы и два хвоста… Заклинание порчи нас не убило, только перемешало и склеило в одном яйце.

– Кто же так не желал вашего рождения? – сдавленно спросила я.

– Не поверишь – родная бабушка, – хмыкнул Ширро. – Старая ведьма решила, что ее не устраивает невестка, и сделала все, чтобы испортить родителям жизнь.

– У нее не получилось? – спросила я с легкой подначкой.

– Как видишь – нет, – хмыкнул забияка. – Ты читала книгу и, наверное, уже знаешь, что дракончик первое время живет почти как животное – ест, спит, не говорит, а только курлыкает. Но в один прекрасный день он оборачивается в человека, и с той поры его развитие делает скачок.

Я сглотнула.

– Родители боялись, что ребенок тоже будет трехголовым, но не бросали нас, хотя им предлагали сдать нас на опыты, зачаровать или просто убить.

Мне пришлось схватить кружку и сделать несколько глотков. То, что говорил Ширро, не укладывалось в голове! Но сеньор продолжал:

– Тавий обернулся первым. Говорят, мама и отец плакали в тот день, увидев, что странный трехголовый дракон превратился в обычного с виду младенца. В общем, с ним нянчились, учили, вбивали в голову как можно больше знаний, чтобы он побольше времени проводил в человеческом облике и быстрее взрослел. Вот он и выглядит теперь старше всех нас.

– А… дракон? Как жил он?

– Сложно, – хмыкнул Ширро. – Три разных потока магии очень сильно мешали дракончику развиваться. Тавию было около семидесяти лет, когда в гости прилетел дед и отругал отца за это. Дед искусный артефактор, он сумел разделить потоки с помощью специальных ошейников. Один день на тело воздействовала одна магия, и тогда дракончик начал расти и стал весьма крупным и сильным буквально за несколько лет.

Я вздохнула – мне не показалось, трехголовый дракон действительно огромен!

– Тогда его стали выпускать пообщаться с другими драконятами, и однажды Тавий подрался…

Тут на лице Ширро появилась такая шкодная улыбка, что я напряглась.

– В момент драки он превратился в трехголовое чудовище, а когда перекинулся обратно, вместо взрослого, серьезного Тавия на траве лежал драчливый мальчишка лет трех…

– Ты? – догадалась я.

– Я, – самодовольно хмыкнул Ширро. – Родители немного растерялись, собрали консилиум и выяснили, что быстрое развитие старшего не позволяло развиваться мне. Но поскольку характер у меня боевой, в момент драки я вырвался наружу. Пришлось маме снова нянчиться с младенцем, а папе вспоминать начальные боевые руны и приемы мечного боя.

Я хмыкнула:

– Что-то мне подсказывает – они не возражали.

– Тавий такая зануда, что родители были счастливы отвлечься, – хмыкнул Ширро.

– Ты рос, а Тавий?

– Он выбирался, когда я уставал и падал спать, – пожал плечами сеньор, – потом нам удалось договориться, чтобы не мешать друг другу.

– А… Терцо?

– Про Терцо никто не подумал, – вздохнул Ширро, – я был тем еще сорванцом, и лет двадцать родители только успевали за мной бегать по нашему замку. А потом… Потом я сорвался в пропасть, сильно расшибся и лежал неподвижно несколько месяцев. Вот тогда появился Терцо.

Я ахнула.

– Мама не знала, как быть, и снова вызвала деда. Тот сказал, что мы не давали младшему сил, поэтому он родился маленьким и слабым, совсем новорожденным. Но все-таки сумел.

– И вашим родителям снова пришлось нянчить младенца, – понятливо кивнула я.

– Пришлось, – хмыкнул Ширро, – но к тому времени мама с папой устали от боевого железа, поэтому Терцо читали стихи, играли на гитаре, пели… В общем, получилось, что получилось. Парень не любитель махать мечом, да и Небо с ним!

Тут сеньор встал с овчины и щелкнул пальцами, подогревая остывший пирог и жаркое:

– Ты совсем не ешь, Ду, тебе нужно хорошо питаться.

Я отмахнулась:

– Погоди, вас трое, но дракон один? Как же вы тогда превращаетесь?

– По очереди, – пожал плечами Ширро.

Я не поняла, и он объяснил:

– Вообще, поначалу всем управлял Тавий, он был умнее. Потом появился я и взял силой. Мы договорились чередоваться. С появлением Терцо график пришлось отменить на пятнадцать лет, он был слишком слаб, и если бы мы не выпускали его, он бы погиб. А вместе с ним и мы. Но когда он окреп, мы начали спорить, каждому хотелось проводить в человеческом облике больше времени.

Я понимающе хмыкнула, и Ширро снова усмехнулся:

– Представляешь, мы даже дрались иногда! Бились головами!

Я ужаснулась, представив это зрелище.

– Успели наставить друг другу синяков, но тут прилетел дед и добавил к нашим ошейникам кристаллы… В общем, теперь мы меняемся ровно в полночь, на сутки, строго соблюдая очередь!

Я фыркнула: ай да дед! Потом у меня мелькнула мысль:

– Так сейчас Терцо и Тавий все видят и слышат?

– Нет, – мотнул головой Ширро, – никто не понял, как это работает, но когда один из нас человек, двое других словно спят.

– А если превращаетесь в дракона?

– Тогда бодрствуем или спим все трое. Можем поговорить друг с другом.

– Тогда как вы все меня нашли? – изумилась я, вспомнив, как мужчины появлялись в таверне.

– Первым тебя нашел Терцо. Он же молодой совсем и к людям выходит редко. Ему было любопытно погулять среди простых людей, но безопасность тоже важна, вот и нашел «Жареную рыбку».

Я понятливо кивнула – у нас была пестрая публика, но в целом приличная.

– Меня занесло случайно – люблю всякие соревнования, вот и прикидываюсь матросом или грузчиком.

Я фыркнула:

– Одной робы, чтобы выглядеть матросом, мало!

– Не бросать же хорошие сапоги ради натуральности облика! – Притворился обиженным Ширро.

Я хихикнула, но все же спросила:

– А Тавий?

– А Тавий старший, серьезный, ответственный, он заметил, что Терцо не в себе, да и я на взводе, обернулся драконом и мучил нас целые сутки, пока мы не признались, что кажется нашли своих истинных. Тогда он решил посмотреть на коварных подавальщиц, отнявших разум у его братьев, а нашел… Тебя.