Глава 28

Повествование о том, каким же образом оба Сорроу оказались под стражей, пришлось отложить до момента, пока Алистер не наестся. Я в своём предположении не ошиблась — следователь оказался настолько голодным, что смолотил двойную порцию, а теперь с заметным интересом косился на выставленный посреди стола огромный земляничный пирог. Выглядел тот явно крупнее, чем способны съесть трое человек, но что-то мне подсказывало: коллеги ещё смогут меня удивить.

Пока Алистер ел, мы с Нараном изо всех сил сдерживались, чтобы не завалить следователя вопросами. Останавливало понимание: лучше немного подождать сейчас, чем потом терпеть постоянно тянущегося что-нибудь пожевать рассказчика.

— Начать эту историю мне придётся издалека, практически с момента встречи Килиана и Линды.

Морриган налил себе полный стакан ледяного ягодного морса и глубоко вздохнул, словно нарочно дразня нас с Нараном этой паузой. Мелькнула мысль, что, если мы начнём торопить его, Ал ещё и пирог есть начнёт нам назло.

— Со своей будущей супругой Килиан познакомился вовсе не в Родене, как мы думали изначально, — так и не дождавшись от нас возмущения, продолжил следователь.

Мимолётный тоскливый взгляд, брошенный им на благоухающую земляникой выпечку, только укрепил меня в моих подозрениях.

— Они оба родились в Таммине и жили каждый в своём мире, пока однажды не встретились. Линда в то время была обычной никому не известной девушкой, что по выходным пела в не слишком популярном баре и могла только мечтать о выступлениях в клубах вроде «Золотого Льва». Килиан же был типичным, как он сам выразился, наследником графского титула, к которому не прилагалось ничего, кроме обязательств перед семьёй и навязанных ограничений.

Алистер отпил немного морса, вновь с тоской покосился на источающий сладкий аромат пирог и продолжил.

— В какой-то степени Килиану повезло, — хмыкнул он. — Несмотря на навязчивое желание отца женить единственного наследника и поправить тем самым положение семьи, подходящей невесты никак не находилось. То недостаточно богата, то недостаточно знатна… Девушки же, способные удовлетворить взыскательным требованиям графа, почему-то не горели желанием становиться частью старинного, но нищего рода. Так что Килиан дожил до тридцати лет не связанным брачными клятвами, что для представителей фамилий, подобных Сорроу, довольно редкий случай.

— А сам-то? — насмешливо приподнял брови Наран. — Тебе уж давно больше тридцати, но что-то не женат до сих пор.

— Я же сказал: «подобных Сорроу»! — недовольно скривился Алистер. — В моей семье на первом месте мозги, а не гонор. Что до Килиана и Линды… Всю историю их любви я пересказывать не буду. Скажу лишь, что искра вспыхнула сразу, но так как Килиан отлично понимал — такую девушку в его семье не примут — отношения они были вынуждены скрывать.

— Таммин — слишком маленький городок для тайн, — покачала я головой.

Ал согласно кивнул.

— Именно. О «неподобающей связи», — интонация следователя отлично передавала, что он сам думает о подобной формулировке, — вскоре узнали. Линду похитили после работы в баре и вывезли за пределы города, где долго запугивали и под конец пригрозили убить, если она не разорвёт отношения с наследником семьи Сорроу.

— В Тамминское Управление заявление о похищении и угрозах, разумеется, не поступало, — мрачно предположил Наран.

Я кивнула. Да, для маленьких городков — обычное дело. Посторонних в свои дела там стараются не вмешивать и любые проблемы тщательно скрывают от всех — даже от тех, кто мог бы помочь. Слухи и сплетни жителей подобных мест порой пугают больше, чем угрозы от настоящих преступников.

— Верно, — подтвердил наше предположение Морриган. — А ещё в местном Управлении с самой Смуты вечный недобор сотрудников, так что даже напиши Линда заявление, вряд ли это дало бы ощутимый результат. Итак, Линда добралась до дома только под утро — возвращаться в город ей пришлось пешком. Чудо, что по пути с ней не случилось чего-нибудь похуже похищения. Таммин по уровню криминала похож на наш портовый район. Если окажетесь там в командировке — не ходите в одиночку после заката.

— Так говоришь, как будто ты сам туда ездил, — не удержалась я от любопытства.

Командировки в нашем ведомстве были настолько редки, что даже среди опытных сотрудников не каждый мог похвастаться рабочим выездом в другой город. В своём хватало, чем заняться.

— Ездил, — Алистер ехидно прищурился. — И, не поверишь, по работе. Если кого-то в Управлении подозревают в махинациях и подлогах, вести внутреннее расследование обычно поручают следователю из другого города, чтобы исключить сговор и возможность давления. Даже твой случай с потерей улики не был исключением. Нам назначили следователя из Линквуда, но тот даже доехать до Родена не успел. Тетрадь нашли, а с тебя сняли подозрение в сокрытии вещдока. В деле же с нападением на Ровену Рэйнс воспользовался полномочиями дознавателя и забрал его под свой контроль, чтобы «не терять время и не давать преступнику фору», — Морриган пальцами показал кавычки. — Только, подозреваю, дело было не в одном желании как можно скорее поймать стрелка.

Я немного смущённо улыбнулась и пожала плечами. Благодаря Рэйнсу, сумевшему всего за несколько часов провести полноценное расследование и доказать мою непричастность к нападению на Рону, на свободу меня отпустили довольно быстро. Это в день ареста мне показалось, что я провела в камере целую вечность, но потом, отдохнув и придя в себя, я подсчитала и поняла: Дэрил сработал настолько быстро, насколько это вообще было возможно.

Если бы он предпочёл не отрываться от дела Сорроу, мне пришлось бы дожидаться, пока другой дознаватель явится в Управление и вникнет в ситуацию. И кто знает, не оказалось бы у этого палача зуба на Томаса?

Жаль, мне так и не представилась возможность поблагодарить Рэйнса за помощь. А теперь он и вовсе закончил свою часть работы в Управлении. В Дознании, что ли, навестить его?

— Так, о чём это я? — не дождавшись от меня ответа, вспомнил Алистер. — Ах, да, Линда. Девушка оказалась крепким орешком и, добравшись до дома, вопреки угрозам первым делом связалась с возлюбленным. Вечером того же дня Линда и Килиан, собрав только необходимые вещи, сбежали из Таммина на первом подвернувшемся поезде. Килиан поступил достаточно умно для человека в своём положении. Он не стал ни скандалить с отцом, ни требовать, чтобы его выбор уважали. Понимал, что это бесполезно. Он просто уехал и оборвал все связи, лишившись поддержки собственной семьи, но защитив тем самым Линду.

— Ненадолго, — мрачно добавил Наран.

Морриган раздражённо отмахнулся.

— В Роден влюблённые добирались больше недели, запутывая следы. Поженились по пути, в Доррсе, пока ждали очередной пересадки. Спустя несколько дней в Роден прибыла уже чета Сорроу.

— Ты же говорил, что женился Сорроу уже в Родене? — Настала моя очередь перебивать Алистера. — Я точно помню!

— Да, потому что именно так следователям рассказали соседи, — недовольным тоном пояснил Ал. — На самом деле в Роден Линда и Килиан приехали уже семьёй, но красивое, пусть и скромное торжество смогли себе позволить только спустя полгода — на дорогу и аренду жилья ушли почти все их накопления.

Морриган глотнул морса и продолжил:

— Как вы понимаете, даты в свидетельстве о браке при расследовании убийства никто не стал сверять до последней цифры. Год совпал — и хорошо. Детали в тот момент для следствия были не важны. Да и после, если честно… Не думаю, что информация о настоящей дате брака натолкнула бы меня на правильные мысли. Сейчас эта деталь подтверждает показания Килиана Сорроу, но сама по себе она не такая уж и значимая.

— Поженились, приехали в Роден, несколько лет прожили, — решил поторопить рассказчика Наран. — Дальше что? Как их нашли?

— Об этом Джеймс Сорроу так и не сказал, — развёл руками Алистер. — Но ему предстоит ещё несколько допросов, да и Рэйнс не упустит возможности выяснить всё досконально.

— Сорроу что, в Дознание забрали?! — первой возмутилась я, осознав сказанное.

Оборотень в это время, нахмурившись и стиснув челюсти, пытался подобрать цензурное выражение из своего богатого словарного запаса. При мне Герцен не ругался никогда, но сейчас ситуация так и требовала высказаться покрепче.

— Это наше дело и наши преступники! — наконец выдал Наран. — Они не имели права!

— Спокойно! — Ал поднял руки, останавливая поток возмущений. — В Дознание увезли только одного. Килиана Сорроу поместили в камеру нашего отдела, а Джеймса забрал Рэйнс. Мы решили, что плохая идея запирать двух замешанных в одном деле преступников там, где они смогут свободно общаться.

Ну, если подумать… У нашего отдела было не так много камер, чтобы получилось рассадить обоих Сорроу подальше друг от друга. Занимать клетку чужого отдела тоже не вариант — начальство подобное «переселение» одобряло только в самых крайних случаях. В городскую тюрьму заключённых отправлять ещё рано, да и нет в этом деле доверия к Исправительному ведомству. Один раз Сорроу-младшему там уже помогли, а сейчас, когда мы это выяснили, могли и напакостить из мести невольно подставившему их преступнику.

— Разумно, — шумно выдохнув, признал Наран. — Так. Джеймс Сорроу выяснил, куда сбежал его сын, узнал, что тот женился на девушке не своего круга, и явился в Роден…

— Именно. Причём, как нас пытался сам граф Сорроу, приехал он, чтобы поговорить с Линдой и убедить её бросить Килиана, для чего приготовил приличную сумму денег в качестве главного аргумента.

— Не вышло запугать, решил купить?

— Ты сама-то в это веришь? — фыркнул оборотень. — У него первым аргументом были угрозы и похищение, а для второй попытки старик выбрал подкуп? Кто так делает?

— Всё не так просто, — усмехнувшись, покачал головой Алистер. — Видишь ли, своему сыну Джеймс Сорроу рассказал совершенно другую историю… Но я забегаю вперёд.

— Точно, лучше рассказывай по порядку, — хмыкнула я. — Что Джеймс Сорроу заказал у Лиама Троя?

Морриган качнул головой и пожал плечами.

— Этого мы тоже пока не узнали. Единственный, кто может ответить на этот вопрос — сам граф, но он, поняв, что мы не склонны слепо доверять его словам, замкнулся и перестал с нами общаться. Мы с Дэрилом подозреваем, что у Троя Джеймс купил скрывающий ауру артефакт. Лиам их штамповал, как на конвейере… Из-за этого артефакта криминалист убойного, изучив дом Килиана и Линды с помощью «эха событий», не смог определить там недавнее присутствие постороннего. Килиан остался единственным подозреваемым.

Да, это многое объясняло. Убийство Линды произошло у входной двери, где и так огромное количество свежих и старых отпечатков. Я видела снимок в материалах дела — обнаружить в хаотичном переплетении следов аур хозяев дома ещё один, посторонний, но тщательно замаскированный, было невозможно. Даже Шантор, и тот бы не справился.

— Килиан, найдя жену мёртвой, поначалу подумал на грабителя или спятившего поклонника Линды, — продолжил Морриган.

— У неё такие были? — вновь не сдержала я от любопытства. Вроде бы, когда Алистер рассказывал про работу Линды, о безумных преследователях речи не шло.

— Я таких не нашёл, — Ал качнул головой. — Но какие ещё варианты были у Килиана? Вмешательство своих родственников он заподозрил только когда понял, что у следователя нет других подозреваемых, кроме него. Тогда-то Сорроу-младший, перебирая в уме всех, кто мог желать его жене зла, вспомнил, как обошлись с Линдой в Таммине. А затем, день за днём по минутам перебирая события того дня, вдруг припомнил, что почувствовал на Линде смутно знакомый и едва уловимый запах…

— И никому не сказал об этом? — недоверчиво спросил Наран. — Это же могло дать новое направление следствию!

— Не сказал. К сожалению, Килиан слишком поздно понял, что это был аромат любимого одеколона его отца. Желание стереть из памяти всё, что связывало его со старым графом, сыграло с наследником Сорроу злую шутку. Вспомни он и сообщи о постороннем запахе сразу, возможно, следствие сумело бы выйти на Джеймса или хотя бы оправдать Килиана. Однако спустя столько дней, когда в доме потоптались сотрудники Управления, ни один оборотень не смог бы подтвердить его показания.

Наран недовольно втянул носом воздух, но спорить с этим утверждением не стал.

— Рассудив, что раз криминалисты не обнаружили в доме присутствие постороннего, значит, отец позаботился о том, чтобы скрыть свои следы, Килиан решил взять правосудие в свои руки. Пожалуй, это был первый момент, в котором я ошибся, — внезапно признался Алистер. — Я был уверен, что о вине Джеймса Сорроу Килиан догадался, увидев записи в тетради Троя. Но он изначально знал больше, чем мы, и куда лучше нас представлял, на что способен его отец.

— А следователям ни об угрозах, ни о похищении Килиан не рассказал, поэтому что подтвердить эти слова тоже ничем не мог?

— Именно. Поняв, кто повинен в смерти Линды, Килиан через охрану тюрьмы сначала передал послание Трою, а затем получил зелье силы, которое должен был использовать для побега. Спускать родичам смерть жены он не собирался. Да, кстати, — Морриган неожиданно зло усмехнулся. — В ближайшие полгода от тюремщиков активного сотрудничества не ждите. Мы с Дэрилом случайно раскрыли целую сеть по передаче сообщений и посылок в обход официальной процедуры. Дознанию там на пару месяцев работы теперь.

— Зачем Килиан убил конвой? — мрачно поинтересовался Наран. — Оглушил бы, обезоружил, связал… Вариантов тьма!

Алистер глубоко вздохнул.

— Этого даже сам Килиан объяснить не сумел. Во время допроса он утверждал, что не мог себя контролировать, и без конца твердил, что ему жаль. У меня сложилось впечатление, что он не врал, хотя логичного объяснения его поведению мы так и не нашли.

В этот момент у меня в голове словно что-то щёлкнуло. Ну конечно!

— «Неконтролируемая агрессия и приступы ярости — наиболее редкий побочный эффект зелья силы. Частота встречаемости — примерно у одного на тысячу», — процитировала я по памяти абзац из учебника по алхимии за второй курс. И как только сразу не вспомнила? — «Именно этим побочным эффектом обуславливается запрет свободной продажи зелья силы, так как случаи его возникновения почти всегда сопровождаются человеческими жертвами».

Пожалуй, мне пора повторить университетскую программу. Или хотя бы конспекты старые пролистать — я до сих пор их хранила. Решено, вечером займусь, если найду нужную коробку в кладовке!

Мало того, что я известное каждому студенту-алхимику зелье распознала, только когда мне его под нос сунули, так ещё и о побочном эффекте, объяснявшем странное поведение беглого заключённого, не догадалась! И тот факт, что этот эффект, как и действие самого зелья, вне университетских учебников наблюдать практически невозможно, меня не оправдывал. Стыдно не узнать настолько хрестоматийный пример!

— Возможно, ты права, — пожал плечами Алистер, без особого интереса выслушав мои объяснения. — Но теперь этот факт ничего не меняет. Под зельем или без него, убийство конвоя — это гарантированная пожизненная каторга. Будь Килиан не из знатной семьи, можно было бы попытаться доказать, что он не полностью осознавал свои действия, чтобы защитить от казни и смягчить приговор. Но представителей знатных фамилий и так не казнят, а на результаты расследования открывшийся факт уже не повлияет.

— Бессмысленный пережиток прошлого, — недовольно скривился Наран. — Сколько знатных засранцев избежали справедливого наказания из-за этого древнего закона?!

— По мне, так пожизненная каторга не лучше казни, — буркнула я. И там, и там исход один, просто в разные сроки.

— Вы дальше слушать будете или возвращения Ровены подождёте? — слегка язвительно поинтересовался Ал.

Мы с Нараном моментально смолкли и изобразили жадное внимание. Морриган смерил нас подозрительным взглядом, но, не найдя, к чему придраться, продолжил рассказ.

— О продажности и двуличности Троя Килиан узнал прямо в день побега, когда подсмотрел, как тот записывал в свою тетрадь полученную за помощь сумму. Две одинаковых фамилии на соседних строчках не могли не привлечь его внимание. Троя, однако, подвёл один из его принципов: не спрашивать у заказчика больше, чем необходимо для выполнения его заказа.

— В теневом сообществе любопытные долго не живут, — не удержался от комментария Наран.

Алистер недовольно зыркнул в его сторону, но прерывать рассказ не стал.

— О планах Джеймса Сорроу Трой не знал, иначе не рискнул бы светить свои записи перед Сорроу-младшим. Ни о чём не подозревая, он спокойно признался Килиану, что граф Сорроу действительно был его клиентом, и даже назвал дату, но суть заказа так и не раскрыл — молчание всегда входило в стоимость его работы. Килиан настаивать не стал. Ему хватило ума не связываться с полным сил магом в его же доме. В туман же, когда силы сравнялись, Килиан напал на Троя и попытался вынудить того поделиться сведениями. Только интересовала его не суть оказанной услуги, как мы думали, а возможное местоположение Джеймса Сорроу. Килиан был уверен, что Трой знает, где скрывается старый граф.

— Почему Килиан решил, что его отец не вернулся домой сразу после убийства Линды? — не поняла я. У него-то, в отличие от нас, не было возможности проверить списки отбывающих из столицы пассажиров и убедиться, что граф всё ещё в Родене! — И зачем Джеймс Сорроу остался в столице, где следователи в любой момент могли начать его искать?

— Ну, — Ал хмыкнул. — Давай будем честны — до смерти Троя следователи даже не подозревали о визите Джеймса Сорроу в Роден. Убийство Линды было идеальной подставой, не придерёшься.

— Так почему Килиан думал, что граф не вернулся домой сразу после убийства?

— Сказал, это не в духе его отца — оставить сына в неведении, за что ему такая боль. Килиан считал, Джеймс Сорроу собирался дождаться суда и навестить его после вынесения приговора, чтобы напомнить: члены семьи обязаны подчиняться решениям его главы.

— Да ну, какой идиот станет так рисковать и подставляться? — не поверил Наран.

— Не скажи, в тот портрет, который Алистер составил для старого графа, такой ход очень даже вписывается, — задумалась я. — Старые клятвы, устаревшее понятие чести, за которые цепляется весь род Сорроу, и, как следствие — суровое наказание за попрание этой самой чести браком с недостойной. Тем более, Килиан в своём предположении не ошибся: его отец действительно всё это время оставался в Родене.

— Дальше слушать будете? — оборвал наш спор ехидный голос Алистера.

Мы замолчали и закивали головами. О том, как развивались события после побега, мы и так по большей части знали. Теперь же начнётся самая интересная часть рассказа: каким образом следователь и дознаватель поймали обоих Сорроу!