глава 14

Элли была в растерянности. Даже не так. Она была сильно расстроена и не представляла теперь, как ей воплотить в жизнь такой идеальный совсем недавно план. Ей так хотелось, чтобы Лео и наставница были вместе. Она еще не придумала, как это сделать, но уже заметила, какие взгляды бросал на Айне ее дядя. Он определенно влюбился. И это было замечательно. Элли уже вовсю фантазировала о том, как они вскоре будут жить все вместе и Айне станет не только ее наставницей, но и родственницей.

И вот теперь все ее планы пошли прахом. Оказалось у Айне уже есть суженый, и даже не один, а целых два. Да, они погибли, но Айне не смирилась с их потерей, она по–прежнему их любит и надеется отыскать на Земле. И это значит, что Лео не на что надеяться, она никогда не станет его женой, и с Элли они не породнятся. Все это неимоверно расстраивало юную фантазерку. Ведь все так гладко начиналось. Гадание, потом знакомство с Айне и ее братом. Они такие замечательные и волшебные, последние дни были похожи на удивительную сказку и все благодаря их новым друзьям. Как же трудно теперь расстаться со своими мечтами о будущем!

А тут и еще одна неприятность приключилась. Сегодня приезжает невеста Лео Линда. И вот почему так происходит? Ведь все было замечательно последние дни, и вот теперь одна неприятность следует за другой. А еще ей нужно как-то помочь Айне отыскать ее близнецов. Их было очень жалко. Никто не заслуживает такой судьбы. А значит, Элли обязательно поможет в их поиске, хоть это и разрушит окончательно ее надежды на счастливый союз Айне и Лео.

Элли задумчиво посмотрела в окно. Скоро должна подъехать бабушка. У папы сегодня встреча с его агентом, Лео поехал в аэропорт, встречать Линду, поэтому с Элли вызвалась посидеть бабушка. Девочка с нетерпением ждала ее приезда, ведь только с бабушкой Сандрой она могла поговорить обо всем на свете и точно знала, что та ее поймет и не станет смеяться над ее детскими фантазиями.

К тому же бабушка с дедушкой были в курсе всей сложившейся ситуации. С того самого гадания прошло уже больше недели, бабушка звонила им каждый день, узнавала у папы обо всем, что случалось с ними по ночам. От них не надо было скрывать существование другого мира и ее новых друзей. Они все понимали и принимали и так же переживали за Айне, как и она сама.

Бабушка очень хотела поскорее познакомиться с феей, и частенько они с Элли разговаривали по скайпу и обсуждали все произошедшее. Сегодня она надеялась поговорить с бабушкой о своих несбывшихся надеждах, и возможно вместе они что-нибудь придумают, ведь бабушке тоже не очень нравится Линда, Элли это чувствует. Но бабушка, в отличие от нее, никогда не станет давить на своих сыновей, подталкивая их к нужному на ее взгляд решению. Она считает, что каждый имеет право на свои ошибки, даже если они будут ему дорого стоить.

Элли так не может, ей хочется, чтобы все было правильно изначально, ведь пока еще Лео поймет, что Линда не та, кто ему нужен, могут пройти годы, они могут пожениться и даже родить детей, но рано или поздно это произойдет, и Лео станет несчастным, а этого Элли совсем не хотелось. И вот как ему это доказать уже сейчас? Они частенько обсуждали это с бабушкой, но той так и не удалось убедить внучку не вмешиваться в жизнь ее дяди.

Увидев подъезжающую машину, Элли резво соскочила с подоконника, на котором сидела и побежала вниз, встречать любимую бабушку.

- Мама, наконец-то! Я уже должен бежать, присмотри за моей егозой, и, пожалуйста, не потакай очередным ее фантазиям, а то даже боюсь представить, что вы придумаете в следующий раз. Мы еще и прошлый не расхлебали. – Сэм говорил все это, целуя Александру Петровну и одновременно пытаясь всунуть руку в рукав пиджака. – Элли, я ушел, веди себя хорошо, слушайся бабушку! Надеюсь, я ненадолго, - крикнул он, и, обернувшись, увидел сбегавшую по лестнице дочь.

Элли с разбегу запрыгнула ему на руки и чмокнула в щеку.

- Я всегда веду себя хорошо, папочка, разве не так? – Элли надула губки. – Мы с бабушкой будем очень послушными и хорошими девочками, тебе не о чем волноваться.

- И почему теперь я волнуюсь еще больше? – Сэм скептически посмотрел на совершенно одинаковое невинное выражение на лицах бабушки и внучки.

Проводив Сэма, Александра Петровна закрыла дверь и обернулась к Элли.

- Ну чем займемся, внученька?

- Нужно кое-что обсудить, бабушка, - в тон ей ответила Элли. – Давай заварим чай и пойдем в мою комнату.

***

По дороге на встречу с агентом, Сэм размышлял о сложившейся ситуации. Странные, непривычные чувства, поселившиеся в его душе, не давали ему покоя. Сэму всегда нравились красивые женщины. Раньше, до встречи с Софи, он частенько влюблялся, но так же быстро и остывал. Но после знакомства с Софи он не влюбился ни разу. Он и не задумывался об этом, считая, что так и должно быть, когда женишься по любви. Вот только чувства, владеющие им сейчас, уж больно напоминают влюбленность, испытываемую им ранее. И что это может означать? Он разлюбил жену? И любовь ли это вообще тогда была?

Или может то, что он сейчас испытывает, это просто физическое влечение к красивой и необычной девушке? Но ведь за годы женитьбы он встречал тысячи красоток, но ни разу у него не появилось и мысли о влюбленности. Они все существовали, словно в параллельной вселенной. Верность не была для него обузой, хоть многие и сомневались в этом, особенно его старые друзья, знавшие его влюбчивую натуру.

Может ли быть, что его чувства лишь следствие необычности всей этой ситуации? Лео ведь тоже запал на эту девушку. Сэм прекрасно видел, какие взгляды тот бросал на фею. Это определенно были взгляды влюбленного мужчины. И что же Сэм чувствует по этому поводу? Ревность? Он ведь должен ревновать ее к Лео, раз влюбился. Сэм прислушался к своим чувствам, представил, что Айне и Лео полюбили друг друга, представил их вместе. И что же он испытывает при этом? Сэм с удивлением понял, что он рад за брата. Действительно рад. А раз нет ревности, значит это и не влюбленность вовсе. Так ведь? Или нет?

Сэм даже головой помотал и крепче сжал руки на руле. Что-то тут не сходится. Он ведь не мальчик и определенно понимает, когда девушка ему нравится. Тогда почему нет ревности к брату? Это из-за нее или из-за него? Сэм снова попытался представить, а что было бы, если бы Лео внезапно стал оказывать знаки внимания его жене Софи. По всему выходило, что и тогда он не стал бы ревновать.

Конечно, представить такую ситуацию сложно, его брат никогда так не поступит, но если гипотетически допустить такую возможность, разве не странно, что он совсем не испытывает ревности к брату. Если подумать, он вообще никогда не ревновал к Лео. Если вдруг случалось раньше, что им приглянулась одна и та же девушка, Сэм с легкостью уступал брату, даже не задумываясь об этом.

Сейчас ему стало ясно, как день, что он никогда не соперничал с Лео даже в детстве. Для мальчишек совершенно нормально соревноваться и соперничать друг с другом. Со старшим братом Дэном так и происходило, они постоянно старались превзойти друг друга, и хоть это соперничество и носило невинный характер, не приводя к серьезным стычкам и ссорам, но оно все-таки было. А вот с Лео такого не было никогда. Сэм только что понял это. Он ведь никогда не анализировал их отношения. У них была дружная и веселая семья, а небольшие стычки, изредка случающиеся между старшими братьями, никого не напрягали. Отец называл это столкновением характеров и всячески поощрял мальчишек решать свои мелкие конфликты самостоятельно, не прибегая к помощи взрослых.

И тут Сэма осенило! Вот почему он не захотел ничего рассказывать старшему брату, когда отец предложил это. Он ревновал! К старшему брату он определенно ревновал, хотя тот даже не знаком с его феей. Его? И когда это она успела стать его? Нет, определенно нужно выкинуть все это из головы. Поживем, увидим, как любит говорить мама.

Наверное, он просто соскучился по женскому вниманию, вот приедет Софи, и все встанет на свои места. Последний раз, когда они разговаривали, вышел каким-то сухим и официальным. Его больше интересовали мальчишки, чем собственная жена. И она, похоже, почувствовала это, и, наверное, обиделась. Это было несколько дней назад, и все его мысли тогда были заняты новыми событиями, с тех пор от Софи не было известий. «Нужно ей позвонить и выяснить, когда они собираются возвращаться», - решил Сэм, и мысли его тут же снова перескочили на предстоящую ночь и новую встречу с Айне и ее братом.

***

Лео сидел в аэропорту, дожидаясь прибытия Линды. Ее самолет задерживался уже на целый час, но Лео был только рад отсрочке. Он был расстроен из-за того, что теперь он не сможет больше встречаться с Айне во сне, но в то же время испытывал и какое-то облегчение из-за того, что все решилось само собой, и ему не придется делать сложный выбор между долгом и желаниями.

В конце концов, все эти другие миры и их жители – это очень интересно, но не стоит этим увлекаться, не стоит подменять реальную жизнь фантастической. Рано или поздно Айне исчезнет, но если это произойдет позже, он может привязаться к ней еще сильнее, и тогда порвать эту связь будет в тысячу раз сложнее и болезненнее, чем сейчас.

У него есть Линда и их налаженная жизнь, да, не такая интересная и насыщенная событиями, как у Айне и ее брата, но зато, и не богатая такими ужасными потрясениями, как у них. Его собственные проблемы казались Лео сейчас смешными, на фоне трагедий, разворачивающихся в другом мире. Как Айне вообще смогла пережить все это? И она ведь действительно до сих пор любит своих близнецов, это было заметно, когда она говорила о них. Ее любовь и боль. Как бы Лео хотелось, чтобы это о нем она так говорила! Но это невозможно, а значит, и мечтать об этом глупо. Нужно избавиться от этой влюбленности, и приезд Линды определенно поможет ему в этом.

Так он уговаривал себя в ожидании невесты. Но глупая надежда не хотела его покидать, постоянно подсовывая воспоминания о женщине, чье сердце отдано не ему.

Когда объявили рейс Линды, Лео уже изрядно извелся в ожидании. Его мысли постоянно возвращались к Айне. Он, то радовался, что все закончилось, даже толком и не начавшись, то, минуту спустя, уже жалел о том, что не сможет больше попасть на лужайку перед озером и послушать рассказы о другом мире.

А еще через несколько минут ловил себя на том, что мечтает о том дне, когда Айне объявится на пороге его дома в облике человека. Как пройдет их встреча? Сможет ли он узнать ее? Что он ей скажет? Лео в раздражении тряхнул головой и постарался занять себя более насущными размышлениями. Как ему вести себя с Линдой? Сделать вид, что ничего не случилось? И сможет ли он вести себя, как ни в чем не бывало? Лео сильно в этом сомневался.

Стоя в толпе встречающих, он издалека увидел свою невесту. Она, как и всегда в дальних перелетах не заморачивалась с внешним видом. Черная кепка, надвинутая практически до носа, под ней темные очки, безразмерная толстовка и широкие спортивные штаны. Вряд ли кто-нибудь смог бы заподозрить в этой девушке известную певицу, кумир молодежи. Линда шла налегке, а за ней семенил невысокий человечек в форме работников аэропорта, кативший на тележке два ее огромных чемодана.

« Похоже, она собралась задержаться надолго», - отстраненно подумал Лео, глядя на эту сцену. Он уже начал ловить на себе заинтересованные взгляды девушек, хотя и прятался за темными очками подобно Линде. Его частенько узнавали, подходили просить автограф или просто просили сфотографироваться вместе. Популярность была частью его жизни, но он так и не смог привыкнуть к ней, ему постоянно хотелось спрятаться от чужих взглядов, словно раздевающих и препарирующих его. Лео раздражало желание других людей лезть в его личную жизнь, копаться в ней и смаковать подробности. Наверное, он никогда не сможет понять таких людей и никогда не сможет к этому привыкнуть.

Увидев его, Линда помахала рукой и направилась в его сторону.

- Наконец-то этот перелет закончился, - сварливо пробурчала она, целуя Лео. – Я так ужасно устала и моя голова просто раскалывается, давай уже уйдем отсюда, а то эти клуши того и гляди набросятся на тебя. – Линда недовольно покосилась на двух молоденьких девчонок, стоявших неподалеку и пожиравших Лео взглядом.

В машине Линда была неразговорчива, что было совсем ей не свойственно, видно головная боль действительно ей сильно досаждала. Она свернулась калачиком на переднем сиденье и прикрыла глаза. Ведя машину, Лео то и дело косился на свою невесту, пытаясь понять, изменились ли его чувства к ней. Когда она была вот такой съежившейся и несчастной, Лео тянуло обнять ее и защитить от всего мира. Но это было раньше. А сейчас, глядя на нее, Лео лишь жалел ее, не понаслышке зная, как мучительна головная боль после длительного перелета.

Эта девочка близка ему и дорога, но не поспешил ли он, приняв эти чувства за что-то большее. Они не виделись больше двух месяцев, но Лео поймал себя на мысли, что его не тянет к Линде сейчас, как к женщине, по которой он должен был соскучиться. Скорее он жалел ее, как ребенка, капризного и частенько злого, но знакомого и близкого, которому многое можно простить. Вот если бы на ее месте была Айне… скорее всего он припарковался бы где-нибудь по дороге и постарался бы избавить ее от головной боли своими поцелуями и объятиями.

И какие только глупости лезут ему в голову! А интересно, у фей может болеть голова?...

Вот же ж! Не думать больше об этой фее! Да как вообще возможно о ней не думать!

***

- Что ты об этом думаешь, бабуля? – Элли выжидающе уставилась на Александру Петровну.

Она только что рассказала бабушке все, что узнала прошедшей ночью. И даже поделилась своими рассуждениями по поводу Лео и Айне. Ей так хотелось, чтобы бабушка поддержала ее и помогла бы найти какое-нибудь решение.

- Даже не знаю, что и сказать, лисенок, - Александра Петровна задумчиво теребила прядь волос, выбившуюся из прически. – Это очень грустная и тяжелая история. Мне так жаль бедную девушку, ей столько довелось испытать. Но раз теперь у нее появилась надежда, мы определенно должны ей помочь всем, чем сможем. Я полагаю, ваша встреча совсем не случайна. В нашем мире вообще нет ничего случайного, пусть многие со мной и не согласятся.

Ты переживаешь из-за Лео, но он уже большой мальчик и сам в состоянии решить свои проблемы. Тебе не нужно думать об этом, я ведь говорила уже. Нам, женщинам надо быть немножко хитрее и поступать умнее, а именно, не давить на мужчин, стараясь подтолкнуть их к нужному результату. Такая тактика, скорее всего, обречена на провал, особенно с такими упрямыми и сильными мужчинами, как мои сыновья.

Нужно дать им возможность самим понять, где они ошиблись и как все исправить. Я много лет придерживалась этой тактики в воспитании сыновей, и смею надеяться, вырастила их достойными и порядочными людьми, способными отвечать за свои поступки. Давай просто не будем им мешать, иногда нужно всего лишь набраться терпения. Ты еще слишком молода, и сейчас тебе кажется, что чем быстрее, тем лучше, но это не верно. Не зря же есть поговорки в России: «Поспешишь, людей насмешишь», «Тише едешь, дальше будешь».

- Но, бабушка, сколько еще мы будем ждать? – Элли не могла принять такую постановку вопроса. – Они с Линдой могут вскоре пожениться, и тогда уже будет ничего не исправить. Я ведь чувствую, что Лео нужна другая девушка, а Айне сказала, что я должна прислушиваться к своему внутреннему голосу, что должна доверять ему. Как я могу просто ждать и смотреть, как мой любимый дядя губит свою жизнь? Я его слишком люблю для этого.

- По-твоему, я его не люблю? – бровь Александры Петровны изогнулась в недоумении. – У меня тоже ведь есть этот внутренний голос, и я уже давно с ним общаюсь, - она с улыбкой смотрела на внучку, - поверь, Элли, мы должны набраться терпения. А сейчас, давай лучше подумаем, как нам помочь Айне в поиске ее близнецов. Если верить ее теории, то они должны быть где-то рядом с тобой, раз ты стала той ниточкой, которая связывает ее с нашим миром. В нашем окружении есть только одни близнецы – это твои братья, но они слишком малы, вряд ли они те, кого она ищет. У нас слишком мало информации и слишком много вопросов. Пожалуй, стоит посоветоваться с твоим дедушкой, Грег любит решать загадки и головоломки, возможно, он что-нибудь придумает. Одна голова хорошо, а две лучше.

- А пять еще лучше, да? – Элли покивала головой. – Да, дедушка очень умный, он точно сможет нам что-нибудь подсказать.

- Я поговорю с ним вечером, а сейчас давай прервемся и пойдем готовить обед, чтобы к возвращению твоего папы все было готово.

- Хорошо, бабушка. – Элли была сама покладистость и послушание, и бабушка уже облегченно расслабилась, а зря. - Надеюсь, противная Линда опоздала на самолет, и не прилетит сегодня, и Лео сможет отправиться ночью с нами.

- Что ты такое говоришь, Элли! – возмущенно проговорила Александра Петровна, еле сдерживая смех.

- А что такого? – Элли невинно захлопала ресничками. – Всем будет хорошо. Линде не придется терпеть длинный перелет, Лео спокойно продолжит путешествовать с нами во сне.

- Ты ведь не знаешь, что на самом деле чувствуют Лео и Линда, поэтому не стоит решать за них.

Разговаривая с внучкой, Александра Петровна приступила к готовке. При этом мысли у нее были совсем не о младшем сыне, а о среднем. Его ситуация заботила Александру Петровну гораздо больше. В отличие от Элли, она понимала, что метка, поставленная на ее внучку – это лишь вершина айсберга. Интуиция просто вопила о том, что все в этой истории гораздо сложнее, чем кажется.

Бабка Софи оказалась злой ведьмой. Могло ли это отразиться на всей ее семье? Скорее всего, да. Вот только никто из ее детей об этом не подумал. Особенно Александру Петровну заботил вопрос о том, что именно известно обо всей этой ситуации Софи, и причастна ли она к тому, что произошло с Элли. Она не могла поверить, что ее невестка могла добровольно отдать дочь в руки своей бабки, но с другой стороны, как тогда эта старая ведьма смогла подобраться к Элли и поставить на нее свою метку.

Но этими мыслями Александра Петровна не могла поделиться ни с кем кроме своего мужа, да и его пока старалась не волновать лишний раз. Лучше она понаблюдает за Софи сама, а там будет видно. Навредить своей любимой внучке она никому не позволит, даже если это будет ее собственная мать.

***

- Не ожидал увидеть тебя сегодня здесь, - Сэм с удивлением смотрел на Лео, появившегося на полянке перед озером.

- Я и сам не ожидал, что смогу прийти, - Лео немного смущенно смотрел на всех. – Но я не мог исчезнуть не попрощавшись. К тому же Линда плохо себя чувствует после перелета, и сразу отправилась спать, а я тем временем решил наведаться сюда в последний раз. Я лег спать в гостевой комнате, поэтому ничто не должно мне помешать.

Лео с Линдой приехали домой уже в сумерках. По дороге они заехали поужинать и это их сильно задержало. Голова у Линды так и не прошла, несмотря на выпитую таблетку, и она сразу же отправилась в спальню, а Лео засиделся перед телевизором, а потом решил все же лечь спать отдельно и отправиться в волшебный сон в последний раз.

Теперь на полянке они были вчетвером. Лекса еще не было, а Айне сегодня выглядела необычно. На ней были земные джинсы голубого цвета и ярко-красный легкий свитер. Волосы были собраны в тугую косу. На ногах были обычные кроссовки белого цвета. Эта одежда так контрастировала с ее внешностью, что все рассматривали девушку с любопытством и удивлением.

- Мне понравилась земная одежда, - Айне улыбнулась слегка смущенно. – Правда, не вся. Некоторые вещи очень удобны, а другие совершенно невозможно не только носить, но даже одеть можно с трудом.

- Значит, вы уже прибыли на Землю. – Элли была в восторге. – И как тебе наш мир?

- Неоднозначно. – Айне задумчиво теребила прядь волос. – Земная природа сразу же покорила нас с Лейтом. Несмотря на то, что в России сейчас зима и все засыпано снегом, смотрится это просто потрясающе, но только за городом, там, где нет поблизости людей. В городе же чистый красивый снег теряет все свое очарование и становится похож на грязное месиво под ногами.

Люди тоже показались нам очень странными. Я думала, что все на Земле похожи на вас. Стройные, красивые и общительные. Но, на самом деле, все оказалось иначе. По-настоящему красивых людей, следящих за собой, мы практически не встретили. Большинство выглядят грустными и какими-то усталыми, а еще больными. Надеюсь, с вашим здоровьем все в порядке? Мне как-то не пришло в голову спросить вас об этом раньше. Я не думала, что экология на Земле находится в таком плачевном состоянии. А это не может не отражаться и на людях, на их здоровье.

- Мы совершенно здоровы, - уверенно заявила Элли. – Правда, иногда у меня бывает простуда, но сейчас у нас лето, тепло и простудиться сложнее, чем осенью или зимой. Дедушка рассказывал, что в простуде виноваты вирусы. Это такие маленькие-маленькие паразиты, они поселяются в живых клеточках тела и разрушают их. Когда такой вирус попадает в организм, наш иммунитет начинает усиленно работать, бороться с ними, и от этого может подняться температура. А когда иммунитет убьет вирус, его надо как-то вывести из организма, чтобы он не отравлял его, вот тогда и появляются сопли или кашель.

Вообще, дедушка сказал, что сопли, пот, и другие выделения служат именно для того, чтобы выводить из организма трупики вирусов и бактерий, засоряющих наш организм. Поэтому, нельзя бороться с ними, а надо позволить как можно быстрее выйти из организма. Наше тело умное и само знает, как лучше очиститься от всего ненужного. Вот.

- Я не знаком с твоим дедушкой, но уже начал его уважать, - послышался голос Лекса. Он бесшумно приблизился и внимательно слушал разговор. – Рассказать ребенку о трупиках бактерий, отравляющих его организм – это впечатляет даже меня. Представляю, как впечатлилась ты, Элли, когда узнала об этом.

- Да уж, - поддержал его Сэм. – Я и понятия не имел, что вы обсуждаете такие серьезные темы с дедом. А твои братья присутствовали при этом разговоре?

- Ага, - Элли энергично закивала головой. – Бабушка тогда попросила деда объяснить им, почему так важно умываться каждый день по утрам и вечерам. Помнишь, они еще очень не любили тогда чистить зубы?

- Так вот почему они теперь с удовольствием бегут каждый раз в ванную, - Сэм не мог сдержать улыбку.

- Конечно, избавляться от трупиков гораздо интереснее, чем просто умываться, - понимающе протянул Лео, - и почему нам в детстве отец никогда не говорил такого? Какой простор для детской фантазии.

- Наверное, поэтому и не говорил, - Сэм посмотрел на брата с ухмылкой, - ты еще тот фантазер был.

- Дедушка мне о многом рассказывает, - гордо расправила плечи Элли. – Я ведь уже взрослая и много понимаю. Он мне всегда все объясняет и отвечает на все вопросы. Он очень умный.

- Не сомневаюсь, Элли, - улыбнулась Айне. – Это определенно очень интересный взгляд на проблему здоровья. Я надеюсь, в вашей семье все здоровы. А насчет иммунитета, я полностью согласна с твоим дедушкой. Могу только добавить, что если иммунитет человека достаточно силен, то никакие вирусы не смогут пробиться через эту защиту и не попадут в организм. А сила иммунитета зависит в первую очередь от эмоционального и психического здоровья человека, ведь большинство болезней зарождается сначала в тонких телах людей, а уж потом они проявляются на физическом плане.

- У нас в семье вроде все здоровы, - сказал Лео, - по крайней мере, никаких серьезных болезней у нас нет. Даже родители, несмотря на возраст, чувствуют себя хорошо. Дед до сих пор ходит с нами в походы. Это, благодаря ему, мы с братьями полюбили серфинг. Мы с детства не представляли свою жизнь без спорта и физических нагрузок, потому что хотели быть такими же сильными и выносливыми, как наш отец.

- Я тоже очень люблю спорт, но дедушка никогда не берет меня в ваши походы, - обиженно надула губки Элли.

- Это потому что в походы мы ходим только мужской компанией, а ты девочка, тебе там будет трудно и неудобно, - тут же откликнулся Сэм. Было заметно, что этот спор возник не впервые.

- Ну и что, что я девочка, - Элли распалялась все сильнее. – Я гораздо сильнее, чем Ник и Макс, и старше к тому же. А ты обещал их скоро взять с собой. Только потому, что они мальчишки. Это не справедливо.

Глядя на девочку, Лекс с трудом сдерживал улыбку. Он понимал, что это может ее обидеть, но какая же она была милая, когда вот так дулась на своего отца. Хотелось обнять ее и пообещать отправиться с ней в поход в самый прекрасный из существующих миров. Лекс едва сдержал свой порыв.

- Знаешь, Элли, мне бы тоже было интересно сходить в поход, - Айне с улыбкой посмотрела на братьев. – Когда я приеду к вам, надеюсь вы возьмете нас с Элли с собой, несмотря на то, что мы девочки.

- Похоже, выбора у нас не осталось, - Лео широко улыбнулся в ответ. – Против вас двоих у нас нет шансов. Если дед будет против, значит, пойдем в поход без него.

- Вот и отлично. Видишь, Элли, как просто оказалось их уговорить.

- Это ты так думаешь, - Элли скептически посмотрела на родственников. – Но я боюсь, что они нас обманут. И вместо настоящего похода, мы отправимся на какую-нибудь легкую прогулку. Они могут. Но я знаю, как поступить, не волнуйся, Айне. У нас будет самый замечательный поход, вот увидишь. Только приезжай поскорее!

Огонек, скакавший по полянке за бабочкой, с разбегу налетел на Элли, повалив ее на траву. Она счастливо засмеялась, обнимая своего друга.

- Айне, помнишь, ты говорила, что не все драконы плохие, - вдруг вспомнила о чем-то Элли. – И еще, ты обещала познакомить меня с одним из них. Ты говорила тогда о Кайлире, правда? Я все думала над твоим рассказом, и решила, что только он мог стать твоим другом. Расскажешь, что с вами случилось?

Улыбка тут же сошла с лица Айне. Оно стало грустным и задумчивым. Девушка словно решала про себя, о чем стоит рассказать, а о чем умолчать. Но вот она тряхнула головой, словно отгоняя все сомнения, и взглянула на притихших людей.

- Ты права, Элли. Я тогда говорила о Кайлире. Наверное, мне стоит рассказать эту историю до конца. Когда мы с мамой ушли на Лормас, в мир фей, я узнала, наконец, причину, по которой родители задержали нас в тот день. Они хотели сообщить нам, что в нашей семье ожидается прибавление. Мама была беременна, и мое неосторожное проклятие могло лишить меня брата.

Как же я жалела тогда о своих поспешных словах. Наверное, благодаря тому, что мама не являлась жительницей Валиора и была феей, ей удалось сохранить свою беременность, но она была вынуждена остаться со мной на Лормасе до самого рождения Лейта. Мой брат – единственный мужчина, побывавший в мире фей и впитавший в себя его магию. До него ни один мужчина не мог попасть в этот мир. Лормас был открыт лишь для фей, но для мамы он сделал исключение.

Я постепенно приходила в себя, но ничто вокруг не радовало меня. Краски мира словно размылись, все казалось серым. Лишь известие о том, что у меня скоро будет еще один брат, помогало мне жить в то время. Я чувствовала себя виноватой перед ним. Ведь по моей вине он лишился возможности расти среди своих ровесников, иметь друзей и возможно даже лишился своей лаарэ, которая могла бы родиться за это время.

Я решила, что буду жить для него и помогу ему вырасти счастливым, несмотря ни на что, помогу стать сильным, воспитаю настоящим мужчиной. Именно тогда у меня появилась цель в жизни. Можно сказать, что мой брат, еще даже не родившись, спас меня. Если бы не он, не знаю, смогла ли бы я оправиться от своей потери.

Мама все понимала и помогала мне по мере своих сил. Все феи, находившиеся на Лормасе в то время, поддерживали меня своими энергиями, потому что своих жизненных сил у меня не осталось. Я словно выгорела изнутри. В груди зияла огромная дыра, невидимая глазу, но постоянно ощущавшаяся, что бы я ни делала.

Феи, испытавшие Черную Ярость на себе, обычно погибали. Таких фей было очень мало за всю нашу историю, но выживших среди них не было ни одной. Дело в том, что фея по своей природе относится к силам Света. Но это не значит, что она состоит только из одного света. Так не бывает.

Все существа во всех мирах состоят из Света и Тьмы. Разница лишь в интенсивности. Феи – не исключение, но поскольку Свет в них очень силен, то и Тьма у них должна быть так же сильна, чтобы баланс не нарушался. Просто эта Тьма находится у фей в спящем состоянии. Она не влияет на их жизнь, но всегда присутствует, как бы на изнанке их мира.

Чтобы вам было понятнее, попробуйте представить огромный резервуар, разделенный пополам очень прочной перегородкой. Это и будет аура феи. С одной стороны этой перегородки очень яркий и интенсивный Свет, с другой – такая же интенсивная Тьма. Фея всегда на стороне Света, но Тьма всегда рядом, хоть и прочно отделена.

Когда фея впадает в состояние Черной Ярости, от переизбытка негативных эмоций перегородка, разделяющая Свет и Тьму в душе феи, рушится, и вся Тьма, которая там есть, обрушивается на фею сразу и без подготовки. Светлое существо не способно вынести столько Тьмы сразу, поэтому фея теряет себя и становится орудием мщения, после чего просто умирает, выгорев дотла. Это случается очень-очень редко, и для любой феи это самый страшный кошмар, в который она может попасть. Я побывала в этом кошмаре и осталась жива только благодаря Клементине и своим братьям.

Лекс тоже помогал мне в то время, хоть и не знал об этом, - Айне с нежностью посмотрела на брата. – Мы – близнецы, наша связь настолько сильна, что мы с легкостью можем читать души друг друга, можем мысленно общаться и всегда чувствуем связь, как бы далеко друг от друга не находились.

Пока я была на Лормасе, я постоянно чувствовала беспокойство Лекса. Я закрылась от него щитами, но его чувства я блокировать не хотела. Его надежда и любовь помогали мне выжить в то страшное время, наполняли мою душу светлыми чувствами, которых во мне почти не осталось. Ради них я смогла снова возвести в душе ту перегородку, которая отделяла мой Свет от Тьмы. И постепенно моя душа стала оживать и наполняться Светом снова. Капля за каплей, положительные эмоции формировали мой Свет.

Когда родился Лейт, я была рядом. Я была первой, кто взял его на руки, и, увидев его, поняла, что я сделаю все возможное, чтобы исправить то, что натворила, чтобы мир, в котором будет расти мой брат, стал снова радостным и светлым. С тех пор я ищу способ все исправить, и, кажется, наконец, у меня появилась такая возможность. Но это сейчас, а тогда у меня была только решимость жить дальше и найти выход. Это стало переломным моментом, после которого я пошла на поправку и дыра в моей душе постепенно стала заполняться новыми чувствами, любовью к маленькому существу, которое теперь зависит от меня.

Мы вернулись на Валиор, когда Лейту исполнился год. Я очень боялась, что мое проклятие может коснуться его, но все обошлось, Валиор принял моего брата, как своего жителя. Первым, кого я увидела, вернувшись, был Лекс. Он встречал нас у стационарного портала один, потому что отец задержался, отдавая последние распоряжения насчет покоев нового члена семьи.

Сколько радости и счастья я увидела в его глазах, и мне стало совестно, что я уже готова была сдаться, что не хотела бороться за свою жизнь, а значит, и за его жизнь тоже, ведь мы с ним были связаны навсегда. Именно тогда я поняла, что обязательно найду способ все исправить, что обязательно снова стану той, кого он так любил и чуть не потерял. Мне был нужен совет, как этого добиться, и поэтому я почти сразу сбежала из дома к Габриэлю, ведь кто, как не демиург может лучше знать, что делать со всем этим.

Мои родные поняли мое желание и отпустили меня, хоть и с неохотой. Я перенеслась в замок Габриэля порталом и сразу же наткнулась на дракона. Высокий черноволосый незнакомец совершенно точно не мог быть эльфом, но и драконов на нашей территории быть не могло. Я совершенно забыла о том, что по велению демиурга Натаниэля я теперь являюсь единственной на Валиоре рабовладелицей.

Тогда мне это и в голову не пришло, я растерялась, но готова была сражаться за свою жизнь, если понадобится. Но мне не пришлось. Увидев меня, Кайлир ( а это был именно он) упал на колени против своей воли и склонил голову в знак повиновения. Это тоже было заклятие Натаниэля. Дракон должен был подчиняться мне даже против своей воли. Я просто опешила от такого приветствия, а потом до меня стал медленно доходить смысл всего этого фарса.

- Наконец-то блудная дочь вернулась на родину! - послышался насмешливый голос со ступеней, ведущих в замок. Габриэль стоял, облокотившись на перила, и внимательно рассматривал нашу композицию.

- Что все это значит, Габриэль? - я хоть и начала все понимать, но мне было необходимо услышать это из уст самого демиурга.

- Это твой раб, принцесса, забирай и владей, хватит ему уже мозолить мне глаза.

- Мне не нужен раб, - я была вне себя от злости. – Я не просила о таком и не желаю участвовать в этом.

- Поздно, милая, - Габриэль продолжал насмешливо на меня смотреть, но в глубине его глаз я видела сочувствие и сострадание, которые он тщательно старался скрыть. – Мой брат сделал тебе подарок. Этим он признал и свою вину в случившемся с тобой. Ты не сможешь отказаться от этого раба. Но сможешь освободить его от рабства, при одном условии.

- Каком? – я тут же решила освободить Кайлира, потому что даже в самом страшном сне мне не могло присниться, что я могу решать чью-то судьбу.

- Ты сможешь освободить его лишь тогда, когда он станет для тебя близким и дорогим, когда станешь относиться к нему, как к родному и простишь драконов за их грехи.

- Да никогда не будет этого! - от возмущения моя магия взбунтовалась и грозила выйти из- под контроля. На кончиках пальцев вспыхнули язычки пламени, и с большим трудом мне удалось остановить этот процесс. – Никогда ни один дракон не станет мне родным! Мне нечего прощать этому парню, но есть пара драконов, к которым у меня огромный счет, и их грехи простить я не в силах.

- Другого выхода у тебя нет, Айне, - голос Габриэля смягчился, и он с сочувствием смотрел на свою воспитанницу. – Забирай своего раба, и если ты спросишь моего совета, я предложил бы тебе на время оставить дворец и поселиться здесь неподалеку. Я уже попросил выстроить тебе небольшой домик на берегу океана, он ведь всегда нравился тебе. Сейчас тебе нужен покой, а этот дракон будет охранять тебя от всех любопытных, и помогать во всем. Считай это моей волей, если тебе так легче.

- Но что мне там делать, наставник? - я поняла, что особого выбора у меня нет, и придется подчиниться воле Габриэля.

- Учиться жить, - просто ответил демиург. – Ты не ограничена в передвижениях, навещай родных, общайся, с кем хочешь, но каждый день возвращайся в тот дом и проводи там время в компании дракона ровно столько же, сколько ты проводишь его вне этого дома.

- Это похоже на тюрьму, ты не оставляешь мне выбора.

- Пусть так, пока тебе кажется это несправедливым, но я ведь твой наставник и мне должно быть виднее, что лучше в данный момент для моей ученицы. Считай это очередным моим заданием, если хочешь. Кстати, он так и будет стоять, пока ты не прикажешь ему, что делать дальше. У него свое наказание, у тебя свое. Развлекайтесь, детки! – И сказав это, демиург исчез.

Все время этого разговора Кайлир продолжал стоять на коленях с опущенной головой. Я раздраженно посмотрела на него.

- Вставай уже, хватит изображать из себя убогого. Где этот новый дом, ты знаешь?

Медленно поднявшись, Кайлир взглянул на меня своими черными глазами, в которых я прочитала понимание, и мне вдруг стало неудобно за собственное поведение. Но ведь драконы бесчувственные, разве может быть у них такой взгляд?

- Я отведу тебя туда, госпожа, он не далеко. Я уже навел там порядок и приготовил все к твоему приезду. – Кайлир говорил спокойно и в голосе его не чувствовалось обиды или злости. Мне снова стало не по себе.

- Хорошо. Только давай договоримся сразу. Ты прекратишь называть меня госпожой, я этого не люблю. Зови меня арэ Айнеллин. А как мне звать тебя?

- Мое имя Кайлир, я сын Азаррата, виновного в смерти твоих сарияр и моих братьев.

- Твоих братьев? – я непонимающе взглянула на Кайлира.

- Карадэя – моя мать, ее сыновья – мои братья, – коротко ответил Кайлир, но за его видимым спокойствием я различила душевную боль, сродни моей собственной. Возможно ли это? Или этот дракон отличный актер?

- Что ж, значит мы не совсем чужие, и теперь мне становится понятно условие Габриэля. Давай попробуем хотя бы узнать друг друга получше, а уж потом решим, сможем ли мы подружиться. Я слышала, что все мужчины – драконы бесчувственные и бессердечные, это так?

- В десять лет все мальчики подвергаются насильственному лишению чувств, это правда. Но мне повезло! Моя мама заключила договор с Клементиной, благодаря которому я смог вернуть свои чувства, будучи уже взрослым. Так что у меня мало общего с другими драконами, мне приходилось скрывать, что я стал нормальным долгое время. Я устал от этого и был рад решению Натаниэля.

Как это ни странно, быть твоим рабом все-таки лучше, чем день за днем притворяться жестоким и бесчувственным. Видеть, как издеваются над женщинами, но молчать. Видеть, как десятилетних мальчиков лишают самого прекрасного, что у них есть и снова молчать. Я уже давно выдал бы себя, но меня сдерживало лишь слово, данное матери. Она уже потеряла двух сыновей, я не хотел приносить ей горе своей смертью.

- Значит, Карадэя жива, – я не могла поверить в то, что слышала. – А Дарсан? – я с надеждой посмотрела на Кайлира.

- Про него мне ничего не известно. – Кайлир покачал головой. – Вряд ли отец оставил его в живых. Скорее всего, убил на месте. Я все это уже рассказал твоему отцу и его советникам.

- Мне очень жаль, что ты попал в такую ситуацию. Я, правда, постараюсь исправить это. Но не могу ничего обещать.

С тех пор мы стали жить вместе с драконом. Поначалу было сложно, но Кайлир оказался спокойным и неприхотливым. Я много времени проводила с братьями и родителями, и со временем привыкла к такой жизни. Днем я занималась с Лейтом, общалась с отцом или помогала Габриэлю. Лекс всегда был рядом. Ночью же я возвращалась в домик на берегу океана, где меня ждал Кайлир.

Лекс частенько сопровождал меня, и все вместе мы пытались понять, как все исправить в нашем мире. Постепенно я привыкла к дракону и стала ему доверять. Кайлир частенько оборачивался огромным рубиновым драконом и катал меня на своей спине, как когда-то Хранитель. Эти полеты над океаном стали еще одним толчком к моему возвращению. Но дыра в груди по-прежнему не могла затянуться полностью, иногда воспоминания накатывали на меня, словно огромная волна, я задыхалась от тяжести и безысходности.

Габриэль заметил, что со мной происходит и, посовещавшись с отцом, решил отправить меня в мир Сошаран. Это мир, в котором живут люди-кошки, но правят в нем не они. Настоящие правители этого мира Сошары - огромные кошки, напоминающие земную рысь. Люди-кошки лишь служат им, обеспечивая всем необходимым. Сошары обладают даром лечить души, затягивать раны, появляющиеся в душе от потерь и переживаний. Вот туда мы и отправились с Кайлиром.

Мы поселились на берегу небольшой речушки, которая огибала густой лиственный лес, в котором жила одна из правительниц Сошара Шиала. Недалеко располагалась деревня людей-кошек, которые служили Шиале. Нам предлагали поселиться там, но мне не хотелось никого беспокоить, и в компании я не нуждалась, поэтому нам быстренько построили небольшой деревянный домик с одной комнатой и двумя лежаками вдоль стен. Там мы и поселились.

Кайлир очень удивлялся, глядя на то, как неприхотлива я в быту. Он считал, что принцесса не должна вести такой скромный образ жизни, порывался построить мне дом побольше, но мне это было не нужно. Я часто уходила в лес к Шиале и проводила время, лежа на ее широком боку или рассказывая ей о своей жизни. Мне нравилась эта огромная рыжая кошка с милыми кисточками на ушах. Мы быстро подружились с ней, и наше общение действительно помогало мне. Я чувствовала, как раны в душе рубцевались и затягивались, и верила, что все можно будет исправить, хоть и не знала пока, как это сделать.

Кайлир стал мне практически родным, и однажды я поймала себя на мысли, что думаю о нем с теплом, что больше не вижу в нем врага, а, значит, я могу освободить его от унизительной роли раба. Чем я тут же и занялась. Услышав, что я собираюсь сделать, Кайлир очень удивился.

Оказалось, что он совсем забыл, в каком качестве он находится рядом со мной. Ему было легко и свободно, в отличие от того места, где он родился. Но я настояла на своем и в присутствии Шиалы торжественно освободила его, признав в нем равного себе и назвав своим другом. После проведения ритуала татуировка раба на шее Кайлира исчезла, теперь он был свободен. Но он не спешил покидать меня, ему некуда было лететь. Единственная, по ком он скучал, была его мама Карадэя, которая оставалась в темнице Азаррата. Кайлир мечтал освободить ее, но понимал, что пока не сможет сделать этого. Я решила помочь ему в этом, и мы вместе стали продумывать план по освобождению Карадеи.

Этим мы и занимались, пока проходило лечение на Сошаране. Мы провели там долгое время, в течение которого меня несколько раз навещал Лекс, но часто перемещаться к нам ему запретил Габриэль. Я должна была научиться жить самостоятельно. Так и вышло, что Кайлир был самым близким существом мне в то время. А потом все опять пошло прахом.

Голос Айне дрогнул, и она судорожно схватилась за горло, словно ей стало не хватать воздуха.

- Что случилось потом? – шепотом произнесла Элли. – Неужели всего, что произошло с тобой, было недостаточно, и снова случилось что-то ужасное?

- Видно, пришло время испытать мою стойкость снова, - горько улыбнулась Айне. – Азаррат не хотел оставлять нас в покое. Не знаю, каким образом, но ему удалось узнать, что мы с Кайлиром вдвоем оказались на Сошаране. Без защиты эльфийской Стены, без охраны. Сошаран был безопасным миром, драконы обходили его стороной, да и вообще злу тяжело было закрепиться в этом мире, слишком сильна была аура Сошар. Она закрывала весь их небольшой мирок, словно купол, за который злу не было хода. Поэтому никому и в голову не могло прийти, что на нас там могут напасть.

Это случилось внезапно, впрочем, как и происходит все плохое. В тот день Шиала покинула свой лес, чтобы навестить родную сестру. Кайлир обернулся драконом и летал над лесом, наслаждаясь свободой, а я лежала на берегу реки, нежась в лучах солнца и слушая тихий плеск рыбы в заводи.

Внезапно небо над рекой разрезал провал портала, из которого вынырнули словно из омута два темно-серых дракона. От неожиданности я ничего не успела сделать, а они уже выпустили две струи огня, полетевшего прямо в меня. Они появились слишком близко, и щит поставить я уже не успевала, да и не помог бы он. Драконий огонь сжигает все на своем пути и только самим драконам не причиняет вреда.

« Вот и все, - мелькнула у меня мысль, - я погибну так же, как и мои сарияр. Как жаль, что не смогла попрощаться ни с кем». Это были последние связные мои мысли, а потом пришла БОЛЬ. Я горела, плавилась, но жила, все видела и понимала. Не знаю, как это возможно, но сознание не покинуло меня, и сквозь жуткую боль я видела, как метнулась в нашу сторону рубиновая стрела, слышала, как страшный драконий рев сотряс воздух, ощутила, как рядом со мной упала сначала одна серая туша, потом другая.

Но огонь продолжал сжирать меня заживо, и не было сил от него закрыться. А потом я увидела это! Ослепительный столб пламени, в котором вращался рубиновый дракон, и я услышала его слова: « Моя жизнь взамен ее, моя кровь взамен ее, моя сила взамен ее. Я отдаю себя в жертву Священному огню. Пусть моя Избранная живет вместо меня!» А потом этот столб пламени стал приближаться ко мне, и боль стала еще более чудовищной и невыносимой. И почти потеряв сознание, на грани я услышала тихий шепот: «Позаботься о нем» и провалилась в небытие.

Над поляной повисло молчание. Никто не мог решиться прервать его, настолько ужасно было то, что они услышали. Элли спрятала лицо на груди Сэма, лишь подрагивающие плечики выдавали ее состояние. Лео кусал губы от злой беспомощности. Почему этой девушке выпало на долю столько испытаний. Чем заслужила она такое. Где же эта хваленая вселенская справедливость? Как вообще возможно вынести все это и не сломаться? А Айне, собравшись с силами, продолжила свой рассказ.

- Я пришла в себя от погружения в воду. Вода накрыла меня с головой и, захлебнувшись, я выскочила на поверхность. Открыв глаза, я увидела, что стою посередине лесного озера с мутной белой водой, похожей на молоко, вода доходит мне почти до груди, а рядом со мной стоит Шиала. Этой огромной кошке вода не прикрыла даже спину.

Я сразу поняла, куда принесла меня Сошара. Это озеро было древнейшей тайной мира Сошаран. О его местонахождении знали лишь сами кошки и никогда никого не посвящали в эту тайну. Озеро помогало залечивать любые раны, даже смертельные, эта молочная вода обладала чудодейственными свойствами. Много охотников хотели добраться до этого озера, но никому с корыстными целями не удалось попасть сюда. Лишь сами Сошары решали, достоен ли ты попасть к этому озеру. И лишь немногие счастливчики удостаивались этой чести. От них и было известно об этом чудесном месте. И вот теперь и я удостоилась чести попасть сюда.

Память вернулась стремительно, и я снова ощутила волну сумасшедшей боли, прокатившейся по моему телу, и, не сдержавшись, застонала.

- Это откат, - произнесла Шиала. – Ты полностью восстановилась, но тело пока еще в это не верит, скоро все пройдет.

- Я сгорела, - произнесла я непослушными губами, - озеро лечит, но воскресить оно не может, да и как можно воскресить пепел? И где Кайлир? – Я стала оглядываться по сторонам, в надежде увидеть тело дракона, но его нигде не было.

- Что ты помнишшшь? – спросила Шиала, внимательно меня разглядывая.

- Боль. И столб пламени, в котором был Кайлир. Он жив? Что с ним произошло? Драконы ведь не могут сгореть. Ответь мне, Шиала, где Кайлир? - мой голос сорвался на крик.

- Он принес жертву Священному огню.

- Что это значит? Что за жертва? – я все еще не хотела верить в то, что уже подсказали мои чувства.

- Дракон может обменять свою жизнь на жизнь своей Избранной, сгорающей в огне дракона. Пока она не умерла, он может отдать себя Священному огню, и если жертва будет принята, его Избранная останется жить, а дракон сгорит вместо нее.

- Нет! Этого не может быть! – в отчаянии прошептала я.

- Это древний закон драконов, о нем уже никто не помнит. Современные драконы вряд ли в состоянии пожертвовать собой ради любви, они ведь понятия не имеют, что это такое. – Шиала с презрением фыркнула. – Но твой дракон другой, он чтит законы предков, он настоящий дракон. Да смилуется над ним Священное пламя!

Я вцепилась в шкуру Шиалы, чтобы не упасть. Это произошло снова! Я снова потеряла близкое мне существо, мужчину, который стал мне другом, который заставил поверить, что не все драконы ужасны и бессердечны, что у них еще есть шанс. Слезы текли из моих глаз, смешиваясь с белой водой, а я все не могла поверить, не могла принять тот факт, что больше не увижу Кайлира.

- За что вы так со мной? – вопрос вырвался из моих губ, и я сама не знала, кого спрашиваю об этом. Кого винить во всем произошедшем? Драконов? Теперь я поняла, как это глупо. Да, они виноваты, но ведь есть еще и высшие силы, которые могли бы вмешаться и защитить моих близких, но не сделали этого, ни тогда, ни сейчас. Так кто же виноват? Неужели я сама? Неужели моя беспечность погубила тех, кто мне дорог? Ведь я же фея, одно из самых сильных существ во Вселенной, почему же я не смогла предвидеть, предотвратить все это? И как мне жить дальше?

- Ну, хватит уже терзаться, - прервала мои мысли Шиала. – Надо идти, иначе твой братец сейчас разнесет весь мой лес в поисках тебя. Подумай о тех, кто жив, девочка. Вот кому ты действительно сейчас нужна.

Огромная кошка поднырнула под меня, и я оказалась лежащей на ее широкой спине. Она в два прыжка выскочила из озера и помчалась по лесу, не задевая ни одной веточки, ни сорвав ни одного листочка.

В считанные минуты мы оказались на берегу той самой речки, берег которой теперь был обуглен. Там толпились люди-кошки, окружившие кого-то. Мое сердце вздрогнуло, решив, что Шиала ошиблась, и вот сейчас они разойдутся, и покажется Кайлир, но вместо него я увидела Лекса, взволнованного и решительного.

Мы встретились глазами, и я поняла, как сильно напугала своего брата, увидела, что он пережил мою боль и смерть вместе со мной, ведь щиты, которые я обычно держала в сознании, в момент смерти исчезли. Я соскочила с Шиалы и бросилась к нему в объятия, не сдерживая рыданий. В тот день я прошла еще одну ступень своего взросления. Быстро одев меня, Лекс перенес меня порталом к Габриэлю. Он никому не сказал о том, куда отправился, и мы решили пока не говорить ничего родителям, подготовить их постепенно, чтобы известие о том, что я чуть не умерла, не стало для них сильным ударом.

Восстанавливаясь в замке Габриэля, я обнаружила в себе изменения. Сначала я не поняла, что происходит. Я просто иногда стала замечать в себе чувства, мне не свойственные. Я точно знала, что эти чувства мне не принадлежат, но определить их источник не могла. Тогда я обратилась к Габриэлю за советом. Просканировав мою ауру, Габриэль обнаружил в ней изменения.

Сначала он не поверил своим глазам, но перепроверив все тысячу раз, пришел к выводу, что в моей ауре закрепилась частичка дракона. Именно его чувства я ощущаю. А спустя какое-то время, я впервые обнаружила у себя на коже силуэт дракончика, напоминавший татуировку. Но эта татуировка двигалась. Стоя перед зеркалом, я заметила, как она мелькнула на шее и исчезла под волосами. Тогда я стала с ним разговаривать и постепенно выяснила, что Лиру удалось выжить, Кай сжег полностью свою человеческую часть, но искра дракона смогла остаться в моей ауре, и постепенно из нее сформировался новорожденный дракончик, который помнил о том, кем он был.

Мы быстро подружились с Лиром, ведь он и раньше знал меня, и он считал меня своим другом. Постепенно к нему стали возвращаться воспоминания, я многое узнала о драконах и их жизни, а также знаю теперь все об Азаррате и его замке. Появление Лира в моей жизни стало сюрпризом, но скорее приятным.

Конечно, нам пришлось привыкать друг к другу, и Лексу очень не нравится, что в наших мысленных диалогах теперь всегда есть кто-то третий, но мы все смирились и нашли в этом больше плюсов, чем минусов. А еще мне греет сердце то, что Кайлир не исчез бесследно, и пусть так, но он продолжает оставаться рядом со мной. Вот такая грустная история у нас сегодня. – Айне невесело улыбнулась. – Теперь вы все знаете о моей жизни и понимаете, как важна та миссия, что предстоит нам с братом.

- Как же жалко Кайлира, и как только земля носит этого противного Азаррата! От него один вред всем. – Элли сжала кулачки и ударила ими о землю в том месте, где она сидела. – Он ведь убил собственного сына!

- Думаю, Азаррат вовсе не рассчитывал на такой исход. Ему и в голову не могло прийти, что его сын подружится со мной, он ведь не знал, что к Кайлиру вернулись все чувства. И уж тем более он бы никогда не поверил, что кто-то из драконов еще способен отдать свою жизнь за жизнь другого существа. Он рассчитывал отомстить мне и забрать своего сына домой, но все произошло иначе. Азаррат наказал сам себя, лишившись наследника, которым так гордился. Теперь у него не будет шанса завести нового. Ведь над Валиором давлеет проклятие.

- А можно мне взглянуть на твоего дракончика, Айне? - Элли сложила ручки перед собой в молитвенном жесте.

- Ну, если он только сам захочет. Он у меня самостоятельный дракон. – Айне протянула руку вперед, повернув ладонью вверх. – Лир, познакомься с моей ученицей, вам скоро придется часто встречаться, - позвала она дракончика.

Сначала ничего не происходило, и Элли уже разочарованно вздохнула, когда по предплечью феи вниз заскользила красная ящерка. Остановившись в центре ладони, дракончик стал, словно расти вверх, приобретая свой истинный облик. Лекс отметил, что с того времени, как видел его в последний раз, дракончик заметно подрос. Теперь он занимал уже всю ладонь девушки, включая пальцы. Лир смешно выпячивал грудь и таращил глаза, стараясь казаться взрослее.

- Ой, какой хорошенький! - Элли взмахнула руками, а Лир слегка отшатнулся от нее. – А можно его погладить?

- Элли, ты ведь понимаешь, что Лир не совсем настоящий? То есть, - Айне быстро исправилась, поймав возмущенный взгляд дракончика, - конечно, настоящий, но он является частью меня. И погладив его, ты просто погладишь мою ладонь. – Она улыбнулась, увидев замешательство девочки.

Но Элли быстро пришла в себя и безапелляционно заявила:

- Ну и что, даже если я поглажу твою ладонь, думаю, Лиру будет приятен сам факт того, что он мне нравится, - и Элли осторожно провела пальчиком по голове дракона и вдоль спины до хвоста.

- С ума сойти! - Сэм ошарашено смотрел на все это. Только сейчас до него, наконец, стало доходить, насколько же их новые знакомые отличаются от людей. До сих пор он упорно воспринимал Айне и Лекса, как людей, несмотря на все, что они о себе рассказывали, а вот теперь, увидев дракончика, спокойно сидящего на ладони девушки, он вдруг поверил в сказку, в другие миры, в чудеса. И со всей ясностью понял, что даже если бы случилось чудо, и эта удивительная девушка обратила бы на него внимание, как на мужчину, у них бы ничего не вышло. Слишком разные они виды. Слишком все сложно в ее жизни. Но уж другом для нее он станет обязательно, и близнецов ее найдет, только, чтобы увидеть искреннюю радость в ее глазах, посмотреть, как украсит ее счастье.

А Лео вслед за Элли подошел к Айне, чтобы погладить дракончика. Но стоило лишь его пальцу коснуться спинки Лира, как по руке Айне пробежал легкий разряд тока. Она вздрогнула и невольно отдернула руку.

- Что это было? – растерянно произнес Лео. – Это я виноват, да? Прости пожалуйста, я не знаю, как это получилось.

- Успокойся, Лео, это не твоя вина. Скорее всего, Лиру что-то не понравилось. Не переживай, я выясню, что это было. – Айне и сама в недоумении смотрела на то место, где только что сидел Лир, а теперь была пустая ладонь. Дракончик быстро юркнул внутрь и на вопросы не отвечал. Но девушка решила прояснить его странное поведение позже.

- Как жаль, что я об этом не узнаю, - Лео был искренне расстроен. – Я больше не смогу появляться тут в ближайшее время. Но, я надеюсь, увидеть вас вскоре у нас в Австралии. И если тебе будет нужна какая-нибудь помощь, передай это с Элли, и не сомневайся, мы с братом сделаем все возможное, чтобы тебе помочь.

- Спасибо, Лео. Мне очень приятно это слышать. Я тоже рассчитываю увидеться с вами как можно скорее. А пока, со следующего раза мы с Элли начнем учиться, и думаю, даже лучше, если никто из вас, включая и тебя, Лекс, не будет нас отвлекать. Так что, я не прощаюсь с вами мальчики. Скоро увидимся. Я буду передавать вам приветы с Элли. – Айне лучезарно улыбнулась обоим братьям, отчего тиски, сжимавшие сердце Лео, мгновенно растаяли.