Глава 4
Анастейша
Серый утренний свет пробивался сквозь шторы, окрашивая всё вокруг в блеклые холодные тона. Воздух казался плотным, будто пропитанным остатками сна.
Я села, откинув волосы с лица и машинально потянулась к телефону. 07:42. Прекрасно. Опоздать на учёбу — уже традиция.
На кухне пахло выдохшимся кофе. Я налила себе чашку и сделала глоток. Горечь обожгла язык, но это хотя бы вернуло к жизни.
Адриана, как обычно, уже не было. Наверное уехала ещё на рассвете. И, пожалуй, это даже к лучшему. После такого откровенного сна мне бы вряд ли удалось смотреть на него спокойно.
Я допила кофе до дна. Собралась на автомате: небрежный пучок, тёплое чёрное платье, поверх объёмный красный свитер, на ноги — любимые поношенные ботинки на шнуровке. Никаких туфель. Не сегодня. И вообще никогда.
Улица встретила прохладой и гулом машин. Ветер трепал волосы, напоминая, что день уже начался — независимо от того, хочу этого или нет.
Я поймала автобус и устроилась у окна. Сон всё ещё стоял перед глазами: его руки, голос, движение губ и то, как внезапно всё оборвалось.
Резко отвела взгляд. Хватит.
К университету подъехала ровно к началу пары. Толпа студентов спешила внутрь, смех, шаги, обрывки фраз — всё сливалось в одну какофонию.
В коридоре меня догнала Мия.
— Эй, Стейси, привет, — её голос скользнул рядом, лёгкий и дерзкий.
— А? Привет.
— Ты какая-то взвинченная. Из-за вчерашнего, да? Мистер красавчик сильно ругался?
И Мия туда же… будто читает мысли. Адриан. Чёртовски хорош. Весь такой из себя, уверенный и сильный. Но нет, не стоит об этом думать. Никаких фантазий!
— Опять витаешь в облаках? — фыркнула подруга, скрестив руки на груди.
— Что… что? Нет, — выдавила я, стараясь сохранить спокойный тон. — Он ни слова не сказал.
— Ладно, поговорим за обедом. Нужно бежать, — бросила Мия и, послав мне воздушный поцелуй, рванула к своей аудитории.
Я вздохнула и направилась в противоположную сторону, лавируя между спешащими студентами. До пары оставалось всего несколько минут. Едва успела занять место у окна, когда профессор Смит включил проектор. На доске замелькали слайды, сухие фразы сменяли друг друга, а я уже после пятого поймала себя на том, что просто рисую в тетрадке всякую бессмыслицу: линии, цветы, сердечки.
Взгляд скользнул на часы. Прошло только десять минут. Я тихо выдохнула и уставилась на экран. В этот момент телефон коротко завибрировал. Не привлекая внимания, достала его из шопера. На экране высветилось проклятое имя: Адриан.
«В четыре к университету подъедет чёрный Cadillac, номер 8HF-924. Водитель отвезёт тебя в компанию.»
Минуту просто смотрела на экран, будто надеясь, что сообщение исчезнет само. Потом нажала кнопку блокировки чуть сильнее, чем стоило, и сунула телефон обратно в сумку.
Как же не хочется туда ехать. Совсем. В голове сразу всплыло унылое представление о его компании: скучные стены, пара кабинетов, кофе из автомата, и он где-то там. Но выхода нет. Деньги… деньги… и ещё раз деньги. Буду повторять это как мантру, может, хоть от этого станет легче.
Следующая лекция началась почти сразу. Я раскрыла тетрадь и машинально делала пометки, не вникая в слова профессора. Взгляд скользил по стрелкам часов, которые вдруг стали бежать слишком быстро. Когда чего-то не хочешь, время будто нарочно ускоряется, подталкивая к неизбежному.
Спустя два с половиной часа всех студентов отпустили на обед. Аппетита у меня не было, тревога сжимала грудь. Но увидеть Алекса и Мию всё-таки хотелось. Войдя в столовую, быстро окинула взглядом зал, нашла их и подошла к столу.
— Эй, наконец-то ты пришла, — подмигнул Алекс.
Мия тут же обняла меня, и на секунду стало даже немного легче, словно весь хаос остался где-то позади. Но это длилось недолго, пока друзья снова не завели разговор об Адриане.
— Так ты не будешь рассказывать, что там за история? — спросил Алекс, — Как вообще оказалось, что ты живёшь с основателем Armitage Corporation?
Я на мгновение замерла, ощущая, как к горлу подступает лёгкая дрожь удивления и… чего-то вроде недоумения. Только сейчас до меня доходит масштаб того, что он создал. Обалдеть. Armitage Corporation. Такая огромная компания, а я даже не догадывалась. Ну конечно, профессор Синклер ведь упоминал, где он работает. Теперь стало понятно, как они связаны с Адрианом и почему вчера в пабе оказались вместе.
— Это долгая история. Как-нибудь в другой раз.
Мия и Алекс, казалось, приняли мой ответ без давления.
— Ребят, кстати, новость, — начала полушепотом Мия, словно кто-то мог нас услышать, — это ещё официально не объявили, но…
— Не томи! Ну же, — воскликнул Алекс, хлопнув ладонями по столу и подпрыгнув на месте от нетерпения.
— Посвящение в студенты будет через неделю. Я подслушала, как четверокурсницы говорили об этом в туалете.
— Да! Круто! — Алекс размахнул руками, словно хотел обнять всех вокруг.
— Тш-ш, идиот! — зашипела Мия на друга, а потом добавила, обращаясь ко мне: — Стейси, тебя ведь отпустит мистер красавчик?
Я фыркнула. Опять она так его называет…
— Кроуфорд мне не указ. Жить с ним под одной крышей — это вынужденная мера. И хватит уже называть его «мистер красавчик». Не такой уж он и привлекательный…
На секунду я замолчала, невольно закусив губу. Чёрт, дурацкая привычка.
— Да он тебе нравится… — поддразнила меня Мия, сквозь смех.
Я уткнулась локтями в стол и оперлась на голову. Алекс положил ладонь мне на спину и легко погладил, будто успокаивая ребёнка.
— Да ладно тебе, — сказал он спокойно, с улыбкой. — Успокойся. Мы понимаем. Если бы я был девушкой, я бы тоже на него запал.
По расписанию следующая лекция должна быть в другом корпусе. Попрощавшись с друзьями, я поспешно покинула столовую, прошла по коридору и вышла на улицу. Едва успела сделать несколько шагов, как вдруг услышала знакомый мужской голос, выкрикнувший моё имя. Обернувшись, увидела Райана, бегущего навстречу с лёгкой улыбкой. Тёмные волосы развевались на ветру, а в зелёных глазах играла озорная искорка.
— Ну, признавайся… кто раскрыл тебе моё имя? — я скрестила руки на груди и, слегка наклонив голову, посмотрела на него с лёгким прищуром.
Райан ухмыльнулся своей дерзковатой улыбкой. Теперь стало понятно, почему половина женского пола от него без ума.
— Твой друг. Алекс, — невозмутимо ответил он, лениво почесав затылок. — Пообещал ему место в команде.
Парень шагнул чуть ближе, сокращая расстояние буквально на полшага, но этого оказалось достаточно, чтобы почувствовать лёгкий аромат его свежих, чуть пряных духов.
— Хотел тебя кое о чём спросить.
Я приподняла бровь, ожидая продолжения.
— На следующей неделе будет посвящение. Церемония короткая, ограничена во времени, но после намечается вечеринка вне кампуса.
— Хочешь сказать…? — не успела договорить.
— Ага, — кивнул он. — Если хочешь, можешь взять с собой друзей. Главное, приходи.
Я кивнула, пытаясь скрыть лёгкое волнение. Райан подмигнул мне, словно подтверждая, что не на шутку рассчитывает на моё присутствие.
— Кстати, заметил, что в столовой ты почти ничего не ела. Решил исправить это. — достал из кармана шоколадный батончик и протянул мне. — Полезно для мозгов …
— Спасибо, — сказала я, взяв шоколадку.
На мгновение моя рука соприкоснулась с его.
— Ну что ж. Мне нужно бежать. Увидимся позже.
Я помахала ему рукой, игриво улыбнувшись. Когда Райан скрылся за углом, продолжила свой путь. Теперь начинаю понимать, как себя чувствовали мои бывшие одноклассницы, когда парни за ними ухаживали. Очень приятно…
И, наверное, это было самым положительным событием за целый день.
Как и сказал Адриан, в 4 часа водитель уже ждал меня у университета. Мужчина средних лет, оказался не слишком разговорчивым. В данной ситуации это было скорее к лучшему. Не хотелось ни говорить, ни слушать, а его молчание казалось подходящим фоном для моих мыслей.
Сегодня я впервые воочию увидела компанию Адриана. Даже признав, что он владелец довольно крупного бизнеса, я всё равно не смогла сдержать тихое «вау», когда вошла внутрь.
Подойдя к стойке администратора, я заметила молодую блондинку с деловым взглядом.
— Здравствуйте, я к мистеру Кроуфорду.
— У вас назначено?
Не успела ответить, как её телефон зазвонил. Ладони сами собой сомкнулись в кулаки, и вместе с этим пришло ощущение нарастающей нервозности.
А-а-а… как же это раздражает! Словно она нарочно растягивает каждое мгновение, наслаждаясь этим. Очевидно, очередная из «кукол» Адриана.
Когда девушка, наконец, закончила разговор и повернулась ко мне, я открыла рот, готовая произнести хоть слово. «Наконец-то меня выслушают…» — промелькнула мысль. Но внезапно телефон зазвонил снова.
Не выдержав, резко выхватила трубку из её рук.
— Сначала выслушайте меня! — сказала я, пытаясь подавить раздражение.
Девушка, чуть в шоке, шагнула назад:
— Что вы себе позволяете?! Я сейчас вызову охрану!
— Мне, чёрт тебя побери, нужно к мистеру Кроуфорду, — спокойно, но твёрдо сказала я.
Она замерла, будто готовилась что-то возразить, но так и не решилась. Сзади раздался строгий голос:
— Что здесь происходит?
Я обернулась и встретила взгляд Адриана.
— Ты принесла документы?
Я растерянно кивнула и стала рыться в сумке. Как только нашла удостоверение личности, сразу же протянула ему.
— Завтра должен быть готов пропуск для этой девушки, — сказал он спокойно, но с властной интонацией, аккуратно положив документ на стойку администратора.
— Пошли.
Кроуфорд шагнул первым, а я, стараясь не отставать, поспешила следом в сторону лифта. Дверцы тихо раздвинулись, и мы вошли внутрь. Адриан нажал кнопку с цифрой «7».
Я вжалась в стену, пальцы мёртвой хваткой сжали холодный металлический поручень. В лифте стояла гнетущая тишина, нарушаемая лишь тихими щелчками пролетающих этажей. Его взгляд словно прожигал меня насквозь, а я не смела поднять глаза. Каждое мгновение тянулось мучительно долго. Наконец двери раздвинулись, и я буквально пулей вылетела наружу.
Мы прошли мимо стойки, за которой сидела молодая девушка, по всей видимости секретарша. Мой взгляд мельком скользнул по ней. Молодая, симпатичная, с пышными формами. Интересно, сколько таких «кукол» ещё здесь. И неужели Адриан со всеми ними… прямо на работе? Фу, Стейси, перестань об этом думать.
Адриан открыл дверь и пропустил меня вперёд. Кабинет оказался просторным и светлым: большие окна пропускали дневной свет, за массивным деревянным столом стоял кожаный стул, вдоль стен тянулись аккуратно заполненные полки с папками и книгами, а на столе лежали стопки документов, сложенные без единого намёка на хаос.
Боже… Да это же просто мечта!
Я всё ещё стояла, затаив дыхание, погружённая в восторг. И тут перед лицом прозвучал резкий щелчок пальцами. Резко моргнула, возвращаясь в реальность.
— Садись, — сказал Адриан, указывая на кресло, стоящее напротив его стола.
Он занял своё место «босса» и сцепил пальцы в замок. Я же опустилась в кресло под его пристальным взглядом. Обязательно так смотреть?
— Будешь работать в моём кабинете. Завтра сюда принесут ещё один стол. Хочу лично убедиться, что ты не будешь тратить время впустую.
Внутри всё сжалось. Только не это. Он будет следить за каждым моим движением. Видеть каждую ошибку. Я бы предпочла работать где-нибудь в кладовке среди швабр и ведёр, чем здесь, под его взглядом.
— Мне будет куда комфортнее работать среди остальных сотрудников. Или, если думаешь, что я буду отвлекаться на разговоры, — слегка понизила голос, — может, где-нибудь в архиве найдётся для меня место.
— Нет.
Не смогла сдержать тяжёлый, разочарованный вздох. Ответ был очевиден… хотя попытка была.
— Что мне нужно будет делать?
— Первое: разбирать входящие документы и сортировать их так, как я скажу. Второе: проверять отчёты, прежде чем они попадут ко мне на стол. Третье: следить за расписанием встреч, — он ненадолго перевёл взгляд на мой телефон, лежащий в руках, — и не путать личные переписки с рабочими уведомлениями.
Сарказм? Намёк на моего друга по переписке? Вот же… только сейчас вспомнила, что так и не ответила ему со вчерашнего вечера.
— И, не трепли языком о том, что мы живём вместе. Об этом знают только Синклер и финансовый директор. Они держат язык за зубами. А ты с этим будь осторожна.
Не удержавшись, я фыркнула.
— Боишься, что твои размалёванные «игрушки» не так поймут?
Он чуть улыбнулся без намёка на насмешку.
— Да, фантазия у тебя богатая.
Адриан слегка сдвинулся в кресле и нажал на маленькую кнопку на столе. Через мгновение в дверном проёме появилась девушка.
— Лили, покажи моему новому ассистенту офис.
Она кивнула и жестом пригласила следовать за ней.
Девушка шла впереди уверенно, с лёгким покачиванием бёдер. Я плелась сзади, стараясь не отставать.
— Здесь у нас отдел продаж, — начала Лили, не оборачиваясь. — А за этой дверью отдел маркетинга. Отвечают за стратегию продвижения за границей.
Дальше показала ещё несколько кабинетов: отдел логистики, где звонки и координация поставок не прекращались ни на минуту, и юридический отдел, где тихо сидели люди с кипами документов.
— А здесь хранятся все наши сделки и документы по проектам. Сейчас я дам тебе кое-что, отнесёшь мистеру Кроуфорду. Он ждёт.
Она быстро передала мне стопку папок и вышла, захлопнув дверь. Я закатила глаза.
Интересно… Все в этой компании такие стервы? Или это потому, что я новенькая? А может, всё дело в том, что Адриан лично выбрал меня своим ассистентом?
Я медленно продвигалась по коридору к кабинету. Каждая папка закрывала мне обзор, норовя выскользнуть, и приходилось с трудом удерживать их в руках, словно балансируя на краю пропасти.
Как только переступила порог кабинета и не споткнулась, облегченно выдохнула. Но, как оказалось расслабляться было рано…
Стоило сделать следующий шаг, как стопка в руках предательски качнулась. Я инстинктивно наклонилась вперёд, пытаясь удержать её, но нога скользнула по глянцевому полу и… в ту же секунду Адриан подхватил меня, не позволив упасть.
— Скажи, ты всегда такая неуклюжая? — его голос прозвучал тихо, почти у уха.
Я моргнула. Адриан. Слишком близко. Как во сне…
Только там всё закончилось поцелуем.
Адриан
— Спасибо… — сказала Анастейша дрожащим голосом и подняла взгляд. Большие, растерянные глаза мгновенно встретились с моими, а губы оказались так близко, что я почувствовал жар её дыхания. Если ещё хоть на сантиметр двинется вперед, я не смогу сдержаться.
Только сейчас пришло осознание: она не отстранилась. Всё ещё приходит в себя? Или… чувствует то же самое, что и я?
Если это второе — мне конец. Желание вновь почувствовать вкус её губ растёт с каждой секундой.
Я должен остановиться. Должен удержаться и сделать шаг назад. Но тело будто игнорирует приказ, а руки сами тянутся к ней.
Ладонь крепко сжала её талию. Это было осознанное действие. Хотел проверить, готова ли она поддаться этому влечению. Отчасти даже надеялся, что девчонка отстранится. Но этого не произошло. В ответ её пальцы чуть сильнее впились в моё плечо и она придвинулась ближе на тот самый чёртов сантиметр. Я расценил это как зелёный свет и уже собирался воплотить свою больную фантазию…
Как вдруг дверь щёлкнула и приоткрылась. На пороге появился Синклер. Его взгляд мгновенно охватил комнату.
— Что здесь происходит?
Я моментально отпустил Анастейшу, шагнул назад и резко выпрямился, стараясь вернуть хоть каплю контроля.
— Здравствуйте, профессор, — пролепетала девушка, глядя в пол. Почти сразу она опустилась на корточки, торопливо собирая разбросанные бумаги дрожащими пальцами.
— В стенах офиса зови меня просто Кристофер, — подмигнул он. — Адриан, можно тебя?
— Скоро вернусь, — сказал я коротко и вышел из кабинета.
Наверное, мне действительно стоит поблагодарить брата за то, что он вовремя вошёл и поставил точку на том, чего не должно было случиться.
Но, чёрт побери, в данный момент хочется только его придушить.
Когда мы вошли в кабинет Синклера, он тут же выпалил:
— Какого чёрта ты творишь?
— Если ты про дочь Стива, то ей нужна была работа, — ответил я спокойно, хотя внутри уже закипало.
— Блядь, Адриан, не начинай. Ты увлёкся девчонкой, — Синклер устало провёл рукой по лицу. — Отчасти я даже рад. Впервые вижу, что ты действительно можешь по-настоящему заинтересоваться кем-то. Но когда тебе снова захочется сделать шаг дальше, подумай о Стиве. Его жена ушла из-за тебя. И что теперь? В трусы его дочери решил залезть? Совесть вообще осталась?
— Закрой рот, Кристофер. — резко обернулся.
В жизни я облажался дважды:
Первый раз, когда пытался вытащить друга из дерьма под названием «разваливающийся брак». Жена Стива была причиной всех его бед.
А второй раз, когда чувство вины зашкаливало настолько, что мне срочно нужно было выговориться. Именно тогда Кристофер и узнал обо всём.
— Брат, держи дистанцию с девчонкой.
Кристофер положил ладонь на моё плечо, но я моментально её скинул.
— Между нами ничего нет! — выдавил сквозь зубы. — Она всегда была дочерью друга, так ей и останется. Закрыли тему!
После сказанного я вышел и направился к себе.
В кабинете уже был идеальный порядок: разбросанные ранее папки лежали аккуратной ровной стопкой. А вот самой девчонки не было. И куда она подевалась? Решил спросить у Лилит, но секретарша лишь развела руками.
Ладно. Не маленькая — дорогу обратно найдёт.
После разговора с Синклером мысли путались, а голова гудела. Я сел за стол, взял в руки документы и попытался переключиться на работу.
Перебрал договоры, просмотрел отчёты, вник в пару сделок. Стоило только начать сосредотачиваться, как дверь щёлкнула — и в кабинет вошла Анастейша, раскрасневшаяся, будто только что пробежала стометровку.
— Присаживайся. Сейчас закончу и поедем.
Не взглянув на меня, она сделала всего пару шагов… и остановилась. Замялась. Прикусила губу. Этого было более чем достаточно, чтобы меня вновь накрыло. Снова то же самое желание. То же безумие.
Сука. Мне это категорически не нравится.
Или наоборот — слишком нравится.
«Держи дистанцию». Крис, спасибо конечно за совет, но работает он, как мёртвому припарка.
Я провёл рукой по лицу, заставляя себя отвести взгляд. Именно в этот момент Анастейша вдруг заговорила:
— Извини.
— Кхм… за что?
— Я не хотела поставить тебя в неудобное положение перед профессором. И… не хотела нарушать твои границы. Я не собиралась… прижиматься.
Неудобное положение? Границы? Я едва удержался, чтобы не усмехнуться.
Да я, блядь, больше всего хочу, чтобы это повторилось.
— Ты ни в чём не виновата.
Она подняла на меня глаза. Снова этот чёртов манящий взгляд…
— Сильно испугалась? — спросил, сам не понимая зачем.
Иногда поражаюсь, каким придурком становлюсь рядом с ней. И только с ней. Какое-то проклятие…
— Я не испугалась, — выдохнула она почти неслышно. — Это ты… испугался.
Я выгнул бровь, не понимая, к чему она ведёт.
И тогда Анастейша тихо продолжила:
— Когда вошёл профессор… ты отшатнулся. Почти сразу. И… задел меня. Это произошло слишком резко. Думала что всё-таки упаду.
Она нахмурилась и едва заметно провела пальцами по запястью, будто вспоминая момент.
Я сжал челюсть. Толкнул? Да я вообще не помню, чтобы…
Возможно, действительно дернулся. Рефлекторно. И она решила, что это страх? Ну охуеть. Страх? Это? Если б только знала, почему я тогда реально отстранился так поспешно…
Потому что ещё секунда — и сорвался бы к чертям.
— Ну ты же не упала, — бросил сухо. — Так что переживёшь.
Резко захлопнул крышку ноутбука и поднялся.
— Поехали. Время уже позднее.
Она промолчала, но стоило мне пройти мимо, как её пальцы мгновенно сжались в кулак. Будто изо всех сил сдерживалась, чтобы не ответить колкостью.
Мои слова её задели, что ли?
Интересно, что там у неё вертелось на языке… что-нибудь вроде «да пошёл ты, Адриан». Или «мог бы хотя бы извиниться»?
Мы молча спустились вниз и покинули офис. Любопытные взгляды сотрудников провожали нас до машины. Вот так и рождаются слухи… плевать, пусть треплются.
Она устроилась на переднем сиденье, аккуратно пристегнулась и уставилась в окно, будто на парковке было что-то крайне захватывающее.
— Голодна?
Даже не повернула голову. Просто коротко кивнула.
— Поедем в ресторан, — сказал я, заводя двигатель.
И тут впервые за весь вечер она ожила:
— Не надо ресторан. Ты уже несколько раз готовил завтрак. Думаю… ужин сегодня могу сделать я.
Скользнул по ней взглядом. Щёки давно пришли в норму, взгляд уже не такой растерянный.
— А ты вообще умеешь готовить? — спросил, даже не пытаясь скрыть скепсис.
Она фыркнула. Реально фыркнула, как маленькая вредная лиса.
— Умею, Адриан.
Ещё и имя произнесла с нажимом.
Уже дома мы разошлись по комнатам. Я умылся, переоделся и спустился вниз.
Анастейша стояла у столешницы, едва слышно напевая песню, что играла в наушниках, и слегка пританцовывая. Первым делом заметил её наряд: облегающий топ и слишком короткие домашние шорты. Словно специально выбрала их, чтобы окончательно лишить меня рассудка. Хотя, возможно, именно так и есть…
Уже после обратил внимание на её движения: неаккуратные и резкие. Держит нож… неправильно. Такими темпами она скорее отрежет себе пальцы, чем приготовит ужин.
Облокотившись о перегородку, стал наблюдать за тем, как девчонка истязает кусок говядины. В какой-то момент махнула головой, и один наушник упал на пол.
— Ты что, издеваешься? — спросил я. Анастейша вздрогнула, выронив нож. Хорошо хоть не поранилась. — Уже минут пятнадцать пытаюсь тебя дозваться…
— Ты же видишь, что я в наушниках, — она цокнула языком и закатила глаза. — Я всегда слушаю музыку, когда готовлю. Так легче сосредоточиться.
— Танцуешь тоже всегда? — усмехнулся, шагнув к ней. — Кто вообще так режет мясо? Хочет остаться без пальцев?
— А что не так?
Я подошёл ближе, встал за спиной и накрыл ладонью её руку. Она едва заметно вздрогнула, по коже пробежала целая россыпь мурашек, но не отстранилась.
— Вот так, — сказал тихо, чувствуя, как девушка затаила дыхание. — Расслабься. Не порежься.
Она слегка улыбнулась краем губ, прислонившись спиной к моему торсу. Я почувствовал, как её плечи расслабились, доверчиво прижавшись ко мне, а ягодицы упёрлись в пах.
И внезапно, чёрт возьми… мой член отреагировал на близость. Я поспешно отошёл. Такая реакция на неё случается уже не впервые. Только вот сейчас эрекция отчётливо просматривалась через ткань домашних брюк…
Благо успел вовремя отойти, не позволив члену упереться прямо в аппетитные ягодицы. Сел за стол прежде, чем она могла повернуться и увидеть всё своими глазами.
— Кулинарные курсы закончились? — усмехнулась Анастейша.
— Не благодари, — ответил я с полуулыбкой.
Девчонка снова закатила глаза и вернулась к готовке, повернувшись ко мне спиной. Я мог бы уйти и выпустить пар на втором этаже, но не хотел… слишком уж мне нравился открывшийся вид.
Каждое её движение сводило с ума. Желание рвалось наружу. В голове мелькнула мысль: сорвать с неё одежду, поставить на колени, намотать рыжие пряди на кулак… Машинально обхватил член под столом, пытаясь удержать себя от безумного импульса.
Сердце грохотало, кровь кипела, а самообладание таяло быстрее льда в кипятке. Каждый её плавный вздох, каждое движение бёдер — будто она нарочно подливает масла в пожар, что уже полыхал внутри.
Это пытка.
А я — грёбаный мазохист.
И вот моё спасение… зазвонил телефон. Неизвестный номер. Я схватил мобильник и ринулся в гостиную, стараясь вырваться из этого адского напряжения, что будто липкой паутиной опутало всё тело.
— Слушаю.
— Ну здравствуй, дорогой…
Этот чёртов голос. Я узнал его мгновенно. Зои…
Схватил пачку сигарет, вышел на улицу и, стиснув зубы, прорычал в трубку:
— Что тебе надо?
— Захотелось услышать твой голос… — протянула она, словно мы давние приятели и это обычный разговор, а не катастрофа в моём мозгу.
Я сжал зубы сильнее, ощущая, как раздражение смешивается с непривычным волнением. Семь грёбаных лет затишья. И вот… снова.
— Не могу сказать того же. Думал, ты уже сдохла с таким образом жизни, как раньше.
Она фыркнула, и даже через телефон можно было уловить лёгкую насмешку:
— Как мило… Но нет. Я цвету и пахну на зло всем своим врагам.
Я затянулся сигаретой, дым обжёг лёгкие, и выдохнул:
— Твой злейший враг — это ты сама, Зои. — Сделав паузу, добавил: — Что ты задумала?
— Моей принцессе нравится Нью-Йорк? Ей комфортно жить под одной крышей с человеком, из-за которого распалась семья?
— Не смей, блядь, ходить вокруг да около! — рявкнул я.
— Твоя взяла. Мне нужны деньги…
— Нет! — вырвалось из меня, громче, чем планировал.
Было слышно, как она опешила. Повисла слишком длинная, неприятная пауза, а голос будто застрял где-то между вдохом и сорвавшимся словом.
— Что значит «нет», Адриан? Забыл, во что превратилась моя жизнь из-за тебя?
— Завязывай… — выдохнул я, чувствуя, как усталость давит на виски. — Ты сама во всём виновата. И, как уже сказала, цветёшь и пахнешь. Вот и продолжай в том же духе.
Меня уже выворачивало от этого разговора. Он тянул из меня силы, как ржавый крюк из груди. И продолжать его я точно не собирался. Палец уже скользнул к кнопке сброса, когда она, захлёбываясь слезами, выпалила:
— Мой ребёнок болен…
Ребёнок. Отлично. В ход пошли дешёвые приёмы. В её стиле.
— Это твой ребёнок, не мой, — сказал сухо, даже не моргнув. — Я благотворительностью не занимаюсь.
Не дал ей ни секунды на ответ. Просто нажал на сброс вызова. Экран погас, и вместе с ним оборвалось всё это липкое, тошнотворное давление.
Я развернулся — и застыл.
Анастейша стояла у окна открытого настежь, ночной воздух свободно гулял по гостиной… и по её лицу. Бледному, напряжённому.
Она слышала. Всё.
Анастейша
С момента, как Адриан вышел на улицу, прошло минут двадцать.
Мясо и картошка уже запекались в духовке, нарезанные овощи стояли на столе, а кухня постепенно наполнялась вкусным ароматом.
Вытирая столешницу, я почувствовала, как по ногам пробежал холод. Настолько резкий и колючий, что кожа мгновенно покрылась мурашками. Бр-р-р…
Что за…?
Оглянулась на кухонное окно — закрыто.
— Точно, — выдохнула и легонько стукнула себя ладонью по лбу.
Утром забыла закрыть окно в гостиной. Ну умница, Стейси. Вроде не тупая… а веду себя именно так. Пора бы уже включить голову.
Хотя… возможно ли это вообще, когда живёшь под одной крышей со змеем-искусителем?
Я бросила полотенце на стол и направилась в гостиную.
Стоило войти в комнату, как знакомый голос прорезал тишину. Причём так отчётливо, будто кто-то включил громкость на максимум:
— …как уже сказала, цветёшь и пахнешь. Вот и продолжай в том же духе…
Я застыла.
— Это твой ребёнок, не мой. Благотворительностью не занимаюсь.
Мне следовало развернуться и уйти.
Закрыть окно. Сделать вид, что ничего не слышала. Но ноги будто приросли к полу. Сердце колотилось, а мысли скакали от одного к другому, как вспышки света.
У Адриана есть ребёнок? Нет, ведь он сам сказал: «это твой, не мой».
Но что, если просто не хочет признавать родство? Или не готов? Может, боится привязываться, держится подальше, чтобы не обременять себя… Или просто не знает, как быть рядом, не нарушая чужую жизнь?
Едва он обернулся и встретил моё растерянное выражение, как холод с пола мгновенно пробежал по позвоночнику, смешавшись с тревогой.
Это уже плохо… Нельзя совать нос в чужие дела.
Я захлопнула окно, повернула ручку и поспешила скрыться в своей комнате. Ногой ступила на первую ступень — и вдруг сзади раздалось строгое:
— Стоять.
Ну вот…
Я медленно повернулась. Сердце бешено колотилось, и казалось, что каждый удар отзывается эхом по дому.
Адриан стоял под лампой. Тёплый жёлтый свет падал на его лицо, подчёркивая напряжённую линию челюсти и скулы. Тень его силуэта растянулась по полу, делая фигуру ещё выше и внушительнее.
Он скользнул по мне взглядом, словно пытался просканировать до самой души, а после спросил:
— Что ты услышала?
— Эм… лишь малость, — выдавила я. — И, честно, мне нет дела до твоей личной жизни. Если ты… ну… не хочешь признавать своего ребёнка — это твой выбор. Хоть и звучит ужасно, но я… я не лезу…
Слова неслись сами, как снежный ком. Казалось, остановить их было невозможно. Но у него получилось:
— Стоп. Ты серьёзно подумала, что у меня есть внебрачный ребёнок?
Я опустила взгляд в пол, прижала плечи и, сжав губы, пробурчала:
— …угу.
Адриан рассмеялся.
Его смех… Боже. Низкий, мягкий, будто вибрация где-то под рёбрами.
Впервые его слышу. И он такой приятн…
Стейси, хватит. Не время.
А когда, блин, тогда?!
Мне точно нужна помощь. Возможно — медицинская.
— Я сказала что-то смешное? — буркнула себе под нос.
— Анастейша, — он выдохнул, успокаивая себя, будто только что услышал лучший анекдот. — У меня нет детей. Мне звонила… старая знакомая. Она приехала в Нью-Йорк, и ей не с кем оставить ребёнка. Вот и решила обратиться к единственному, кого знает в этом городе… но мне пришлось отказать.
Я спустилась на ступень ниже, потом ещё, и подошла вплотную.
Его запах — терпкий, свежий — ударил в голову.
— Ты отказал ей довольно грубо, — подметила, глядя на него снизу вверх.
— Она не самый хороший человек.
— А из тебя никудышная нянька.
Он медленно приподнял уголок губ. Та самая фирменная и опасная ухмылка.
— Правда считаешь, что я так плох?
— Угу… — снова промычала, осознав, что непонятно как оказалась ещё ближе.
Он замолчал. И внезапно тишина повисла сама собой. Мы стояли рядом, молча, будто оба пытались понять, что делать дальше. Это не напряжение и не романтика. Просто… момент.
Адриан убрал руки в карманы и спокойно сказал, будто вырывая нас обоих из этого непонятного момента:
— Пахнет… вроде неплохо, — хмыкнул он и отстранился так же стремительно, как приблизился. — Пойдём ужинать.
Я просто кивнула, заставив себя сделать шаг вперёд, когда он открыл дверь.
Мы прошли пару метров, прежде чем он лениво бросил:
— А ведь ты подслушивала. Знаешь, за это вообще-то полагается наказание.
Я резко остановилась, и Адриан чуть не врезался в меня.
Опять… точно так же, как тогда в машине. Наказание. Что он имеет в виду под этим словом, черт возьми? Может, прямо сейчас сказать: «Да, давай. Накажи меня как следует»? Как главный герой книги, которую я недавно читала, наказывает главную героиню…
Что…? Ужасные мысли! Если бы я сказала это вслух, уже давно пришлось бы мыть язык мылом. Что со мной происходит? Опять это странное, дикое желание…
— Да расслабься, — сказал он, растягивая слова, словно наслаждаясь моей реакцией. — Ничего страшного. Просто теперь будешь делать всё, что я скажу. Например… вставать раньше меня и готовить завтрак. Убирать дом.
Он говорил ровно, спокойно, будто перечислял пункты контракта, который я внезапно оказалась обязана подписать.
— Серьёзно? — фыркнула я. — А что если откажусь?
— Абсолютно. Я же должен поддерживать дисциплину, — пожал он плечами. — А если вдруг откажешься, лично сделаю всё, чтобы ты выполнила то, чего добиваюсь.
— Ну… посмотрим, что из этого вообще выйдет.
Почему я согласилась? Сама не знаю…
Наверное, мне просто чертовски любопытно. Да и, если честно, думаю, это будет куда веселее, чем звучит.
— Вот так-то лучше, — ухмыльнулся он.
Мы прошли на кухню. Он без лишних вопросов открыл шкафы, достал тарелки, а я занялась приборами и салфетками. Всё вышло как-то естественно, почти привычно, будто мы делали это уже сто раз.
Через пару минут стол был накрыт. Мы сели друг напротив друга, обменявшись коротким, почти изучающим взглядом.
Во время ужина мы почти не разговаривали. Не потому что нечего было сказать — просто это молчание казалось правильным и спокойным.
Когда тарелки опустели, а животы были довольны, Адриан вальяжно откинулся на спинку стула и спокойно произнёс:
— Иди отдыхать. Я сам здесь уберу.
Что это с ним?
Даёт мне последний шанс расслабиться перед тем, как завалить меня задачами? Или пытается показать, что умеет быть вежливым…?
Спорить я не стала. Просто пожелала ему спокойной ночи и поднялась к себе, чувствуя, как внутри тихо шевелится странное, тёплое предвкушение того, что начнётся завтра.
В комнате я даже не стала ничего анализировать. Скинула одежду, нырнула под одеяло и уснула.
Разбудил меня звонок. Резкий, громкий, совершенно неуместный для чёртовых… пяти тридцати утра.
Я щурясь посмотрела на экран. Адриан.
Он серьёзно?.. Мы живём в одном доме.
— …Да? — голос хриплый, спящий, недовольный всем миром.
— Доброе утро. Время, если вдруг интересно, пять тридцать. Первое задание: умойся и приготовь нам завтрак.
— Ты… позвонил мне из соседней комнаты?
— Разумеется. Хотел разбудить лично, но вдруг ты не одета… Да и знаешь, как-то не хочется вылазить из под тёплого одеяла.
Еще и издевается…
— У тебя двадцать минут.
Не дождавшись моего ответа, он сбросил вызов. Я уставилась на телефон.
И зачем только согласилась на это? А, точно… любопытство. И, чёрт возьми, кажется, он этим прекрасно пользуется.
После душа я накинула тёплый белый халат и спустилась вниз, всё ещё ворча на Адриана.
Открыла холодильник и машинально потянулась к бекону. Нет, это точно не подойдёт. Значит… что-то простое, чтобы не заморачиваться. Кажется, знаю.
Взяла яйца, разбила их в миску, добавила щепотку соли и тщательно взбила венчиком. Потом аккуратно перелила смесь на сковородку, наблюдая, как она плавно растекается и начинает схватываться. Накрыв сковороду крышкой, я принялась мыть и нарезать овощи. Потом наполнила две кружки свежесваренным кофе — и как раз в этот момент на кухню вошёл Адриан.
— Вижу, ты сегодня решила не заморачиваться… — сказал он, глядя на сковородку. — Что ж, неплохо.
— Панкейки готовить, к сожалению, не умею, — фыркнула я.
Кроуфорд усмехнулся, взял кружку с кофе и присел напротив, не сводя с меня глаз.
— Ну что ж, очень жаль, — пробормотал он и снял первую пробу омлета.
Судя по тому, что его лицо осталось без изменений, а не скривилось, стало понятно: завтрак съедобный.
Пока Адриан ел, я к своей порции даже не притронулась. Сидела с закрытыми глазами, положив голову на руки, которые едва удерживали меня от того, чтобы полностью не развалиться на столе.
— До скольки сегодня занятия?
— А сегодня у нас что? — пробормотала я, ещё сонная, будто мысли тянулись слишком медленно.
— Пятница, Анастейша. Тебе нужно ложиться раньше, а не тратить ночь на переписки с какими-то сопляками.
— Я и не перепис… — выдохнула, ощущая, как руки ослабли, а тело почти поддалось тяжести сна. В голове мутно прокручивались обрывки мыслей: «Почему так рано… Нужно вставать… Завтрак… Омлет…» — и тут же всё растворялось в полусне, оставляя только ощущение тяжёлой, приятной дремоты.
Вдруг ложка звонко ударилась о кружку. Звук прозвенел так резко, что я мгновенно вздрогнула и открыла глаза. Адриан спокойно сидел напротив, словно ничего особенного не произошло. Его взгляд мягко скользнул по мне, будто проверяя, окончательно ли я проснулась.
— А… сегодня я с девяти… до пол… до трёх, — затараторила, моргая и приводя мысли в порядок. — Перед выходными пар немного.
— Тогда я отвезу тебя, а после занятий сам заберу, — сказал Адриан, поднимаясь из-за стола. — И да, оденься сразу во что-то более подходящее для офиса.
Подходящее для офиса… ага.
В моём скучном гардеробе даже намёка нет на те обтягивающие юбки и блузки, в которых щеголяет половина его сотрудниц.
Я только кивнула и встала, собираясь загрузить посудомоечную машину.
— Оставь, — он остановил меня лёгким движением руки. — После двенадцати придёт домработница.
— У тебя есть домработница?
— Разумеется.
«Разумеется», — ехидно передразнила я мысленно. Не удивлюсь, если по дому она ходит в откровенной форме и с розовым пипидастром.
— Нужно будет вас познакомить. Обычно Марта приходит два раза в неделю, — он взглянул на часы. — Собирайся. Через час поедем.
Ну да, почему бы не приехать в университет за полтора часа до начала занятий. А могла бы сейчас сладко спать…
Где вообще были мои мозги, когда я согласилась на такое «наказание»?
Поднимаясь в комнату, я всё ещё мысленно ворчала.
На лицо нанесла привычный, неброский макияж. Волосы собрала в аккуратный пучок. А вот перед шкафом застыла, раздумывая, что выбрать для сегодняшнего дня.
В университет я могу прийти хоть в пижаме, лишь бы было удобно. Джинсы, свитер, вязаное платье — моё всё. Но для офиса это не подойдёт.
Перед глазами всплыли образы сотрудниц: юбки в облипку, блузки, каблуки… У меня такого даже в теории нет.
Ладно. Оденусь как обычно и объясню ситуацию Адриану. Как только получу первую зарплату сразу же куплю подходящие вещи.
Я выбрала чёрные прямые джинсы, белое поло, сверху накинула кожаный бомбер, а на ноги — лоферы. Побрызгалась любимым парфюмом, поймала своё отражение в зеркале и слегка улыбнулась.
Спустилась вниз. Адриан уже ждал меня в прихожей.
Домашняя футболка и серые брюки исчезли. Теперь на нём был чёрный приталенный костюм, сидящий настолько безупречно, что смотреть дольше пары секунд было опасно для самообладания. Строго. Слишком идеально. Тёмные волосы аккуратно зачёсаны назад.
Хотя, если честно… мне куда больше нравится, когда они слегка растрёпанны. Как вчера вечером. Или сегодня утром.
— У меня не нашлось ничего подходящего…
Адриан кивнул и тихо сказал:
— Ладно. Поехали.
Мы вышли из дома. Адриан сел за руль, повернул ключ, и мотор тихо заурчал. Я устроилась на пассажирском сидении, привычно сложив руки на колени. Кроуфорд плавно тронулся с места, скользя по лёгкому утреннему туману, который окутывал пригород. Слева мелькали знакомые дома соседей, справа густой лес, словно темноватый занавес.
Ближе к Нью-Йорку трасса стала оживать: вдоль обочин замелькали магазины, кофейни, редкие рекламные щиты. Поток машин густел, огни мигали всё чаще, и привычный городской шум постепенно вытеснял остатки пригородной тишины.
Адриан проехал очередной поворот, и я невольно нахмурилась:
— Эм… университет в той стороне.
— Да. Знаю. Но у нас ещё есть время.
— Время на что?
— Купить тебе подходящую одежду.
Я вцепилась в ремень и уткнулась взглядом в окно, лишь бы не закатывать глаза прямо перед ним. Даже не спросил.
Я же сказала: получу зарплату — сама куплю. Но нет. У него, видимо, встроенный режим «решаю за всех вокруг».
А у меня в кошельке… пара жалких монет. Даже на кофе из автомата не хватит. Отлично. Идеальное начало дня.
— На счёт денег не переживай. Я дам тебе свою карту, — произнёс он так, будто только что прочитал мысли.
— Мне ничего не нужно. Не хочу быть в роли должницы. А если тебе так важен дресс-код, возьму что-нибудь у Мии.
— Я потом вычту из твоей зарплаты.
Ну конечно…
Адриан притормозил у типичного нью-йоркского бутика с высокой стеклянной витриной и идеально застывшими манекенами в чёрно-белых нарядах. Он молча протянул карту, даже не взглянув в мою сторону.
— Иди, выбери себе что-нибудь.
— А ты не пойдёшь? — робко спросила я.
— Нет. Женский шопинг меня угнетает, — язвительно усмехнулся он. — И меня ждут в офисе. До университета дойдёшь пешком.
— Но здесь наверняка дорого… Я вообще не…
— Ничего не купишь — в офис не пущу. Всё, иди. Карту вернёшь потом.
Он ловко отстегнул мой ремень безопасности и лёгким движением подтолкнул к двери. Выйдя из машины, я подняла взгляд на золотую вывеску:
«Noir Blanc». Магазин точно не для меня…
Такое ощущение, что я случайно попала в ремейк «Красотки», только на роль Ричарда Гира, похоже, взяли Адриана.
И всё же, открыв дверь, шагнула внутрь. Чувствуя на себе придирчивые взгляды консультантов, я подошла к первому наряду и едва не захлебнулась от ценника.
Господи… что за безумные цены?
— Девушка, пожалуйста, не трогайте, — вмешалась консультантка, будто заранее решила, что у меня нет денег.
— А? — вздрогнула я и резко убрала руки. — Извините…
Пожилая женщина на софе отложила журнал, поправила очки и повернулась к нам:
— Какое отвратительное отношение к клиентам… — медленно поднялась и подошла ближе. Консультант тут же опустила глаза в пол. — Девушка, вы что, пьяны? Способны испортить товар? Или собираетесь кого-то покалечить? — повернулась она ко мне.
— Нет. Ни в коем случае… мне просто нужно что-то подходящее для работы в офисе.
— Милая, какой у тебя размер?
— XS.
Консультант бросила недоумевающий взгляд на коллегу. Та в ответ лишь развела руками, будто говоря: «не понимаю, что происходит».
— Эм… миссис Вандерлайн, вы уверены, что девушка может себе это позволить?
— Да, разумеется могу, — выпалила я и тут же прикусила язык.
Адриан ведь не сказал какой у меня лимит…
Ценники начинают плясать перед глазами, и я понимаю: если не хватит, то публично опозорюсь.
— Слышали? — Вандерлайн схватила со стола каталог, который листала до этого. — Принесите всё, что отмечено карандашом.
— Но это же эксклюзив! — выдохнула девушка, слегка растерянно.
Эксклюзив? Ой-ой… это мне уже совсем не нравится.
— Я что, должна повторять несколько раз?
— Ни в коем случае.
Девушка чуть опустила взгляд, сжала каталог и в ту же секунду скрылась за бордовой бархатной ширмой.
— Проходи в примерочную, милая, — сказала Вандерлайн, чуть отступив в сторону
Я вошла в просторную примерочную, выполненную в изысканном стиле. Это точно не сравнится с HM. Мягкий свет, лаконичный декор, ощущение пространства, где можно спокойно двигаться.
Дверь приоткрылась, и консультант протянула мне первый образ: кремовую шелковую блузку с асимметричным вырезом и юбку-миди с лёгким разрезом. Стильный, женственный наряд.
Даже не добавила, чтобы я была аккуратнее и ничего не порвала. Просто оставила наедине с вещами и зеркалом.
Я примерила подобранный образ. Довольно необычно видеть себя такой… строгой.
— Милая, покажись, — позвала миссис Вандерлайн.
Я вышла, а женщина слегка поморщилась:
— Следующий.
Консультант кивнула и протянула мне следующий образ: красный комбинезон с глубоким вырезом и белый пиджак.
Я медленно влезла в него, аккуратно подтягивая ткань по линии талии и расправляя плечи. Потом накинула пиджак и спокойно застегнула пуговицы. Когда подняла взгляд к зеркалу — уголки губ дрогнули. Этот образ действительно был «моим».
Сделала короткий вдох, собрала смелость в кулак и снова вышла.
— Хм… распусти свои шикарные волосы, — спокойно попросила Вандерлайн.
Она вообще редко улыбалась, но мне отчего-то вдруг захотелось добиться хотя бы намёка на её одобрение. Я сняла резинку, и рыжие локоны мягко легли на плечи.
— Туфли под номером восемь из новой коллекции, пожалуйста.
Через минуту девушка уже вернулась с белыми туфлями на среднем каблуке. Чистые линии, блеск кожи, никаких лишних деталей. Я присела, примерила… подошли идеально.
Следом мне подали кремовую сумку. Взяв её в руку, ощутила лёгкий вес, будет удобно носить с собой в офис. И, наконец, образ завершили солнцезащитные очки с тонкой оправой.
Признаться, всё это начинало мне нравиться. Даже консультанты будто стали мягче и спокойнее.
— Идеально! — наконец воскликнула Вандерлайн. — Милая, тебе нравится?
Я улыбнулась и кивнула.
— Отлично. Тогда примерь последний образ.
Я вернулась в примерочную — и телефон коротко завибрировал. Сообщение от Адриана:
«Почему с моей карты ещё не списали деньги? Только не говори, что ничего не купила…»
Я закатила глаза, цокнула языком и заблокировала телефон.
Пришло время для последнего образа. Я аккуратно надела изумрудную шёлковую блузку, глубокий V-вырез красиво подчеркнул ложбинку груди и ключицы. Затем примерила узкую кремовую юбку-карандаш с разрезом.
Покрутилась напротив зеркала и вышла. Вандерлайн расплылась в довольной улыбке и даже тихо хлопнула в ладони.
— Хочешь примерить что-нибудь ещё?
— Очень! — вырвалось у меня слишком искренне. Я спохватилась. — Но мне нужно в университет. Пожалуй, остановлюсь на втором и третьем.
— Ньюфордский университет? — уточнила она. Я кивнула. — Прекрасное место. Училась там дизайну… чудесные были времена. Давай я тебя подвезу.
Я не стала отказывать, женщина произвела на меня приятное впечатление.
— Покупки заберёте сразу или отправить курьером? — уточнила консультант.
О! Вот это удобно. С такими пакетами в университете я бы точно с ума сошла. К счастью, переоденусь в офисе.
— Отправить курьером. «Armitage Corporation», Мэдисон-авеню, 375, Нью-Йорк, 10017.
— И… в качестве извинений, — девушка смущённо опустила глаза, — мы дарим вам комплект нижнего белья от Лоренцо Валенти. И помаду из новой линейки, —
она улыбнулась. — К оплате $6,600.
Я молча приложила карту к терминалу, молясь всем богам, чтобы Адриан меня не прибил. Уже представляю его лицо, когда он увидит, сколько я отдала за всё это…
Аппарат пискнул и напечатал чек. Дальше мне дали расписаться на планшете. Впервые в жизни так делаю.
— Девочки, надеюсь, подобных инцидентов больше не повторится? — Вандерлайн окинула персонал строгим взглядом.
— Нет, мэм! — хором ответили они.
— Хорошего всем дня, — пожелала женщина и направилась к выходу.
Я быстро поблагодарила персонал и почти бегом догнала её, стараясь не отставать.
— Милая, кстати, как твоё имя? — спросила она, даже не оглянувшись.
— Анастейша… но можете звать меня Стейси.
Она всё-таки повернула голову, изучила меня внимательнее и тихо улыбнулась:
— Разрешишь называть тебя «Ана»?
Я будто на секунду остолбенела. Так меня ещё никто не называл. Ни один человек в моей жизни. Имя вдруг стало звучать как-то… теплее? Легче?
Непривычно, да. Но странным образом приятно.
— Да, конечно, — ответила чуть тише, чем хотела.
Она кивнула — будто мы только что заключили маленькое личное соглашение — и распахнула стеклянную дверь бутика, приглашая меня выйти первой.
Миссис Вандерлайн уверенно направилась к припаркованному у входа автомобилю, белому Maserati Quattroporte, блестящему так, что увидела своё отражение в дверце.
Я устроилась на мягком кожаном сиденье и машина бесшумно сорвалась с места. Несколько минут мы просто ехали молча, а потом разговор завязался сам собой.
Я узнала, что миссис Вандерлайн действительно окончила Ньюфордский университет. Она изучала дизайн, и, судя по тону, ностальгировала по тем временам. А ещё, что сейчас она занимает должность креативного директора журнала Vogue Manhattan. Её голос стал чуть более деловым, когда она упомянула работу, но в нём всё равно оставалась какая-то тёплая, уверенная мягкость человека, который знает себе цену.
— Индустрия меняется, — сказала женщина, глядя на дорогу. — Но талантливые люди всё ещё ценятся.
Когда мы подъехали к территории университета, она остановила машину возле главного входа. Я уже собиралась поблагодарить её за поездку, как миссис Вандерлайн открыла свою сумку, достала небольшую визитку и протянула мне.
Белая, плотная, с золотым тиснением.
Elisabeth Vanderline — Creative Director, Vogue Manhattan.
— Ана, — мягко сказала она, снова используя непривычное, но почему-то приятное сокращение, — я хочу увидеть тебя на съёмках. У тебя правильная энергетика. Свяжись со мной, когда появится время.
Я осторожно взяла визитку, будто боялась помять её, и почувствовала, как внутри что-то дрогнуло — смесь волнения, удивления и странной надежды?
Машина плавно уехала, оставляя меня стоять у университета с визиткой в руке и лёгким ощущением, что моя жизнь только что поменяла вектор.
День в университете пролетел на удивление быстро. Пары сменяли друг друга почти незаметно.
Одногруппники казались дружелюбными, но я не спешила ни с кем сближаться. Во время коротких перемен сидела в телефоне, общаясь с другом по переписке.
Обед в столовой прошёл как обычно, в компании Мии и Алекса.
Позже позвонил отец, сообщив хорошую новость: его снова берут на работу в полицию, правда после переподготовки.
Сегодняшний день просто волшебный!
К концу занятий голова гудела от новой информации, но это было приятное, рабочее ощущение. Нам раздали новое расписание на следующую неделю. Так что впереди меня ждут куда более насыщенные и интересные лекции, чем ожидала.
Адриан уже ждал меня у университета. Я едва успела захлопнуть дверь машины, как он бросил:
— С меня что, зря списали шесть с половиной тысяч? Где новые вещи, Анастейша?
Я цокнула языком:
— Во-первых, привет. Тоже рада тебя видеть. Во-вторых, вещи отправили прямиком в офис. Было бы странно таскать из корпуса в корпус три огромных пакета.
Он коротко хмыкнул и завёл двигатель. Я откинулась в кресле, ловя секундную передышку после насыщенного дня.
На полпути я вытащила телефон и написала другу: «Батарея садится, позже отпишусь». В конце добавила милый смайлик.
— Что я говорил про телефон и переписки с этим гадёнышем? — голос Адриана стал холоднее, чем кондиционер в салоне.
— Мы ещё не в офисе, чтобы я подчинялась твоим правилам. И перестань его оскорблять. Он умный, талантливый, — сказала я, закатив глаза.
Адриан промолчал.
Мы подъехали к «Armitage Corporation». В просторном холле Кроуфорд кивнул на ресепшен:
— Забери пропуск и поднимайся ко мне.
Я подошла к стойке. Та самая женщина, что встречала меня вчера, подняла взгляд.
— Пропуск… да? — протянула она с сухой усмешкой. — Ещё дня не проработала, а уже заказываешь доставку прямо сюда?
Я тонко выдохнула и всё же вежливо улыбнулась:
— Можно просто выдать пропуск и пакеты?
Она поднялась, протянула мне аккуратно упакованные сумки… и вдруг наклонилась ближе:
— Интересно, за какие заслуги мистер Кроуфорд взял тебя своим ассистентом?
Вот здесь я уже приподняла бровь:
— Не лезь не в своё дело. Понятно?
Женщина резко отстранилась.
Я забрала вещи и направилась к лифту, думая только об одном: «где здесь можно переодеться?»
Я влетела в лифт, прижимая пакеты к груди, и едва успела нажать кнопку седьмого этажа, как двери снова раскрылись.
Внутрь вошёл профессор Синклер, такой же аккуратный, собранный и спокойный, как всегда. Лёгкий аромат его парфюма сразу наполнил кабину.
— Добрый вечер, профессор, — кивнула я.
Он чуть приподнял уголок губ.
— Я просил называть меня просто Кристофер. По крайней мере, когда мы вне университета.
— Хорошо… — улыбнулась куда-то в пол, чувствуя, как щеки слегка горят. — Эм… профес… ой, Кристофер, вы не подскажете, где здесь можно переодеться?
Он слегка выгнул бровь, будто пытаясь понять, шучу я или нет. Через секунду уголки губ смягчились.
— Раздевалок в корпорации нет. А почему спрашиваешь?
— Мне нужно переодеться в… — я покосилась на пакеты — …в рабочую одежду.
Он хмыкнул.
— Можешь переодеться в моём кабинете. А потом иди к Кроуфорду.
— Спасибо.
Двери раскрылись, и он жестом предложил выйти первой.
Провёл до своего кабинета, а сам остался в коридоре:
— Подожду здесь. Дай знать, когда закончишь.
Я нырнула внутрь, поставила пакеты на стол и достала третий комплект.
Шёлковая изумрудная блузка мягко скользнула по коже. Кремовая юбка отлично подчёркнула талию, а разрез придал лёгкой смелости.
Из пакета достала красную помаду.
Зачем?
Не знаю. Наверное, хочется хоть наполовину почувствовать уверенность этих женщин из офиса.
Помада легла на губы удивительно ровно, учитывая, что я красилась, по сути, глядя на своё отражение в потухшем экране.
Вот так уже похоже на человека.
Собрав волосы, поправив блузку, я взяла пакеты и вышла.
Синклер стоял, опершись спиной о стену, глядя в телефон. Услышав шаги, поднял взгляд и на секунду замер.
— Ты… выглядишь очень профессионально. Адриан оценит, — сказал он мягко.
— Спасибо.
Я направилась по коридору к кабинету Кроуфорда. Дверь тихо щёлкнула, когда вошла. Адриан сидел спиной ко мне, просматривая документы.
— Ты слишком долго, — сказал он.
— Извини.
Кроуфорд повернулся. И застыл.
Чего это он так смотрит?
Я машинально поправила блузку, хотя она сидела идеально.
— Садись, — наконец сказал он, голос стал глубже и тише.
Я села напротив, ощущая остаточный вес взгляда. Адриан медленно пролистал документы, будто собираясь с мыслями, и кивнул в сторону соседнего рабочего места:
— Твой стол. Свет хороший, доступ к документам удобный. И… — он чуть наклонился, — могу видеть, когда ты работаешь, а когда бездельничаешь.
Я попыталась не закатить глаза.
— Какие задания на сегодня? — спросила, чтобы отвлечься.
— Во-первых, — он вернулся к своему столу и взял несколько папок, — вот это.
Положил их передо мной, и я буквально утонула в количестве листов.
— Нужно разослать письма партнёрам, подготовить список запланированных встреч и сверить накладные. Всё до конца дня.
— До конца какого дня? — уточнила я.
— А у тебя есть варианты? — вскинул бровь.
Я прикусила губу, стараясь не ляпнуть что-то дерзкое. Его взгляд скользнул по мне. Словно спорил сам с собой: смотреть или делать вид, что ему всё равно.
Я села за стол, открыла первую папку и тихо пробормотала:
— Отлично, теперь ещё и под наблюдением 24/7. Больше контроля, больше Адриана. Чего же ещё хотеть…
Чтобы посмотреть на Адриана, мне нужно повернуться. А он может видеть каждый мой жест.
Приятно? Нервирует?
Скорее и то, и другое.
Через минуту он снова заговорил:
— И Анастейша…
— Да?
— Больше никаких переписок с тем… «очень талантливым молодым человеком».
Он сделал акцент так, будто цитировал меня, но через зубы.
Я медленно положила ручку на стол.
— Это выходит за рамки моей должностной инструкции.
Адриан поднял глаза.
— А я не задаю рамок. Я их устанавливаю.
Я чуть дернулась, потому что его голос прозвучал слишком угрожающе?
Он смотрит. Слишком пристально. Опять.
Мне пришлось вернуться к документам.
Я полностью ушла в работу: бумаги, таблицы, письма затянули меня, и только взглянув на часы, поняла, что уже 17:30.
Я даже вздрогнула.
В дверь постучали, и почти сразу вошла секретарша.
— Мистер Кроуфорд, через пятнадцать минут начинается собрание.
Адриан откинулся в кресле, медленно поднялся и, проходя мимо, бросил:
— Работай. Я скоро вернусь.
Как только хлопнула дверь, я позволила себе выдохнуть.
Боже… усталость ощущалась во всём теле. На пять минут положила голову на руки, прикрыла глаза и просто… зависла.
Всё. Перерыв окончен.
Я снова погрузилась в работу.
Когда Адриан вернулся, все задания были выполнены.
— Ну как? — спросил он, остановившись напротив.
Я сдержанно улыбнулась:
— Всё готово. Вот.
Адриан мельком посмотрел бумаги, кивнул:
— Хорошо. Проверю завтра. Поехали домой. Сегодня с нами ужинает твой профессор.
Мы покинули офис и сели в машину: Адриан — за руль, Синклер — на переднее пассажирское, я — сзади.
Синклер фыркнул, глянув на сиденье:
— Адриан, серьёзно? Ты до сих пор не поменял обивку?
Я моргнула.
Кроуфорд уже успел рассказать Синклеру, как я в тот вечер после паба… испортила сиденье в его крутой машине? И, честно говоря, до сих пор не понимаю, как это вообще получилось. Видимо, магия или проклятье моё какое-то, не иначе.
— Синклер, заткнись.
— Да ладно, — рассмеялся профессор. — Моя Луна всего лишь была в настроении.
— Луна? Это… кто?
— Моя кошка. Маленькая, наглая, обожает драть всё, что принадлежит Адриану.
— Так это ваша кошка расцарапала сиденье?
— Ну да, — удивился он. — А что?
Я повернулась к Адриану. Очень медленно.
— Ты… обманул меня.
— Я? — спросил он, будто это было невозможно.
— Ты просто невозможный человек! — воскликнула я.
— Привыкай, Анастейша. Я же предупреждал.
Всё, Кроуфорд! Сегодня последний день, когда твоя жизнь была спокойной. ТЕБЕ КОНЕЦ!