ГЛАВА 37

Почти бежала, боялась не успеть. Останавливало лишь то, что бег по коридорам замка привлек бы к себе нежелательное внимание.

«В это время он обычно у себя», — в ушах так и звучал голос Гретты. Эти слова девушка сказала перед тем, как несколько недель назад проводить Кейру в Северную башню.

Нужно было успеть, пока Айнан никуда не ушел. Кейре было необходимо с ним поговорить наедине. Но вызвать его через слуг после того, что произошло прошлым вечером, она не могла.

А если бы вызвала? Пришел бы он? Кейре не хотелось проверять.

Поэтому нужно было застать Айнана в его комнате.

Она уже достаточно хорошо изучила коридоры замка за тот месяц, что провела в его стенах. Тем не менее все равно один раз свернула не туда. Однако быстро сориентировалась и вернулась, снова пошла в правильном направлении.

Вечерело, но до сна было еще слишком далеко. Час до ужина. Замок жил своей обычной жизнью. По коридорам вышагивали Кожаные, сновали слуги, изредка проходили высокородные обитатели королевской обители. К счастью, никому из них не было дела до куда-то спешащей девушки в темном скромном платье. Кейра несколько раз поздоровалась со знакомыми лицами и улыбнулась паре стражников в пустых коридорах, где кроме них не было ни души.

Северную башню Кейра все-таки отыскала без посторонней помощи и выдохнула с облегчением, когда вышла к уже знакомой лестнице.

Помедлила на первой ступеньке, внезапно засомневавшись в том, что она делает и куда идет. Потом взяла себя в руки и решительно зашагала наверх.

* * *

Кейра постучала в дверь и испуганно отдернула руку. Оглянулась на лестницу за спиной, но та оставалась пуста. Снизу тоже не доносилось ни звука.

В комнате что-то упало, потом послышалось тихое бормотание (вероятно, ругательство), а затем до боли знакомый голос крикнул:

— Сейчас! Иду!

Сердце ускорило бег.

Нет, не думать о том, что она здесь делает. Не колебаться.

Дверь распахнулась. Появившийся на пороге Айнан был без рубашки и босиком, из одежды — только брюки.

Так уж вышло, что несмотря на несколько лет работы в большей частью мужском коллективе, Кейре почти не приходилось видеть представителей противоположного пола без одежды. Она много раз наблюдала Кайла в одном нижнем белье. Пришлось: работая в паре, постоянно приходится перевязывать партнера и обрабатывать друг другу раны — не до стеснений.

Грудь Кайла покрывали жесткие рыжеватые волосы, становившиеся темнее к низу живота. А еще у напарника были литые скульптурные мышцы — результат долгих и упорных тренировок. «Какой женщине я понравлюсь, если буду выглядеть, как дохляк?» — любил говаривать друг.

Недавно ей довелось видеть наследника престола, расхаживающего в полурасстегнутой рубашке. Его грудь покрывали редкие, но длинные темные вьющиеся волоски, при виде которых в голове Кейры всплывали мысли о мыле и бритве.

У Айнана на теле не было волос. Ровная гладкая кожа без шрамов и родимых пятен, под которой был заметен четкий рельеф мышц. Не таких больших и бросающихся в глаза, как у Кайла, но ясно говоривших о том, что хозяин этого тела не гнушался физических упражнений.

Чувствуя себя невероятно глупо, Кейра скользнула взглядом по его груди, спустилась к животу и лишь потом вскинула голову к лицу. Ее встретили плотно сжатые губы и ледяные глаза. Если управляющий и был удивлен визитом незваной гостьи, то он успел справиться с изумлением за то время, пока она бессовестно его разглядывала.

Айнан опустил взгляд к ее правой руке, затем к левой. После чего холодно усмехнулся:

— Вижу, ты не взяла с собой нож. У меня есть свой. Одолжить?

Холод в глазах и в каждом слове.

Кейра покачала головой и заставила себя не отводить взгляд от его лица.

— Я пришла поговорить, — и добавила: — Мирно, — так как после ее слов управляющий не спешил приглашать ее в комнату: стоял, продолжая придерживать одной рукой дверь.

Айнан пожал плечом и безразлично разрешил:

— Говори.

Кейра бросила взгляд на лестницу и снова посмотрела ему в глаза.

— Могу я войти? — спросила прямо.

Айнан смотрел на нее оценивающе и по-прежнему враждебно. Так, что Кейра приготовилась к тому, что сейчас услышит точно такое же «Убирайся!», которым она выгнала его из своих покоев вчера.

Но Кейра ошиблась: управляющий отступил, шире распахивая дверь.

— Заходи.

Вот так, коротко, всего лишь одно слово.

Кейра поспешила воспользоваться приглашением, пока он не передумал.

Вошла, осмотрелась. С прошлого ее пребывания здесь в комнате ничего не изменилось. Разве что стул у стола лежал на полу. Должно быть, звук именно его падения она слышала снаружи.

Айнан прикрыл за ней дверь. Повернулся.

— Предупреждаю, — сказал серьезно. — Пытаться заниматься членовредительством бесполезно. Пока мой кристалл в целости и сохранности, ты не сможешь мне навредить ни магией, ни острыми предметами. Впрочем, можешь попробовать, — милостиво разрешил он. — Я как раз в нужном виде — не придется выбрасывать очередную рубашку.

Кейра поняла, что краснеет. Густо, до корней волос.

Что же она натворила? Призрак, лишенный эмоций и собственного мнения, не способен говорить так.

— Я должна извиниться за нож, — пробормотала, изучая собственные руки.

Айнан хмыкнул.

— Извинения приняты.

Однако тон его голоса ясно говорил, куда она может пойти со своими извинениями и угрызениями совести.

Кейра стояла посреди комнаты, переплетя пальцы рук на уровне талии и не зная, куда себя деть и с чего начать. По дороге решение прийти сюда и поговорить казалось ей единственно верным, но на такой прием она не рассчитывала.

Айнан прошел к кровати и уселся на нее, подобрав под себя ноги. В ожидании поднял голову.

— Ты пришла говорить — говори, — напомнил он.

Кейра сделала шаг к нему, остановилась. Айнан не шелохнулся.

— Это ты оплатил ремонт приюта Святой Матери и отправил госпоже Ри средства на питание для сирот?

На его лице не дрогнул ни один мускул. Айнан так и сидел, прямо смотря на нее взглядом, по которому ничего невозможно было прочесть.

— Какое это имеет значение? — ответил он.

— Большое, — не согласилась Кейра.

— Никакого, — твердо возразил Айнан. — Это ничего не меняет. Ты — человек, я — предмет. То, что ты вчера велела мне убираться, — самый твой верный поступок за последний месяц. Тебе нет нужды извиняться передо мной и что-либо объяснять.

— И нет права задавать тебе вопросы? — поняла Кейра.

Он пожал плечами.

— Читаешь между строк.

Нет, Кейра была не намерена сдаваться так просто. А холодный прием — что ж, заслужила.

Она сделала еще один шаг по направлению к кровати.

— Мне нужно знать, — сказала упрямо.

На этот раз Айнан чуть отклонился назад, не давая ей сократить между ними расстояние.

— Помнится, ты не горела желанием афишировать свое пожертвование в сиротский приют, — напомнил он. — Думаешь, скромность — прерогатива живых?

— Мне нужно знать, — повторила Кейра.

Она уже знала. Поняла еще в тот самый момент, когда ступила на новые плиты двора приюта Святой Матери. Но ей нужно было услышать это от него.

Их взгляды схлестнулись.

Кейра не закрывалась, смотрела прямо, не играла и не притворялась. Пусть он увидит, что она чувствует. Потребность услышать из его уст подтверждение своих собственных умозаключений вызывала у нее едва ли не физическую боль.

Айнан первым прервал контакт взглядов. Опустил глаза, провел ладонью по волосам, убирая со лба упавшую на него непослушную прядь. Его плечи опустились, будто их обладатель устал держать оборону и сдался.

— Королевская семья предпочитает не распространяться о том, кто я. Так жителям замка спокойнее. Грация полагает, что, считая меня живым, людям проще мне доверять, — он назвал королеву просто по имени, заметила Кейра, впервые. — А финансовые документы проходят через множество рук. Поэтому им проще платить мне жалование, чем объяснять всем и каждому, почему мне не нужны деньги, — Айнан снова поднял на нее глаза, но на этот раз в них не было враждебности, только усталость. — Вот и представь, — невесело улыбнулся, — какая сумма у меня накопилась за одиннадцать лет. Я понятия не имел, как обстоят дела в приюте. Ты подала мне идею, и я ей воспользовался. Во всяком случае этим деньгам больше не пылиться в мешках.

— Одиннадцать лет, — прошептала Кейра.

Значит, Маринз не ошибся в сроках.

— Одиннадцать, — подтвердил Айнан и поморщился. — Сядь уже наконец или иди, если узнала все, что тебе было нужно.

Нет, теперь ей стало категорически мало тех сведений, которые у нее были. Хотелось понять. Кейре НУЖНО было понять.

Она подошла к кровати. Айнан следил за ней взглядом. Он даже весь подобрался, будто готовый к тому, чтобы в любой момент вскочить на ноги, если Кейра решит сесть к нему слишком близко.

Она села на расстоянии вытянутой руки. Айнан расслабился: такая дистанция его устроила.

Пауза затянулась. Хотелось сказать и спросить лишком многое, но каждая фраза, приходящая ей на ум, казалась глупой и неважной.

Всего лишь позавчера Кейра целовалась с этим человеком здесь, прямо в этой комнате. А затем вон за той стеной, где начинается потайной ход. Плавилась в его объятиях и желала одного, чтобы он ее не отпускал.

А сейчас… Сейчас она знала, что даже сочетание «с этим человеком» ошибочно. Потому, что Айнан не человек.

Управляющий сидел к ней боком и так же, как она несколько минут назад, с преувеличенным вниманием изучал свои руки.

Кейра смотрела на его профиль: высокий лоб, на который опять упала та самая, не желающая вести себя послушно прядь волос, прямой нос, плотно сжатые губы. Родинка на щеке, маленькие мимические морщинки в уголках глаз и у рта.

Она проскользила взглядом вниз, по его голым плечам, груди, животу, ногам в черных брюках, из-за выбранной позы сейчас натянувшихся на коленях, и тоже уставилась на руки. У него были длинные пальцы с аккуратными коротко остриженными ногтями. Кейра впервые заметила тонкий белесый шрам на указательном пальце левой руки и след от ожога на большом — правой.

Он выглядел таким настоящим, таким близким. Разве может магия создать тело, настолько идентичное настоящему?

Айнан резко повернулся к ней вполоборота.

— Насмотрелась? — спросил жестко.

Но Кейра не смутилась и не отвела взгляд.

— Еще нет, — призналась она.

Ей нравилось на него смотреть. Не знала зачем, возможно, чтобы продлить агонию и помучить себя подольше. Раньше Кейра никогда не замечала за собой подобного.

Айнан посмотрел на нее осуждающе и отвернулся. Подпер кулаком подбородок, уперев локоть в колено.

— Ты зря передумала уезжать. Я говорил тебе правду: Клодис может быть для тебя опасен.

— Почему? — спросила Кейра.

Айнан повернул к ней лицо, нахмурился.

— Почему Клодис может быть опасен? — изогнул бровь. — Помнится, я все тебе подробно объяснил два дня назад. Повторить?

Она покачала головой и уточнила:

— Почему тебе небезразлично то, что мне может грозить опасность?

Сначала Айнан смотрел на нее как на сумасшедшую, потом устало прикрыл глаза и потер пальцами переносицу. Кейра жадно следила за каждым его движением: мимика, жесты — все как у живого человека, не придраться.

— Кейраааа, — протянул управляющий. — Чего ты от меня хочешь? Чтобы я еще раз повторил, что люблю тебя? — Кейра поджала губы. — Не хочешь, — сделал вывод Айнан. — Не бойся, я и не собирался. Прошлый раз — и тот был лишним. Ты жива, а я — нет. Все остальное не имеет значения. Не знаю, что побудило тебя сменить гнев на милость и прийти сюда, но лучше тебе вернуться к вчерашней линии поведения.

— Приют, — прошептала Кейра.

— Что? — переспросил он.

— Приют, — повторила тверже. — Вчера я была уверена, что все, что было между нами, было ложью, спланированным кем-то сценарием. А когда я увидела то, что ты сделал для сирот…

— Возвела меня в ранг святых? — перебил Айнан. — Кейра, тебя может не бросать из крайности в крайность? — она пожала плечами: видимо, нет. В ответ Айнан закатил глаза к потолку, потом пересел к ней лицом и продолжил: — Хочешь знать правду, знай. Не было никакого сценария, тайного плана — или что ещё ты себе надумала? Был я и мой эгоизм. Я тебе о нем говорил, — Кейра кивнула в знак того, что помнит. Ей вообще казалось, что она помнит в мельчайших подробностях каждую встречу с ним, каждое сказанное им слово. Айнан поморщился. — А еще я говорил тебе о трусости. Эгоизм — это то, что мне нравилось быть с тобой рядом. Но я струсил и не сказал тебе о себе правды. Утешал себя тем, что не врал. Но, по правде, наплевал на твои чувства и просто испугался. Мне нравилось чувствовать себя живым, понимаешь? Впервые за одиннадцать лет я чувствовал себя живым и эгоистично наслаждался моментом.

— С тобой я тоже впервые почувствовала себя по-настоящему живой, — тихо призналась Кейра.

Он грустно улыбнулся.

— Но ты и есть живая. А я… Ты понравилась мне сразу, с первой встречи. Я удивился своей реакции, но ещё отдавал себе отчет в своих действиях. А потом ты стала с завидным постоянством попадаться мне на глаза: у беседки королевы, на лестнице… Было легко убедить себя в том, что это не я ищу с тобой встречи, а так просто складываются обстоятельства. А потом ты пришла сюда с деньгами для приюта…

— Я подумала тогда, что ты мне не поверил и разозлился на то, что я клевещу на королеву.

Айнан кивнул.

— Я разозлился, — признал он. — Но не на тебя. Я был восхищен тобой. Вот она, моя точка невозврата. А потом…

— А потом был спор девушек в саду, — подсказала Кейра, невольно улыбнувшись, вспомнив, в каком она пребывала ужасе, когда услышала, поцелуй с кем станет ее заданием.

— Верно, — подтвердил Айнан. — И я хотел тебя поцеловать. Мне было важно узнать, что я почувствую. Мы снова возвращаемся к моему эгоизму: я знал, что для тебя опасна близость со мной.

— Энергопотеря…

— Именно, — кивнул он. — Первые годы я вообще избегал касаться живых, даже мимолетно дотрагиваться, — Айнан поднял руку с растопыренными пальцами, словно демонстрируя страшнейшее оружие. — Одно касание — и живая энергия неслась ко мне бешеным потоком так, что люди теряли сознание. Позже я научился контролировать это. Понял, как уменьшить количество энергии, переходящей ко мне от живых. Оказалось, что главным является площадь соприкосновения, — он опустил руку и положил ладонь на свое колено. — Я смог даже легко здороваться за руку, брать девушек под локоть, чтобы проводить куда-либо. Ты помнишь, как застала меня за разговором со служанкой той ночью?

Кейра кивнула. Тогда она была поражена поступком управляющего и его сочувствием к бедной девушке до глубины души.

— Она обняла тебя на радостях и пошатнулась, — вспомнила Кейра.

— Верно, — Айнан снова опустил взгляд на свои руки, но быстро поднял и посмотрел Кейре прямо в лицо. Видимо, он решил довести этот разговор глаза в глаза до конца. — Ты маг, у тебя гораздо больше энергии, чем у обычных людей. Поэтому ты не падала в обмороки.

— Голова кружилась, — призналась Кейра.

— Я все ждал, когда ты догадаешься, но ты даже не думала в этом направлении.

Кейра вдруг вспомнила один из их разговоров в ее комнате.

— Однажды ты хотел сказать мне, а я сама отвлекла тебя.

— Да, — он тоже помнил. — Отвлекла и дала мне новый повод струсить и убедить себя, что можно еще подождать. А потом был Дариус, был Клодис. И я решил, что могу спасти тебя от себя, так и не признавшись.

Кейра склонила голову набок, вглядываясь в его лицо.

— Почему?

Айнан иронично приподнял брови.

— Что — почему? Еще раз спросишь, почему я хотел спасти тебя?

— Нет. Почему в итоге не сказал? Я бы все равно уехала навсегда, и мы бы больше никогда не встретились.

Айнан ответил не сразу. Усмехнулся, взъерошил пальцами волосы на затылке, покачал головой каким-то своим мыслям.

— Потому что не хотел заметить в твоих глазах то, что увидел вчера.

Кейра все же опустила взгляд, чувствуя жгучий стыд за свою несдержанность прошлым вечером. Даже Шарлотта, с ее импульсивностью и перепадами настроения, сразу указала ей на то, что нужно было разговаривать, а не браться за нож.

— Я должна была поговорить с тобой, — пробормотала она.

— Нет, — не согласился Айнан. — В том и дело, что нет. Я и сейчас смалодушничал, что впустил тебя. Ты снова начинаешь видеть во мне кого-то другого. Посмотри на меня, пожалуйста, — она послушно подняла глаза. — Кейра, я не человек, я предмет. Понимаешь?

— Нет, предметы не умеют чувствовать.

Айнан пожал плечами, бросил взгляд на все ещё лежащий на боку стул и попытался свести все в шутку:

— Кто знает, может, этому стулу тоже было больно, когда я его уронил.

— Ты не стул.

— Кейра, услышь меня, — его голос стал тверже. — Да, я не стул, но я сам понятия не имею, что я такое. Был ли я вообще когда-либо живым человеком, или это, — он стукнул себя указательным пальцем по лбу, — принадлежит одному человеку, — хлопнул ладонью по груди в районе сердца, в том самом месте, куда вчера вошел нож для бумаги, — это — другому.

Это было то, что волновало ее больше всего. Кейра удивленно моргнула.

— Ты не знаешь?

— Понятия не имею, — огрызнулся Айнан, однако злясь не на нее, а на своего создателя. Теперь она это четко видела. — Никто не посчитал нужным делиться со мной сведениями. Так что Серхио Маринз зря годами обхаживает меня в попытке что-нибудь разузнать. Я ничего о себе не знаю.

— То есть ты ничего не помнишь о том, что было «до»? — ужаснулась Кейра.

— Нет, — подтвердил Айнан. Лицом он в этот момент владел хорошо, а вот рука, все ещё лежащая на колене, сжалась в кулак. — Одиннадцать лет назад меня разбудили и сообщили, что я был болен, но теперь абсолютно здоров. Я ничего не смог вспомнить, а мне объяснили, что это последствия болезни. Сказали, как меня зовут и что я управляющий королевского замка. Не было оснований для недоверия. Стоило выйти из комнаты, я понял, что действительно знаю этот замок, как свои пять пальцев.

— Подожди, — Кейре вдруг стало тяжело дышать. — То есть ты не знал, что уже мертв?

— Сначала — нет. Но, знаешь ли, трудно не догадаться, когда ты не хочешь есть, не можешь спать, у тебя не растут волосы, ногти, щетина; ты не чувствуешь боли. Думаешь, ты первая, кто воткнул в меня нож? Я сам десятки раз вонзал в себя все острые предметы, которые только попадались под руку, пока не понял, что это бесполезно.

Айнан говорил спокойно, без эмоций. Ужасно захотелось прикоснуться к нему. Это ведь не впервые. Ничего не случится — легкое головокружение и только.

Она уже потянулась к нему, но быстро вернула руку на колени, наткнувшись на красноречивый взгляд его потемневших глаз.

Кейра смутилась.

— Прости, я…

— Своими выкрутасами я отнял у тебя полгода жизни, — жестко произнес Айнан. — Достаточно. Даже думать не смей, чтобы ко мне притронуться.

Полгода? Сейчас Кейре казалось, что она с легкостью отдала бы еще несколько лет, лишь бы иметь возможность быть рядом и поддержать. То, что он пережил, было ужасным. Такое не желают даже злейшим врагам.

— Итак, ты догадался… — подсказала Кейра, желая поскорее нарушить затянувшееся молчание.

Айнан скривился.

— Догадался, — перечислил он. — Стал задавать вопросы. В то время старый придворный маг, Веренио, уехал, пришел Клодис. Клодис и сам, по-моему, не слишком осведомлен или умело делает вид. Король точно не знает. Дариус и знал бы — не сказал. Ренцо не в курсе, он тогда не жил в замке. Потом пытался мне помочь, что-то выяснить. Даже ездил к Веренио, но тот дал ему от ворот поворот. Королеве наверняка все известно, но она сразу ясно дала понять, что от нее я ничего не узнаю. За столько лет это не изменилось. До Веренио я добраться не смог: они что-то сделали, что связало мой кристалл с замком, чтобы никто не мог его отсюда вынести, — поморщился. — Клодис радовался как ребенок: он всего лишь хотел обезопасить кристалл от возможности похищения, а вышло так, что мое сознание как-то соединилось с замком. Отсюда и это, — Айнан взмахнул рукой, даже не глядя в нужную сторону, а стул взлетел в воздух, опустился ножками на пол и сам придвинулся к столу. — Это не магия как таковая. Замок и все находящиеся в нем предметы все лишь подчиняются моим мыслям.

Кейра поджала губы, помолчала.

— И никаких записей, никаких свидетелей? — спросила через некоторое время.

Айнан покачал головой.

— Я перерыл все архивы. Опросил всех, кто жил в то время здесь и мог что-либо знать.

— И?

Он пожал плечами.

— И почти ничего. Был некий Айнан Алистер, который жил в замке. Есть запись о его смерти как раз в тот год, когда появился я. Так что такой человек точно существовал. Вопрос в том, у меня только его тело или ещё и его личность.

— И кем был этот Айнан Алистер? — осторожно поинтересовалась Кейра, когда он надолго замолчал, о чем-то задумавшись.

Айнан усмехнулся.

— Попробуй угадать.

— Управляющим?

— В точку. Помнишь, я говорил тебе, что мой отец был управляющим замка, а я занял это место после его смерти? — Кейра помнила. — Я просто сказал тебе то, что было правдой, если бы я был тем самым Айнаном Алистером. Но этого я наверняка не знаю.

— Так его отец умер еще до твоего появления? — уточнила Кейра.

Глаза Айнан недобро сверкнули.

— О да. За один день.

Кейра нахмурилась. Слишком странное совпадение, которое просто не могло быть стечением обстоятельств.

— Я тоже решил, что старика убрали как свидетеля… чего-то, — согласился Айнан. — Знать бы еще чего.

— А… — начала Кейра и прервалась, заметив свечение на столе у окна. — У тебя кристалл вызова светится, — сказала она, так как Айнан сидел к столу спиной.

Он даже не обернулся. Дернул плечом.

— Потерпят.

Кейра воззрилась на него с удивлением.

— Я думала, ты не можешь игнорировать вызов. Серхио говорил…

Айнан весело прищурился.

— Что, нашел благодарную слушательницу об идеальных работниках?

— Вроде того, — не стала отрицать.

Айнан все же обернулся, посмотрел на кристалл, светящийся ярким голубым светом и отвернулся.

— С этим человеком я точно сейчас не готов разговаривать, — сказал он.

Как Кейра поняла, сигналы вызова отличались по свету, и управляющий сразу понял, кто именно хочет его видеть.

— И они не могут тебя заставить?

Пожал голыми плечами.

— Раньше могли. Первые два года меня скручивало пополам, если я пытался ослушаться. Потом научился противостоять этому. Сейчас — легко. Клодис таки перестраховался, и магия замка не действует на него и на королевскую семью. Но спорить с ними и не выполнять их приказы мне ничего не мешает. Клодис не сумел исправить это и так и оставил.

— Ты как-то сказал, что нужен им больше, чем они тебе, — вспомнила Кейра.

Он усмехнулся.

— А ты как думаешь? За эти годы в моей голове столько информации, что с моей работой не справится и десятеро, хоть живых, хоть мертвых марионеток Маринза. Я им нужен. И еще как, — в глазах — уверенность, в голосе — ни тени сомнения. — Так что Клемент подождет, пока мы договорим. Зайду к нему позже.

Кейра похолодела.

— Так тебя вызывает сам король?!

— Может, не он сам. Возможно, его секретарь, — равнодушно откликнулся Айнан.

Кейра покачала головой и прижала ладонь ко лбу. Живой или мертвый, управляющий не переставал ее поражать.

— А твой кристалл у Клодиса? — спросила, помолчав. — Он заряжает его лично и следит за тем, чтобы тот не разрядился и ты не исчез?

— Еще бы. Стережет как зеницу ока. Понятия не имею, где Клодис его прячет. Где-то в подземелье.

— Почему? — Кейра нахмурилась. — Какой ему смысл его от тебя прятать?

Айнан изогнул бровь и посмотрел на нее до боли серьезно.

— Ты правда не понимаешь?

Она поняла: он бы его разбил. Уничтожить материального призрака можно лишь уничтожив кристалл, с которым тот связан. Вот почему Айнан завидовал Зее: она имела возможность решать сама, когда ей уйти.

— Кейра, — позвал управляющий, а она поняла, что задумалась, вскинула на него глаза. — Если ты веришь в то, что я говорю тебе правду и не по чужой указке, уезжай. Для тебя ничего не изменилось: здесь опасно.

Просто уехать? И как жить дальше, зная, что Айнан все ещё где-то там, в столице, пленник королевской семьи и их проклятого замка?

— Изменилось, — ответила Кейра.

Айнан воздел глаза к потолку.

— Кейра Эйрис, ты знаешь, что порой ты просто невыносима?

— Знаю, — улыбнулась Кейра, бросила взгляд за его плечо: кристалл все ещё светился голубым. — Мне кажется, тебе следует явиться к его величеству.

Но Айнан не собирался менять своего решения.

— Максимум, что они мне сделают за непослушание, это разрядят кристалл на пару дней. Как всегда.

Так вот куда он пропадал на три дня после конфликта с принцем…

— И что с тобой происходит, когда кристалл разряжается?

Айнан дернул плечом.

— Ничего, — она посмотрела на него, не понимая, и он пояснил: — Я просто исчезаю. Меня нет. Когда возвращаюсь, всегда помню с того момента, когда галдалекс был ещё заряжен, — Айнан скривился. — Видимо, память есть только у этого ненастоящего тела, а не у меня самого. Если меня вообще можно считать отдельной личностью.

— Можно, — уверенно произнесла она.

Он бросил на нее скептический взгляд и промолчал. А Кейра думала о том, что это будет ужасно, если они снова по своей прихоти захотят его «удалить» на несколько дней. Просто «выключить» из существования на любой выбранный ими срок…

Айнан не в том положении, чтобы злить королевскую семью.

— Иди к королю, пожалуйста, — попросила она и подло использовала запрещенный прием: — Если ты считаешь, что я могу быть в опасности, ты же не оставишь меня без присмотра? — и хлопнула ресницами, как учила Шарлотта.

— Это не работает, — заметил Айнан.

Кейра посерьезнела. Да уж, приемы подопечной не для нее. Но ей безумно не хотелось допустить того, чтобы у Айнана были проблемы с его величеством из-за ее неожиданного визита.

— Прошу тебя, — попросила снова, но на этот раз серьезно и без всяких жеманств.

Айнан встретился с ней взглядом — миг глаза в глаза, — затем перевел его на ее губы и резко отвернулся.

Потом быстро встал с кровати и направился к шкафу за рубашкой.

— Подожди минуту, — бросил через плечо. — Проведу тебя тайным ходом. Так быстрее.