Глава 27

Стоило мне переступить порог собственного кабинета, как поднявшееся благодаря Томасу настроение вновь рухнуло вниз. Застыв в дверях, я с ужасом изучала оставленный следователями и криминалистами хаос.

На своих местах не осталось ничего. Бардак на столах был хуже, чем после «уборок» Ровены. Оба наших кресла торчали посреди комнаты. Даже горшки с Рониными цветами, и те оказались передвинуты! Это кто у нас такой дотошный и без чувства самосохранения нашёлся?

Ответ напрашивался сам собой: Шантор, больше некому. Двое других криминалистов, работавших на отдел убийств, были недостаточно опытными, чтобы их привлекали к внутренним расследованиям. Разве что Рэйнс кого-то из Дознания вызвал…

Я поняла и без труда приняла, почему мне пришлось сидеть в допросной. Но это… По-моему, с обыском кто-то перестарался! Неужели, чтобы подтвердить мою невиновность, нужно было перевернуть кабинет вверх дном? И только ли кабинет? Если здесь такой хаос, то что же ждёт меня в лаборатории?

Ещё раз оглянувшись, я заметила приоткрытую дверцу шкафа. Она висела немного криво, так что её требовалось приподнять, чтобы как следует закрыть. Мы с Ро об этой особенности знали, но тот, кто рылся здесь в наше отсутствие, не стал утруждать себя и просто оставил дверцу, как есть. И зачем только нужно было туда лезть? В этом шкафу ничего, кроме документов… Точно, документы! Папки! Ровена проклянёт меня, если нам придётся заново наводить в них порядок!

Я в панике бросилась к шкафу, распахнула дверцу и с облегчением выдохнула. Ровные нетронутые ряды стояли в той же последовательности, что и всегда. Единственный клочок порядка на фоне устроенного в кабинете хаоса выглядел подозрительно, и я не удержалась, пролистала содержимое нескольких папок, подготовленных к отправке в архив. К счастью, если сюда и заглядывали, сделали это аккуратно.

Не удержавшись, я хмыкнула. Отчёты — святое для всех в Управлении. Кто бы тут ни рылся, устраивать бардак в документах рука у него не поднялась!

Откладывать уборку смысла не было, так что я, стиснув зубы, принялась наводить порядок. Начать решила от стола Ровены. Если разберу свой, есть вероятность, что на рабочее место вампирши сил у меня уже не хватит. Но если сначала я приведу в порядок её часть кабинета, выбора у меня не останется, придётся доделывать всё до конца. Всё равно, пока не разгребу собственный стол, работать не смогу.

Что-то было не так, но что именно царапало глаз и заставляло нервно оглядываться, я сообразила не сразу. Откровенно говоря, не так было всё. Я терпеть не могла, когда кто-то покушался на мою территорию, а последствия вторжения вызывали зубовный скрежет от необходимости тратить время на уборку. Только сделав очередной круг по кабинету (многие вещи я находила слишком далеко от привычных мест), я поняла: Стесняшка пропала!

Алая лиана обычно распластывала свои побеги по стене во все стороны, словно стремилась занять как можно больше места. Но сегодня стена оказалась абсолютно чиста — только маленькие гвоздики, за которые цеплялась наша охранница, напоминали о её существовании.

Саму Стесняшку я нашла не сразу. Несчастное растение забилось в угол между стеной и шкафом и даже не предпринимало попыток оттуда вылезти. Только не поместившийся в щель горшок выдавал местоположение беглянки.

— Бедняжка, запугали тебя? — пробормотала я и оглянулась в поисках лейки.

Специальную смесь для не знавших солнечного света растений Ровена всегда держала с запасом. Однако то ли нападение Дэи нарушило планы вампирши, то ли лейку во время обыска переложили куда-то слишком далеко от привычного места, обнаружить её мне не удалось. Зато отрытая бутылка моей настойки нашлась именно там, где обычно и хранилась.

В горшок Стесняшки я плеснула щедро — у бедолаги явно был стресс от нашествия чужаков. Сильной и бесстрашной наша лиана была только когда жертвы заходили по одному.

Немного подумав, по половине кружки я разлила и остальным растениям, благодарно зашуршавшим листьями. У Жутеньки количество шипов на стволе уменьшилось примерно на треть — того, кто рискнул схватиться за её горшок, постигло мгновенное возмездие. У Сапфира некоторые листья сменили синий цвет на коричневый, а обычно тянущиеся вверх упругие ветви печально повисли. Даже Жрака, неубиваемый всеядный суккулент, казался немного скукожившимся.

Растения нужно было срочно приводить в порядок, пока Ро не вернулась и не увидела это безобразие. Иначе зверское убийство сотрудников в Управлении всё-таки случится: обидчиков своей рассады некромантка не простит.

С разбором бардака на половине Ровены я справилась на удивление быстро. То ли здесь не стали слишком зверствовать при обыске, то ли оставленный коллегами хаос только выглядел катастрофой, но уже через полтора часа я выдохнула: полдела сделано. Горя желанием разобраться с неприятной задачей как можно скорее, я приступила к наведению порядка на собственном столе. Но меня ждал очередной неприятный сюрприз.

Шкатулка с посланиями Томаса лежала на своём месте и казалась нетронутой, но в том, что её вскрывали, а содержимое изучили, сомнений не было. Как я могла забыть про неё! Выдохнув, я упала в своё кресло, откинулась на спинку и закрыла глаза. Мне было противно оттого, что кто-то не только рылся в настолько личном, но и, поняв, куда влез, тщательно постарался скрыть следы своего вмешательства. От этой показной заботы почему-то становилось только гаже.

Задумавшись, я не заметила, как оказалась в кабинете не одна. В дверном проёме застыла тёмная фигура человека, которого я меньше всего хотела сейчас видеть. Всё в его облике от собранных в аккуратный хвост чёрных волос с едва заметной седой прядью на виске до блестящих лаковых ботинок вызывало у меня отторжение. Особенно отталкивающе на меня действовало его лицо — вытянутое, острое, с чуть отросшей щетиной и вечно недовольным выражением. Из-под густых тёмных бровей меня буравил неприятный колючий взгляд. Но всё это не шло ни в какое сравнение с противным скрипучим голосом и отвратительными манерами.

— Тебе чего? — буркнула я.

Сил изображать вежливость не было, да и не оценит её этот визитёр.

— Да так, решил на тебя посмотреть. Ничего личного, ты же знаешь, — мерзко ухмыльнулся Шантор, обведя рукой кабинет.

Я вздохнула. Может, лично ко мне претензий у криминалиста и не было, но проделанной работой он точно гордился.

— Всё-таки это был ты?

— А кто ещё? — скривился он. — Не эта же зелень из моего отдела, которая по недоразумению криминалистами считается!

Ну да, ну да… «Зеленью», как выразился Шантор, была пара лучших выпускников своего курса, которых глава убойного заманил в Управление, не дожидаясь выпускных экзаменов. Так что эти двое криминалистов хоть и уступали Шантору в возрасте и опыте, в навыках и знаниях точно наступали ему на пятки.

— Рад, что тебя восстановили, — неожиданно заявил старший криминалист убойного и, шагнув, в кабинет, протянул мне руку.

Я пожала её, старательно пряча изумление. Что это на него нашло?

— Я за два отдела пахать не нанимался, — завёл Шантор любимую песню, прежде чем я успела поинтересоваться, в чём подвох. — Забирай свои улики и сама пиши отчёты, у меня и так работы навалом, чтоб ещё и за тебя её делать!

— Чтоб тебе напарника наняли, достойного тебя! — искренне и от души пожелала я коллеге. Прозвучало, правда, больше похоже на проклятье, и Шантор это понял.

— Достойный меня ещё не родился, — фыркнул он и развернулся к выходу. — Поэтому приходится терпеть всяких бездарей, — бросил он через плечо вместо прощания.

— Скорее уж они тебя терпят, — пробормотала я и добавила громче в безнадёжной попытке достучаться до совести криминалиста: — Ты даже лиану довёл!

— Сама допрыгалась! — обернулся Шантор и продемонстрировал неприличную комбинацию пальцев. Не мне продемонстрировал, а свесившейся в проход Стесняшке.

Лиана негодующе зашуршала листьями, а затем почти вся вытянулась в дверном проёме и в меру сил повторила жест, изогнув побеги под немыслимым углом. Шантор сначала опешил, а затем довольно заржал.

— А она не безнадёжна, — оценил криминалист старания алой охранницы. — Появится лишняя веточка — приносите, посажу в лаборатории. Будет мои реактивы от зелёных коллег охранять!

* * *

Бардак в кабинете пришлось разгребать до самого обеда. А ведь в лабораторию, где наверняка тоже от души порылись, я ещё не заглядывала! Я уже почти решилась проверить, насколько там всё плохо, но в этот момент в кабинет заглянул Наран.

— С возвращением, — поприветствовал он меня и с любопытством осмотрелся. — А Ровена когда вернётся?

Понять подоплёку вопроса оказалось не сложно.

— Шантор достал?

— Не то слово, — скривился оборотень. — Профессионал — он профессионал во всём! Даже в выведении коллег из себя!

— Рона придёт только на следующей неделе, — разочаровала я следователя. — Но Шантор уже заходил с требованием освободить его от лишней работы. Так что, если сегодня в наш отдел не доставят чей-нибудь труп, Рока мы в ближайшее время не увидим, — подсластила я горькую правду.

— Ну и отлично, — выдохнул он.

Нарану надоело торчать в дверях, и он решительно шагнул в сторону дивана. К моему удивлению, Стесняшка на Герцена нападать не стала. То ли стресс от обыска и недавнего визита криминалиста так на ней сказались, то ли действие проклятия дриады наконец-то начало ослабевать. Лишь бы Лика Ойш об этом не узнала и не придумала чего-нибудь похуже.

— Ты Морригана не видела? — поинтересовался оборотень, плюхнувшись на жалобно скрипнувший диван. — В кабинет он сегодня не заглядывал, на связник не отвечает. Единственное, чего я добился — короткого сообщения с просьбой не беспокоить.

Я невольно почувствовала лёгкий укол совести. Пусть к пропаже тетради Троя я была непричастна, но украла её Дэя, чтобы подставить именно меня. А в итоге подставила Морригана.

Графа Сорроу следователю пришлось отпустить с извинениями. Теперь, когда единственная указывающая на него улика вернулась в лабораторию, вряд ли Алистер и Дэрил станут задерживать Джеймса Сорроу на тех же основаниях, что и раньше. К сожалению, других подтверждений причастности графа к смерти Линды до сих пор не нашлось.

— Вас с утра обоих в кабинете не было, а после я отсюда не выходила, — призналась я. — Может, к вечеру появится? Зачем он тебе?

— Вот, подарочек ему принёс, — весело хмыкнул Наран. Он так довольно улыбался, демонстрируя свёрток с кое-как прилепленным красным бантиком, что я сразу поняла: подарок с подвохом.

— Что там?

— Спортивный костюм для бега. Наш марафонец оценит, — фыркнул, едва сдерживая смех, оборотень.

Я тоже улыбнулась: одному из лучших следователей Управления ещё долго будут припоминать удравшего от него старика.

— Секунду, подожди-ка… — пробормотал Наран и полез в карман. — Извини, меня кто-то вызывает.

Герцен достал связник и сосредоточился на ментальной связи, а я наблюдала за его с каждой секундой мрачнеющим лицом. Кто бы ни вызвал следователя, принёс он явно не радостные новости. Наконец оборотень открыл глаза и мрачно на меня взглянул.

— Найдена новая жертва вампира, — объявил он. Я без лишних слов потянулась за рабочим саквояжем, но Наран жестом меня остановил. — Не у нас. В нескольких часах от Линквуда. Местные криминалисты предполагают, что труп выбросили из поезда на ходу примерно неделю назад. Тело вряд ли бы нашли, если б в тот район не отправили обходчиков. Машинист одного из составов отчитался о подозрительном цвете рельс — ему показалось, что он заметил трещину, — пояснил оборотень, заметив мой непонимающий взгляд. — Повреждений на путях обходчики не нашли, зато учуяли подозрительный запах, по которому вышли на валяющееся в стороне тело.

Я мысленно прикинула время. Последняя известная жертва — эльф — была найдена девять дней назад в Родене, и с тех пор у нас было тихо. До Линквуда поезд идёт чуть меньше двух суток — как раз неделю назад должен был прибыть. Получается, кровопийца после эльфийской крови не нападал целых два дня? Неплохая выдержка.

Пока я сопоставляла даты, Наран снова отвлёкся на связник. На этот раз, судя по сурово сведённым бровям, он раздавал указания, а не получал сведения.

— В течение ближайших нескольких дней обходчикам и патрулям Управления придётся осмотреть весь путь следования поезда от Родена до Линквуда и дальше, — закончив, поделился Герцен своей задумкой. — Трёхчасовой поезд в день перед туманом следовал как раз в сторону Соллена. Вампир мог сойти как на Линквудской станции, так и в любом другом городе на пути к южной границе. Придётся проверить все варианты. Сейчас только Освальдсона попрошу приказ написать, чтобы в других городах зашевелились…

— А как же секретность? — не удержалась я. Если начнутся массовые поиски, придётся объяснять, чем они вызваны!

— Пошла… лесом пошла наша секретность, — мрачно выплюнул Наран. — Думаешь, обходчики не успели разнести новость о трупе с порванным горлом? Освальдсон передаст информацию в Дознание, чтобы те при необходимости надавили на газетчиков и не дали им навести панику. Но если обнаружатся ещё подобные жертвы, лавину слухов не остановит никто.

— Думаешь, этот труп не единственный?

— Уверен. — Герцен решительно поднялся и направился к выходу.

Я поспешила вытащить из него ещё сведений, пока оборотень не передумал ими делиться.

— Как в Линквуде поняли, что это — жертва вампира?

Наран мрачно усмехнулся.

— А он больше не пытался скрыть следы. Дырки на шее обескровленной жертвы — слишком яркая подпись, чтобы её можно было не заметить. Ты обедать пойдёшь?

— А? — Из-за резкой смены темы я не сразу осознала суть вопроса.

— Есть, говорю, хочешь? — повторил Герцен. — Пошли в «Звезду» минут через десять? Как раз с Освальдсоном успею согласовать совместную работу с филиалами Управления.

Есть я хотела, так что отказываться от заманчивого предложения не стала, заверив Нарана, что обязательно дождусь его возвращения. С тех пор как мы выяснили отношения, я больше не чувствовала себя неуютно наедине с оборотнем. Да и общаться с ним на нерабочие темы оказалось почти так же комфортно, как с Морриганом.

Не успела я подумать о нашем высокородном коллеге, как он появился в дверях моего кабинета собственной уставшей, но неприлично довольной персоной.

— Ты тут одна? Ровену ещё не отпустили из лечебницы?

— Отпустили, но сегодня она дома. Вернётся на следующей неделе. — Нужно не забыть рассказать Ровене, как её тут ждут. Вампирше понравится. — Ты что, тоже с Шантором общий язык не нашёл?

— Чего? — не понял меня Ал. — Причём тут этот… нехороший человек?

Я хмыкнула. Как единодушно!

— Шантору понадобилось меньше суток, чтобы довести Нарана, так что наш оборотень очень ждёт возвращения Роны. А тебе она зачем?

— А-а-а… нет, не за этим, — туманно ответил Алистер. — Значит, на следующей неделе…

— Что-то случилось?

— Случилось… — следователь задумчиво покачался с пятки на носок и решительно выдохнул. — Ладно, ты имеешь право знать заранее, как дважды пострадавшая из-за этого дела. Мы арестовали Сорроу, — торжественно объявил он. — Обоих. Старшего — по обвинению в убийстве Линды, младшего — по всем остальным пунктам.

— Как?!

Я уже почти смирилась, что Сорроу-старший уйдёт от наказания! Неужели он всё-таки где-то ошибся?

Алистер хитро усмехнулся.

— Провели совместную операцию с Дознанием. — И, прежде чем я успела задать хоть один из бесчисленного количества роящихся у меня в голове вопросов, заявил: — Но подробности узнаешь на следующей неделе, когда вернётся Ровена! Не будем нарушать традицию посиделок с пирогами полным составом нашего отдела.

— Нет уж, — громыхнул за спиной Морригана недовольный голос Нарана. Оборотень вернулся даже быстрее, чем обещал, и очень своевременно. Одна я точно не смогла бы уговорить Алистера нарушить священную традицию, но при поддержке Герцена можно попытаться. — Я тоже хочу знать подробности! А при Ровене мы, так и быть, сделаем вид, что слышим историю впервые.

— Но традиция! — попытался сопротивляться Ал, хотя мне показалось, что больше для виду. Следователю и самому явно не терпелось похвастаться успехом в казавшемся безнадёжным деле. — Пироги!

— В «Звезде» есть земляничный пирог, — припомнила я. — Для тренировочного выступления сойдёт.

Поход в «Звезду» окончательно примирил Алистера с необходимостью пойти против правил. Что бы за операцию они с Рэйнсом не провернули, поесть Ал явно не успел. Кстати, о палаче…

— Рэйнса с собой позовём? — предложила я.

Оба следователя уставились на меня с искренним недоумением.

— Зачем? — осторожно поинтересовался Морриган.

Реакция Герцена оказалась более категоричной:

— Катарина, ты перегрелась?

Объяснить, что раз Ал с заметным голодом косится на стоящую у меня на столе вазочку с конфетами, значит и дознаватель вряд ли успел перекусить, я не успела.

— Дэрил сразу после операции отправился в Дознание, — объявил Алистер. — Здесь его работа закончена.

Что ж… Непривычное чувство, но мне было жаль, что я не успела узнать палача чуть лучше. Хотя, судя по планам Томаса на него, шанс познакомиться ближе у меня ещё будет, и не один.