Глава 7

Таблетки оказались слишком хорошими, а может, просто я наконец-то почувствовала себя в безопасности, поэтому уснула очень быстро.

А проснулась оттого, что услышала стук в дверь.

Кое-как сообразила, где я вообще нахожусь и что происходит, а затем, когда всё вспомнила, сначала хотела рвануть в ванную приводить себя в порядок, но затем поняла, что это глупо и не собираюсь я суетиться, потому что тупо нет сил, поэтому громко ответила:

— Входите!

По мере того, как открывалась дверь, мои глаза становились всё больше и больше.

Потому что первым въехал столик, заставленный тарелками с едой, а следом вошел Андрей, а за ним Алексей.

— Мы приготовили вам ужин, Екатерина! — радостно провозгласил он. — А еще решили узнать, как у вас дела.

— Сами приготовили? — Я с легкой оторопью смотрела на еду.

— Почти, — хихикнул Алексей. — Заказали в ресторане здорового питания, а когда нам принесли, накрыли столик для вас. Правда мы классные и заботливые?

— Э-э-э, спасибо, — пролепетала я, не веря собственным глазам. — Но не надо было, я бы сама всё сделала…

— Катенька, — очень выразительно посмотрел на меня Андрей, — Антон Евстигнеевич посоветовал тебе пока не вставать и отдыхать. Поэтому не стоит с нами спорить.

Пришлось прикусить язык.

Что-то взгляд у мужчины был слишком говорящим. Начну спорить — еще психанет и уволит. А так немного поиграет в заботливого хозяина и успокоится. Я надеюсь…

— Слушай, а я тоже хочу так, только не Катенька, как насчет Котёнок? — вдруг встрял Алексей, подходя ближе и нагло усаживаясь на кровать ко мне в ноги, прямо на одеяло.

Я резко поджала их под себя и посмотрела в шоке на этого охламона.

— Что думаешь, котёнок? — спросил он, глядя мне пристально в глаза, при этом улыбка с его лица так и не сходила.

— Забавляетесь, Алексей Романович, — устало вздохнула я, понимая, что он тот еще любитель попридуриваться.

Всё же за неделю успела кое-что заметить из его общения с другими девушками.

— Нет, я серьезно! — возмутился он и добавил с придыханием: — Но мне очень нравится, пожалуйста, можно я буду тебя так называть, а?

— Меня зовут Екатерина Дмитриевна, — постаралась я добавить строгости в свой голос, искоса поглядывая за вторым мужчиной, который пододвинул кресло к столику, сел напротив меня, достал из нижнего отсека коробку сока и три бокала. И это был не простой сок, а гранатовый. Причем такой… явно недешевый, судя по пачке. Я даже такого названия не видела.

И тут до меня дошло, что приборов было по три…

— В общем, договорились, я буду называть тебя Котёнок, — отвлек меня Алексей, который придвинулся к столику и взялся за приборы.

— Вы тоже будете ужинать? — решила уточнить я, а то мало ли, вдруг я еще не проснулась и это у меня такие странные галлюцинации?

— Конечно, — кивнул Андрей и, приподняв бровь, спросил: — Или ты хочешь нас выгнать?

— Это ваша территория, как я могу вас выгнать? — спокойно ответила я, и правда чувствуя сильный голод. Взяла вилку в руку и тоже пододвинулась к столику.

— Ауч, — тут же выкрикнул Алексей, словно обжегся. Я с тревогой посмотрела на мужчину, а он возмущенно глядел на меня. Но, не найдя на нем никаких повреждений, я спросила:

— Что-то случилось?

— Ты только что нас обоих умудрилась укусить и даже не заметила этого? — на серьезных щах выдал он.

— Э-э-э… — Я перевела растерянный взгляд на его брата, но тот лишь хмыкнул и взял вилку в руку. — Я вас не кусала, — в итоге ответила я, понимая, что парень продолжает ждать от меня какого-то ответа.

— А давай на «ты»? — вдруг резко сменил он тему, буквально заставив меня еще больше впасть в ступор. — А то эти «вы» меня слегка напрягают.

В итоге я засунула в рот побольше еды, не став отвечать на этот провокационный вопрос. Парням забава и развлечение, а я потом без работы останусь.

Алексей притворно душераздирающе вздохнул и продолжил есть, поняв, что я с набитым ртом точно не смогу ответить.

И это хорошо.

Когда мы все утолили голод, я уж думала, парни уйдут, однако эти двое вновь решили устроить мне допрос с пристрастием. Точнее, теперь в роли главного полицейского выступал Алексей, Андрей почему-то устранился и молчал.

— Котёнок, объясни, что у тебя случилось? Я так переживал за тебя, — начал он, при этом смотря на меня с участием, но не забывая при этом улыбаться. — Я как узнал, что к нам приезжал Антон Евстигнеевич, так сразу напугался и рванул домой. А тут Андрей меня огорошил, что врача вызывали к тебе. Еще и после встречи с какими-то полоумными бабами, которые на тебя напали прямо в торговом центре.

Блин, ну зачем было делать из этого такую сенсацию?

Я попыталась посмотреть на Андрея с неодобрением, но он сделал вид, что ничего предосудительного не случилось и сам жаждет моего ответа.

— Ничего особенно. Просто неприятная встреча с родственниками моего бывшего мужа, — решила демократично ответить я. — Я просто немного перенервничала. Вот и всё. И зря Андрей Романович так сильно побеспокоился за меня. Отлежалась бы немного — и всё бы прошло. И я надеюсь, что вы передумали по поводу моего похода больницу? — Я посмотрела на Андрея с надеждой во взгляде.

Врачей и больницы я на дух не переносила и очень сильно не хотела вновь там оказаться. Слишком много у меня не лучших воспоминаний связано с этим вопросом.

Но взгляд Андрея стал очень упрямым. Он еще и губы поджал, намекая мне всем своим видом, что от обследования мне не отделаться.

— Котёнок, мы Антона Евстигнеевича знаем с рождения, — прервал наши гляделки Алексей, продолжая нагло называть меня слишком уж интимным прозвищем. — Он роды у нашей мамы принимал лично. Не раз нас лечил, причем всех. И поверь, он тот еще тертый калач и вредный старикан. Если видит, что можно обойтись без обследования, то так и скажет. Специально никогда не преувеличивал проблемы, скорее, наоборот, старался их преуменьшать. Поэтому тебе лучше не сопротивляться, — добавил он, причем как-то так это интимно у него получилось, что у меня даже внизу живота потеплело.

Я перевела на парня задумчивый взгляд.

Он что, пытается со мной флиртовать? Или у него это на автомате уже происходит?

Вот же… кобелина, а!

— Катюша, ты наелась? — спросил меня Андрей.

— Да, спасибо большое, — кивнула я и хотела уже встать, чтобы увезти тележку на кухню, но меня вдруг взял за руку Алексей и приказным тоном сказал:

— Котёнок, а ну, сидеть! — Я перевела на него смущенно-возмущенный взгляд, а он, лукаво улыбнувшись, добавил: — Сегодня мы твои горничные. А ты отдыхай.

— Мне кажется, это уже слишком, — ответила я, посмотрев на мужскую руку, которая так и продолжала держать мою.

Черт, и зря я это сделала. Никогда не думала, что меня могут возбудить мужские прокачанные предплечья.

Блин, это вообще законно — иметь такие красивые руки?

— Котёнок, мне кажется, ты слишком напряжена, — сказал этот… редиска, еще и с таким придыханием, что моё несчастное сердечко забилось быстрее. А он продолжил: — Давай приляг, мы всё уберем, а ты отдыхай. И да, не думай больше о своих бывших родственницах. Эту заботу мы возьмем на себя. — И мне показалось, что в мужском взгляде мелькнул стальной блеск.

Хотя, может, это у меня воображение так сильно разыгралось? Алексей вообще не походил на мужчину, который в состоянии с кем-то разбираться. Таким больше выглядел его брат Андрей. А Алексей — это больше балагур, женский угодник и душа компании.

По крайней мере, за неделю он произвел на меня именно такое впечатление.

Поэтому если и будет разбираться, то, скорее всего, его брат, а он, наверное, так, для красного словца сказал.

Но всё равно стало приятно. Даже просто слова поддержки.

Его рука вдруг оказалась на моём лице, он прикоснулся пальцем к моему подбородку, медленно провел по нему, остановившись у моих губ, заставив меня замереть, словно кролик перед удавом, а затем улыбнулся мягко, подмигнул и убрал свою шаловливую конечность.

И буквально через несколько минут мои хозяева ушли, закрыв за собой дверь и забрав столик с пустыми тарелками.

А я пыталась прийти в себя, потирая все те места моего тела, на которых остался фантомный теплый след от руки и пальцев Алексея.

Какое-то время я так и сидела, пытаясь прийти в себя, но затем всё же вернулась в суровую реальность и, встав, отправилась в душ — смывать с себя этот долгий и странный день, полный безумств и неожиданных и не самых приятных встреч.

Удивительно, но я всё же была благодарна парням за то, что своим вечерним визитом они полностью стерли гнусные воспоминания о моих родственницах и тот липкий страх, который я испытала во время и после встречи с ними. Точнее, с ней — моей бывшей свекровушкой.

В любом случае бежать из города я уже не собиралась, как и возвращаться к мужу.

Не знаю почему, но мне захотелось поверить своим работодателям.

Наверное, это был глупый порыв с моей стороны, но я как представлю, что мне придется возвращаться обратно, так на душе кошки скрести начинают.

Тот дом уже давно не мой. Я с ним распрощалась и оставила позади.

А после общения с мужем и после его истинного отношения ко мне так вообще тошнить начинает.

И злость берет на себя за то, что так долго верила в нашу любовь и надеялась, что всё еще образуется.

Наконец-то смыв с себя все плохие эмоции, я так разморилась, что не стала даже полотенцем обматываться, так голая и вышла. И тут же взвизгнула, увидев Алексея, который внаглую развалился на моей постели.

Естественно, рванула обратно, закрывая за собой дверь.

— Ой, Котёнок, извини, я просто хотел поговорить, — высказался этот гад спустя пару минут прямо из-за двери, пока я лихорадочно надевала халат и завязывала на нем пояс. — А ты, кстати, очень аппетитная, зря стесняешься. Настолько красивых женских форм, как у тебя, я не видел никогда, — добавил этот гад, у которого, кажется, вообще ничего святого не было.

— Алексей Романович! — зло выплюнула я, так и не выходя из ванной. Хорошо, что закрыться успела на замок, а то с него станется ворваться еще сюда. — Вы не могли бы выйти из моей комнаты!

— Я выйду, извини. Не хотел тебя пугать, клянусь, Котёнок, — сказал он, опять используя свой сексуальный голос, точнее, легкую хрипотцу в нем, отчего мне захотелось резко сдвинуть ноги.

И, кажется, действительно ушел, потому что я услышала его шаги и то, как закрылась дверь.

Еще какое-то время подождала, а затем всё же осторожно приоткрыла дверь и через маленькую щель осмотрела видимую часть комнаты. Поняв, что «врагов» больше нет, смогла выйти.

При этом ощущения были странные.

Вот с одной стороны, вроде же ясно как день, что он явно перегнул палку, и это уже на харассмент* тянет, но с другой стороны — что мне с моими гормонами-то делать, которые ни с того ни с сего взбунтовались против своей хозяйки?

Понятно, что если бы «хозяева» были мне противны, то я бы бежала уже от них, роняя тапки.

Но… мало того, что Андрей меня защитил, так теперь еще и Алексей явно ведет себя так, будто хочет чего-то большего.

Хотя я могу, конечно, и выдумать лишнего.

Особенно сейчас, после того, что со мной случилось за этот бесконечно длинный день. Мозг вообще в полном ауте и, вполне возможно, неадекватно воспринимает реальность.

Да и Алексей тот еще кобелина.

Для него флирт — это как дыхание.

Но всё равно комплимент от него получить было более чем приятно.

Я успела заметить его взгляд, и смотрел он на меня очень… очень возбуждённо. Причем сразу же. И это было не что-то наигранное.

Да и не зачем ему было отыгрывать передо мной хоть что-то?

Кто я и кто он?

Поэтому в его комплимент я поверила. Он был очень искренним.

И это меня подкупало.

Родной муж, с которым я прожила тринадцать лет, когда я располнела, мог только морщиться, видя меня голой. Требовал, чтобы я одевалась в ванной и не портила ему настроение своим внешним видом.

Сексом так вообще занимались только в темноте. И лишь строго по графику, когда были благоприятные дни для зачатия.

Помню, купила себе сексуальное бельё, хотела его удивить. Когда он с работы пришел, так вообще глаза закатил в потолок, сказав, чтобы не позорилась и сняла, а то его сейчас стошнит.

Сказать, что мне тогда было больно, — вообще ничего не сказать.

Помню, как час просидела в душе, рыдая.

А он даже не извинился, хотя прекрасно видел моё красное и опухшее лицо и как ни в чем не бывало пошел спать.

У него, видите ли, важный день на работе был, и ему нет дел до женских истерик.

А когда он был у него не важным?

Я попыталась мысленно вспомнить, и у меня не получилось.

Даже с самого нашего знакомства он постоянно мне говорил о том, что работа для него — это всё. Ну а я понимала, что так и есть. Всё же я не работала и старалась сделать так, чтобы у мужа было отличное настроение, чтобы он ни о чем не думал, кроме работы.

И если первые несколько лет он искренне говорил мне «спасибо» и даже радовался, что я у него есть, вся такая понимающая, то постепенно его «спасибо» становилось всё суше и суше, а потом и вовсе он стал еще и злиться, если я, не дай бог, что-то не так делала. Потому что искренне начал верить в то, что я ему обязана и вообще молиться на него должна.

А сейчас посторонний молодой парень, богатый красавчик, для которого каждая юная красотка с параметрами фотомодели могла раздвинуть ноги только по одному его намеку, смотрел на меня совсем иначе. И этот его комплимент…

«Настолько красивых женский форм, как у тебя, я не видел никогда».

Я несколько раз повторила его мысленно, чувствуя, как почему-то хочется поплакать над собственной глупостью.

Но ведь я искренне считала себя уродкой. Начала даже себя ненавидеть. Если бы не Галя, которая поддерживала меня, не представляю, во что бы превратилась.

Возможно, и не подумала бы куда-то уйти. Так бы и превратилась в забитую служанку и няньку при его ребенке.

Аж подташнивать опять начало.

И мне захотелось рассмеяться: а не беременна ли я, часом? Только вопрос: от кого? От святого духа?

Сексом мы занимались с Никитой последний раз… дай бог памяти. Кажется, год назад, когда пытались зачать ребенка.

И, само собой, опять ничего не получалось.

А может, и хорошо, что не получилось. Наверное, бог уберег от такого мужа…

Так что это уже просто какой-то рефлекс, выработанный на бывшего супруга.

Еще главное — не забыть бы свидетельство о расторжении брака забрать, чтобы уж наверняка никто больше не посмел меня тронуть и заставить к нему вернуться.

Прошло две недели всего после того, как мы оба подписали документы и оплатили государственную пошлину. Осталось еще пару недель подождать — и всё! Я буду полностью свободна!

С этими мыслями я уже более спокойно прилегла в постель, но в дверь опять раздался стук.

А я вдруг вспомнила, что Алексей-то ко мне же не просто так приходил.

Пришлось идти и открывать.

— Извини еще раз, Котёнок, — сказал этот нахал, который был не один, Андрей стоял рядом с ним и как-то очень странно посматривал на своего брата, что я даже не поняла значение этого взгляда, а блондин продолжил: — Простишь? Я не хотел тебя напугать.

— Э-э-э, ладно, — протянула я. — А о чем вы хотели поговорить?

— О том, что следующую неделю тебе надо отдохнуть.

Я аж за сердце схватилась, но всё же выдавила из себя:

— Вы мне отпуск даёте?

— Нет, ты неправильно поняла, Кать. — И когда я уже готова была потерять сознание от страха быть выставленной из дома, он меня огорошил: — Ты очень хорошо убралась во всей квартире. Она так никогда еще не сияла. Поэтому давай ты просто сбавишь обороты и не будешь неделю убираться? Только готовить, ладно?

Я в шоке смотрела какое-то время на обоих мужчин, а затем всё же кивнула.

— Ну вот и здорово, договорились, — улыбнулся мужчина, — а теперь отдыхай, больше не будем тебе надоедать.

Они оба развернулись и ушли, а я, проводив их спины взглядом, закрыла дверь, не забыла еще и защелку провернуть, а затем с шумом выдохнула.

Качнула головой, хмыкнула и отправилась-таки в постель, чтобы уже расслабиться и почитать какой-нибудь роман на ночь.

И что странно, почему-то реклама сразу же выскочила на книгу Эльвиры Осетиной «Я тебя не отпущу…» — а в тэгах — «женщина старше».

— Это знак судьбы, что ли? — нервно спросила я свой телефон, но только шепотом, а затем всё же открыла книгу и начала читать.

* * *

* Харассмент — Приставание (англ. Harassment) — поведение человека, причиняющее неудобство или даже вред другому человеку, нарушающее неприкосновенность его частной жизни.