Глава 11 · Академические будни

Утро ранее, снежок идёт. Атмосферой праздника веет по всей округе.

Дружину с собой не брал, хотя Ефим ворчал до последней минуты. Проскакал с ветерком в новой шубе и с чувством, что вообще не хочу туда больше соваться. А надо.

— Лошадь не академическая? — Наезжает постовой на КПП, я даже поздороваться не успел. — Оружие нельзя!

— Я ловец Особого созыва, Ярослав Суслов, — представляюсь с седла. — А ну пропускай. Или будешь иметь дело с Морозовой.

— Наказ ректора! Не велено!

— Пропусти его, — обозначился мастер в красном пальто, вышедший из–за угла домика.

Оказался постовым усиления из Приказа наказаний, выставленного по случаю крупного воровства, а ещё по поводу готовящегося мероприятия. Вдобавок, патрули по периметру ходят вдоль забора, по три мастера в группе.

Стал здание огибать в поисках конного двора, чтоб о лошади моей позаботились, меня и остановили.

Лошадь, оружие, всё им передал по требованию.

— Потом сами всё принесёте, — огрызнулся с ехидной улыбкой.

— Не дождётесь, господин адепт, — ответил один с надменной харей, которая ещё не познакомилась с моим кулаком.

— Побежите, когда тётушка Галя прикажет, — усмехнулся я, возвращаясь, и добавил, пальцем погрозив: — стрелы все посчитаны!

— Наглец! О вашем поведении будет доложено в Приказ! — Пригрозили.

У главного корпуса по обе стороны по три кареты и пять крытых телег с запряжёнными лошадками. Люди суетятся, явно не местные работники. Вошёл в центральный холл, затаив дыхание. И с каким–то непонятным чувством надежды. Нет, ничего не изменилось. Голый валун на постаменте. Даже с подделкой ещё не шевелятся. Ни поста, ни работ по возведению оградки.

Но в самом зале оживление, несмотря на то, что всего лишь семь часов утра с четвертью. Столы по периметру стоят в несколько рядов полукругом, с обилием разноцветных товаров, лавочники да торгаши откуда–то нарисовались. Адепты ходят заинтересованно. В некоторых местах толпятся девчонки, на лица что–то примеряя.

Подошёл поближе. И подивился. Маски да костюмы всех мастей продаются. Как раз на маскарад и навезли. А я–то думал, что мне придётся самому себе маску шить. Похоже, и в Звягинках на ярмарке подобных товаров тьма.

Бал–маскарад будет в воскресенье. На нём обещалась появиться и Чёрная белка, умыкнувшая Монолит, который она явно где–то в Академии и припрятала. Почему так думаю? Далеко ей не утащить его по улице.

В особняке без лишних глаз и суеты я проверил, как действует чудо–порошок. На цельные предметы лучше, чем на конструкции, при этом и вес снижается до ничтожного. На живые он вообще никак не влияет. А ещё не навсегда уменьшает, стоит пыль смахнуть ветром, простой тряской или водой, предмет увеличивается обратно. С весом та же закономерность. На счёт времени действия не уверен, у меня на опыты было лишь пару дней.

Думаю, если Белка положит плиту в сумку и помчит на коне радостная прочь, то сильно рискует оплошать. Плита может вырасти, мало того, что порвёт карманы, так ещё и прибьёт ненароком вместе с лошадью.

Ищу глазами черноволосых, парочка дурнушек в поле зрения. Ну, явно ни одна из них на роль моей воровки не подходит.

Собрался в общагу пойти, чтоб переодеться на занятия.

Народ со всех залов тянется. Даже преподаватели появились, не брезгуя поглядеть, что на столах разложено. Поддавшись ажиотажу, решил пройтись по лавкам и я, пока всё самое интересное не раскупили.

Много масок всяких с разноцветными перьями птиц, накидки красочные, платочки, шарфики, безделушки и украшения. Даже бутафорские мечи да луки. Дошёл до стола с масками животных. Два парня и девушка трутся тут, потеснил их немного. Все лисиц выбирают да волков. А я маску крота ищу. Но есть только какой–то серой крыски, печаль…

Сына ректора с шайкой увидел. Стоят у стола с бутафорскими коронами всяких разновидностей. Смеются, шутят. Весело им. Цезарями хотят быть на маскараде, какие молодцы.

Где они, там и Ясмина. За следующим столом с двумя толстушками стоит, которые от меня её старательно закрывают. Сосредоточенный вид очаровательного личика в профиль заставляет биться сердце быстрее.

Мимо всех спешу к ней поздороваться.

— Доброго утра, барышни, — сперва приветствую всех.

— О, а я думала, тебя выгнали отсюда, — кривится одна толстушка.

— Нет, видать, ещё терпят, — добавила вторая.

— Доброе утро, Ярослав, — ответила Ясмина, взглянув на меня мельком. — Как отдохнул в своём поместье?

Думал хоть улыбкой наградит и повернётся. Так, сопли жевать не буду.

— Пойдём, дело есть, — заявил, игнорируя риторический вопрос, и взял нагло за руку.

Явно оторопевшая девушка не успела ничего возразить. Потянул за собой под возгласами подруг и прожигающим взглядом Максимилиана.

— Ярослав, что ты себе позволяешь? — Возмутилась спустя десять шагов. — Ярослав?

Попыталась упереться и выскользнуть из моего хвата, когда пересекли ряды, оказавшись за периметром лавок. Под пристальным вниманием окружающих я вывел её из зала в переход.

— Куда ты меня ведёшь? Что–то случилось? — Уже по–другому заговорила без посторонних ушей.

Но я невозмутимо промолчал. В Малом холле бриллианта потянул её за первую же колонну у стены, где и зажал, пока никто не видит.

Руки по обе стороны от её плеч упёр в колонну, чтоб не убежала. Смотрит встревоженно снизу–вверх. Такая красотка, что безумцем себя чувствую.

— Ярослав, ты меня пугаешь, — говорит слабым голосочком, а сама всё смотрит. Губёшки поцелуя так и просят.

— Не бойся, не укушу, а если укушу, то не сильно, — шепчу, опуская к ней лицо с затаившимся сердцем.

— А это как? — Шепчет в ответ, на мои губы поглядывая.

— Сейчас увидишь.

Щёки её стремительно краснеют. Моргнула медленно, пошатнулась. Туманом мимолётным в глазах повеяло, будто готова в объятиях моих сама раствориться. А губы… вот они. Почти касаются друг друга.

— Они сюда пошли! — Раздалось от толстухи с прохода. — Он её силой повёл!

— Разберёмся, госпожа! — Отвечает какой–то злой дядька.

Судя по звуку шагов, человек пять нас ищет.

Ясмина тут же опомнилась, оттолкнула несильно и посмотрела на меня строго. Руки я так и не убрал, хоть и отстранился.

— Ты что удумал? — Фыркнула, правда, не громко, как будто и сама не хочет, чтоб нас застали.

А во мне зверь просыпается. Хочется снова её поцеловать, да уже по–взрослому.

— Ярослав? — Шипит. — Слышишь меня?

Всякое порывает сказать в ответ. И даже в любви признаться безнадёжно. Но не в моих правилах вести себя как тряпка перед женщинами.

— Ты попалась, поняла? — Выдал с хитрой ухмылкой.

И заметил, что она даже слюнку сглотнула. Во взгляде тревога проскочила.

— Уверен? — Выдала неожиданно спокойно.

— Когда захочу, тогда и отпущу, — заявляю. — Сейчас за определённую плату готов.

— И какую же? — Усмехнулась вдруг.

— Поцелуй.

— У меня есть другой вариант, — ответила Ясмина и долбанула меня током.

Да так, что рухнул прямо на задницу. Сижу, быстро приходя в себя. И вкушая гадкое чувство, насколько я оказался беспомощным в один миг.

Ясмина не ушла. Присела рядом, как бандит после удара под дых.

— Ты в порядке? — Поинтересовалась, как будто взрослее меня раза в два. — Штаны не промочил?

Смотрю на неё, все слова в горле застряли.

— Право слово, ты милый, — выпалила, улыбнувшись уголком рта. — Особенно, когда такой самоуверенный. Пожалуй, я удовлетворю твоё условие.

С этими словами она поцеловала свои пальцы, средний и указательный, и дотронулась ими до моего лба небрежно. Я даже не пошевелился. Чтоб отбить её руку или что–то ещё сделать. Просто не отрывал от неё взгляда, как завороженный.

А она поднялась и свалила.

Вот тебе и ботаничка. Зубы показала на раз–два.

Опомнившись, вскочил злой, как дикая собака, и двинул в общагу, уже не интересуясь, куда Ясмина пошла. Похоже, мне нужна защита от молнии, да помощнее. Это ж надо было так обосраться перед девушкой. Спасибо, что хоть действительно штаны не промочил!

В общаге Благояр с кудрями, как у барашка пасётся. А точнее меня караулит.

— Ярослав, что ты снова учудил? Там Алёнушка, графиня Маковская, весь приказ на уши подняла, и меня дёрнули.

— Вопрос исчерпан, мастер. Не переживай.

— Загулял ты, что–то, — укорил следом. — Обещался со мной выпить, а пропал совсем.

— Прости, мастер. У меня три деревни и тысяча ртов. Всех мирить да кормить надо.

— Ого, а такой молодой и с виду беззаботный. Без батьки–то да, всё самому приходится, — чешет затылок.

— Свидимся, Благояр, — хлопаю по мощному плечу. Кивает.

В столовку двинул уже со своей группой паладинов смирно и не вызывающе. Встав в очередь, Ясмину увидел уходящей из–за стола. Она весело болтала с подругами и ещё каким–то щеглом. Такое ощущение, что оживилась не на шутку. Через меня пару раз взгляд скользнул хитрый. Сделал вид, что она мне вообще не интересна.

А ещё подумал, что не всё так плохо у меня с защитой. Дерево — это же отличный изолирующий материал. Но не живое с жидкостью в каналах, а мёртвое. Надо просто потренироваться быстро наращивать щитки под кожей в месте соприкосновения.

Вот когда ищешь красотку, желая побольше с ней пересекаться, не выходит. А когда надо бы выдержать паузу и не маячить, всё наоборот. Первое же занятие — в аудитории для всего первого курса. Снова Теория вероятности. А по их — Наука удачи. Или неудачи.

Мимо деда в круглых очках я легко проскочил и на этот раз к своей группе примостился, сделав лицо кирпичом перед Ясминой, которая уже устроилась на первой парте.

— Погоди у меня, — расслышал шипение толстушки в след.

— Алёна, всё, — раздалось и от Ясмины. — Подготовь чернила, тема важная.

Звонок прозвенел, все притихли. Отметил, что Златославы с её свитой нет, видимо, надоело ей изображать учёбу.

— Внимание, господа адепты! — Воскликнул Изяслав Петрович. — Осмелюсь предложить вам новую методику подсчёта удачи, предложенную одним юным дарованием неделю назад. Поначалу мне показалось абсурдным такой способ расчётов, но мы собрали негласный комитет профессоров, где общими усилиями утвердили новый подход. И ввели по нему экзамен, который ещё на стадии составления. Что ж, смотрите и внемлите.

И давай мои дроби на доске рисовать.

Адепты в шоке, галдёж пошёл. Из заинтересованных в предмете учеников, коих половина, никто ничего не понимает. Но профессор упорно растолковывает всё, повторяется по десять раз и хитро лыбится при этом.

— Я поняла! — Первой восклицает Ясмина спустя сорок минут полемики.

За ней ещё две ботанички делятся впечатлениями.

— Данная теория упрощает другие расчёты, — комментирует преподаватель. — Очень важно понимать, что сопутствующие события складываются, а нетипичные умножаются. Показываю!

Думал отсидеться, а теперь с иронией наблюдаю, как ботанички в полном восторге переписывают всё с доски живенько. А паладины вокруг стонут:

— Очередной бред сивой кобылы. Ярослав, ну скажи?

— Ага, хрень какая–то, — соглашаюсь.

Препод начал сам решать очередную задачу и завозился.

— Так, а здесь я что–то запутался, — признался вдруг Изяслав и выпалил вдруг. — Господин Суслов, не поможете?

Поднялся я с места, как это положено. Паладины смотрят на меня вопросительно. И не только они… все уставились, с нижних парт развернулись лицами. Даже Ясмина обернулась и посмотрела с недоумением. Мол, что за ирония со стороны профессора, это ж деревенщина.

— Ах да, позвольте представить автора теории! — Добавил Профессор. — Ярослав Дмитриевич, будьте любезны.

Мел мне издалека протягивает. Типа, спускайся.

Что делать? Пошёл.

Периферийным зрением вижу, что Ясмина сопровождает меня взглядом. Делаю вид, что она мне более не интересна. Выкуси ботанчика.

У большой доски начинаю неуверенно. Вспоминаю свой физмат, оказывается, не все мозги на ринге выбили. Войдя в образ, расписываю решение, начинаю комментировать. Ничего сложного. Главное уверенность и чувство превосходства над слушателями.

— Великолепно! — Хлопает в ладоши Изяслав Петрович. — К сожалению, основной курс никто не отменял. Но мы будем бороться за новшество на Совете Академий. А пока желающие записаться на факультатив по новой теории, подходите после занятия. Попросим юное дарование меня ассистировать. Естественно за дополнительные баллы, господин адепт.

Киваю, не совсем понимая, на что меня подписывают. Хотя… с другой стороны, интеграция в систему образования Академии мне будет полезна. Может, с моей школой чем помогут.

Второй урок у нас в тренировочном зале вместе с пятым курсом паладинов. На этот раз стрельба из лука. Половина старшекурсников верзилы, которые смотрят на нас, как львы на добычу. Готовые витязи, каких можно сразу на половцев отправлять. Я уже слышал, что эти матёрые бойцы вовсю тренируются на арене с монстрами из Бестиария.

Кстати! Интересно, анаконда ничего не натворила? Может, сидит тихо. В ином случае, мне бы уже ребята рассказали.

Лук достался учебный, самый простой. В пору потренировать новые магические навыки, чем я и занялся. Стрелы полетели уже по моему велению в центр мишени, как примагниченные. Конечно, точность всё же уменьшается с расстоянием, ибо вести стрелу удаётся не более двадцати–тридцати метров. И, тем не менее, вскоре народ заинтересовался моей чудесной меткостью. Даже со старшего курса паладины обратили на меня внимание. Некоторые ушлые лук мой попросили, чтоб тоже пострелять.

Самое главное, что Благояр в восторге. И даже не обиделся, когда я и его перестрелял.

Третий урок на полигоне уже после обеда. Вышел на улицу с группой. А за забором на въезде карет стоит, что не счесть. Через ворота просачиваются какие–то люди и тащатся к центральному входу с бальными платьями и фраками. Похоже, богатые родители привезли наряды на бал для своих отпрысков.

Занятие паладинов с сапфировскими магами в связке проводит сама Морозова, правда у неё в помощницах ещё одна невзрачная магичка.

Увидев меня, Галина буквально расцвета. И стала всё ближе подступаться на Шестиугольнике. Но при этом начала гонять всех, как сидоровых коз. Магички–адептки с первого курса и без того тряслись от её повелительного голоса, а вскоре заикаться стали, перестав вообще колдовать. А ребята–маги, коих в группе примерно треть, начали спотыкаться на ровном месте, пуская ледяные шары абы как.

Мои товарищи тоже не лучше. Затормозили страшно, попадая под снаряды.

— Благояр, что с ними сегодня? — Возмутилась Морозова, когда наш классный стал выкапывать из снега очередного попавшего под раздачу парня.

— Как что, госпожа? Вы впервые снизошли до первого курса, они и перетрусили.

— Серьёзно? — Удивилась графиня. — Что–то я запамятовала. Так, Ярослав, прогуляемся? А вы отрабатывайте дальше. Надя, займись!

— Слушаюсь, госпожа, — ответила невзрачная помощница.

Похоже, графине не терпелось меня зацепить. Потому что она пошла по дорожке вперёд меня. Догнал уже на повороте к другому полигону, где пусто.

— Как успехи в расследовании, госпожа? — Поинтересовался деловито.

— Без тебя всё встало. Готовим подделку. Надеюсь, ты держишь язык за зубами, — проворчала и даже повернулась ко мне.

Так и встали на полпути меж выровненных сугробов. Невольно залюбовался ею.

Кудри золотом блестят, красиво обрамляя милое лицо и по белому меху шубы спускаясь. Синие глазища буквально впились. Если не знать всей подноготной, она кажется доброй, очаровательной, зрелой женщиной, с которой можно и замутить.

— Я не из болтливых, Галина, — отвечаю, пытаясь понять, почему она мной так недовольна.

— Вижу. Особенно на занятиях, — укорила. — Что профессору Счётной науки от тебя надо?

— Я предложил иной подход в расчётах, он в восторге.

— Ректор отменил его прошение о привлечении тебя на факультатив. Три дня в неделю ты гуляешь, а потом ещё занимаешься всякой ерундой, так не пойдёт.

— Как скажете, Галина, — ответил мягко.

Смотрит с сомнением. Изучает.

— Всё никак не найду время спросить, — начинает неуверенно. — Ты что–нибудь знаешь о прозрении княжны Василисы? Вы были так близки до твоего похода, но после всё резко изменилось.

— Она приняла волю отца и хотела выйти за другого.

— Сожалеешь?

— Нет, что вы, мы просто друзья. Были…

— Понимаю, но помолвка отменена.

Киваю. Дальше прожигает взглядом.

— Ты ведь был там, когда она прозрела. Что можешь об этом сказать? — Вопрос прозвучал с нажимом.

В груди похолодело. Я понял, к чему она клонит. А тут, когда отвела меня от прочих глаз, может легко и расправиться. Если не ударю первым. Хотя… если и ударю, всё равно получу.

— Мы повздорили, — начинаю неуверенно. — Я чуть не сцепился с её бабулей и всем гарнизоном. Думаю, нервные потрясения вызвали такую реакцию у Василисы.

— Это какую? — Хмыкнула графиня.

— Прозрение, вызванное острым чувством тревоги, — пожимаю плечами. — Или вы думаете, я её вылечил?

Прыснула вдруг и рассмеялась. А у меня сердце успело обвалиться, и корни пиками из ладоней даже проступили.

— Лекари со всей Империи ничего не смогли, а тут ты? Ярослав, ну и шутник. Ладно, пойдём, займёмся нашим факультативом. Времени и так немного.

Дошли до небольшого полигона у кромки леса. Вспомнилась наша славная вылазка. Галина вздохнула, повернулась ко мне и давай так мягко и тепло говорить:

— Давай руку.

Подал опасливо, взяла за руку, сняв перчатку. Холодная нежная лапка, как мило.

— Хороший резерв для начинающего и того, кто не имеет талантов к магии, — прокомментировала, отпуская. — Больше двадцати единиц за счёт предметов, но это не страшно. Ты же паладин.

Пожимаю плечами. Во взгляде женщины ирония и что–то ещё.

— Ты так смотришь на меня иногда, — прищурилась.

— Как смотрю, Галина? — Растягиваю улыбку.

— Замыслил сказать что–то, но сомневаешься. Или я уже себе надумала. Ладно, приступим. Зима сапфиру друг, поэтому должно быть легче. Начнём с самых азов. Магия сапфира — это управление водой в её состояниях. Самое опасное состояние воды — это лёд или горячий пар. Второе требует больших затрат резерва. Поэтому основой атакующей магии сапфира является холод. Заклинание заморозки — это первое, что мы разучим. Оно не сложное, но без него не выйдет ничего прочего.

Раз десять я повторил несложное словосочетание, похожее на латынь и попутно представил, чего хочу — всё это по инструкции. Вышло почти сразу.

Морозова глаза вытаращила, удивившись, как я быстро схватываю. И живенько перешла к практике. Разморозила целую лужу мне. И понеслась!

Сперва я заморозил немного воды касанием, вместе с пальцами. А затем сумел уже на расстоянии десяти сантиметров это провернуть. Когда дошли до дистанции в полметра, зазвенел колокол.

— Завтра продолжим, — сказала графиня с улыбкой. — Ты очень способный ученик. Всякому мастеру хочется иметь такого.

— Спасибо, Галина, — поблагодарил, не удержался, взял её лапку и поцеловал тыльную сторону, не отрывая от неё глаз.

Почему бы не потренироваться в галантности? Бал же на носу.

Магичка явно оторопела. Но затем неловко увела взгляд.

— Поспеши, перерыв короткий, — произнесла с нотками растерянности.

На обратном пути я коварно подумал, что в башню её напроситься мне будет не так сложно. Просто нужен конкретный повод. Такое сложилось ощущение, что она уже записала меня в свои сыновья. Только теперь в голове всплывает первый разговор с Чернавой, когда она нагрянула в деревню отшельников.

Я как две капли воды… — это она начала говорить, но замялась тогда. На сына Морозовой я очень похож. Об этом и ректор сказал. Отчасти эту удачу и использует Чернава, внедряя меня.

Злая для всех Морозова не может устоять перед моим очарованием. Вот в чём дело. А я теряю бдительность в ответ. Хотя мозгами понимаю, она очень опасна и жестока.

Как дикая львица, которую мне вдруг захотелось приручить.

На обратном пути наблюдаю, как старшекурсники выстроились на выход за территорию. После занятий так можно делать, если ты не покидаешь Звягинки. Но для этого нужно быть в Списке, который составляется канцелярией Академии.

Как раз об этом в первую очередь и стоит попросить Галину. Потому что мне нужен хороший костюм на бал. Я ж не барышня графиня, к которой портные в общагу примчали да мерки сняли.

Четвёртое занятие у нас по плаванию, спаренное со старшими курсами. А мне так не хочется идти в бассейн, куда отправлюсь впервые.