ГЛАВА 39

Кейра быстро покинула душный бальный зал и только за его пределами вздохнула полной грудью.

Чувствовала она себя и вправду скверно. Одно дело — огрызаться в ответ на хамство фрейлин и их компаньонок, и совсем другое — обидеть человека, испытывающего к тебе искреннюю симпатию.

Положа руку на сердце, Маринз был далеко не худшим представителем аристократии. Он был умен, не был заносчив, и с ним действительно было приятно поговорить на отвлеченные темы. Но и только. Гулять с ним и проводить время наедине Кейре не хотелось ни капли. Перекинуться парой слов, поболтать при случайной короткой встрече — пожалуйста. Но не более.

Можно было потянуть время, не отказывать категорично. Ведь именно так и принято в высшем обществе: водить друг друга за нос и не говорить ни да, ни нет. Кейра так не хотела.

Тем не менее неприятное ощущение от осознания того, что она ни за что обидела человека, который лично ей не сделал ничего плохого, не покидало.

Кейра прошла по коридору, свернула на ближайший открытый балкон и оперлась на перила локтями. Глубоко вздохнула и на мгновение прикрыла глаза, наслаждаясь тишиной. Прохладный ночной воздух приятно холодил лицо.

— Что-то случилось? — спросил знакомый голос из-за спины.

Кейра не вздрогнула: задолго услышала звук приближающихся шагов. И когда, спрашивается, она стала узнавать его по шагам?

— Нет, — Кейра покачала головой, по-прежнему глядя в темноту. Почему-то казалось, что если она не обернется, то получится представить, что все как прежде, сделать вид, что он жив. — Просто стало душно в этой толпе.

Пауза, будто Айнан колебался, как следует поступить.

— Тогда не буду мешать твоему уединению, — наконец сказал он, отступая.

Кейра стремительно обернулась.

— Останься! — выпалила и тут же устыдилась своей горячности. — То есть, я хотела сказать, если у тебя нет срочных дел… Не уходи.

На балконе было темно. Сюда лишь немного доходил свет из коридора, но и там он был приглушен в ночное время суток. Тем не менее и этого освещения хватило, чтобы Кейра могла рассмотреть лицо управляющего: оно было серьезным и даже напряженным.

— Кейра, — предостерегающе произнес он.

Не стал продолжать, но она поняла и без слов. Сама осознавала, что нужно сохранять дистанцию. Однако радость и облегчение от его присутствия были сильнее ее.

— Нам нужно поговорить, — сказала она.

Айнан остановился, взглянул на нее внимательно, будто пытаясь определить, правда ли им есть, о чем говорить, или Кейра просто пытается его задержать. Она открыто смотрела в ответ: тема для разговора у нее была.

— Хорошо, — согласился управляющий. — Пока все тихо и мирно. Если я кому-то срочно понадоблюсь, то почувствую кристалл вызова и на расстоянии, — Кейра тайком выдохнула с облегчением. — Поговорим здесь?

На балконе было уединенно и одновременно уютно. Она была бы и рада остаться тут, но близость бального зала останавливала: кто знает, не решит ли кто-то еще выйти и воспользоваться этим местом, чтобы освежиться. Или того хуже — подслушать.

Однако на улице было так хорошо, что возвращаться внутрь не хотелось.

— Может быть, выйдем в сад? — предложила Кейра.

Странно, но дурные ассоциации с королевским садом пропали. Должно быть, новое потрясение вытеснило из ее головы предыдущие волнения.

Айнан пожал плечом.

— Как скажешь, — и отошел в сторону, пропуская ее вперед.

Достаточно было и одного шага, но он сделал два — специально, чтобы ей не пришлось пройти слишком близко.

Кейра поджала губы и ничего не сказала. Прошла мимо.

* * *

Айнан шел позади, хотя коридоры были широкими и свободно позволяли идти рядом.

Кейра решила, что причиной такому поведению было желание предотвратить разговоры по дороге. Очень хотелось обернуться, но она сдержалась.

Кейра как раз успела завернуть за угол, когда двери бального зала распахнулись, донеся звуки музыки изнутри. А вот управляющий скрыться за поворотом не успел.

— Айнан! Подожди! — окрикнул его мужской голос.

Маринз?

Кейра тоже остановилась, благо что Серхио ее не видел.

— Да, лорд Маринз, — откликнулся Айнан, — я вас слушаю.

— Ты подумал о том, о чем я тебе говорил?

— Думал об этом днем и ночью, — съязвил управляющий.

Однако изобретатель не так хорошо разбирался в оттенках голоса Айнана, как Кейра, и не заметил подвоха в его словах.

— О, отлично! — ощутимо обрадовался. — Так ты согласен? Уверен, твое участие в экспериментах даст огромный прорыв.

Кейра нахмурилась: на какие ещё эксперименты он его подговаривает?

— Думаю, такой талантливый человек, как вы, в силах дойти до всего сам, без подопытных, — вежливо, но холодно ответил управляющий.

Небольшая пауза.

— Айнан, — в голосе Маринза было отчетливо слышно неудовольствие, — я ведь тебя предупреждал. Мне придется поговорить с Клодисом.

Угроза не возымела ожидаемого эффекта.

— Вас к нему проводить? — любезно предложил Айнан. — Он сейчас в зале, — Серхио молчал, должно быть, в этот момент его взгляд был красноречивее любых слов. — Лорд Маринз, если у вас больше нет ко мне вопросов, то позвольте мне закончить дело, которым я в данный момент занят?

— Иди, — пробурчал разочарованный Серхио. — И как они это сделали… — пробормотал гораздо тише, видимо, уже себе под нос.

Он просто не воспринимает Айнана как личность, поняла Кейра. Именно так, как управляющий говорил о себе сам, — предмет. Вещь, которая умеет ходить, разговаривать и справляться с поставленными задачами. Для лорда Маринза просто уму не постижимо, как «идеальный работник» может чего-то не хотеть.

Айнан появился из-за угла и молча указал Кейре в сторону выхода. Не сказал ни слова: тоже перестраховался, чтобы Серхио ее не заметил.

Кейра кивнула и пошла вперед.

* * *

В саду было свежо. Кроны деревьев шумели пышной листвой на ветру. Самое начало осени, но уже через несколько недель все это зеленое великолепие пожелтеет и начнет опадать.

Кейра по-прежнему шла впереди и расценила это как предложение выбрать место для разговора самой. Думала она недолго: ей была известна лишь одна уединенная поляна в королевском саду.

Айнан ее выбор никак не прокомментировал и молча проследовал туда, где однажды под деревом плакала Шарлотта, а затем спал усыпленный магией принц Дариус.

Кейра уже протянула руку, чтобы поднять низко свисающие ветви и освободить проход на поляну, но не успела: те поднялись сами.

— Спасибо, — поблагодарила она Айнана за предусмотрительность.

На самом деле Кейра обрадовалась: хоть какое-то действие с его стороны. Если бы не звук его шагов по каменным дорожкам за спиной, она бы давно начала сомневаться, что он идет за ней.

Кейра прошла под ветвями и сразу же направилась к скамейке. Решила, что раз уж они так долго шли, то можно поговорить не спеша. Предусмотрительно села на самый край.

Айнан закрыл проход и последовал за ней. Она видела по его лицу, что он оценил ее выбор места расположения и, казалось, с облегчением занял противоположный край сидения. Повернулся к ней вполоборота, опершись локтем на спинку скамьи.

— Полагаю, ты привела меня сюда не для того, чтобы сообщить, что решила уехать, и обсудить свою подорожную, — сделал управляющий вывод.

— Ты прав, — Кейра не стала лукавить и долго ходить вокруг да около. — Я хочу съездить к Веренио.

Айнан мгновенно напрягся.

— Зачем тебе посещать этого старика? — уточнил требовательно. — Он давно отошел от дел. Все полномочия переданы Клодису.

Кейра могла бы выдумать тысячу ложных причин, но не стала. Нет, правда так правда.

— Ты знаешь, — сказала она.

Реакция последовала незамедлительно и была далека от той, которую Кейра хотела бы услышать.

— Ты правда не понимаешь, что не стоит совать свой любопытный нос туда, куда тебя не просят? — слова прозвучали резко, даже грубо. Айнан стремительно поднялся. — Если это все, что ты хотела мне сказать, то нам следует вернуться в замок.

— Нет, не все! — огрызнулась Кейра и тоже встала. Ладони сами собой сжались в кулаки.

Ну почему он такой упрямый?

Айнан бросил взгляд на ее руки и выразительно приподнял бровь.

— Я не могу уехать и оставить тебя вот так! — выпалила она, сделав шаг навстречу.

Он не шелохнулся, хотя Кейра подошла опасно близко.

— А как ты хочешь меня оставить? — уточнил спокойно. — Веренио — сильный маг, но даже он не оживляет мертвых.

— Не заговаривай мне зубы, — возмутилась Кейра. — Я знаю, что для тебя важно знать правду. И я хочу помочь.

— И? — холодно поинтересовался Айнан. Сложил руки на груди и все же сделал шаг назад.

Запал Кейры иссяк.

— Что — и? — растерянно переспросила она.

— Что потом? Я узнаю — что дальше? Ты уничтожишь кристалл и дашь мне упокоиться с миром? А в попытке его достать, заодно и сама станешь призраком?

Кейра моргнула. Так вот в чем дело? Он просто боится за нее?

— Если это то, чего ты по-настоящему хочешь, — сказала тихо. — Я попытаюсь достать кристалл.

Теперь Айнан смотрел на нее как на сумасшедшую.

— Нет, нет и нет, — отрезал он. — Какое из трех «нет» тебе не понятно?

— Все три, — заявила она.

Пусть Айнан упрям, но и ей упрямства не занимать. Кейра решила для себя, что не уедет, пока не поможет ему хоть чем-нибудь. И менять свое решение она была не намерена.

— Я знаю, что для тебя это важно, — заговорила Кейра спокойнее. — Если хочешь — для меня это важно.

— Хочешь знать, из чего меня сделали и как? — ядовито уточнил он. — Решила стать помощницей Маринза и создавать новых Патриков?

Кейра словно получила пощечину. Хлесткую, болезненную.

— Никогда! — выдохнула она, ногти впились в ладони.

Айнан внимательно смотрел на нее не меньше минуты. Потом отвернулся, запустил руку в волосы, откинув их со лба.

— Извини, — произнес мягче. — Я знаю, чего ты хочешь и что ты делаешь. И я это ценю, правда. Но информация о моем создании принесет мне некое моральное удовлетворение и только. А тебе может обойтись слишком дорого.

— Я и вправду могла бы попытаться отыскать кристалл, — сказала Кейра, хотя сама мысль о том, что в этом случае ей пришлось бы лично уничтожить Айнана, была ужасающей.

Управляющий вскинул на нее глаза.

— И думать не смей.

— Ты не можешь оберегать меня вечно, — напомнила Кейра.

— А ты не можешь тягаться с Клодисом, — ответил Айнан ей в тон. — Как ты не понимаешь, ты уже сделала для меня более чем достаточно.

— Ничего я не сделала, — вздохнула Кейра. Вдруг навалилась усталость.

Она отступила и снова села на скамью, обняла себя за плечи.

— Сделала, — голос Айнана прозвучал до боли серьезно. — Я не врал, когда сказал, что благодаря тебе сумел почувствовать себя живым. Впервые за одиннадцать лет. Это дорого стоит.

Ей захотелось разреветься, но Кейра усилием воли загнала жалость к нему и к себе поглубже, где той и место. Никаких слез, тем более жалости.

Подняла голову, чтобы видеть его лицо.

— Ты говоришь, что переживаешь за меня, — он кивнул, не споря. — А ты подумал, каково мне будет, если я просто сейчас уеду? Я не смогу жить, зная, что ничего не сделала, чтобы тебе помочь. Ни-че-го. Понимаешь?

Если бы Кейра не боялась, что их могут услышать, должно быть, она бы закричала. Эмоции переполняли, но она не знала, как донести их до него, объяснить, что чувствует.

— Понимаю, — глухо откликнулся Айнан и тоже подошел к скамье. Сел, согнув одну ногу и поставив рядом с собой на сидение, обнял ее руками и упер подбородок в колено. — И что мы будем делать? — спросил устало.

Кейра расцепила руки, повернулась к нему.

— Давай для начала узнаем, кем ты был.

— Или кем были те, из кого меня создали, — мрачно уточнил Айнан. — Ты это хотела сказать?

Сейчас он выглядел грустным, но больше не был настроен враждебно — перестал защищаться.

Кейра покачала головой.

— Нет, не это. Я уверена, что нельзя собрать целостную личность из осколков.

Айнан хмыкнул.

— Маринзу не скажи. Он этого не перенесет.

Кейра против воли улыбнулась. Не хотела, ей было совсем не до веселья, но улыбка сама собой появилась на губах.

— Знаешь, — призналась она. — Из всех людей, которые меня окружали и окружают сейчас, мне кажется, только с тобой я говорю на одном языке.

Айнан тоже улыбнулся.

— Ты просто долго работала с призраками. Видимо, у мертвецов свой особый язык.

Она покачала головой.

— Не надо, не шути так.

Айнан пристально на нее посмотрел. Кейра не знала, что он пытался в ней разглядеть, но, видимо, все-таки увидел то, что искал.

— Хорошо, — пообещал серьезно. — Больше не буду. Но я все равно настаиваю, чтобы ты бросила эту затею и думала о себе или о Шарлотте. Если не хочешь уезжать, будь хотя бы осторожнее.

Кейра поморщилась.

— Потому, что я все равно не сумею тебе помочь, да моя помощь тебе, в общем-то, и не нужна?

— Читаешь мои мысли.

— А вот и нет, — не поверила она. — Сейчас ты ведешь себя как деревенский знахарь и дикое животное.

Айнан шире распахнул глаза и даже оторвал подбородок от колена, поднял голову.

— Можно я сразу уточню: я в этой истории знахарь или животное? — спросил, едва сдерживая смех.

— Если бы не перебивал и дослушал, понял бы сам, — укорила его Кейра.

— Прошу прощения, — Айнан наконец сел, опустив обе ноги на землю. Поднял руки ладонями от себя в знак капитуляции. — Я тебя слушаю.

— Так-то лучше, — проворчала Кейра. — Мы часто выезжали из Диаса в близлежащие деревни на вызовы, — продолжила она свою мысль. — Некоторые из них находятся возле леса. Местные рассказывали, что знахари часто подбирают в лесу раненых диких животных и лечат их. Иногда зверей и птиц им приносят люди, случайно нашедшие несчастных по дороге. Я лично видела, как один такой знахарь лечил медвежонка с большой рваной раной задней лапы, — Айнан слушал внимательно и не перебивал. — Так вот, тот его вылечил и отпустил обратно в лес.

— Чтобы тот подрос, и охотники получили шкуру целого медведя, а не медвежонка? — управляющий все же не удержался от комментария.

Кейра посмотрела на него осуждающе.

— В Диасе и его окрестностях запрещена охота.

— Какое, должно быть, чудесное место.

Она пожала плечами.

— Место как место. Но леса берегут и ценят — их там осталось слишком мало. Даже вырубка деревьев под строжайшим контролем наместника.

Отчего-то Айнан смотрел на нее с улыбкой.

— Ну, так в чем была суть? — полюбопытствовал он. — Я так и не понял, кто я в этой истории: знахарь или медвежонок.

— Если бы кто-то меня не перебивал…

— Прошу прощения ещё раз.

Кейра с трудом сдержала улыбку. Все-таки с ним было невероятно легко.

— Я говорила о том, — терпеливо продолжила она, — что животные привыкают к людям и не хотят потом уходить. Однако в неволе они погибнут. Знахари тоже привязываются к подопечным и не хотели бы с ними расставаться. Но понимают, что нанесут этим непоправимый вред: чем дольше животное остается с человеком, тем сложнее ему будет вернуться в дикую природу. А чтобы отогнать их, приходится вести себя жестоко: кричать, порой даже бить. В общем, сделать все, чтобы животное ушло и не вернулось.

— Значит, я в этой истории все же знахарь, — в наступившей тишине подытожил Айнан. — Только в чем была мораль? Ты сама сказала, что медвежонку так будет лучше.

— А мораль, — ответила Кейра, — в том, что я не животное. Я сама имею право решать, что мне делать.

Это был удар ниже пояса: она уже поняла, что свободу выбора в своем положении Айнан ценил особенно высоко.

— Я тебя понял, — серьезно сказал он, помолчав. — Чего ты хочешь?

— Чтобы ты поговорил с Ренцо и сказал, что не против, чтобы он проводил меня в дом к Веренио.

Айнан прищурился.

— Полагаю, с Ренцо ты уже обсудила этот вопрос?

Кейра не стала отрицать очевидное.

— Да. Сегодня на балу. И он сказал, что палец о палец не ударит без твоего согласия.

Управляющий хмыкнул, оценив верность друга.

— А он молодец.

— Молодец, — согласилась Кейра. Ренцо ей нравился. — Вы с ним близкие друзья?

Айнан пожал плечами.

— Одно время были. Он приезжал и уезжал, потом уехал надолго. Недавно вернулся, но теперь у нас слишком много разногласий.

— Почему? — удивилась она.

— Потому, что я владею куда большей информацией, чем он, и утаиваю ее от него, о чем он догадывается, — Кейра не стала задавать повторное «почему», лишь вопросительно приподняла брови. Айнан дернул плечом. — Дела государственной важности, о которых ему пока не следует знать, — ответил коротко.

Кейра поджала губы. Дела королевства ее не касаются. Вот во что уж точно не стоит вмешиваться.

— Полагаю, ему особенно не нравится это «пока», — сказала она, помолчав.

Айнан усмехнулся.

— Думаю, «утаиваю» ему нравится еще меньше.

— Так ты поговоришь с ним? Скажешь, что не возражаешь против моего визита к Веренио?

Управляющий кивнул.

— Поговорю. Обещаю.

Кейра расслабилась: его обещаниям она верила, как ничьим.

— Возвращаемся? — спросил Айнан. — Мы задержались. Даже странно, что я никому не понадобился за это время.

Действительно странно. Порой Кейре казалось, что управляющий нужен всем и каждому ежеминутно. Ей уж точно.

Он был прав, нужно было возвращаться. Бал ещё в самом разгаре, Шарлотта, должно быть, волнуется и не понимает, куда она так надолго запропастилась.

— Давай еще немного посидим, — попросила Кейра вопреки своим собственным мыслям.

— Кейра, — Айнан выразительно на нее посмотрел и покачал головой. — Не нужно.

Ей очень хотелось дотронуться до его, обнять. И не важно, что ему перейдет часть ее жизненной энергии.

Рука Кейры, лежащая ладонью вниз на скамье возле ее бедра, сама потянулась к нему. Айнан заметил и посмотрел так, что просто пригвоздил взглядом к месту: она резко отдернула руку, увидев его реакцию.

— Кейра, — сказал он твердо, — я достаточно долго потакал своему эгоизму в ущерб твоему здоровью. Я больше не притронусь к тебе ни при каких обстоятельствах, как бы сам этого не хотел.

— А ты хочешь? — прошептала она, чувствуя себя невероятно глупо из-за того, что не сумела промолчать.

Айнан перевел взгляд от ее глаз к губам.

— Даже умереть по-настоящему я хочу меньше.

Кейра до боли прикусила губу и отвернулась. Зажмурилась так, что перед глазами замелькали цветные звездочки.

— Кейра… — Айнан собирался сказать что-то еще, но не успел.

Со стороны замка донесся истошный женский крик.