51. Тимофей

Я встал и подошёл к Нате.

— Сегодня я могу открыто заявить, что был несправедлив в отношении. Наты. Да, дорогие домочадцы. Именно так. Я ошибался...

Я отпил шампанского. Ната задержала дыхание, довольно глядя на меня.

— Ната — не только шлюховатая и бездарная певичка, отсасывающая своему престарелому продюсеру. Она ещё и избалованная родителями настолько, что получает желаемое только путём шантажа.

— Что?! — одновременно взревел папаша и отец Наты.

— Да-да! Я не собираюсь жениться на блядюшке. Даже под страхом расстрела. Увы, но ваша дочка могла бы поспорить за звание большеротой с самой Клеопатрой!

После моих слов поднялся невообразимый шум.

Я уселся на своё место. Папаша и Кутуков бранились, стараясь переорать друг друга. Ната истерично подвывала на плече у своей матери.

Мачеха притворно хлопотала вокруг нашей придурочной семейки под назойливое тявканье шпица. Потом мелкая собака остановилась около меня и подозрительно присела. Лужу, что ли, напрудить собралась рядом со мной?

— Ты мне за это ответишь, Самсонов! — ядовито прошипел Кутуков. — Я выдавлю тебя со строительного бизнеса, как гнойный прыщ!

Папаша что-то рявкнул в ответ. Я под шумок легонько пнул шпица под зад. Трусливый шпиц заверещал.

Внезапно погас свет. Следом раздался грохот битой посуды. Поднялась невероятная суматоха.

Прислуга включила свет через несколько минут. Столовая была  испорчена. Дебильный шпиц прикусил дорогую скатерть, свисающую до пола, и потянул её, когда удирал от страха. Еда, спиртное, битая посуда — всё лежало на полу!

Кутуков отирал винное пятно со своей рубашки. Ната брезгливо стряхивала с платья салат из морских водорослей.

Наша семейка Адамс и Кутуковы выясняли отношения и обменивались угрозами ещё битых минут полчаса, прежде, чем Кутуковы уехали восвояси.

Отец внезапно сильно сцепил пальцы на моём локте и толкнул в сторону коридора.

— В кабинет, поганец, живо!

Хватка папаши оказалась внезапно сильной. Сейчас он напоминал мне бульдога. С бульдогами лучше не шутить.

— Что ты устроил? — заорал отец. — Решил всё окончательно испортить?

— Я тут не при чём. Я сразу тебе сказал, что не собираюсь извиняться. Ната—гулящая баба, вот и всё.

— Нахрена было просить Полину организовывать ужин?

— Спроси у Полины. Я не организовывал ничего. Она сделала всё это сама!

— Ага, ври больше! Очень надо ей выгораживать тридцатилетнего балбеса! Полина сказала, что ты попросил её организовать ужин в узком кругу семьи! Полина любит мою семью и просила дать шанс тебе, охломону. А ты в очередной раз превратил всё в фарс!

Папаня бушевал. В кабинет осторожно заглянула Полина.

— Милый, не стоит так нервничать. Кажется, я знаю, в чём причина такого поведения Тима. Он болен. Он просто слегка не в себе! — ворковала Полина. — Я нашла в его комнате использованный шприц.

— ЧТО?! — взревел папаша. — Мой сын — наркоман?

— Факты говорят сами за себя, — скромно заявила Полина, демонстрируя двумя пальчиками шприц. — В его комнате лежат шприцы. А Тим неуравновешен.

— Это шприц от антигистаминного препарата, курва. У меня аллергия на твою грёбаную псину! — рявкнул я.

Полина прикрыла лицо руками  и захныкала.

— Не повышай голос на Полину! Она желает тебе добра!

— Я не наркоман!

— Сдашь анализы, посмотрим! — папаша стянул галстук, меча на меня разъярённые взгляды. — Тест ДНК показал, что ты мой сынуля. Но насчёт наркотиков я не уверен. Полина права. Ты чересчур подозрительно себя ведёшь!

— Пошли вы оба на хрен собачий, — устало сказал я. — Всё. С меня хватит. Ноги моей в этом доме больше не будет. Можешь смело вычёркивать меня из своего завещания и семьи, папуля. Adios, muchachos!

Я прошёл в свою комнату, чувствуя невероятное облегчение. Теперь можно покинуть стены дома отца окончательно и не плясать под его сумасбродную дудку!

Я раскатал большую спортивную сумку, собирая в неё то ценное для меня, что ещё не успел перевезти к себе в отдельную квартиру.

В холле я столкнулся с отцом.

— Далеко собрался?

— Да уж подальше от тебя...

Я толкнул входную дверь и упёрся взглядом в бычью шею папиных охранников. Папа не таскал охрану всюду за собой. Но охранники у него были. На всякий случай.

Видимо, тот случай наступил.

— Ты что, серьёзно? — спросил я, когда два амбала подхватили меня под руки.

— Увы. Не хочу, чтобы мой сын, даже такой, как ты, был наркоманом.

— Ха-ха... Давай. Ладно. Но только поедем не в ту клинику, которую наверняка подсказала тебе твоя жёнушка, па... Мы поедем в первую попавшуюся. И я глаз не сведу с анализов.

Папаша раздражённо кивнул. Меня посадили на заднее сиденье внедорожника. Пока мы ехали в клинику, я подумал не о том, что живу в настоящем дурдоме.

Мне было интересно, куда подевался Матвей?! Я не видел и не слышал его с того самого момента, когда решил сказать тост в честь Наты...