Глава 28

Погруженная в размышления: «А не родственничек ли Драгопатерос причастен к моим злоключениям?» – я шла по анфиладе к залу порталов молча. Даррен решил, что я перенервничала и устала, поэтому снова великодушно поделился силой.

Тепло растеклось по венам, приятно согревая. Забота, вкупе со всем тем, что он сделал для меня во время аудиенции, тронула до глубины души. Я не стала упрямиться и приняла её с признательностью.

– Благодарю, – подняла на него глаза.

Статный Даррен, красивый, гордый, в строгом сюртуке, подчёркивающим его выправку, мужественность, притягивал взгляд. Им хотелось любоваться. Вот только настроение у него после встречи с королём не радужное.

– Мы что-нибудь придумаем, – пообещала примирительно. Даррен промолчал, и тогда я сменила тему: – А как ты делишься силой?

– Само получается.

– Я тоже хочу научиться делиться, – осторожно подёргала его за рукав, привлекая внимание. – Научишь?

– Зачем тебе это, Каррина, если ты не хочешь сохранять брак? Если не чувствуешь между нами связь? – Обжёг он меня мрачным взглядом зелёных глазищ. – Да и не получится у тебя.

В его голосе отчётливо прозвучала обида.

– Да, – согласилась, – пока между нами всё слишком сложно. Я другая. Ты изменился. И вопрос с Милией.

– Не сто́ит обсуждать лично во дворце.

Вообще-то, в портальном зале в этот раз, кроме нас, никого не было. Но раз не настроен на беседу, настаивать не стала.

Даррен вытянул руку с кольцом над гладкой, почти зеркальной плитой. Искусно вписанная в мозаику каменного пола, она была едва заметна. Однако стоило её активировать кольцом, перед нами появился сияющий переход.

Войдя в него, мы в мгновение ока оказались в замке.

Я тотчас услышала довольные детские визги, доносившиеся с улицы. Так и тянуло подойти к окну, полюбоваться малышами, однако прежде надо отпустить Даррена.

– Спасибо за всё, – поблагодарила его за поддержку перед королём.

Даррен кивнул.

– Ты устала. Тебе надо отдохнуть. Проводить до покоев?

– Да, – согласилась я, чем удивила его.

Он подал руку, я приняла её, и мы неспешно пошли по коридору.

– Скажи… – Я понизила голос до шёпота. Даррену пришлось ссутулиться и клонить голову, чтобы услышать меня. – Когда ты уезжал по поручениям кое-кого, в замке происходили всякие случайности… Ты не находишь это странным?

Даррен нахмурился, задумался, даже приостановился. Однако, подумав немного, возразил:

– Какая этому «кое-кому» выгода? Ваша матушка – младшая сестра. Престолонаследование передаётся по мужской линии. Нет причин для козней.

– Ага, – кивнула я и мысленно вычеркнула Драгопатероса из списка подозреваемых.

– Каррина, обещаю, что разберусь со всеми тайнами и кознями сам. Ты отдыхай.

Мы остановились у моих покоев. Даррен вежливо поклонился и уже собирался уходить, как неожиданно обернулся:

– Для избавления от слухов нам следует начать обедать в столовой.

– Я ещё не готова.

Чувствовала я себя благодаря его поддержке хорошо, но страх есть в стенах замка так и не прошёл.

Даррен насупился, свёл брови. Я подумала, что начнёт спорить, однако он удивил.

– Хорошо, – любезно приоткрыв мне дверь, дождался, когда я войду, и вошёл следом. После чего, взяв со стола колокольчик, позвонил…

Слуги торопливо внесли в покои стол, накрыли красивой скатертью, расставили сервизы, резные канделябры, поставили два стула напротив друг друга. Зажгли люстру, хотя в покоях и так было светло.

Я ошарашенно посмотрела на молчавшего Даррена.

– Каррина, если ты сомневаешься в безопасности блюд и отказываешься из-за этого нормально есть, я буду дегустировать каждое блюдо лично.

Я закатила глаза. Мило с его стороны, но я хочу побыть одна!

– Я устала, Даррен.

– Я тоже устал. Как только пообедаем, разойдёмся. Если, конечно, ты не пожелаешь прогуляться.

Смотря на его упрямо поджатые губы, проще было согласиться, чем отпираться. Но покладистой я не буду. У меня уже созрела мстительная пакость…

Дегустируя блюда, Даррену пришлось съесть как минимум половину из всего того, что подали к столу, а я не унималась.

– Ой, а вот это? Это вкусно? – Указала кокетливо пальчиком на рагу, красиво уложенное на блюде, украшенное крупными кусками отборного мяса, орехами и политого густой, ароматной подливой.

Объевшийся Даррен уже давно раскусил мою хитрость, однако же продолжал проявлять чудеса выдержки.

– Какой именно кусок мне съесть? – поинтересовался, расстёгивая пуговицы на жилете.

– Я даже не знаю. Вот этот. Или этот… И подливку. Она такая красивая.

Даррен взял ложку, вздохнул и, зачерпнув рагу, начал жевать.

– Вкусно, – подытожил, прожевав и проглотив всё, на что указала.

– Не сомневаюсь, – улыбнулась я. Поддавшись соблазну, подхватила пальцами лакомый кусочек, плевав на приличия и этикет, и положила себе в рот.

М-м, как вкусно! Блаженно сощурилась.

Даррен переменился в лице. У него вмиг разгладились морщинки, губы растянулись в искренней улыбке, а в глазах засияли озорство и восхищение.

– Мне нравится, когда ты, Каррина, улыбаешься.

– Как не улыбаться, когда ты едва дышишь. Считай, это мои извинения за проделку. Надеюсь, ты не обидишься.

– Нет. Но от обжорства тянет в сон, – признался Даррен, похлопывая себя по животу. – А ведь у меня были планы.

– План никуда не убежит, – пошутила я. – Отдохни.

Я бы тоже подремала. Дело к этому и шло, но пришёл Милан и гордо сообщил:

– Милорд. Пожаловал сам Советник, граф Эрильдо. С супругой.

– Так рано? Попирая приличия? – с сожалением посетовал Даррен, вставая из-за стола. Он уже настроился на отдых и совершенно не ожидал гостей. – Что ж, сон откладывается.

– Сожалею, – улыбнулась я, любуясь появившимся животиком у Даррена из-за очень плотного обеда.

– Они, Каррина, интересуются не моей персоной, а твоей, чтобы заверить Драгопатероса, что ты обаятельна, мила и здорова. Так что… – С усилием изобразив поклон, Даррен подмигнул и подал мне руку. – Наш выход.

Передо мной стоял не суровый, холодный аристократ, властный мужлан, а молодой, ироничный мужчина с хорошим чувством юмора. Он был обаятелен и улыбчив, точь-в-точь как Ари Сомер, в которого когда-то бесповоротно влюбилась.

До этого в моей голове как будто существовали два разных мужчины: отдельно Ари, и отдельно Даррен. И вот произошло нечто, и они внезапно стали единым целым!

Удивлённая открытием, я, когда надела наряд, попросила Верию сделать мне красивую причёску. Пусть гости видят, что я здорова. А Даррен вспомнит, что когда-то был влюблён в меня…

В гостиную входила, ужасно волнуясь.

Стоило Даррену улыбнуться, восхищённо оглядеть меня, задержав взгляд на моей шее, губах, потом глазах, страх и сомнения прошли. Наверно, он снова творил свою драконью манию, но я была искренне благодарна ему.

– Герцогиня! – Пожилая чета гостей поднялась и поспешила подойти ближе.

Перед встречей Даррен уверил меня, что если пожелаю, могу молчать и улыбаться, он разрулит любую ситуацию. Я была уверена, что так и буду делать…

Когда светская беседа свернула не в то русло? Я даже не поняла. Вот только тянулся нудный разговор ни о чём, а потом перешли к обсуждению ценообразования. Я всего-то имела неосторожность заикнуться о пользе здоровой конкуренции. Советник подловил меня, напомнив о налоговой выгоде для королевской казны, и разговорил в два счёта. И вот мы перешли к спору о протекционизме. Даже спокойная, немного сонная графиня Ринель, доброжелательная старушка, перестала дремать и стала внимательно следить за наши спором.

Даррен не пытался приструнить меня или закрыть мне рот. Напротив, внимательно слушал, не отводя зелёных, умных, пронизывающих глаз.

И поздно я спохватилась, что выдала себя; что глупой мне теперь не прослыть.

– Где же вы, юная прелестница, набрались таких познаний? – поинтересовался советник, поглаживая от удовлетворения интересной беседой, клин седой бороды. – Редко встретишь женщин столь редкого ума.

– Сия юная прелестница, граф, путешествуя по королевству, заинтересовалась торговлей. Даже сумела открыть булочную и несколько лавок с выпечкой, – пришёл на помощь Даррен.

У старика от удивления изогнулась бровь, спёрло дыхание.

– И как? Успешно?

– Уверяю, граф, более чем! Каррина – невероятная особа

Я опустила глаза долу и попыталась изобразить скромность, однако было поздно.

– Заинтригован, герцогиня. Весьма заинтригован. Но как? Может быть, мне парочку моих внуков тоже отправить открывать лавки, дабы оболтусы набрались ума? Посоветуете?

– Граф, прежде чем отправлять внуков, подарите им справочник, – покладисто пролепетала я. – Мне повезло, что у меня с собой была записная книжечка с проверенными рецептами. Ах, если бы не она…

Я почувствовала на себе взгляд Даррена. Он знал мою историю, но до сих пор не мог найти объяснения кардинальной перемене моего характера. И в мои россказни не поверил.

Вечер проходил размеренно, интересно, пока дверь не распахнулась, и в гостиную не ворвался высокий, полный мужчина.

Подслеповато щурясь, он оглядел комнату и двинулся на меня… А потом с радостным воплем:

– Каррина! – выдернул меня из кресла, как пушинку поднял и крепко обнял.

– Эванс, задушишь! – проворчал Даррен, останавливая незнакомца, который, кажется… Мой брат?

– Почему ты не сообщил мне новость? – обиженно сопя, посетовал Эванс, который при всём нашем очевидном внешнем сходстве, очень отличался от меня ростом, комплекцией и темпераментом. – Почему я узнаю́ от других источников! А?

– Не успел, Эванс. Было много хлопот.

– Пожалуй, не будем мешать родственной встрече. – Советник понял, что сейчас они с супругой здесь лишние. – Рад был видеть вас, герцогиня, в здравии. Надеюсь, на нашу скорую встречу и продолжение интереснейшего спора.

Когда супруги покинули нас, Эванс, мой братец, расцеловал меня в обе щеки и не по разу, а потом повернулся к другу и строго попенял:

– Так почему я узнал последним?

– Потому что есть одна проблема, Эванс, – Даррен подошёл к нам и встал рядом с серьёзным лицом.

– Ха, всё ерунда! Каррина жива! И это главное.

Длинные пухлые руки с большими лапищами обняли меня за плечи и снова притянули к большому мягкому телу.

– Как ты, моя малышка? – Эванс заглянул в глаза, и я увидела в них искреннюю радость.

– Твоя малышка Каррина потеряла память. Так что не пугай её своими выходками.

– Как? Совсем? – Вытянулось лицо братца. – Даррен, шутишь?

– Я в первый раз вас вижу, – произнесла я и заметила, как на лице Эванса отразилась самая настоящая боль.

В комнате повисла тягостная пауза.

– И есть ещё одна проблема… – вспомнила я. – У меня есть дочь.

– Это же чудесно! – Просиял братец. – Так, хватит шуток. Давайте серьёзно!

– Не от Даррена, – припечатала я его самым хмурым тоном.

– Да уж… – опешил Эванс и закусил губу, совсем как я.

Приготовилась, что он обрушит на меня гнев и упрёки, однако он шумно выдохнул, упрямо тряхнул головой и заявил: – Прости Даррен, но при любом раскладе это моя племянница. И если ты… То я… В любом случае заберу ребёнка и буду воспитывать сам.

– Так Каррина тебе и отдаст, – фыркнул с досадой Даррен.

Заметив, какая гамма эмоций отразилась на его лице, я поняла: он был совершенно не против отдать Милию. И только зная, что я на это не соглашусь, промолчал.

Радость от хорошего вечера померкла. Пусть в сердце Даррена имеются ко мне чувства, однако Милия его тяготит. Так что, вряд ли у нас что-то получится.