Глава XXIV

Взгляд девушки, которая уселась на больничной постели, был уставшим и злым. Она меня буквально прожигала взглядом. Будто я перед её лицом со всей семьёй расправился и собаку пристрелил.

Сказать я ничего не успел. Руки пациентки взметнулись вверх, сложив указательные и большие пальцы в эдакий прямоугольник. Как в фильмах делают, когда хотят изобразить, что в шутку фотографируют.

Наведя на меня этот самый прямоугольник, она чмокнула губами. Как при воздушном поцелуе.

Моя челюсть тут же сомкнулась. Зубы со скрежетом сошлись вместе, а сердце взорвалось болью.

— Чёрная тварь! Не трожь господина!

Верпа кинулась вперёд, но девушка скатилась с кровати. Правда попытка лихо вскочить на ноги, оказалась провальной — она попросту рухнула на пол. Я же уперевшись спиной в самое стекло, почувствовал, как постепенно утихает боль.

— Стой!

Как бы мне не хотелось самому ударить в ответ, но получить ответы я желал ещё сильнее. Из-за чего и притормозил кикимору, готовую растерзать упавшую.

— Шаманка. Молодая и глупая, мурр. Убей или свяжи! Чтобы не могла пошевелить руками.

Сделав пару шагов, я остановился около кровати. Посмотрел на девушку, которая цеплялась пальцами за свисающее одеяло, пытаясь подняться. Увидев меня, тут же разжала хватку и снова попыталась сложить свой квадратик.

— Даже не думай. Или я тебе пальцы отрублю.

Запылавшая в воздухе энергетическая шпага оказалась веским аргументом. Брюнетка медленно развела руки в сторону. И как я раньше без такого оружия обходился? Очень здорово помогает в общении с девушками.

— Кто ты такая? И почему хотела меня убить?

Она отодвинулась назад. Поморщилась и тихо простонала от боли. Не знаю, сколько времени тут провела эта пленница, но мышцы у неё точно успели частично атрофироваться.

— Потому что ты враг! Убийца всего живого!

Ничего себе у неё глаза сейчас блеснули. Девчонка и правда верила в то, что говорила.

— Кто ты такая, чтобы так говорить с господином? Грязная духожорка!

— А ты рабский кусок мяса! Тупое животное!

Нескольких фраз хватило, чтобы эта парочка снова уставилась друг на друга, готовые разорвать на куски. Только вот у шаманки для этого не хватало сил, а Верпа не могла убить её без моего приказа.

— Зачем ты присылала ворона, если всё равно хотела убить?

— Чтобы ты вытащил меня!

Значит птица всё-таки была от неё. Логика же немного хромала. Раз духоглядцы и шаманы такие заклятые враги, с чего она решила, что я стану её освобождать.

— Ловкая девица, мурр. Выскользнула из-под давления полога и смогла птичку захомутать. Даже двух. И ведь уже обучение прошла…

Задумчиво это как-то прозвучало. И отчего-то мне совсем не понравилось.

— Ты в своих рассуждениях пробелов никаких не видишь? Что это за место вообще такое? Кто такой Паж?

Услышав мои вопросы, она растерянно моргнула. Чуть подалась вперёд.

— Не понимаешь, где мы? Что с тобой, духоглядец?

— Я всего пару дней назад понял, что к чему. И это меня полностью оправдывает. А у тебя какие отговорки будут?

Удивления в её глазах стало ещё больше. Наверное она бы даже ответила что-то. Но тут снаружи заорал мегафон.

— Вы окружены! Немедленно освободите заложников и сдавайтесь! Иначе мы начнём штурм.

Сначала я даже не понял, что обращались именно ко мне. Больно далеко звучал голос. Да и не ассоциировал я себя с человеком, который взял кого-то в заложники. Скорее наоборот — освободил.

Чуть позже дошло. С точки зрения полиции тут ведь всё просто. Неизвестный ворвался в больницу и поднялся наверх. Там началась стрельба, кабины лифтов заблокированы. Не знаю, был ли в Перми какой-то реальный городской спецназ, но если да — они наверняка его сюда двинули. Возможно парни, что сыпались из того грузовика, вовсе не были простыми омоновцами.

— Там что, полиция?

На лице молодой шаманки отражался живой вопрос, смешанный с недоумением.

— Что-то вроде того, — ответил я, на всякий случай отойдя от окна.

Кто знает — вдруг им пришло в голову, снайпера где-то рядом поместить. Чтобы подстрелить нечастного меня.

— Если меня попросят проиллюстрировать букварь, рядом со словом «дебил» я изображу твою морду, — пробормотала девушка.

— Детей плохим словам учить не должны, — машинально ответил я, прикидывая, как быть дальше.

Определившись, шагнул к выходу из палаты. Когда был около самого порога, со стороны кровати зазвучал слабый голос.

— Так и бросишь меня здесь? Чтобы эти твари снова пытали?

Будь на её месте мужчина, я бы всерьёз задумался над тем, чтобы так и поступить. Наверное. Возможно я сам себя сейчас обманывал.

В любом случае, оставлять человека в месте, где из него станут выкачивать силу, а потом убьют — такое себе решение. Даже если это шаман. С другой стороны, тут под две сотни таких.

— Конечности себе растирай. Сможешь ходить, заберём с собой.

— Не стоит она того, господин. Духожорам одна дорога — в тину вниз головой.

Девушка едва слышно что-то пробормотала в ответ, а я двинулся к соседней палате. Стараясь держаться подальше от окна, вскрыл ещё одну металлическую коробку. Поглотил силу из монеты. Потом глянул на кикимору.

— Почему ты её назвала духожоркой?

Верпа, вытащившая из под кровати очередную половинку тыкву, поморщилась.

— Жрут они нас. Со зверьём ладят. А духов лесных жрут. Такие, как вы, господин, приглядываете. Эти… Убивают, чтобы сильнее стать.

Весьма спорный вопрос. Я вот тоже усиливаюсь, когда убиваю. В том числе, если кого-то из лесной нечисти на тот свет отправляю.

— Не любят они шаманов просто, мурр. Те с животными на «ты». Часто в лесу селятся, да под опеку его берут. Конкуренты.

— Какие они нам конкуренты? — тут же взвилась кикимора. — Жалкие пародии! Внутренности себе перекорёжат, на мир зыркать иначе станут и считают, что теперь тоже могут леса с полями оберегать. Шиш им по всей морде!

Эмоционально прозвучало. Так как и положено, если речь идёт о давнем конфликте за власть и территорию.

Влезать во всё это ещё глубже, я не стал. Вместо этого принялся и дальше курсировать из одной палаты в другую, собирая монеты. Приятно это — получать такой объём силы, никого не убивая.

Параллельно интересовался у Беатрис подробностями того самого сопряжения и деталями жизни шаманов. Последних оказалось неожиданно много — всего кошка рассказать не успела. Но основную базу я уловил. О том, что шаманы умеют работать с животными и нередко имеют дело с весьма тёмными материями, спутница мне уже говорила. Ну а сейчас она погрузилась на куда более глубокий уровень. Выложив немало нового.

Десятый ранг я получил, когда оставалось ещё четыре палаты. Снаружи вовсю орали в мегафон. Возможно они бы уже начали штурм, но я отправил Верпу забаррикадировать выход через лестницу. После чего кикимора ещё дважды кидалась стульями из окон.

Не то, чтобы это должно были удержать полицейских от решительных действий. В том плане, что вооружённые парни в бронежилетах, не станут опасаться выброшенного стула. Основной момент был в том, чтобы продемонстрировать им потенциальную уязвимость мнимых заложников. Как по мне — старшие чины всей этой операции, о них должны были здорово переживать. Случись чего и можно будет поставить крест на всей своей карьере.

После того, как проводник показал, что у меня теперь десятый ранг, я прекратил вскрывать металлические коробки. Просто собирал их, складывая в снятую с подушки наволочку.

— Там кто-то упал с кровати, господин. Они начали приходить в себя.

И правда — замерев на миг, я услышал слабый голос вдалеке. Вовсе не шаманки. Кого-то ещё из жертв. Могу поспорить — состояние у него сейчас было не самым лучшим. Но помочь абсолютно всем, я не мог. Если их жизни окажутся спасены, это уже неплохо, верно?

— Ты выполнишь уже сопряжение? Хочу ощутить настоящую мощь, мурр! Быть настоящей боевой кошкой.

— Когда это твоя жопа успела из аристократической превратиться в боевую? — ворчливо поинтересовалась кикимора, который вытащила сосуд из-под кровати.

— Тебе знакомо слово «многозадачность», болотница?

Опустившись на стул, что стоял около стены палаты, я глянул на кикимору и та полезла под новую кровать. Вот и хорошо. Ситуация вроде кризисная, но эти две грызлись не реже чем раньше.

Описание сопряжения, которое озвучила кошка, было максимально простым. Потянуться к ней силой, выполнить что-то вроде прокола и пробудить мощь, которая дремала внутри Беатрис. После чего надлежало объединить наши энергетические системы в одну, сформировав постоянную связь.

Звучало и правда несложно. Вот только, как это провернуть, чтобы случайно не прикончить кошку? Ну и не ранить её, тоже.

Помогало, что теперь я видел ту самую энергетическую систему, с которой должен был коннектиться. Не только у кошки, к слову. В какой-то момент перед глазами начали проступать очертания узлов внутри человеческих тел. По словам самой Беатрис, так проявлялся рост моей личной силы. Энергия духоглядцев курсировала по нервам. В число которых входили и зрительные — я видел мир в нужном спектре, даже не подавая к глазам силу.

— Быстрее уже, мурр. Не душни.

Задержав дыхание, я представил как формирую короткую золотистую нить и подвожу её к кошке. Потом осторожно направляю вперёд и втыкаю в тёмно-синий комок энергии, что искрил в центральной части её позвоночника.

Отдача, которую я получал раньше, сейчас показалась сущим пустяком. Перед глазами аж замерцало всё. И кажется волосы на голове встали дыбом. Уж молчу о том, как меня всего трясло.

Когда наконец отпустило, я осознал, что лежу на полу, пялясь в потолок.

— Уфф… Выжили. Теперь я тигрица, мурр. Пантера-убийца.

— Угу. Киборг-убийца, — повернув голову, я посмотрел на Беатрис, которая как раз пыталась встать на лапы. — Погоди-ка. В каком смысле выжили?

— Ну-у… Могли и не выжить. Сопряжение — всегда риск, мурр. Но покажите мне гусара, который не любит рисковать?

Как-то слишком упорно она сравнивала меня с духоглядцем, которому когда-то служила её прабабка. Нездоровая история.

— И какой процент успеха?

— Только не надо душнить. Каждый второй выживает. Ну или третий, мурр.

Прекрасные показатели. Знал бы о них заранее — несколько раз подумал, прежде чем заниматься подобным. В итоге, правда, всё равно бы процедуру провёл. Но хотя бы был в курсе возможного ущерба.

Итог у всей этой операции был очевидный — отныне Беатра могла пользоваться своей силой. Та синяя энергия, что клубилась в позвоночнике кошки, легко курсировала по её телу и вырывалась наружу. При необходимости окутывала клыки с когтями, а если нужно, то формировала щит. Удобно и функционально.

Что до шаманки — за время нашего отсутствия,она смогла выровняться. Уселась, опираясь о стену. Однако на ноги встать у неё не вышло. А взгляд, которым она меня смерила, был донельзя злым.

— Ты же умеешь поглощать энергию из батареек?

— Хочешь со мной поделиться? Или предложишь отработать подарок? — зыркнула она на меня.

— Не знал, что у тебя такие шаблонные сексуальные фантазии. Просто предложу пару монеток, чтобы ты могла действовать.

Девушка глубоко втянула воздух. Уткнулась в меня взглядом.

— ТЫ! Охреневшая сволочь. Я говорила о клятве верности!

— А-а-а. Не, я откажусь пожалуй. Слишком ты буйная. Но вот из больницы выбираться как-то надо. Скольких птиц ты сможешь контролировать, если получишь всё это?

Говоря, я показал взглядом на груду металлических коробок, которые вывалил на её кровать. Но шаманка ещё секунды три не отрывала взгляда от моего лица. Только после этого перевела его на трофеи.

— Отдашь всё и я восстановлю почти полную силу. Это… Много птиц, если коротко. Десятки ворон. Или сотни воробьёв.

— Отлично, — усевшись на кровать, я взял одну из коробочек и протянул ей. — Тогда приступай. А пока ты всасываешь силу, изложу вам свой план.

* * *

Пересменок. Ужасное время, когда одни уже рвались уходить, а другие только приходили. При этом половина вторых опаздывала, а многих из первых начальство активно использовало.

Вот и Шувалова, который собирался домой, чтобы заслуженно отдохнуть, отправили сюда. Он отработал ночную и потом ещё отпахал какое-то время днём. Пора было убраться домой. Опрокинуть там банку ледяного светлого перед ТВ и завалиться часа на четыре поспать.

Вместо этого полковник выслал его по вызову в больницу. Мол, там обычным патрулём не обойтись.

Пока капитан доехал, статус вызова кардинально изменился. Раньше речь шла о нападении на врача и медсестру. Теперь — про захват заложников и стрельбу на девятом этаже краевой больницы.

Самое смешное — никто из руководства сюда не торопился. А команда антитеррора, которая готовилась специально для таких случаев, убыла на учения за пару сотен километров. Вместо неё тут имелось аж четыре десятка омоновцев с автоматами и сразу три снайпера.

Опыта руководства подобными операциями у Шувалова не имелось. Тогда как ответственность была просто гигантской. Поэтому, первым делом он попытался её с себя спихнуть. Сначала названивал полковнику. Потом попытался через его голову доложить в краевое управление. Бесполезно. Похоже наверху решили, что он станет идеальным крайним.

Печальная ситуация. С другой стороны, снайперы после пятнадцати минут суеты и тупняка, уже на позициях. Омоновцы разбиты на четыре группы и ждут около лестницы. А сам он запросил вертолёт у МЧС.

В общем надежда, что ситуация решится положительно, всё ещё имелась. А это, как ни крути — успех и повышение. Вон и журналисты уже подъехали. Контакт бы ещё с захватчиком наладить. Сержант стоит и надрывается, крича в мегафон. Вот реакция — нулевая.

— Первый, базе, — захрипела рация голосом одного из снайперов. — Вижу объект. Старуха. Выкидывает стул.

Чего? Шувалов вскочил со своего стула, на котором удобно устроился в тени грузовика и собирался съесть сэндвич. Схватив рацию, выскочил на открытое пространство. Задрал голову.

— Уверен, что старуха? Её заставляют?

— Вроде бы нет. Орёт чего-то. Стулья со всей силы швыряет.

Это капитан видел. Импровизированные снаряды отлетали метров на пять. Но это что тогда получалось? Девятый этаж больницы захватили пенсионеры? Зачем? Хотели повышения пенсий потребовать?

— Я могу стрелять. Ликвидировать цель?

Звучало это соблазнительно. Но вряд ли старуха там одна. Камеры в больнице работали только на чёрном входе и никаких подтверждений о численности нападавших не было. Однако, предположительно, действовала группа. Плюс, люди изначально говорили про какого-то мужчину.

— Отставить. Наблюдаем.

Через несколько секунд окно наверху захлопнулось и вновь потянулось томительное ожидание. Шувалов уже не пытался связаться с начальством. Просто ждал развязки. Заодно раздумывая, как быть, если всё-таки не обойдётся без потерь?

— Это ещё что такое?

Капитан повернул голову к бойцу, который стоял около того же грузовика, с автоматом в руках. Хрен его знает, зачем. Но по инструкции штаб было положено охранять. А раз весь личный состав этого самого штаба представлен Шуваловым, значит пусть его и охраняет.

Причина удивления автоматчика тоже была полностью понятна. Воробьи. Спускающиеся сверху и кружащие в воздухе.

Увидев вторую «стаю» воробьёв, которые рванули к больнице, офицер нервно сглотнул. Что бы тут не происходило, оно начинало выходить за рамки нормальности.

Мелкие птицы рассыпались в воздухе, принявшись биться о стёкла. Канал связи тут же оказался забит сообщениями бойцов, которые дежурили на восьмом этаже. Его, воробьи атаковали особенно активно. К ним присоединились все три снайпера. Крылатые поганцы буквально накинулись на стрелков, едва ли не выклёвывая им глаза.

— Эй! Отдай телефон, сука!

Спикировавшая ворона выхватила аппарат у одного из блоггеров, который снимал всё из-за ленты оцепления и помчала в сторону больницы.

— Стреляйте! Сбейте её! Только айфон мой не зацепите, — надрывался пострадавший.

— Ты глянь, — толкнул его сосед. — У тебя трансляция ещё идёт.

Капитан собирался выругаться, но тут снова захрипела рация.

— На пятом этаже какая-то херня. Оттуда прибежали, помощи просят. Говорят кошка всех рвёт.

— Что? — Шувалов вжал кнопку на рации. — Какая ещё нахрен кошка? Они там совсем крышей уехали?

Пятый этаж был административным. Несмотря на объявленный план эвакуации, пока больницу покинула только небольшая часть персонала и ходячие больные. Прочие оставались внутри. В том числе и руководство.

— Никак нет. Там раненые. Говорят, она главврача грохнула.

Кошка. Главврача. Если это попадёт в прессу…

— Ого! Ты смотри! Это труп? Как удачно залетела!

Мужчина медленно повернул голову в сторону ограждения, где блоггеры скучковались вокруг того, что запустил на планшете трансляцию с украденного вороной айфона.

— Третью и четвёртую группы на пятый этаж! Навести порядок! Увидите ворону с телефоном — стреляйте!

Как только Шувалов проорал приказ в рацию, в корпусе сработала пожарная тревога. Оставалось только глухо выматериться. Хорошо, что воробьи хотя бы убрались куда-то.

— Голуби! Их тут десятки! Они атакуют!

Уставившись на рацию, капитан подумал, что возможно пора менять профессию. А в здании загрохотали автоматные очереди.

— Слишком много! Клюются, падлы! И мы Сеню случайно подстрелили! Орёт, как резаный.

Что на это ответить, офицер не сообразил. Вообще это ведь птицы. Против них огнемёт бы наверное неплохо в замкнутом пространстве зашёл. Только откуда у омоновцев огнемёты?

Продолжали орать сирены. Звучали автоматные очереди. Хрипела рация. Собравшиеся около огораживающий ленты блоггеры толкали друг друга и что-то активно обсуждали. А сам Шувалов опустился на стул и взял в руки чашку кофе. Сделать он сейчас всё равно ничего не мог. Докладывать наверх бесполезно — пока ситуация не решится, там даже не почешутся. Протоколы реагирования поменяли в прошлом году. Вместе с ними изменили и систему ответственности — пока на место не прибывал специально обученный специалист, за всё отвечал временно назначенный офицер. Либо старший по званию и занимаемой должности.

Специально обученных, в Перми имелось трое. Один был на тех самых учениях, второй вроде бы улетел отдыхать куда-то в Азию, а третий приходился сыном первому замглавы краевого управления. Его сюда точно не пустят. Штампанут какие-то документы задним числом. Нарисуют, что он с температурой лежал под сорок, например.

Поэтому Шувалов пил кофе и сожрав сэндвич, жевал печеньки. Мысли о похудении, офицер пока решил отложить.

— Командир второй группы базе. Мы вышли к лестницу и тут… Вся первая группа лежит.

«Лежит.» Сознание капитана моментально нарисовало картину кровавой бойни. Голубей-камикадзе, которые шли на таран и выклёвывали мозги через глаза.

— Живых вообще нет? — поинтересовался он, взяв рацию и поправив кобуру.

Сейчас наверное стоило отправиться внутрь и достав пистолет, погибнуть в честном бою. Всё лучше, чем отправиться за решётку лет на десять. Одна проблема — непонятно, с кем воевать. И голуби эти вроде как убрались.

— Да не, они все живые. Но в полном отрубе. Как будто нервно-паралитическим обработаны.

— Капитан, — подбежавший молодой паренёк в форме, остановился, переводя дух. — Там это… На парковке… Уехали…

Младший сержант настолько запыхался во время бега, что никак не мог нормально выговорить слова.

— Кто уехал? Куда? Почему не по рации? — вызверился Шувалов.

— Так нет рации. Не выдали. Типы какие-то уехали. На чужой тачке. Владелец в отключке, а парень с тёлкой свалили. И старуха с ними какая-то. Кошку тоже видели.

Кошка… Шувалов опустил руку с хрипящей рацией, откуда раздавался голос командира первой группы. А ведь и правда — у того парня, который заявился в «Ваш Монтаж» тоже была кошка. Белая такая. С синими глазами.