Глава 2. Туда ему и дорога, Или ярость короля

Меня вытолкнули на улицу одну.

Сонная Ари ещё не понимала, что происходит. Я успела шепнуть, что обязательно приду за ней и заберу, когда меня вывели наружу к таким же несчастным девушкам и паре мужчин.

Вот, похоже, и месть Мара за мои резкие слова — не заставила себя ждать! И хотелось спросить драконов про дочь, сказать про раненого, но мне не дали и минуты на размышления — подтолкнули и почти волоком увели прочь. Вперед по улице, до конца нашего района.

Бой давно стих, но ещё пахло горечью и дымом. Я переставляла ноги по земле, не оглядываясь. Дышала, стараясь не сорваться на слезы или мольбы — всё равно бесполезно. Боль за дочь сжимала сердце, словно драконьи когти стиснули его изо всех сил. Я сжала кулаки. Ари, крошка, я приду за тобой!

Я посмотрела назад и увидела, как один из драконов обернулся в свой настоящий облик и взмыл в небо, шумно взмахнув крыльями. Пронесся прочь в сторону сердца города, будто бы спеша сообщить о подарке правителю — новых послушных слугах.

Нас собрали с разных углов общины, но троих девушек я знала хорошо — не один день провели по колено в реке, полоская белье. Камата, Джати, Адалья. Они, похоже, про себя тихонько молились Дайре, прося богиню удачи и женского счастья о милости.

Но мне об этом не думалось. Помолиться бы тоже, но не так уж верила я в наших богов. А криками, протестом и жалобами я теперь никому не помогу. Что бы ни случилось дальше, оно сейчас не трогало, моя душа и моё сердце осталось с дочерью… Куда они её приведут? Что сделают?

Я с силой поджала губы. Мы никогда не были ему особо нужны, так, приятное развлечение между чередой служб. Даже раскрытие нашей связи не навредило бы всерьёз — у него слишком хорошие знакомые, которым плевать на древние обычаи.

Мы дошли до земель иоши — касты воинов, к которой принадлежал Мар. Четверо драконов, сопровождавших нас, лениво перекинулись парой фраз со стражниками за стеной и, пропустив нас вперед, повели через ворота.

Я осматривалась вокруг. Ни разу за всё время не покидала наши узкие улочки с кособокими глиняными домами, а здесь, за стеной, начиналась совсем другая жизнь. Такая, которая не была доступна ни одному из неприкасаемых. Лучше она или хуже? Скоро узнаем.

Нам не стали связывать руки или как-то ограничивать в свободе — видимо, дюжина испуганных слуг не угроза крылатым. А здесь, среди вооруженных воинов, и вовсе далеко не убежать.

Мы двигались в город, казалось, всю невыносимо долгую ночь. Не выдержав монотонного шествия по улицам, со мной заговорила идущая рядом Камата, одна из храмовых танцовщиц в нашей общине.

— Слышала, что погиб сам дракон-наследник? — У нее всегда были самые свежие новости обо всем, что происходит вокруг. — А ведь через неделю была назначена свадьба. — Она качнула головой и мельком оглянулась на нашу охрану.

— Туда ему и дорога, — бездумно повторила я слова Мара, сказанные совсем недавно.

Одним драконом меньше — легче дышать. Они отняли у меня дочь и свободу!

— Это-то понятно, — кивнула Ками. — Но теперь всем нам грозит ярость его короля-дракона… Не боишься?

— Поверь, моя ярость сейчас ничуть не слабее его, — выдохнула я, заставив Ками испуганно прижать руки ко рту.

— Тихо, — рыкнул дракон позади и пихнул в плечо.

Не знаю, слышал ли мои слова, а если и так — сейчас мне было всё равно. Я пожала плечами и двинулась дальше.

Пару раз драконы оглядывались на нас снисходительно-изучающе, словно на свою новую собственность. За сотни лет их власти многие смирились с положением. Они пришли к нам с далёких звёзд — так говорили. Поначалу огромные ящеры появлялись в небе редко, вызывали ужас и панику. Но позже доказали, что они не просто чудовища, но и разумная раса, которая считает нас отсталыми, необразованными дикарями. Хотя можно ли назвать их зверства разумными?

Одно было понятно: драконы научились принимать человеческий облик и могли запросто разговаривать с нами. Тогда наступило время переговоров. Наша земля — наш дом, но чтобы выжить, пришлось разделить его со звёздными пришельцами. С тех пор изменилось всё.

Часть драконов, всё чаще обращавшихся в людей, смешались с человеческой кровью, порой силой, порой по доброй воле. Драконы-полукровки были не столь сильны и, как я слышала, обращаться в крылатых могли совсем редко. Но даже у них отличались глаза — тлело в глубине радужки тёмное пламя.

Касты, к которым мы все принадлежали по праву рождения еще до нашествия, тоже изменились. Правителями, высшими стали считаться чистокровные драконы, за ними шли полукровки, а простым людям теперь осталась участь низшего звена. Даже те, кто прежде был приближенным к богам, теперь могли лишь прислуживать обладателям драконьей крови.

Но что на деле значит стать слугой драконов я пока не представляла — слишком далеко это время мы были от чужаков. Хорошо бы не то, что приходит в голову в первую очередь!..

Занялся рассвет. Чем ближе мы подходили к горе, на вершине которой отсвечивал золотыми крышами дворец правителей, тем шумнее и тревожней становилось. На нас смотрели отовсюду. Смотрели по-разному: кто-то с презрением, кто-то с любопытством, кто-то с явным интересом.

Нас забирают в рабство и лишают свободы, однако вместе с этим мы больше не неприкасаемые. Были слухи, что если кто-то из девушек подарит новую жизнь сильному дракону-полукровке, то заслужит не столь и плохое существование. Мол, лучше, чем провести всю жизнь в водах реки Саграуд без права покинуть земли касты.

В конце концов, моя ненависть к пришельцам связана с гибелью семьи. Другим же они и впрямь могут показаться небожителями, детьми Солнца, как называли их некоторые пророки. Я стиснула в пальцах кулон матери, висящий на груди, потом спрятала под верхний слой одеяния.

— Это он! Правитель! — оглушили внезапные крики.

Я задрала голову и увидела огромного дракона — наверное, величайшего, из всех существующих. Видеть его так близко раньше не удавалось, только издали. Дракон пролетел над нами, будто даже заметил с высоты, сделал небольшую петлю и спикировал во дворец, скрывшись за высокими стенами.

В городах людей драконам нет простора, вот и приходится принимать человеческий вид. Правда, это не лишает их особой силы: даже обращенный в человека дракон остается драконом. Они быстро заживляют раны, во много раз сильнее людей, а некоторые, говорят, обладают силой видеть нас насквозь.

Долгий подъем в гору дался непросто, но драконы не давали передохнуть. Вперёд, быстрее, шагай!.. Зато на эти изматывающие мгновения я смогла вытеснить из сердца боль за дочь и просто шла вперёд, ни о чем не думая.

Нас повели к самому дворцу на вершине горы. Вот уж действительно — странно. Я была уверена, что поначалу нас оставят на положении нижайших слуг, но… Видимо, самые пугающие слухи сбывались. Мы нужны драконам для другого. Нехорошо забилось в горле сердце и пересохли губы.

Вот и мужчин увели прочь. Двое драконов прошли вдоль нашего ряда, внимательно изучая каждую девушку, вгоняя в трепет пронзительными взглядами. Даже по моей спине пробежала дрожь от мысли, что придётся, возможно, стать наложницей чистокровного дракона.

В человеческом обличье они были разные: высокие, среднего роста, крепкие и похудее, по большей части привлекательные внешне, сильные, похожие на наших мужчин, но драконов отличал неуловимо иной, нечеловеческий взгляд. Именно он заставлял держаться от пришельцев подальше.

Однако теперь подальше не получалось. Я чувствовала их запах, дыхание на своей коже, казалось, они мысленно ощупали и осмотрели каждую из нас, чтобы поделить между собой.

Но я ведь не невинная девица, которых они должны предпочитать. Я была близка с мужчиной, пусть в нём и текла часть драконьей крови. Однако от мысли про близость с одним из чистокровных драконов ноги нехорошо слабели. Они — монстры, бессердечные, холодные, безжалостные.

— Идите за нами, — скомандовал один из драконов.

Ками тревожно посмотрела на меня и пошла вперёд во двор обители драконов одна из первых. Я медленно двинулась следом, оглянувшись перед этим по сторонам. Но наивно было ожидать, что мне дадут увидеть дочь.

Нас осталось четверо, и мы все посматривали вокруг настороженно. Резал глаза золотой блеск повсюду и какая-то невероятная чистота. Казалось, пол во дворце отсутствовал — лишь отражал зеркально свисающие с потолка светильники, такие же пронзительно-блестящие, и летящие в небо мраморные колонны. Я шла по коридору и одновременно будто плыла по золотистому небу. Так тревожно.

Казалось, ещё шаг — и хрупкая грань между реальностью и отражением надломится, а мы все рухнем обратно на пыльную землю общины. Туда, где были рождены и чему принадлежали по праву крови.

— Сюда. Останетесь пока здесь.

Дракон с красными глазами указал на кованую дверь в конце темного коридора, и слуга отпер ее перед нами.

Комната была обита бархатной тканью, вдоль стен тянулись лавки, а перед дверью блестел такой же гладкий пол, на который было страшно ступить. И видимо, не только мне — Ками и две другие девчонки тоже забрались на лавки.

В глубине комнаты темнел овальный свод с широкой лежанкой, под которым, видимо, нам можно будет спать. Вход прикрывала собранная тяжелая штора, за которой виднелся край перины.

Девушки завели разговор, а я отползла в заветный темный угол, укрылась краем огромного пледа и сомкнула в полумраке веки. Боль в сердце и тревога сражались внутри меня с невероятной усталостью после ночи возле раненого, но последняя победила, и я провалилась в сон.

Мне снилась Ари, которая цепляется за мою шею, ее сонная улыбка, а потом снова глаза раненого незнакомца — такого пронзительного цвета — и его гибель. Простит ли его душа за то, что я не смогла помочь? Не надо было спрашивать Мара…

Не пробыв долго в царстве сна, я заворочалась, не в силах изгнать беспокойство. Окон в комнате не было, и сложно оказалось понять, какое время дня. Но в этот момент дверь распахнулась, и поток солнечного света ворвался в комнату, обрисовав силуэт дракона на пороге.

Я сощурилась от ярких лучей, пытаясь разглядеть, кто он и чего хочет.

Но тут девушки так поспешно соскочили со своих мест и застыли, склонившись, что зародилось нехорошее предчувствие. Следом вошли двое слуг и покорно склонились у дверей.

Черный наряд обхватывал мощное тело, такой же плащ струился за спиной, точно сложенные крылья. Дракон прошёл вдоль дрогнувшего ряда девушек. Я смотрела изо всех сил, но так и не могла разглядеть его лицо, будто еще нахожусь во сне, и четкость ускользает…

Ступив с постели на пол, я низко склонила голову. Пусть считает это почтительностью — мне же попросту не хочется смотреть в это лицо лишний раз.

Но неведомая сила заставила поднять голову.

Показалось, глаза дракона засветились изнутри огнём, будто он увидел что-то интересное. Лицо его казалось мягким, несмотря на волевой лоб и очерченные скулы. Волосы были хитро сплетены и убраны с висков, что делало образ ещё чужероднее. Почему он смотрит на меня? Передали весть про то, что у меня отняли дочь и держат взаперти? Чушь, — перебила сама себя мысленно, — какое дело драконам до человеческих страстей и боли!

Тогда что?

Жутковатые глаза внушительного дракона смотрели в упор с особым интересом. Пробежал по радужкам огонь и исчез, слившись в жгучий карий взгляд, пронизывающий насквозь.

— Приведите её ко мне.