Глава 8.

Аэрис Мару

Она стояла на самом краю грубого деревянного пирса, у которого покачивалась старая лодка. Я никогда не мог рассмотреть её лица, но почему-то был уверен, что мы знакомы. Нет, не просто знакомы: для меня она была целым миром, который теперь был на грани того, чтобы рассыпаться миллиардами искр.

Я уже знал, что будет дальше. Знал – но не мог её остановить, моё тело было тяжёлым и непослушным, словно подчинялось какому-то другому разуму. И тот – другой – разум осознавал, что иного выхода нет.

Меня разрывало изнутри. Я должен был её остановить. Должен был сделать хоть что-то! Но вместо этого только стоял и смотрел, как развевались на ветру её свободные одежды. Так не одевались в Виргии. И в Леви. И даже на Эллоне. Я не только не понимал, кто она, но даже не мог понять, откуда.

Очередной порыв ветра заставили тяжёлые кроны деревьев закачаться, громко шурша листвой, но небо, словно в насмешку, было окрашено нежными цветами рассвета.

Вдалеке послышался раскат грома – и я уже знал, что это значит. Девушка повернула голову, бросив на меня последний печальный взгляд – а потом вспыхнула синим пламенем.

А когда пламя погасло, от неё остался только пепел.

… Я проснулся от того, что не мог дышать. Грудину сжало от боли, но что-то мешало мне сделать вдох, а когда, наконец, получилось, и мои лёгкие расправились, я шумно втянул в себя воздух и вцепился пальцами в постель.

Бездна, опять этот сон.

Это началось в начале лета, сразу после того, как мистер Эдмонд пришёл ко мне с контрактом. В тот день я долго гулял по городу, пытаясь привести мысли в порядок. Предложение было слишком неожиданным: я всё ещё был в шоке от всего произошедшего, а тут мистер Эд, как мрачное напоминание о моей несостоятельности…

В тот день она приснилась мне впервые. И хотя каждый раз я вновь и вновь пытался рассмотреть её лицо, почему-то никак не удавалось его запомнить. Я помнил всё: туманный рассвет, реку и причал, поляну на противоположном берегу, покосившийся домик чуть в стороне, покачивающуюся лодку, странный наряд на девушке… только не её лицо.

А ещё, помнил то странное, невыразимое чувство обречённой любви. Что-то подсказывало мне: она действительно сгорела. Дотла, оставив после себя лишь пепел. И что иного выхода не было. Она хотела погибнуть и последним видеть именно меня. Поэтому она обернулась перед тем, как вспыхнуть.

Безумие какое-то.

Я потёр глаза ладонями и, застыв так, тихо пропел:

— Взгляд твой последний, прощальная стать… мне не дано тебя больше узнать…

Всё это казалось слишком реальным, чтобы быть просто сном. И, бездново дно, я бы отдал всё, чтобы только узнать, кто она!

Я машинально сжал кулон и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Это слабо помогало. Голова раскалывалась, как всегда после этого сна: будто что-то пыталось прорасти изнутри и упиралось в стенки черепа.

Снизу донёсся голос Дарио:

— Репетиция в десять, запись бэк-вокала в два. В четыре встреча с дизайнерами по поводу обложки. И я не собираюсь снова прикрывать ваши задницы, так что все должны быть вовремя. Аэрис! Подъём!

Дверь резко распахнулась, и в комнату вошёл Дарио, грозно скрестивший руки на груди.

— Встаю, – простонал я, садясь в постели. – Дай мне минуту, сейчас спущусь.

Дарио ничего не ответил, и я услышал только, как хлопнула дверь. Пришлось вставать. Преодолевая тупую пульсирующую боль в висках, я натянул первую попавшуюся рубашку и какие-то из череды кожаных штанов. Последнее, что сделала наша домработница, прежде чем уволиться – это развесила одежду, вернувшуюся из прачечной, так что с выбором чего почище проблем не возникло.

Я случайно бросил взгляд в зеркало и сразу отвернулся. С тех пор, как всё произошло, я терпеть не мог смотреть на собственное отражение. Казалось, на меня смотрит Аэль – как и с множества постеров, со страниц газет и поверхности видеовещателя, словно ничего не произошло.

Но я уже почти привык не думать об этом.

В просторной гостиной царил привычный утренний хаос. Каин валялся на диване, забросив ноги в ботинках на подлокотник, и жевал тост прямо над подушкой. Судя по обилию крошек на обивке, это был далеко не первый тост. На кухонной стойке громоздилась гора немытых кружек. Неро сидел у окна с тарелкой риса и палочками, и по его лицу невозможно было понять, о чём он думает. Впрочем, как и всегда.

Дарио стоял посреди кухонной зоны, как командир на поле проигранного сражения и сосредоточенно что-то чертил на своём карманном вещателе.

— Кофе? – спросил я, обращаясь ни к кому конкретно.

Никто не ответил.

Я налил себе из кофейника, который кто-то – наверняка Дарио – сварил раньше. Кофе был ледяной. Буквально: внутри плавала тонкая корочка инея. Видимо, Дарио уже успел на кого-то разозлиться.

— Каин, – бросил он, не отрывая взгляд от вещателя, – ботинки с дивана убрал.

— Расслабься, мамочка, – фыркнул тот и с хрустом откусил от своего тоста.

— Я серьёзно, – глаза ледяного сузились.

— И я серьёзно, – с набитым ртом ответил Каин. – Это гостиная, а не казарма, могу я хоть тут расслабиться, а?

Он демонстративно скрестил ноги на подлокотнике, поменяв их местами.

Я обхватил ладонями ледяную кружку и сел на единственный свободный стул, где не висела чья-то одежда и не лежали стопки бумаг. Голова по-прежнему раскалывалась.

— А ты, – Дарио наконец поднял взгляд, и его голубые глаза остановились на мне, – мог бы хотя бы причесаться. Встреча с дизайнерами в четыре, и я не хочу, чтобы лицо группы выглядело так, будто его выловили из канавы.

— О, Праматерь! – я запрокинул голову и закатил глаза. – Сейчас же только восемь!

— С тем, как быстро ты собираешься, ты уже опоздал, – холодно ответил он, и я демонстративно сделал глоток ледяного кофе. А что, неплохо! Почему я раньше так не делал?

— Между прочим, – Каин ткнул в меня огрызком тоста, – Аэль никогда не опаздывал.

— Аэль, – повторил Дарио, – не опаздывал, потому что я будил его за два часа. Как и тебя. Как и всех. Но Аэрис почему-то позволяет себе игнорировать время и лежать в постели до последнего! И в отличие от тебя, – Дарио снова метнул взгляд на Каина, – он хотя бы не жрал на диване!

— Аэль не имеет отношения к нашему сегодняшнему расписанию, – заметил я, и все тут же замолчали, уставившись на меня.

Даже Неро оторвался от своей тарелки с рисом.

Каин, проглотив то, что жевал, отложил кусок тоста на журнальный столик и встал, скрестив руки. Он опустил голову и теперь смотрел на меня из-под грозно опущенных бровей.

— Не смей называть его имя, – проговорил он негромко.

— С чего это? – я встретил его взгляд и сделал ещё один глоток кофе. – Он всё-таки был мне братом.

— Да какой из тебя брат, – Каин подошёл и, оперевшись обеими ладонями о край стола, навис надо мной. – Ты с ним не общался десять лет. Между вами не осталось ничего братского. А я, я все эти годы был рядом с ним. И, знаешь что? Тебя что-то рядом не было видно.

Я мог бы ответить. Мне было что сказать в свою защиту и как обвинить их всех в ответ. Мог бы рассказать, что нам не давали права выбора и как у меня отняли самого близкого человека. Но Каину нужно было не это. Ему нужно было сорваться на ком-то, выплеснуть то, что жгло его изнутри. И я не собирался становиться его игрушкой для битья.

Так что я одним глотком допил свой кофе и поставил чашку на блюдце.

— Ничего не скажешь? – хмыкнул Каин. – Конечно. Ты же у нас скромный. Засунул башку в землю и делаешь вид, что всё так и должно быть!

— Каин, – оборвал его Дарио.

— Что? – вскинулся рыжий. – Ты сам говорил: у него ни харизмы, ни голоса Аэля! Почему мы должны терпеть его рядом?!

Что-то стукнуло, заставив нас обернуться. Это Неро поставил свою тарелку в раковину на кучу немытой посуды, быстро прошёл к задней двери и, схватив свою куртку с крючка, вышел из дома.

Повисла напряжённая тишина.

— Дрянь, – с чувством процедил Дарио. – Мы его не увидим полдня, не меньше.

— Репать можем и без него, – пожал плечами Каин. – А в бэке он не участвует.

— Заканчивайте с завтраком и бегом собираться! До утренней тренировки полчаса.

Я поднялся и понёс чашку к раковине. Гора посуды в ней уже напоминала инсталляцию современного искусства: кружки, тарелки и вилки торчали под невообразимыми углами, и я аккуратно пристроил свою сверху, стараясь не обрушить конструкцию.

За окном было тихое серое утро. Садовник, к счастью, ещё терпел нас и неторопливо постригал живую изгородь, формируя замысловатый узор. Ему повезло, что его работа в основном происходила вне дома, и Дарио не успел высосать из бедняги все соки. Впрочем, это был лишь вопрос времени.

Я быстро принял душ, обсушился с помощью ветродува и переоделся в тренировочную одежду. В тренировочной рубашке были прорези для крыльев, ведь следующий концерт планировался на поле для драгонбола, и всё действие должно было происходить в воздухе.

Накинув сверху кожанку, я сбежал по ступеням и в воцарившейся тишине услышал смутно знакомый женский голос:

— Мне. Не нужен. Ваш. Список! У меня контракт и договор о проживании! Вот, видите? Подпись и печать хозяина дома! Если вы сейчас же не пропустите меня, я позову ваше начальство, и тогда вам придётся объясняться перед ним!

Каин, который тоже только спустился в тренировочной одежде, замер у окна.

— О, нянечка, – выдал он. – Опять на кого-то кричит.

Я тоже подошёл к окну, которое выходило на парадный вход. Там, у ворот, действительно стояла девчонка-доставщица и отчитывала охранника, который казался действительно растерянным.

— Она нас преследует, что ли? – рыкнул я. – Почему она сюда-то явилась?

— Не знаю, – Каин пожал плечами. – Но я уже почти соскучился по ней за эту дюжину дней. Пойду узнаю, что происходит.

И он первым вышел из дома.

Милена Ривер

Вести были неутешительными. Папина болезнь дала рецидив, и всё стало даже хуже, чем раньше. Целители говорили, что нужна сложная операция, которую в Пантарэе могут сделать только лучшие из лучших, а значит, придётся идти в драконью лечебницу.

Я отдала на эту операцию все те деньги, которые получила после увольнения. Все семейные накопления ушли в счёт палаты, потому что отец должен был оставаться под наблюдением целителей как минимум до нового года, а дальше – по результатам лечения.

Прогнозов никаких не давали. Но это было единственное, что мы могли сделать. На поездку в Эллон нам не хватило бы никаких денег, даже если бы сбережений было в десять раз больше. И даже в двадцать.

В ресторане без папы стало совсем туго. Мама тянула кухню одна, но ей нужен был помощник, а помощнику нужно было платить. Я старалась помогать, но была занята поиском работы. Эми училась, а от Чейза не было никакого толка. Деньги утекали, как вода сквозь решето, и каждый вечер, возвращаясь с очередного отказа, я видела на прикроватной тумбочке бронзовую визитку с тиснёным гербом. Она каким-то образом оказалась в одной из корзин, когда я ушла из Небесного Шпиля, и сама не знала, почему сразу не выбросила её.

Следующие двенадцать дней я обошла, кажется, половину Пантарэи. Кафе, пекарни, лавки артефактов, прачечные, конторы, даже собачий питомник на окраине Нижнего квартала. Везде одно и то же: стоило назвать имя – и лицо хозяина менялось. Никто не хотел со мной связываться, опасаясь внимания журналистов, возможных скандалов или проблем с фанатами. Некоторые хотя бы извинялись. А кое-где не стеснялись в выражениях.

На тринадцатый день я сдалась.

— Мисс Ривер, – обратился ко мне солидного вида мужчина в чёрном, который вошёл в наш ресторан. Буквально десять минут назад мистер Эдмонд мне ответил, что пришлёт за мной человека с подготовленным договором – и вот он уже кладёт его на барную стойку, где я готовила кассу к началу рабочего дня.

— Вы от мистера Эдмонда? – спросила я, окинув взглядом уже знакомый договор. Должно быть, продюсер Дрэгон Хай ждал этого момента – слишком уж всё быстро произошло.

— Подпишите здесь и здесь. И оттиск ауры, пожалуйста, – он протянул мне зачарованное перо для контрактов.

Я сощурилась, пробегая взглядом по тексту, но не успела дочитать до конца, как послышались мамины шаги из кухни. Испугавшись, что она сделает какую-нибудь глупость, я поспешно развернула свиток гербовой бумаги до самого конца и оставила свою подпись. Перо считало ауру и оставило магический оттиск.

— Что здесь происходит? – спросила мама, появившись в зале. – Мы ещё не открыты.

— Это ко мне, – ответила я, стараясь не смотреть, как мужчина аккуратно завязывает шнурок на свитке и убирает его во внутренний карман.

— Буду ждать вас у выхода, мисс Ривер, – сказал мужчина. – Вам нужна помощь с багажом?

— Багажом? – не поняла я. – Каким багажом?

— Вы не хотите взять с собой никаких вещей? В особняке Дрэгон Хай вряд ли найдётся женская одежда.

Я моргнула.

— А зачем мне там иметь одежду?

Мужчина несколько мгновений смотрел мне прямо в глаза, потом, видимо, понял, что к чему, и пояснил:

— Согласно договору, с этого дня вы проживаете в особняке Дрэгон Хай на постоянной основе. Так что, вам нужна помощь с багажом? Как долго вы будете собираться?

— Мила, – голос мамы прозвучал встревоженно. – Что здесь происходит?

— Кажется, я переезжаю, – ответила я, глядя в никуда и пытаясь осознать сложившуюся ситуацию. – Переезжаю к драконам.

Великая Праматерь!

Всегда нужно читать, что подписываешь!

До конца!

Как бы то ни было, моя подпись уже стояла на контракте, который мне любезно дали почитать по дороге до упомянутого особняка. Строка о проживании действительно там была – в самом конце, мелким шрифтом, сноской под тремя звёздочками. Даже если бы я не торопилась оставить свою подпись, всё равно могла легко пропустить этот нюанс между фразами “сопровождать во время выездных концертов” и “вести коммуникации с обслуживающим персоналом”.

Однако, несмотря на досаду из-за собственной оплошности, я бы всё равно скорее всего не отступила. Немного всё обдумав, я пришла к выводу, что принять предложение мистера Эдмонда было для моей семьи единственным выходом. Хотя Чейз и заявлял, что со дня на день соблазнит какую-нибудь пожилую драконицу, которая одарит его всем, что пожелает душенька моего самоуверенного братца.

Поэтому, когда мобиль остановился у высоких ворот из металлических прутьев, я была уже полна решимости сделать из этих драконов человеков! Нормальных, воспитанных, цивилизованных и ответственных людей. Но не успел мобиль с помощником мистера Эдмонда повернуть за угол и скрыться с моих глаз, а я уже столкнулась с первой проблемой.

— Вас нет в списке, – заявил амбал у ворот. Судя по внешнему виду, это был горгул: его кожа была серой и жёсткой, так что казалась каменной, и мышцы особенно выраженно перекатывались под ней при каждом движении.

— Какой ещё список, меня нанял на работу мистер Эдмонд, хозяин этого дома. И по договору я теперь проживаю здесь!

— Вас нет в списке, – флегматично повторил горгул.

— Как я могу быть в списке, если меня наняли только этим утром и сразу отправили сюда? Должно быть, вас просто не успели предупредить! Проверьте свой вещатель или чем ещё вы пользуетесь для того, чтобы поддерживать связь с начальством.

— Вас нет в списке, – снова сказал он тем же тоном и с тем же выражением каменной морды.

— Зато у меня есть договор! Вот! Взгляните! Здесь подпись мистера Эдмонда!

— Вас нет в списке, – произнёс горгул, тыкая мне в ответ папкой, в которой действительно была дата и список имён.

На этом моё терпение лопнуло. Я вспыхнула – к счастью, не синим пламенем, – и заговорила с ним тем тоном, которым отчитывала детей, которые пятый раз подряд повторяли одну и ту же шалость.

— Послушайте, мистер. Мне. Не нужен. Ваш. Список! У меня контракт и договор о проживании! Вот, видите? Подпись и печать хозяина дома! Если вы сейчас же не пропустите меня, я позову ваше начальство, и тогда вам придётся объясняться перед ним!

Горгул открыл рот, чтобы, видимо, в пятый раз сообщить мне, что меня нет в списке, но тут за оградой хлопнула дверь, и по дорожке к воротам развалистой походкой направился рыжий дракон в просторной тренировочной одежде.

— Нянечка! – Каин расплылся в ухмылке. – Соскучилась?

— Безумно, – процедила я. – Объясните вашему каменному другу, что я здесь по контракту!

Дракон взял из моих рук контракт, просмотрел его и хмыкнул:

— Так значит, ты и есть наш новый менеджер? Вот это поворот! Грег, пусти её.

— Не могу, – горгул даже не моргнул. – Женщин в дом проводить запрещено. Инструкция.

— Она не женщина! То есть... – Каин осёкся, поймав мой взгляд. – Я имею в виду, она не в этом смысле женщина. Она – менеджер. Ну, или типа того. Короче, она здесь по работе, как садовник Эймс.

— Вас нет в списке, – сообщил горгул, обращаясь ко мне. Уже в шестой раз. Я считала.

— Слушай, булыжник, – Каин протянул мне свиток между прутьев ворот. – Я тебе говорю: она на нас работает и находится здесь официально!

— Инструкция, – повторил горгул с таким спокойствием, которому позавидовал бы монах-отшельник.

Каин начал раздражённо барабанить по прутьям, горгул смотрел сквозь нас обоих в какую-то свою, каменную вечность, а я уже всерьёз прикидывала, можно ли перелезть через ограду в юбке и с саквояжем, когда за спиной Каина раздались размеренные шаги.

— Что происходит? – голос Дарио звучал так, будто он заранее устал от того, что, собственно, там происходило.

— Вот, – Каин ткнул в меня пальцем. – Нянечка теперь наш новый менеджер, и у неё на руках действующий контракт с подписью Эда. Булыжник говорит, что её нет в списке. Помоги, а то я сейчас кого-нибудь подожгу.

Дарио подошёл к ограде и посмотрел на меня. Холодные голубые глаза, белая коса перекинута через плечо, и ни единого намёка на радость от встречи.

— Покажите контракт, мисс Ривер.

— Вы знаете моё имя? – хмыкнула я, протягивая свиток. – Какая честь.

Дарио покосился на меня, но только молча развернул контракт, быстрым, цепким взглядом пробежался по нему – и на несколько секунд задержался в самом конце. Я почувствовала, как кровь прилила к щекам, потому что именно там было указано условие о совместном проживании.

— Всё верно, – он свернул свиток и вернул мне. – Я сейчас же закажу для неё пропуск. Ждите здесь, мисс Ривер, мы всё равно сейчас уходим, а вам положено теперь нас везде сопровождать.

— Но мои вещи…

— Грег, отнеси саквояж девушки в дом. Аэрис, мы тебя только ждём!

Последние слова Дарио прокричал, обернувшись к крыльцу. Я проследила за его взглядом и увидела третьего члена группы. Грозовой дракон стоял, опершись локтями об ограду и внимательно наблюдал за всей развернувшейся сценой, и только теперь словно неохотно выпрямился и легко сбежал по ступеням на тропу.

Наши взгляды пересеклись лишь на мгновение, но странное чувство, что мы знакомы, снова охватило меня и заставило замереть, наблюдая за его свободной походкой.

То есть, да, мы с ним уже встречались, конечно. Но отчего-то мне казалось, что я знала его гораздо, гораздо дольше, чем всю свою жизнь.

— Так значит, ты действительно нас преследуешь? – насмешливо спросил Каин, выводя меня из оцепенения и протягивая горгулу мой саквояж.

Я даже не заметила, как ворота приоткрылись, выпуская драконов со внутреннего двора на мощёную дорогу. Дарио, впрочем, выходить не стал. Вместо этого он быстрым шагом направился куда-то вглубь территории дома и быстро скрылся за декоративной зелёной изгородью.

— Это вы меня преследуете, – ответила я, нехотя позволяя горгулу забрать мой багаж. Там не бог весть что: всего два комплекта сменной одежды и кое-какие личные мелочи. Я не стала брать много, потому как решила, что успею зайти домой при особой необходимости. И всё равно доверять своё добро этому странному статую было сложно.

— Тебя стало слишком много в нашей жизни, – холодно заметил Аэрис и перевёл на меня взгляд фиалковых глаз. – А за тобой приходят проблемы.

— Это ты мне про проблемы говоришь?! – вспыхнула я. – У меня из-за вас вся жизнь под откос пошла! Могли бы хотя бы извиниться!

— Извиниться?! – Аэрис развернулся ко мне всем телом и всплеснул руками. – Ты облила меня кофе перед важным интервью для видеовещания!

— Это ты на меня налетел, – я едва удержалась, чтобы не ткнуть в него пальцем.

— Хватит! – Каин вклинился между нами, и на миг мне показалось, что он начал дымиться. – Сейчас у нас тренировка. Отношения будете выяснять после неё.

Но я не собиралась что-то там выяснять. Теперь эти драконы – мои подопечные. И ругаться с ними, не имея для этого веского основания, было не в моих правилах.

Вернувшийся охранник занял своё место и, кажется, перестал обращать на нас внимание. Вскоре после этого появился Дарио с вещателем в руках и направился к охраннику.

— Сейчас помощник мистера Эдмонда привезёт письменное распоряжение, – сказал он. – А пока вот, посмотри сюда. У мисс Ривер мультипропуск на территорию особняка Дрэгон Хай.

Горгул кивнул, даже толком не взглянув на экран. Я думала, мне придется в седьмой раз выслушать, что меня нет в списке, но он больше ничего не сказал. К тому же, мои вещи были уже внутри, и мне оставалось только последовать за ними. Но такой возможности мне не предоставили.

— Поехали, – махнул рукой Каин и первым пошёл вокруг дома к широкой подъездной дороге. Там, незамеченный ранее, стоял припаркованный мобиль.

— Мисс Ривер, прошу, – огненный дракон распахнул передо мной заднюю дверцу, в то время как Дарио скользнул на кресло водителя. Рядом со мной на широкое, покрытое натуральной кожей сиденье плюхнулся мрачный Аэрис и, скрестив руки на груди, откинулся на спинку.

— Благодарю, – запоздало пробормотала я и зашарила по сиденью в поисках крепления для ремня безопасности. Оно никак не находилось, и моя ладонь внезапно коснулась бедра сидевшего рядом дракона. Я, будто обжёгшись, отдёрнула пальцы и прекратила попытки пристегнуться. Окинув меня возмущенным взглядом, Аэрис, к счастью, промолчал, и всё то время, что Дарио выруливал с подъездной дороги, в салоне мобиля царила напряжённая тишина. В воздухе разве что молнии не сверкали. Похоже, до моего приезда уже что-то успело произойти, но продолжать конфликт в моём присутствии драконы не стали.

Когда мобиль выехал на широкую ровную трассу, я позволила себе расслабиться и насладиться видом. Сначала мимо нас проносились дома, но вскоре местность изменилась. Равнина сменилась предгорьем, покрытым редкими кустарниками, и я похлопала Каина по плечу, привлекая его внимание.

— А куда мы едем? – спросила я.

— Это ты у нас менеджер, – усмехнулся дракон. – Куда мы едем?

Несколько мгновений я молча разглядывала его довольную физиономию. Кажется, огненного дракона забавляла сложившаяся ситуация.

— Мой ежедневник остался в сумке с вещами, – ответила я, и это прозвучало так, будто я оправдывалась. С другой стороны, в контракте было прописано, что я должна была приступить к выполнению своих обязанностей с завтрашнего утра. Остаток сегодняшнего дня мне выделялся на устройство и знакомство с коллективом. По большому счёту, я могла отказаться от этой поездки, вот только не помню, чтобы мне предоставили выбор.

— Мы едем на Ледяное Плато, – не оборачиваясь, сказал Дарио. – Это место идеально защищено от посторонних глаз, и о нём мало кто знает. Из-за того, что следующий наш концерт будет проходить на поле для драгонбола, мы должны тренироваться играть в воздухе.

— Играть? – переспросила я, плохо представляя, как это будет выглядеть.

— И петь, – подтвердил Дарио, бросив быстрый взгляд на Аэриса. – И я бы не советовал пропускать тренировки.

Похоже, это был возврат к прерванному спору, и я поспешила разрядить атмосферу.

— А где ваш четвертый участник? – спросила я, ни к кому конкретно не обращаясь. – Неро Артас.

Любитель риса и тот еще молчун.

В салоне снова повисла тишина, настолько неловкая, что мне захотелось провалиться сквозь сиденье. Похожая возможность у меня появилась, когда дорога резко вильнула в сторону, и мобиль вместе с ней. Прежде, чем я успела за что-то ухватиться, меня так резко швырнуло на Аэриса, что он от неожиданности охнул, а потом свободной рукой прижал меня к себе.

— Ты издеваешься? – спросил он, когда я с трудом оттолкнулась и вернулась на своё место. – А если бы у тебя в руках был стаканчик с кофе?

— Но у меня не было кофе, – огрызнулась я, потирая ушибленное плечо. Тело этого дракона оказалось твёрдым, как скала, я будто на камень налетела со всего размаху.

— Осторожнее, – рявкнул Аэрис, и на этот раз его раздражение было направлено на Дарио. – Не дрова везёшь.

— Может, ты тогда сам сядешь за руль? – хмыкнул ледышка. – Это была не моя идея – отправиться в горы без личного водителя.

— Мистер Эдмонд распорядился, чтобы место, где мы будем тренироваться, оставалось засекреченным как можно дольше, – пояснил Каин, повернувшись ко мне. – Поэтому мы едем без водителя и без охраны.

Вот, значит, что мне показалось странным во всей этой поездке. Звёзды такой величины – и без сопровождения. С другой стороны, я ведь столкнулась с Аэрисом в самой обычной кофейне. Разве ему не опасно разгуливать так? Ведь фанаты не дремлют.

— А как будет проходить тренировка? – спросила я, делая очередную попытку сменить тему и хоть немного разрядить накаленную обстановку.

— О, это будет феерично, – многообещающе усмехнулся Каин. – И ты будешь первой, кто это увидит.