Глава 57

Медленно поднимаюсь на ноги, боясь заглянуть в шкаф. Неужели что–то может переплюнуть ужасающий алтарь? Тем более страшно смотреть. Но ясно одно, там точно не донор крови, подобное Адриан не дал бы мне увидеть. Мне кажется, он вообще ничего не дал бы мне увидеть, не растеряйся сам.

– Изрезанные вещи, фотоальбом и книги? – спрашиваю, заглядывая–таки в шкаф. – Фух, – выдыхаю с облегчением, – это сущая ерунда по сравнению с остальным. Правда, ерунда. Хотя у меня теперь нет одежды, но ничего, что–нибудь куплю. Ноутбук, вон, стоит на месте.

Делаю шаг к компьютеру, спокойно лежащему на столе, он олицетворяет собой островок привычного и разумного мира, на нем никто не прилепил фотографии, не разрисовал ничем, даже не надушил! Кажется. Тяну руку к электронному другу, но Адриан ее перехватывает.

– Стой, Амели, неужели ты думаешь, что пользоваться ноутбуком безопасно после увиденного нами? Не удивлюсь, если внутрь зашита какая–то гадость, ты его откроешь, начнешь печатать, а оно раз – и обнаружится.

Голос оборотня звучит убито и устало, как будто это в его квартире орудовал маньяк, но в то же время чувствуется, Адриан тверд в своей позиции и не даст мне воспользоваться ноутбуком. Впрочем, не факт, что я и сама могла бы после глубочайшей моральной травмы, царящей вокруг.

– В таком случае, получается, каждый предмет в моей квартире может таить в себе угрозу, – произношу нейтрально.

Сдерживать эмоции все труднее, психика не справляется, просто не смотреть и думать о другом уже не помогает.

– Получается, что может, – осторожно произносит Адриан, подходя вплотную ко мне, как будто доподлинно знает, что я почти на грани, что еще немного и я сломаюсь, и не уверена, что смогу потом собраться, не помоги мне кто–нибудь.

– А–хах, – из моей груди вырывается истерический смех и вместе с ним из глаз брызжут слезы, – я теперь бездомная! У меня лишь одна пара грязного нижнего белья и вечернее вызывающее платье! Приданое хуже, чем у золушки!

– Амели, котик, – оборотень прижимает меня к себе, – мы все–все тебе купим, ты не одна, у тебя есть я и, – после заминки он добавляет, – и ребята тоже есть. А жить все равно мы с тобой договорились вместе! Ничего непоправимого пока что не случилось, и я приложу все усилия, чтобы разобраться в мотивах животного, орудовавшего здесь, обещаю.

– Не надо, мне страшно. Это кто–то ненормальный, не ищи его, пусть компетентные органы ищут, но не ты, – тихо произношу, стуча зубами, меня начинает морозить, и Адриан сильнее сжимает меня в объятиях.

– Конечно–конечно, – он растирает ладонями мои обнаженные руки в попытке согреть, но помогает откровенно плохо, – компетентные органы, не я, я буду лишь руководить и подталкивать в нужном направлении, мозгом. А мозг не подставляется под пули, не волнуйся.

– У нас арбалетная стрела, пуль пока не было, – на автомате поправляю и начинаю расслабляться.

Мягкие интонации в голосе Адриана помогают. Вот я уже и дышу ровнее, нет чувства, что здесь удушающе мало воздуха.

– Ты права, я просто фигурально выразился.

– И меня используйте, я буду консультантом в вашей группе по поиску. Только не сейчас, сейчас я не готова даже еще раз взглянуть на фотографии, а проверять, как дела на кухне, и вовсе не нет никакого желания. Кажется, меня накрыло осознание масштабности окружающего ужаса, – признаюсь откровенно.

– Ничего страшного, любимая, это нормально. Ты у меня и так очень смелая девочка! Столько всего увидела, рассмотрела, попыталась понять логику. Не каждый мужчина смог бы, а ты смогла! А теперь пойдем, пожалуйста, к выходу, хорошо? – Адриан снова тянет меня в сторону двери. На этот раз я поддаюсь. – Обещаю, мы будем с тобой консультироваться по всем–всем вопросам! По–другому и не получится.

– Угу, – киваю. Мы уже подходим ко входной двери, как я замечаю торчащий клочок бумаги с какими–то цифрами, засунутый, к счастью, за картину, а не за очередную фотографию. – А это что такое?

Задаю вопрос и двумя пальцами выдираю бумажку быстрее, чем Адриан успевает среагировать…