Глава 14. Не дома

Манор Ингвара встретил Томасину лаем собак. Стоило въехать в ворота, как под ноги коню метнулись сразу два огромных охранных кобеля — серые, как грозовые тучи, и такие же добрые. Обнюхали, оскалились и молча уселись на пушистые хвосты.

Томасина вынула ногу из стремени и хотела уже спрыгнуть, но из глоток собак вырвался низкий рык. Очень многообещающий. Пришлось остаться в седле. Во дворе появился третий пес и уселся около ворот, перекрывая путь назад.

Томасина застыла, как конный памятник на столичной главной площади. Что делать, непонятно. Звать хозяев? Вон вроде в огромном доме и свет горит — на втором этаже точно. А если собаки решат, что она на них напасть решила?

Томасина, которая с собаками имела дело только на охоте, задумалась. Охранные псы, кажется, лаять должны, а эти молчат. Может, отвлечь их чем? Она на пробу достала из сумки кусок вяленого мяса и кинула в сторону, псы насторожили уши, повели носами, но и только.

Потихоньку темнело. Томасине на щеку упала очередная снежинка. Радость от поимки дракона таяла под напором дурацкой ситуации. Наконец, когда она почти уже решила начать кричать во всю глотку, входная дверь отворилась, и на пороге появилась Малески.

В новенькой короткой шубке, расшитой золотой тесьмой. В белых мягких сапогах. С распущенными светлыми волосами, словно только из постели выбралась (и Томасина даже знает, из чьей!). И со снисходительной гримаской на лице.

— О, Томасина Тарт пожаловала! Ингвар говорил, что ты должна приехать еще вчера. Ты чего там застыла? Слезай с лошади, у нее под твоим весом, похоже, уже ноги разъезжаются.

— Пусть отзовут собак.

Псы на появление Малески даже голов не повернули — продолжали недобро смотреть на Томасину.

— Они не тронут. Так, играются, — Малески невозмутимо подошла и легко оттянула за холку одного из кобелей.

Тот мотнул башкой, боднул Малески лбом и припал на передние лапы. Действительно, играл.

Томасина почувствовала себя круглой дурой. Слезла с коня, отпихнула рванувшего к ней кобеля, но тот не отпихнулся, а встал лапами на плечи и от души лизнул в щеку.

— Куда лошадь вести? — хмуро спросил Томасина.

— Пойдем, покажу.

Она махнула рукой, показывая идти следом. В конюшне было тепло. В стойлах всхрапывали два лохматых битюга и гнедой Малески.

— Почему ты не приехала вчера? — спросила Малески.

— Не твое дело. А почему ты приехала? — задала вопрос Томасина. — Соскучилась по дисциплине? В привычной обстановке? — и она указала глазами на снятое с лошади седло.

Малески прищурилась, соображая. Лицо удержала, но Томасина заметила, как покраснели ее щеки. Отлично, пусть эта белая моль знает, что Томасине все известно. И пусть мучается, пытаясь понять откуда.

— Дома скучно, а здесь Ингвар. Может показать много интересного. И рассказать. Он обещал, что через пару дней мы поедем ловить мне дракона, — Малески тонко улыбнулась и добавила, — золотого дракона.

— О, это очень мило, — скривилась Томасина. — Желаю тебе удачи.

— О, я слышу нотки зависти в голосе. Может, если ты наконец справишься с курсом по ветеринарии, Ингвар и тебе поймает зверя? — скептически раздалось позади.

— А кто тебе сказал, что у меня до сих пор нет дракона? — отрезала Томасина и вышла из конюшни.

Томасина не стала оглядываться, чтобы посмотреть на то, как вытянулось лицо у этой сучки. Надо же, решила ее подставить! Приехать раньше и уговорить Ингвара не помогать Томасине. Спорим, Малески ничего не знает про аферу с упряжью. Мозгами не доросла до такого. Только и расчета на то, что ублажит Ингвара в койке.

А у Томасины уже есть свой дракон. А эта пусть подавится своим непойманным золотым.

Манор у Ингвара был огромным, просторным и очень тихим. Возможно потому, что все полы тут были плотно устелены ткаными полосатыми коврами, и не в один слой, а в три — даже ноги топли.

За дверью ее встретила служанка. Приняла плащ, покивала радостно и сообщила, что ее ждали и комната готова. И через три часа будет ужин, а пока можно помыться с дороги и выпить хмельной ягоды.

Томасина, которая во время ожидания во дворе успела промерзнуть, кивнула, но не забыла спросить, где хозяин. Хорошо бы поговорить с ним прямо сейчас, пока Малески не успела нагадить.

— Так в отъезде, к ужину будет, — пообещала служанка и поманила за собой.

Комната была небольшой и простой. С одним мелким окошком. Коврики на полу — уже в пять слоев. Широкая высокая лежанка с одеялами и шкурами. Узкий стол, подходящий для письма, стул и комод для вещей.

Томасина с радостью скинула седельные сумки, пообещав себе все разобрать, но потом.

Оказалось, что если пройти чуть дальше по коридору, то за низкой дверью ее ждет горячая баня с огромной низкой бадьей, полной воды. Девица, все показав и обсказав, пообещала позвать, когда накроют на стол. Перед уходом зажгла все свечи, выложила на койку стопку льняных полотенец и налила в чарку чего-то пенного.

— Купальня специально для гостьи. Не беспокойтесь, никто ломиться не будет, — проворковала она и упорхнула, притворив дверь.

Томасина отпила из чарки. Крепко, но вкусно. И никакой сладости, как в том вине из белых ягод, которое вызывало совсем неправильные мысли.

Она скинула с себя грязную одежду, достала из сумки чистую смену и разложила на постели. Чуть подумав, все-таки сняла с шеи чешуйку, не украдут же? Кому она нужна, без прирученного дракона. Прихватила свежее белье и полотенца. Достала из сумок притирания, ароматную мазь и косметику.

Предстоящий ужин был важным. Как-то следовало аккуратно объяснить, откуда у нее дракон, и уже завтра поехать вместе с Ингваром в горы, чтобы показать своего зверя. Медведи сказали, что первое время нужно навещать ящера раза по три в неделю.

Томасине не терпелось приступить к дрессировке, да и лишний раз выбесить Малески было к месту. Пусть захлебнется желчью.

Это ведь из-за нее она попала в селение Медведей! Из-за нее впуталась в эту карточную игру и… Правда, выходило, что дракона она тоже получила из-за козней Малески, но Томасина благородно это пропустила.

Горячая вода была в меру горячей и пахла мятой. Свечи чуть коптили и бросали неровные тени на потолок купальни.

Томасина сидела и думала. Что дракон у нее теперь есть. И вырастет наверняка огромным. Что вечером приедет Ингвар и, наверно, восхитится тем, что она сумела поймать ящера. Что Малески наверняка будет делать каверзы и гадости и еще устроит ей кучу неприятностей — от зависти в первую очередь.

Томасина прикусила губу и с досадой швырнула в горячую воду мешочек с сушеными травами. Мятой запахло еще сильнее, но покоя не принесло.

Внутри росло и ширилось странное чувство недовольства. И его никак не уменьшало то, что удалось обойти Малески и что теперь у Томасины будет самый большой и грозный дракон. И кто, интересно, поможет ей правильно воспитать зверя? Науськанный Малески Ингвар? Что-то не верится.

Томасина отжала волосы, провела рукой по шее — там, где до сих пор оставался след от чужих зубов.

Вот ведь как! Выходит, за последний год ей веселее и лучше всего было там, в забытой богами сторожке. У двух Медведей в гостях.