13

— Как муж? — спросила Алессандра только что прибывшего Матеуша.

— Он все еще прикован к постеле, но жить будет. Лекарь опасается, что князь больше не встанет.

Княгиня задумалась, эта новость ей не нравилась, все время думала об этом. Не так давно она говорила о завоевании княжества Кейлих, где старый князь не имел наследников, и в который раз Острожская напоминала себе, что нужно и самой позаботиться о наследнике. Она не может позволить потерять княжество из-за смерти мужа. Король прав, она женщина, и этим фактом непременно воспользуются в случае ее слабости. Ее силы возрастут, земли приумножаться, она получит право голоса в принятии решений, но все переходит по мужской линии. Ей непременно стоит родить наследника или изменить правила игры, где женщина будет иметь такие же права, как и мужчина. Второе было сделать сложнее, поэтому нужно было подумать над первым. Как жаль, что с Владимиром не возможно достичь желаемого.

— Серьезность его травмы должна держаться в строжайшем секрете, — коротко ответила княгиня.

— Само собой разумеется. Но я больше беспокоюсь о вас моя госпожа, — мужчина взял ее руку в свою. — Вы бледны и выглядите уставшей. По сколько часов вы спите? И спите ли вообще?

— Матеуш, брось, — она убрала свою руку. — Мне не до сна. Сейчас время для завоеваний и укрепления власти. Более подходящего времени нам может больше не представиться. Что ты думаешь о княжестве Казимских, станут ли они нашими союзниками?

— Сложно сказать. Я думаю, что вам следуют поговорить с ними лично, хотя князь старой закалки и может не пойти на компромисс.

— Потому что я женщина?

— Прошу прощения, но да. Он хоть и наслышан о ваших подвигах, но нам придется трудно с ним.

— Но и оставить без внимания это княжество мы не можем, — резюмировала Острожская. — Я думаю, Казимский – человек разумный и подпишет с нами союз. Ну это мы скоро узнаем. Ты можешь идти.

Алессандра села на скамью, внимательно рассматривая карту, лежащую на столе. Молодая женщина поставила очередной флажок на изображении маленькой крепости. Именно после ее завоевания они официально стали самым большим княжеством в их королевстве, даже у короля территорий и людей было меньше, чем у нее сейчас. Она действительно спала всего по несколько часов в сутки, беспрерывно курируя действия своих генералов. Это можно было назвать одержимостью, но княгиня знала, что сейчас она творит историю и добьется успеха. Останавливаться княгиня не собиралась, союзников у нее должно быть больше, чем у короля. Любого короля, будь то Казимир, Карл или Вильгельм. Только так ей удастся выиграть в этой битве за власть, только так с ней станут считаться.

Подумав еще немного, она достала кожаный мешочек и извлекла оттуда футляр.

— Ты довольна тем, что происходит сейчас? — спросила Анна, появившись перед ней.

— Я бы сказала, удовлетворена, — ответила молодая женщина. — Начался тернистый путь к расширению нашего княжества.

— И как твой путь? Удачен?

— Война длится уже больше месяца. За это время границы княжества Острожских возросли многократно. Хочу поблагодарить тебя за помощь с Казимиром. С твоей подачи начался этот путь.

— Не стоит благодарности. Это яркий пример того, чего можешь достичь, как ведьма. Ты же упорно выбираешь путь воина, хотя тебе предстоит более важная битва — между добром и злом.

— Я буду на стороне добра? — уставшим голосом поинтересовалась Алессандра.

— Надеюсь. На самом деле грань здесь очень тонкая. Нет абсолютного зла или добра в чистом виде.

— Надеюсь, что эта битва не наступит прямо сейчас, потому что я планирую поспать. Мне еще границы своего княжества расширять, — после этих слов, Острожская заняла место возле огня, укрывшись одеялом из шкур. Бессонные ночи дали о себе знать, уснула практически мгновенно. В ее планы входило поспать всего лишь час-другой, но, кажется, кто-то бережно охранял ее сон, позволяя насладиться сновидениями.

Разбудило рычание Лота, большого пса. Алессандра вскочила, схватившись за меч.

— Тадеуш, что ты здесь делаешь? Разве ты не должен решать вопрос с князем Кейлих? — недоуменно произнесла Острожская, глядя на вошедшего.

— С ним вопрос уже решен.

— Княжество наше? — скорее утвердительно, чем вопросительно сказала Алессандра.

— Так точно. Но князя в плен взять не получится.

— Почему? — нахмурилась молодая женщина.

— Он мертв, погиб во время сражения с северянами.

— Но он и его войска были на наших землях. Чуть дальше от границы, — окончательно проснувшись, резюмировала княгиня.

— С этого момента начинаются плохие новости. Северяне пересекли границу нашей территории.

— Почему никто не разбудил меня раньше? — стальным голосом поинтересовалась главнокомандующая.

— Они наступают со стремительной скоростью, никто не ожидал такого быстрого прорыва.

— Что слышно о подписании мирного договора? — расхаживая по комнате, спросила Алессандра. Ее прогнозы не сбылись, она и предположить не могла, что враг так скоро окажется совсем близко.

— Это сейчас не самое важное, — замявшись на секунду, ответил Тадеуш.

— Что может быть важнее?

— Замок Собезских захвачен, — выпалил генерал.

Княгиня взглянула на своего командира странным взглядом.

— Что слышно о князе Собезском? — последовал ее вопрос.

— Вестей нет, но его точно не было в замке, когда захватили. Нам известно чей флаг возвышается над крепостью.

— Чей? — спросила Алессандра, которая отчего- то уже знала ответ.

— Князя Влашского.

— Как такое могло случиться? Еще несколько дней назад северяне вовсю свирепствовали на землях Вильгельма. Почему же они сейчас здесь?

— Князь Влашский выдвинулся отдельным войском и выступил из своих земель. Он захватил несколько мелких княжеств между границей и крепостью Собезских. Большие княжества он миновал, но власть в них не укрепил, вот почему все получилось так стремительно. Похоже на то, что он был нацелен именно на это княжество. Мне так показалось.

— Или не показалось. Обиделся, что мы обыграли его в прошлый раз? Не может залечить израненную гордость, а крепость Острожских ему не по зубам. Ну что ж, выдвигаемся.

— Сколько людей мы берем с собой?

— Смею предположить, что вокруг крепости выставлено небольшое количество солдат.

— Да, но в крепости их больше,чем достаточно, и у них в плену ваша мама. Мы можем кинуть свои главные силы туда, окружить крепость и взять их штурмом.

— Не стоит. Я бы не хотела штурмовать родной дом и рушить стены замка.

— Предлагаете взять их измором? — выдвинул следующее предложение Тадеуш.

— Нет. Хитростью. Мы возьмем небольшое количество людей и пойдем на переговоры. Пускай наши войска остаются на позициях и продолжают то, что мы начали. Завоюйте следующую крепость, которая была нами запланирована. Действуйте строго по карте, — выходя на улицу, приказала Алессандра. — Тадеуш, возвращайся к нашим основным войскам, там ты нужнее.

— Но разве отвоевать крепость Собезских сейчас не главная наша задача? Ведь совсем рядом находится крепость Острожских, — ответил генерал, поражаясь убийственному спокойствию своей главнокомандующей.

— Ты услышал мой приказ. Матеуш уже в крепости Острожских?

— На пути туда.

— Отлично. Пошли гонца. Пусть будет наготове и не дает врагу даже близко подступить. Пусть все мосты будут подняты, никто не рискнет перебираться через ров, наполненный водой.

— Но с кем отправитесь вы? В лагере больше не осталось генералов.

— Я поеду без генералов. Собери для меня пятьдесят солдат. Этого достаточно.

— Достаточно? Но вдруг переговоры не принесут нужного результата?

— Будем видеть, — седлая свою лошадь, ответила Острожская.

Она оставалась абсолютно спокойной. И никто не мог разгадать ее настоящих чувств: злится она или нервничает, а, возможно, ей все равно, был ли у нее стопроцентный план, или она тщательно маскировала свою тревогу. Некоторые воины предполагали, что в ней просто не было чувства беспокойства за мать, потому что сердце княгини холодно, как каменная глыба.

— Ты абсолютно не беспокоишься? — спросил Анна у Алессандры, когда та уже на всех парах мчалась в крепость Собезских.

— А это поможет?

— Это не поможет, но ведь там твоя мать.

— Вот именно, поэтому мне не нужны сейчас проявления чувств. Мне нужен холодный расчет, — спокойно ответила молодая женщина.

— У тебя есть план?

— У меня всегда есть план.

И он у княгини действительно был.

— Какие будут приказы? — спросил один из подчиненных, когда на горизонте показалась родная крепость. — Выслушаем их условия.

— Было бы неплохо, пойдем под флагом перемирия. Пускай они видят, что мы хотим переговоров.

Подъехав ближе, княгиня окинула взглядом мертвые тела, подсознательно ища лица знакомых. Битва за крепость хоть и была короткой, но довольно жестокой.

— Пошли гонца, скажи, что мы требуем переговоров, — отдала она приказ, посылая бегунка вперед себя. Сама же княгиня пустила лошадь медленным шагом, неспешно приближаясь к крепости.

Цепким взглядом она оценила количество выставленных лучников и стражников, сидящих в засаде возле крепости. Их было больше, чем она ожидала. Видимо, Влашские поставили за цель оставить себе крепость чего бы им это не стоило.

Подъехав ближе к воротам замка, она увидела на центральной стене над воротами человека в отличительных одеждах князей Влашских.

— Добро пожаловать домой, княгиня, — раздался незнакомый мужской голос. — Мы уже вас заждались.

Алессандра смерила его изучающим взглядом. Перед ней стоял Алмаш Влашский, князь территорий под названием Валахия.

Острожская удивленно подняла бровь, почему-то она была уверена, что здесь ее ждет младший из братьев.

— Если бы я знала, что вы меня очень ждете, я бы поторопилась, — парировала она.

— Видите, захватить вашу крепость нам не составило труда. Это произошло так же быстро и неожиданно, как освобождение ваших пленных на нашей территории.

— Можно сказать, что мы квиты, — улыбнулась Острожская.

— Можно и так сказать. Мы бы хотели оставить эту уютную крепость себе, если вы не возражаете, — оскалился Алмаш.

— Конечно же, я возражаю и предлагаю вам, по- хорошему, вернуть то, что принадлежит мне. Мы можем договориться, найти компромисс. Озвучьте свои условия.

— Я повторюсь, крепость мы оставим себе, если начнется осада, то пострадают все ваши родные, близкие и знакомые, которые находятся в крепости под нашим чутким надзором, — с каким-то триумфом в голосе произнес Влашский.

— С чего вы взяли, что я пойду на эти условия? — спокойным голосом спросила Острожская.

— Наверное, потому, что у вас нет выбора. Вы хоть и жестоки, но никто не пожелает смерти своей родительнице.

— Я скромная жена великого князя и не вправе принимать серьезные военные решения. Здесь я лишь потому, что вы ранили моего мужа. Кстати, вам не кажется, что мы уже квиты?

— Ой, не скромничайте. Мне доводилось видеть вас в бою. Я не о том дерзком нарушении наших границ, когда вы мало того что вломились к нам с войной, так еще и посмели вторгнуться и бесстыдно забрать пленных.

— Разве это нагло? — пожала плечами Алессандра. — Зачем отдали их нам? Нас то было всего горстка воинов. У вас же имелся целый легион.

Парировать этому дерзкому замечанию было нечем. Князь зло сцепил зубы.

— Заметьте, что и сейчас перед вами всего лишь несколько десятков воинов. Советую вам подумать над условиями сдачи крепости, — после этих слов, княгиня развернула лошадь и помчалась прочь.

— Это и был весь твой гениальный план? Или ты думаешь опять решить проблему с помощью ветра и дождя? — поинтересовалась Анна, когда они отошли подальше от крепости. И теперь ее можно было видеть лишь с далекого расстояния.

— Еще не вечер.

— Какие будут приказы? — спросил один из воинов, подъезжая к княгине. — Мы возвращаемся назад на земли Острожских за подкреплением?

— Мы разбиваем здесь лагерь и ждем наступления ночи. Пошли кого-то добыть нам ужин, — скомандовала Алессандра, спешившись с лошади.

— Интересно, чего ты ждешь? — спросил призрак.

— Ночи, — дала короткий ответ девушка. Больше она не стала вести диалог с бабушкой, а призвала к себе своих командиров.

Воины хмурились и недоумевали, когда она рассказывала о дальнейших действиях. Им в голову не могло прийти подобное, и они до конца не могли поверить, что главнокомандующая решила провернуть подобное.

А в Алессандры сомнений не было. Она не готова была потерять крепость родителей. План был прост и гениален.

С собой главнокомандующая взяла всего с десяток воинов, которые быстро и безмолвно двигались за ней.

Острожская быстро и уверенно продвигалась по узкому подземелью. Бывать здесь ей было не впервой. Именно она распорядилась прорыть тайный ход, ведущий внутрь дворца,

в каморку со старыми вещами.

Именно этот тайный лаз стал первым тайником, который спроектировала Алессандра. Все работы были строго засекречены, а рабочие были не из этих мест. Да и каждая следующая бригада делала определенный участок, не подозревая, куда поведет новый виток туннеля. Наружный вход, как и внутренний, были хорошо спрятаны, и о их наличии знали единицы.

— Дальше я пойду сама. Вы остаетесь здесь и атакуете, дождавшись моего приказа.

— Вы уверены, что пойдете туда одна? — спросил подчиненный, помогающий залезть в земляной туннель.

— Ждите сигнала, — вместо ответа сказала женщина.

Нажав на выступ в стене, княгиня активировала сложную конструкцию, которая открыла ей проход в комнату. Алессандра прижала палец к губам и указала одному из воинов нужный выступ, а затем скрылась в темноте, закрывая за собой дверь.

Здесь девушка переоделась в одежду служанки, тщательно пряча непокорные огненные волосы под чепчик. Княгиня осторожно вышла в коридор. Следующей комнатой после каморки была кухня, туда она и отправилась.

— Эй ты, — остановил ее грубый мужской голос.

— Да, сир, — спокойно ответила Алессандра, поворачиваясь на зов.

— Ты откуда такая взялась?

— Извините, следовала на кухню. Я испачкала свою одежду, пришлось срочно менять, — опустив голову, сообщила княгиня.

— Не шастай тут, — буркнул недовольно воин, а Острожская быстро шмыгнула за дверь.

Как только она появилась на пороге, на нее тут же уставились десятки удивленных глаз.

— Кто такая? — строго спросил воин, стоящий у окна.

— Мари, сир. Экономка приказала помочь на кухне, потому что тут не хватает рук.

Алессандра посмотрела на слуг, которые, все как один, выглядели испуганными и во все глаза смотрели на нее.

— Что-то не припомню тебя, — сузил подозрительно глаза, воин, стоящий ближе к двери.

— Да разве нас всех упомнишь, — замялась Острожская, готовая к защите. Она мысленно посчитала расстояние между врагами. И просчитала самый быстрый способ, чтобы обезоружить противника.

— Да сколько ж тебя можно ждать, лентяйка, — раздался громкий голос старой кухарки. — Ты должна была еще полчаса назад прийти.

На лице полненькой женщины читалось негодование, она поставила руки в боки, и всем своим видом демонстрировала негодование.

— Прошу прощение, госпожа Кортович, — тут же подыграла Острожская и поспешила к женщине.

— Займись чисткой овощей, — скомандовала кухарка и отвернулась. Работники кухни опустили глаза в пол, боясь выдать свою бывшую хозяйку.

Половина дела была сделана, она в логове врага, оставалось дело за малым. Улучив момент, Острожская высыпала специальное зелье в казан с едой. После, это же самое зелье она добавила и в напитки. С помощью работников кухни ей удалось распространить еду с зельем между воинов.

— Ну у нас абсолютно никакой гарантии, что все враги съедят отравленную вами пищу, — тихо говорила кухарка, помогая добавлять порошок в очередную посуду с водой.

— Это не отрава, это сильнодействующее снотворное. Они не умрут, а уснут крепким сном больше, чем на сутки. Если еда или питье попадут к обитателям замка, ничего страшного не произойдет. Так что можешь быть спокойна, и если тебя заподозрят в отравлении, смело ешь и пей приготовленное. И мне не нужно усыплять всех врагов. Главное – приближенные князя Влашского. Мне нужно проникнуть в его покои. Но чем больше людей уснет, тем лучше.

— Будем стараться изо всех сил, — кивнула кухарка, она хотела что-то добавить, но ее грубо прервал голос стража.

— Ты, — громко крикнула он. — О чем шепчетесь?

— Простите, — отступив на шаг назад, промямлила Алессандра.

— Будешь сегодня прислуживать на ужине, — глядя на Острожскую, сказал он.

— Как пожелаете, — покорно согласилась молодая женщина.

Все шло по задуманному плану. Прислуживать в зале… это было то, что нужно. Так она могла наблюдать за главным врагом, напавшим на ее родной замок, — Алмашем Влашским.