Глава 28. Я тебя знаю?

Теар обернулся и увидел Ливию, объятую пламенем. В ее глазах загорелся яркий огонь, и он же раскрылся за спиной красно-оранжевыми с всполохами крыльями — плясал, издеваясь, очерчивая драконий силуэт в воздухе.

Но глаза Ливии вдруг закрылись, она схватилась за шею, видение огня исчезло. Теар успел подхватить девушку прежде, чем она упала на землю. Проклятье!

Завершение церемонии взял на себя Элион. Теар еще слышал за спиной взбудораженную толпу, но сейчас важнее было то, что происходило с Лив.

То, что он почувствовал от нее… Это не могло быть неправдой. Это был настоящий огонь, это был голос звезд, точно “осколок” разбудил в ней что-то настоящее сейчас. Теар почувствовал в ней драконью кровь, вспыхнувшую этим огромным пламенем… Но почему она потеряла сознание?! Что-то не так.

Ее подхватили на руки, и Теар приказал отнести во дворец. Вошел внутрь следом, успокоив на ходу Ваннара, который мгновенно оказался рядом, — ничего не происходит. Ничего, опасного для него и страны, а остальное военачальника не касается.

Теар перехватил Ливию из рук слуг, поднял и прижал к себе. Двери в его покои распахнули, он вошел внутрь и опустил девушку на мягкое покрывало. Она потеряла сознание, может, это было действие древнего заклятия. Но сейчас оно уже не нужно! “Осколок” найден, нет смысла сжигать ее память, если только…

Теар опустился рядом и попытался привести ее в себя. Огладил пальцами лицо, провел по лбу, коснулся не сомкнутых губ, почувствовал исходящее от своих рук тепло — живительную энергию.

— Это было заклятие, чтобы сохранить тебе жизнь во время охоты за сокровищем. Тебе — последней из рода Ильхар, слышишь? Ты — дракон, Ливия. Ты проклятый зачарованный дракон! Я так долго сомневался, но теперь знаю точно. “Осколок” не дал тебе силы, потому что она и так с тобой! Всегда была с тобой…

Ливия открыла глаза и посмотрела на него долго и пристально.

Теар залюбовался ее глазами необычного разреза, длинными ресницами, которые чуть дрогнули, а в глубине зрачков — сейчас он был готов поклясться — виднелся отголосок настоящего огня. Скрытый все это время, запечатанный накрепко, но он видит, это огонь с далекой звезды!

Ливия смотрела на него зачарованно, будто не слышала его слов. Они, должно быть, смотрели друг на друга целую драконью жизнь. Её губы шевельнулись, будто она пытается сказать и не может. И вдруг Лив сощурилась, нахмурила лоб и спросила… Спросила так, что он похолодел:

— Я… тебя знаю?

Что?.. Тхар… Нет! Теар медленно выдохнул и закрыл ладонью лицо, не веря. Замер на мгновение и засмеялся горько, наверное, с безумием.

Вот почему он не ощущает ее, как прежде, не чувствует жаркие толчки ее сердца, не чувствует сводящего с ума волнения и тяги. Заклятие и впрямь уничтожило ее память!

Едва заметно, по краю ее сознания Теар уловил что-то вроде:

“Я не смогла. Не смогла. Враги пришли… Враги уничтожат всех”.

Но и это воспоминание стихло, точно догорела тонкая бумага и обратилась в шелестящий пепел. Хотелось кричать, остановить это, но поздно.

Тогда, когда он всё уже понял, когда было так близко к освобождению! Похоже, сработала старая клятва — ведь она не справилась, она отдала “осколок” и сама в опасности, нужно уничтожить ее память как наследницу Ильхаров, чтобы выжить. Пока “осколок” был в его руках, угрозы не было, но Теар открыл его тайну всем собравшимся, и колдовство Ильхаров сработало… необратимо.

— Я тот, кто тебя любит. Слышишь? Любит, — Теар коснулся ее волос, огладил, убрал со лба пряди, до сжимающей боли любуясь Ливией, лежащей перед ним. — Любую. Человеком. Драконом. Мне всё равно, кто ты!.. Всё равно!

Она приподнялась, выкрутилась из его объятий и села на постели, хмуря брови.

— Я… я не помню, кто я. — Лив помотала головой из стороны в сторону и поморщилась. — Помню только пожар…

Проклятое колдовство Ильхаров, она не в опасности, она с ним, они не отдали бы “осколок” тем, кто использует его для уничтожения себе подобных! Заклятье устарело, оно бессмысленно! Теар с силой скомкал в руках покрывало, которое пахло Ливией, и тихо зарычал, с трудом удерживаясь, чтобы не сжечь все вокруг. Но с Лив хватит пожаров.

— Кто я? — растерянно проборматала Ливия, прижав к груди кулаки, опустилась ниже, чтобы заглянуть Теару в лицо.

Он посмотрел на нее долгим взглядом, не зная, что ответить.

— А кем ты хочешь быть? — бездумно вырвался однажды заданный вопрос, и Теар усмехнулся его актуальности.

Если Ливия не помнит ничего, совсем ничего — можно начать все с начала. Можно быть кем хочешь. Человеком, драконом, нищей неприкасаемой или… его королевой.

— Это слишком сложно, — она тревожно улыбнулась, пряча растерянность, изучала его искоса, будто он снова стал для неё опасным чужаком.

Теар вздохнул. Слишком сложно помнить все, что между ними происходило, и понимать, что она это начисто забыла.

— Просто будь собой, — он поджал губы. — А я помогу.

Ливия только кивнула ему задумчиво, а потом перевела взгляд на блестящий на столе “осколок”, который Теар отбросил на ходу.

— Что это?

Теар подошел, забрал сверкающий артефакт и медленно передал ей. Кто знает, вдруг что-то произойдет, если она снова его коснется? Ливия рассмотрела “осколок”, легший на ладонь, но ничего не менялось — у нее остался все тот же потерянный вид.

Тхар! Проклятая насмешка богов! Слишком жестоко.

За окном окончательно стемнело, где-то далеко раздавался шум окончания коронации. Лучшая коронация в его жизни… Теар цокнул языком. Он стал королем, он должен править, обещал защиту всем людям, но не смог защитить ту, кто была ближе всех. Да уж, лучше не придумаешь! Обещал Ливии вернуть память, а привел к тому, что она себя потеряла.

Он сел на кровать, прикрыл глаза, покачиваясь. Что это было — гордыня? Думал, сможет изменить судьбы подданных с помощью сильнейшего артефакта. И Вселенная щелкнула ему по носу за эту самонадеянность.

Будь Теар сейчас в облике дракона, он бы раздраженно бил хвостом и сжигал все вокруг, выпуская ярость, но что теперь толку! Один долгий и глубокий вздох — и Теар поймал тень спокойствия, чтобы снова мыслить разумно.

Он осторожно лег с ней рядом, глядя, как отражается сияение “осколка” в ее глубоких глазах. Драконица, ставшая человеком. Такой судьбы ей желали родители?! Быть как можно дальше от драконов, выжить, забыть свое прошлое… Это должно быть какой-то ошибкой. Дурацкой, жестокой ошибкой, Ильхар не должны были так поступить — мудрейшие из драконов. Стоило уничтожить этот “осколок”, остановить войну — и все бы закончилось!

Теар уткнулся лицом в скрещенные руки и вздрогнул, когда Ливия приблизилась и спросила тихо:

— Я тоже тебя люблю?

— Ты никогда не говорила вслух, но… похоже, — он не удержался от улыбки, глядя искоса на ее забавно нахмуренный лоб, точно она пыталась услышать сама себя. — Ложись. Отдохни. Мы что-то придумаем, чтобы воспоминания вернулась.

Ливия послушно легла рядом и даже обняла его слегка — так осторожно, словно они никогда не были близки. Теар чувствовал от нее мягкие волны притяжения, физически ей было приятно рядом, но она ощущала его, как чужого, и от этого было паршиво.

Но… Она жива, она рядом, и всё еще не так плохо. Надо снова изучить дневники, что обнаружил отец, и, может, там найдется ответ.

Когда Теар очнулся, что-то изменилось в его комнате. Слишком долго не спал за последние дни, и организму жизненно требовался отдых. Может, тому способствовала сладко спящая рядом Ливия, которая так доверчиво повернулась к нему. Хотелось разбудить ее поцелуем, чтобы было как прежде — жарко и страстно, почувствовать ее дрожь и будоражащее веселье, но Теар не хотел увидеть прежний потерянный, не узнающий его взгляд.

Он тронул ее за ладонь, в котором Лив держала “осколок”. Его там не было. Что за?.. Теар поднялся и обшарил всю постель. Нехорошее предчувствие зародилось в груди.

Теар было принялся искать “осколок” на полу, но остановился, закрыл глаза и прислушался. Артефакта здесь не было. В этой комнате точно, значит, кто-то забрал его. Значит, во дворце еще остался предатель.

Быстро оглянувшись на спящую Ливию, он вышел из комнаты. Слуги у дверей вытянулись по струнке, а Теар едва контролировал бурлящую внутри ярость.

— Кто был в моих покоях?

Слуги-полукровки переглянулись с заминкой.

— Только Ваннар, Ваше Величество. Сказал, что у него срочное дело, приказал пустить, мы… не смогли его остановить.

— Где он?

— В оружейном зале, Ваше Величество.

— Еще раз кто войдет ко мне без спроса — сожгу.

Оба побледнели и явно захотели провалиться на месте. Но сейчас было не до слуг, и Теар быстро направился в оружейный. Ваннар задумал что-то с “осколком”? Он не предатель, но какого демона происходит…

На пути его перехватил Элион.

— Ты не должен уничтожать “осколок”, Теар. Твой отец погиб из-за него.

Теар не удивился, что Элион легко прочел его намерение. Тот обладал ментальными способностями куда выше, хоть и редко применял их на практике на своих же собратьях, больше для того, чтобы “достучаться до звезд

— Вот именно. И я не хочу, чтобы погибли и все остальные. Есть возможность это остановить. Я не бог, и не в моем праве выбирать, кто должен стать истинным драконом, а кто нет.

— Это последняя нить к нашей родине.

Теар нахмурился, помня, как еще недавно мечтал о том же самом — найти связь с созвездием Дракона, услышать далекий шепот космоса и душ своих близких. Ну что ж, он услышал, почувствовал… и понял, что в этом нет больше смысла.

Он был рожден здесь, на этой земле. Он полюбил девушку, рожденную на этой земле, пусть она и одна из них…

— Вернуться невозможно, Элион. Наша судьба закончить здесь свое существование, и от нас зависит, как: убивая себе подобных или — закончив бессмысленный бой.

— Оставь его мне, я хотя бы смогу узнать, как Ильхар его создали! — впервые в жизни Теар слышал, как Элион повысил голос.

Но они уже дошли до оружейного зала.

— Ваше Величество, — почтительно склонились слуги возле оружейного зала, полностью уверенные, что все идет по приказу нового короля.

Теар молча прошел внутрь и поморщился от происходящего.

Ваннар находился внутри с рядом полукровок и “осколком”, мать его, “осколком”, который добыла для него Лив! Дракон обернулся к Теару резко, но в его глазах не было и тени сомнений, что он делает что-то неверное.

Полукровки стояли перед ним на коленях в темном зале, почтительно склонив головы перед мерцанием далекой звезды, и перед Теаром маячил знакомый затылок отца Ари, этого слишком дерзкого и заносчивого воина-иоши.

— Война на пороге, Ваше Величество. Нам понадобится сильная армия, чтобы защитить границы.

Теар перешел на мысленную речь:

“Ты должен был спросить меня”.

“Я виноват и готов понести за это наказание. Знал, что ты уничтожишь “осколок” после того, что случилось с Ливией. Это был мой последний шанс помочь нам выжить”.

Теар сощурился, глядя в лицо своего военачальника.

“Надеюсь, ты знаешь, кому даровал силу истинных”. — Его взгляд остановился на иоши Маре, который стоял на коленях перед королем, но едва ли умерил свой пыл и самонадеянность. Или сила созвездия Дракона подарила ему хоть толику мудрости?

“Каждый из них поклялся на крови драконов в своих жилах в верности тебе и стране. За неверность любого из них я готов ответить головой. Мар… он сильный воин и сказал, что его дочь дракон, а значит, он должен быть рядом”.

Теар обвел взглядом всех воинов, замерших перед ним. Их было двадцать, Элион говорил, что “осколок” может передать свою энергию полусотне… Значит, он еще не совсем истощен. И значит, его все еще стоит уничтожить.

Ваннар приблизился, склонился низко и отдал Теар “осколок”, ожидая кары, какая последовала бы от отца Теара за такое самовольство. Гройс бы уничтожил предателя на глазах у остальных — во избежание подобных поступков от других.

Мар, отныне один из истинных, тоже бросил взгляд на Теара. Ваннару следовало бы ответить головой за обращение этого иоши — тот, похоже, ждал подобного не меньше самого военачальника. И стал бы гораздо более верным слугой, чем был сейчас.

Однако Теар не отец. Он забрал “осколок” и сжал в своей ладони, снова ощущая тихую пульсацию далеких звезд — в такт биению своего сердца.

Свет Дракона всегда был с ним.

Теар прижал кулак с “осколком” к губам и вдохнул этот свет. И улыбнулся — широко и внезапно для самого себя.

— Готовьтесь к защите.