Глава 18
В КОТОРОЙ ГЕРОИНЯ ПУТЕШЕСТВУЕТ ПРОТИВ СВОЕЙ ВОЛИ
Рано утром, ещё даже солнце не взошло, а небо над Лакланом зябко куталось в ночную, вышитую звёздами шаль, я встала с кровати и, накинув поверх сорочки халат, разожгла горелку под котелком. Проспала я не больше двух часов, а подорвалась от непонятного, гложущего чувства, и, понимая, что заснуть уже не получится, решила заняться чем-то полезным.
Почитать, подготовиться к занятиям, подумать о грядущем дне и его проблемах.
— Сама не спишь и нам не даёшь, — недовольно проворчал Рогль и, не открывая глаз, перебрался со шкафа на мою постель, заняв нагретое местечко. — Ну, чего ждёшь? Накрой нас! Оледенеть можно, пока сама сообразишь…
Фыркнув, я бросила в наглого демона подушкой, а он повозился под ней, но выбираться не стал, удобно устроился и спустя несколько минут засопел, то ли посвистывая, то ли похрапывая время от времени.
Кстати, Рогль из-за новостей о моём скором замужестве так разнервничался, что пришлось битый час его успокаивать, да отпаивать чаями с пряниками.
— Всё пропало! — причитал он. — Боевик нас погубит! Голодом заморит…
— Пока тебе со стороны этого боевика лишь ожирение грозит, — мягко заметила я, намекая, что кое-кто в последние дни основательно прибавил в весе.
— Наговоры! — заверещал демон. — Это не жир! Это пух!
— И кость широкая.
— И кость широкая, — поддакнул он, и обиженно отшвырнул от себя последний пряник, но почти сразу передумал, подобрал и торопливо проглотил даже не жуя.
На этом мы наш спор вчера и закончили, а сегодня главный спорщик грел свои широкие кости в моей тёпленькой постельке.
Заварив чай, я взяла с полки книгу Норга Лири «О скрытых потенциалах стихийной магии», забралась в кресло с ногами и попыталась избавиться от дурного предчувствия, одновременно мечтая о том, чтобы новый день не наступил. И причин у меня для этого было более чем достаточно.
Во-первых, меня ждал разговор с родителями. Как бы маменька с папенькой ни относились к моему жениху, посмотреть мне в глаза и убедиться в том, что я в порядке, не собираюсь в бега и не планирую наложить на себя руки, они непременно захотят. А я не знала, как смотреть им в глаза, потому что отлично помнила слова Бреда о том, какую роль сыграли они в моём внезапно приблизившемся замужестве.
Во-вторых, карточка с приглашением от герцогини. Пока она ещё не пришла, но Алан уверял, что за этим не заржавеет и что отвертеться от визита не получится.
— Герцог и герцогиня Норвиль заменили мне родителей, — со вздохом напомнил мне жених. — А родителей, как известно, не выбирают, но я не оставлю тебя одну ни на секунду!
В-третьих, нурэ Гоидрих. Прямо-таки предвкушаю, какой тяжкой и эмоционально насыщенной будет наша беседа.
И в-четвёртых. После воскресенья неминуемо наступит понедельник. К этому времени слухи успеют расползтись по всему Лаклану и вездесущим вирусом проникнуть за стены БИА. О! Я слишком давно живу в академии, чтобы не знать, какаю реакцию они вызовут у студентов! Да я от докучливых взглядов даже в туалете спрятаться не смогу!
И не только от взглядов, если вспомнить о беспардонности некоторых из них.
Застонав вслух, я отложила книгу, чтобы растереть лицо руками, и как раз в этот момент кто-то негромко постучался в мою дверь.
Мельком глянула на часы. Две минуты седьмого утра.
— Интересно, кому я могла понадобиться в такое время? — пробормотала я себе под нос и, поправив халат, пошла открывать.
— Нурэ Тайлор? — У обнаруженного за порогом наставника вид был всклокоченный и слегка безумный. — Доброе утро. Что-то случилось?
— Мне срочно нужен твой совет, — отмахнулся он. — Не из-за чего волноваться.
И пока я соображала, стоит ли спросить, что ж так срочно тогда, если волноваться причин нет, нурэ тревожно взмахнул руками и зашептал:
— Вот же я старый болван! Совсем о времени позабыл! Я тебя не разбудил? — Испуганно оглянулся и ещё больше снизил голос. — Или, Предки упаси, твоих соседок… Не хватало, чтобы они нас тут увидели в таком виде… Фантазии юных дев кого угодно до седых волос доведут.
Я вздёрнула бровь, пытаясь представить варианты этих самых «фантазий» и, не выдержав, прыснула в кулак, покачав головой
— Я не спала уже, нурэ, не переживайте. А девчонок в воскресенье утром вы и Взрыв-волной не разбудите.
Наставник несколько раз моргнул, демонстрируя мне полную растерянность, а потом удовлетворённо хохотнул.
— Твоя правда. Впустишь?
— Ну, конечно же! — смутилась я, отступая. — Прошу прощения! Чаю? У меня котелок закипел…
— В моё время барышни чай в другой посуде заваривали, — проворчал нурэ Тайлор, входя в комнату и закрывая за собой дверь.
С любопытством огляделся, подошёл к книжной полке, погладил пальцем корешки, выглянул в окно, скользнул взглядом по разобранной постели и смущённо кашлянул, отворачиваясь.
— Соседка моих родителей, леди Морна, давала уроки домоводства незамужним девушкам, — внезапно произнёс он. — Приходилось слышать о леди Морне?
— Все слышали о «Школе для хороших девочек». Вы присаживайтесь, нурэ Тайлор. Чай скоро заварится.
— Благодарю.
Наставник кивнул, устроился в коресле и, мечтательно улыбнувшись, продолжил свои несколько неуместные воспоминания.
— Они учились сервировать стол, печь печенье, готовить, вышивали салфетки, а раз в неделю, по пятницам, устраивали чайные вечеринки. Получить приглашение на такой вечер считалось среди мужчин моего времени очень почётным. Это как в цветник попасть ещё до цветочника. Можешь выбрать самую свежую розу, которую до тебя ещё никто не видел. Представляешь, как удобно?
Я пожала плечами, от души жалея, что мне не спалось и я услышала тихий стук нурэ Тайлора. Глядишь, если бы я не бодрствовала над «Скрытыми потенциалами стихийной магии», сейчас бы не гадала, к чему весь этот немного диковатый визит.
— Со своею супругой я там и познакомился. Она умерла нынешней весной. Не смогла оправиться после смерти Марка.
Сердце болезненно сжалось, и я, потупившись, пробормотала:
— Примите мои соболезнования. Мне очень жаль.
— А уж мне как… — с тоскою протянул нурэ Тайлор и надолго затих, мрачно рассматривая содержимое своей чашки.
Я тоже помалкивала, не зная, что сказать. Никогда не умела себя вести в таких ситуациях.
В тишине было слышно, как тикают часы и сопит Рогль. Между прочим так громко — разбаловал его Даккей! Совсем страх перед посторонними боевиками потерял! — что даже нурэ Тайлор занервничал, отвлёкся от своих печальных мыслей и стал озираться по сторонам.
— У тебя тут кошка что ли где-то?
— Хомяк, — соврала я и развела ладони, обрисовывая примерные размеры Рогля.
Наставник уважительно кивнул.
— Здоровый какой!
— Ум… — промычала я, мысленно моля Предков поспособствовать тому, чтобы нурэ не возжелал на мою упитанную животинку посмотреть. — Только прожорливый очень… Ещё чаю?
На самом деле наставник из своей чашки не отхлебнул ни разу, но я решила, что если привлечь внимание старика к напитку, то он, быть может, вспомнит, где он и зачем сюда пришёл в такую рань. Или не вспомнит. Вон он уже минут пятнадцать чаинки считает…
Однако я ошиблась. Кое о чём нурэ всё же вспомнил. Вот только не о цели своего раннего визита.
— Я слышал, ты замуж выходишь скоро, — неожиданно произнёс он и зацепившись острым взглядом за мои сжавшиеся в кулаки пальцы. — А что так поспешно?
— Знаю я, от кого вы слышали, — покраснев, огрызнулась я. — И вот что я вам скажу, нурэ, уж простите за тон, но сестра ваша…
Я набрала в грудь побольше воздуха, пытаясь отыскать какое-нибудь более-менее приличное слово, но потом махнула рукой и проворчала:
— Дрянная старуха она и досужая сплетница к тому же. Вот. — Наставник даже бровью не повёл и я, сочтя это хорошей приметой, продолжила:
— Вчера помоями меня с ног до головы облила, ещё и ославила на весь свет. Не подумайте, я не жалуюсь. Просто обидно. Мы ведь с Аланом не это… ну, вы понимаете! И чтоб вы знали, это никакая не поспешная свадьба. Мы уже четыре года как помолвлены. Хоть у папеньки моего спросите, у него и документ есть…
Кстати, даже не солгала! Стоит озвучить эту версию Алану. Ему понравится.
— А что ж не поженились до сих пор?
— Сначала ждали, пока я доучусь, — продолжила я сочинять. — Ну и хотели сначала на дом накопить. Всегда мечтала жить на Академической.
Эта улица получила своё название не только из-за своей близости к БИА, но и потому, что почти во все дома на ней принадлежали семейным наставникам столицы.
— Значит, ребёнка ты не ждёшь?
Всё же нурэ Тайлор прямой, как шпала. Я раздражённо дёрнула плечом и вдруг, совершенно неожиданно для себя, ответила:
— Воля ваша! Нет, конечно!
Меня почему-то не возмутил тот факт, что наставник задаёт мне такие личные вопросы, и не насторожил его нездоровый интерес. Наоборот, я порывисто вскочила с места и зачем-то принялась оправдываться:
— Я не ханжа, не подумайте. Но будем честны. Когда мне было крутить романы? Да я за время учёбы даже вздохнуть свободно ни разу не смогла! А после работа… Вы сами знаете, нурэ, сколько нагрузки тянут на себе наши наставники. Да я даже выспаться не могу! Где уж тут время на разные… неприличные глупости найти… Нурэ, вы что-то подлили мне в напиток?
— Совсем чуть-чуть Эликсира правды, — невозмутимо пояснил он. — На ошибку я не имею права.
— На какую ошибку? — испугалась я.
— Ни на какую. Я ведь её не совершу.
И неожиданно добавил:
— Ох, Бренди, всё же мне с тобой невероятно повезло! — Что-то невидимое ударило меня в грудь, и я рухнула на пол, как подкошенная. — Такой шанс только раз в жизни бывает. И я его не упущу.
«О чём вы? Какой шанс?» — хотела спросить я, но из моего горла вырвалось что-то непонятное:
— Ш-ша…х…
— И мат, — криво усмехнувшись, согласился со мной нурэ Тайлору и, склонившись к моему лицу, шёпотом пояснил:
— Я же сказал, Бренди. Любой отец сделает всё для того, чтобы его ребёнок жил.
В его глазах пульсировало болезненное безумие. Густое, чёрное, беспросветное, как полынья в ночной реке. И мне стало так страшно, что я закричала. Но мой голос и моё отчаяние оглушили лишь меня, потому что перехваченное неизвестным заклинанием горло не издало ни звука. К тому же, меня полностью парализовало, и единственное, что мне оставалось, — это смотреть и слушать.
А ещё горько сожалеть о том, какой всё же плохонький из меня боевик получился. Не только не распознала угрозу, так и вовсе определить не могу, каким заклинанием меня приложил наставник.
А он тяжело поднялся из кресла и, по-старчески охая и причитая, опустился возле меня на одно колено.
— Ты всегда была очень сильной девочкой, Бренди. Сильнее многих из нас, — произнёс он, глядя на меня с уважением и гордостью. — Ты знаешь, я всегда тебя любил и больше всех выделял среди всех моих учеников… Поэтому не будем рисковать. Эти браслеты не позволят тебе совершить глупость, если ты всё же сумеешь нейтрализовать последствия Каменной кожи.
Сами браслеты наставник не стал мне показывать, но щелчок запирающего замочка я услышала.
Проклятье!
О заклинании Каменная кожа я слышала впервые. Но с уверенностью могла сказать, что один из видов Паралича. А значит, действие его обратимо. А если вспомнить, чему нас учил нурэ Тайлор, то действие любого обратимого заклинания опытный маг может ускорить или вовсе разрушить изнутри.
Только что толку, если браслеты блокируют мою силу? И даже если я справлюсь с параличом, то их-то точно не смогу снять самостоятельно!
Нурэ Тайлор тем временем поднялся и, вернувшись к столику и прочитал очищающее заклинание над моей чашкой, убирая следы, а после этого шагнул к стене, на которой висело переговорное зеркало, и зачем-то снял его.
— Хорошая вещь, — похвалил с искренней улыбкой, которая испугала меня до икоты. — Сейчас таких уже не делают. Сразу видно, твой отец о тебе заботится. Отцы — они такие. Всё сделают для своего ребёнка. Он — для тебя, а я для Марка.
— Марк умер! — мысленно прокричала я. — Умер! Старый ты дурак! Его уже не вернёшь!
Тайлор переместил зеркало на кровать, и я задержала дыхание, опасаясь, что он увидит Рогля, но моего личного фамильяра, к счастью, на кровати уже не было. Значит, была надежда, что он отправился за помощью.
Впрочем, с таким же успехом, прожорливая скотина могла умчаться на кухню, чтобы украсть у кухарки очередной окорок или баранью ногу прямо из котелка.
Нурэ Тайлор тем временем вынул из кармана синий мелок и принялся чертить на стене какие-то символы. Поначалу я не могла понять, что именно он рисует, но потом узнала некоторые из рун и не на шутку перепугалась. Потому что наставник строил магический коридор.
И даже если Рогль поспешил за Аланом, они могут попросту не успеть.
Проклятье, отследить вектор его направленности по остаточному следу могут только специалисты. Их на всю империю человек десять, не больше! И даже если допустить, что Даккей догадается искать коридор, даже если найдёт след и отыщет того, кто сумеет его прочесть и построить отражение, чтобы пройти по нашему следу
Никакой гарантии, что я к тому времени всё ещё буду жива. Кто знает, что на уме у обезумевшего от горя нурэ Тайлора? К тому же в глазах начало темнеть, а уши заполнил противный писк. И вскоре я уже ничего не видела и не слышала, а затем и вовсе потерялась в кромешной тьме магического обморока.
Люди, побывавшие на краю смерти, говорят, будто в этот миг вся жизнь пролетела у них перед глазами. Или вспоминают, как сожалели, что не успели что-то сказать или сделать. У меня же не было ничего из этого. Я просто провалилась в душную нору без света, где не было ни верха, ни низа. В норе этой ревело ледяной пламя и почему-то пахло мышами.
Наверное, именно этот запах меня и отрезвил. Вдруг стало обидно, что Предки определили меня в такое место. Моя жизнь не была безупречной и, если подумать, смогла бы вспомнить о паре десятков эпизодов, за которые мне было действительно стыдно.
Но душная яма с мышами?
Нечестно.
— Нечестно! — прохрипела я, распахивая глаза, и уже в следующий момент, заорала.
Я лежала на песке посреди широкой песчаной косы, а метрах в трёх от меня стояло огромное существо. По красной коже пробегали искры пламени. Голову его венчали загнутые назад рога, мощная шея переходила в бугристые плечи перевитые жгутами жил, длинные пальцы заканчивались чёрными, как дёготь, когтями, мощный хвост с острым шипом вместо кисточки, нервно хлестал по напоминающим колонны ногам, а между ног…
Я зажмурилась, но изображение огромного детородного органа, который будто башня возвышался из густой поросли рыжего цвета, кажется, навечно отпечаталось на внутренней стороне моих век.
— Что это, мамочки? — всхлипнула я и, встав на четвереньки, попыталась удрать, но запуталась в ночной сорочке и почти сразу проехалась носом по раскалённому песку.
На Пределе мне бывать не приходилось, но я сразу же узнала его по рассказам Бреда. В своих письмах он не раз описывал этот пейзаж: белый песок, раскалённое до белизны небо, чёрная полоса леса на линии горизонта — и на сотни километров ни единой живой души. Только демоны, нежить и мертвяки.
— Что это? — повторила я, поднимаясь на локтях и стараясь не смотреть в сторону чудовища.
— Это способ вернуть мне моего Марка, — невозмутимым голосом ответили на мой вопрос. Я вскинулась и сразу же увидела нурэ Тайлора. Он сидел, поджав под себя ноги и выглядел, мягко говоря, странно. Нездорово даже. Блуждающий взгляд, спёкшиеся от горячки губы, осунувшиеся черты лица, волосы сбились в сосульки, несвежая рубашка, застёгнута криво…
Как я могла не заметить этого раньше, когда он только пришёл ко мне в комнату? Или может быть наставник воспользовался Иллюзией? Правду говорят, что больные духом временами проявляют исключительную хитрость и изворотливость.
А нурэ Тайлору пришлось по-настоящему постараться, ведь он обманул не только меня, но и нурэ Гоидриха, который и близко не подозревал о том, что боевую магию в его академии читает сошедший с ума человек, и следователей МК, и даже Императора. Потому что я слабо верила в то, что баронесса достала бы приглашение на главный праздник Империи, знай повелитель о болезни её брата.
И можно ли назвать болезнью стремление человека вызвать демона.
О, Бред.
Я задохнулась от ужаса, вспомнила последние слова, сказанные брату, зажмурилась и затрясла головой, не желая верить, а нурэ Тайлор как ни в чём не бывало пробормотал:
— Знаешь, а я даже рад, что в ночь Кровавого Жениха у меня всё сорвалось. Не потрать я тогда весь эликсир, не стал бы искать в другом направлении и не нашёл бы более простой вариант.
— Простой вариант? — распахнув глаза, недоверчиво переспросила я.
— Щит твоего брата. Оказывается, его не так просто разрушить, — пожаловался нурэ, глядя на меня с укоризной.
— Так вы не…
— Нет.
Он покачал головой, а я с шумом выдохнула и зло провела ладонью по мокрой щеке. — Нхаа — так зовут этого красавца, ждёт обещанного на границе. Я не в силах провести его сюда. Ибо, во-первых, нет нужных ингредиентов. А во-вторых, я опытным путём определил, что это сюда демоны не могут проникнуть, а вот люди — туда… — Кивнул на жуткого Нхаа (Узнать бы ещё откуда наставнику известно его имя). — … без помех. Можно ходить туда-сюда, хоть по сто раз за день. Договоры заключать. Торговаться… Ты знаешь, это покажется смешным, но демонам, как оказалось, наш мир совсем не нужен. Они вообще не могут здесь долго находиться из-за солнечного света, к тому же наш воздух превращается для них в яд, если вдыхать его слишком долго… Единственное, что им было нужно — это сила. Они не жрут мертвечину и не пьют человеческую кровь… Точнее, жрут и пьют, но это… Как сказать? Ложка дёгтя в бочке мёда. Большинство людей, как ни странно, отказываются расставаться с магией добровольно. Представляешь?
Нурэ рассмеялся. Откинул голову назад и захохотал.
— Вы сошли с ума.
— Не-ет, — протянул безумец. — Это мир сошёл с ума. Мир, который отправлял на убой собственных детей, когда всего-то и надо было, что отказаться от магии.
Как можно отказаться от магии? Это тоже самое, что отказаться пить, есть и дышать. Да, в нашем мире не все люди умеют пользоваться внутренними и внешними силами, но в каждом из нас есть крупица магии. Забери её — и человек угаснет, как пламя в масляной лампе, которую забыли зарядить.
— И тогда не только Марк был бы жив, — продолжал нурэ Тайлор. — Тогда были бы живы сотни других мальчишек и девчонок…
— Нурэ…
Но он меня не слышал.
— Нашим миром движет нажива и жажда власти, — продолжал бормотать он, — а по ту сторону Щита всё вертится вокруг любви. Для чего, ты думаешь, демонам нужна наша сила?
— Они её жрут, — просипела я.
— Ошибаешься, Бренди, — фыркнул нурэ. — Не видать тебе звезды на этой лекции.
«Звёздами» наставник называл специальные отметки, которые он делал в классном журнале. Сами по себе они ничего не значили, но если ты умудрялся за семестр насобирать хотя бы пять штук, да при условии безупречной практики, на экзамен к нурэ Тайлору можно было не ходить.
В своё время мы разве что не дрались за право ответить на «звёздный вопрос», а сейчас я едва не расплакалась от ужаса.
— Сила помогает им зачать ребёнка. Разве можно винить кого-то за то, что он хочет увековечить себя в собственных детях? Да мы только ради этого и живём! Да и не только мы. Инстинкт размножения заложен в каждом живом существе, будь то рыба, муравей или демон. Так имеем ли мы право отказать им в этой малости? Вряд ли…
Нхаа громко взревел, и даже глухой услышал бы в его голосе нетерпение.
— Ещё чуть-чуть, друг мой, — ласково пробормотал нурэ. — Нужно, чтобы звёзды встали на нужное место. Потерпи немного. Тебе не привыкать, ты терпел гораздо дольше.
Мне замутило, и я поняла, что если не потяну время, то всё для меня закончится очень и очень плохо.
— Нурэ, можно вопрос? — дрожащим от страза голосом спросила я.
— Конечно, Бренди.
— Откуда вы обо всём этом знаете?
— От Нхаа, конечно.
— Вы понимаете язык демонов?
Нурэ посмотрел на меня с сожалением.
— О чём ты? Какой язык демонов? Нхаа говорит на том же языке, что и мы с тобой. Ведь так? — Наставник посмотрел на демона, и тот снова зарычал. — Вот слышишь? Убедилась?
Я сглотнула, не зная, как реагировать. Очевидно нурэ не просто лишился рассудка, но ещё страдал от слуховых галлюцинаций.
— Простите, у меня, наверное, последствия от вашего заклинания. Я плохо слышу. И мысли путаются…
— Это бывает при наложении двух заклинаний друг на друга, — со спокойной рассудительностью кивнул нурэ. — Пережди, а после занятий сходи к целителям, пусть тебя посмотрят…
Тряхнул головой и посмотрел на меня с упрёком.
— И не перебивай больше, а то к экзаменам не допущу, несмотря на все твои звёзды. На чём я остановился?
— На том, как вы познакомились с Нхаа, — сказала я.
— Конечно. Как я уже сказал, демонам наша магия нужна для размножения. Смешно и страшно. Судьба этих прекрасных, мощных существ зависит от такой малости… Когда мне стало об этом известно, когда Нхаа рассказал мне свою печальную историю, я даже не думал ни секунды! Сразу же предложил ему воспользоваться моим резервом. Но, к сожалению, именно этот вид демонов нуждается в женской магии. Тогда я сказал, что изыщу способ, чтобы провести его в наш мир. Пусть сам возьмёт то, что ему нужно. Взамен же прошу лишь об одном: пусть он вернёт мне моего Марка. Моего маленького мальчика. Без него так плохо.
Нурэ закрыл спрятал лицо в ладонях, плечи его мелко задрожали, и у меня даже что-то жалобно ёкнуло в груди, отзываясь на его боль, но потом я вспомнила о том, где нахожусь (Кстати, где?) и по чьей вине, и осторожно шевельнула руками, окончательно убеждаясь в том, что действие Каменной коже закончилось полностью, а вот браслеты, не позволяющие мне воспользоваться силой, с моих запястий никто не снял.
— Нурэ, можно вопрос? — во второй раз воспользовалась я всё той же уловкой.
— Конечно.
— А как именно Нхаа вернёт Марка? Демоны умеют оживлять мертвецов.
— Алларэй! — В гневе нурэ вскочил на ноги, демон заревел по ту сторону невидимого щита и вспорол пространство своими ужасными когтями. — Оживлять мертвецов позволено лишь некромантам, да и то на короткий миг, по специальному разрешению и если того требуют нужды государства. Ты полагаешь мне хватит пяти минут общения с душою умершего сына? Я слишком жаден для этого. Мне не нужна часть Марка, он нужен мне весь и навсегда. Нхаа посеет его семя в твою утробу, и мой мальчик снова будет со мной.
Слова нурэ полностью утратили логику, но чего ещё ждать от безумца? Я всхлипнула и, уже не скрываясь, дёрнула один из браслетов. Если я не могу их расстегнуть, то надо попытаться хотя бы содрать их с себя. Я согласна даже вместе с кожей!
Однако, увы. Кожа сдиралась, а браслеты — нет.
— Нурэ Тайлор! — шипя от боли, позвала я. — А правда ли, что были случаи, когда запечатанным противомагическими печатями преступникам, удавалось вернуть себе силы?
— О! Отличный вопрос! — вновь включил наставника тот. — Особо сильные и опытные маги такое проворачивали — и не раз. Вот случай был лет сорок назад. Один стихийник — водник, как сейчас помню, — был осуждён на два года за незаконное применения заклинания в отношении немагического населения. На него надели браслеты, но до места отбывания он так и не доехал. Как выяснилось, сбежал по пути, умудрившись вскрыть замки изнутри. Его, конечно, изловили и казнили в назидание другим. За побег, не за то, что совершил ранее.
Если он смог, то и я смогу!
— А тебе зачем?
— Для общего образования, — ответила я и закрыла глаза, пытаясь найти призвать те силы, которые браслеты заперли внутри меня.
— Похвальное рвение, — похвалил нурэ Тайлор. — Который час? Десять минут до звонка. Как мы хорошо уложились… Бренди, ты готова?
Нет! Нет! Нет!
— Ещё минуточку, нурэ Тайлор, — взмолилась я. — Вы же всегда давали время на повторение перед тем, как вызвать к доске.
Безумец кивнул и с важным видом согласился:
— Если только минуточку.
Он сложил руки домиком и прикрыл глаза.
А я вдохнула, выдохнула, ещё раз безуспешно попыталась сорвать со своих рук браслеты, а потом меня что-то очень сильно ударило между лопаток, ухватило за шкирку, как котёнка бездомного, и поволокло. Я сучила ногами и пыталась ухватиться руками за песок, за воздух, за жизнь, которая изворачивалась и утекала, как вода сквозь решето, но все мои старания были напрасными. Всё та же невидимая сила подняла меня в воздух и швырнула прямо к ногам краснокожего чудовища.
Демон оглушительно громко зарычал, празднуя свою победу, но я не зажмурилась и не закричала, когда прямо над моей головой качнулся его огромный детородный орган…
«Живой не дамся», — подумала я, а в следующую секунду услышала отчаянный писк:
— Хозяйка, мы тут!
И… это было бы до безумия смешно, если бы не было так ужасно. Помощь, что говорится пришла, откуда её не ждали. Нет, то есть я ждала. Надеялась, что Рогль позвать Даккея, но никак не думала, что демон сам прибежит меня спасть.
Друзей, впрочем, он захватил — ещё с десяток таких же, как он сам, упитанных «хомячков» в боевой форме. Они верещали, грозно сверкали глазками и бросались на чудовище, что уже успело меня заметить, но пользы от этой их суеты было не очень много. Огромный демон всего лишь раз махнул хвостом и половина моих спасателей, отлетели на несколько десятков метров и замертво упали на песок.
Впрочем, кое-какую пользу рогли принесли — дали мне время на то, чтобы отползти (после падения я не чувствовала ног) ещё на полметра ближе к Щиту. В этом, кстати, тоже повезло, если в моей ситуации в принципе можно говорить о везении. По эту сторону воздвигнутый моим братом защитный купол не был невидимым, и я хотя бы знала как далеко и в какую сторону мне нужно бежать.
Одна беда: с той стороны меня ждал спятивший боевик, у которого, в отличие от меня, руки не были связаны запирающими силу браслетами.
Демон громко зарычал, отследив моё движение, и шагнул следом, едва не раздавив огромной ступнёй одного из роглей, и тогда мои спасатели взвились вверх и вцепились в голову чудовище. Кусали и дёргали за уши, плевались, пытались выцарапать глаза, задержав монстра ещё на несколько секунд, что позволили мне ещё на несколько сантиметров приблизиться к Щиту.
Я ползла, подтягиваясь на локтях и постоянно оглядываясь, всхлипывала, молилась Предкам и Магии, по лицу, вперемежку со слезами, тёк пот, и мне было так невыносимо страшно, что темнело в глазах.
А когда демон, всё же нагнал меня и схватил за ногу, как куклу вздёргивая в воздух, я завизжала, срывая связки, замахала руками, как мельница крыльями, а когда прямо напротив моего лица появился тот самый приведший меня в ужас детородный орган, вдруг вцепилась в него со всей силой, вгоняя ногти под горячую гладкую кожу. Чудовище завыло — и я обрадовалась, внезапно вспомнив обо всём, чему нас учили на уроках ближнего боя.
— Если по каким-то причинам вы оказались один на один с демоном, — говорил наставник, — и не можете воспользоваться магией, то помните о том, что устроены они почти так же, как мы с вами — если забыть о размерах, когтях и рогах. И деритесь так грязно, как только умеете. В случае, если у вас получится демона ненадолго оглушить — помните, что время идёт на секунды (Разъярённые — они гораздо сильнее и второго шанса у вас уже не будет) и со всех ног бегите в укрытие или за помощью.
А потом добавлял:
— Хотя шансов всё равно мало. Не родился ещё пока человек, который двигался бы быстрее демона.
У меня же эти шансы вообще были призрачными, потому что нижняя часть тела всё ещё была обездвижена. К тому же, когда демон в ярости отшвырнул меня прочь и, падая, я кажется, сломала руку. Или вывихнула. Не знаю. Но боль в плече была просто невыносимой — не обопрёшься…
И хуже этих новостей была лишь та, что демон отбросил меня очень далеко от Щита. Думаю, я бы не добежала, даже будь у меня здоровые ноги. А теперь и пытаться не стоит. Я с ненавистью посмотрела на свои руки и в отчаяние застонала. Если есть способ снять браслеты, я просто обязана его найти!
Тем временем миниатюрная армия роглей оклемалась и, вереща, пошла на второй круг. Демон снова заревел. Да и нурэ Тайлор подливал масла в огонь, мешая сосредоточиться.
— Вернись назад, дрянь! — орал он. — Вернись, неблагодарная тварь!
Я бы спросила у безумца, за что, по его мнению, я должна была его благодарить, но жалко было силы и слова тратить.
— Он должен взять тебя! Только так Марк вернётся! — причитал наставник, суетливо бегая за Щитом. На безопасной его стороне, попрошу заметить. — Он обещал! Обещал мне! Я… Верни мне сына, маленькая дрянь!
Я сплюнула и показала бывшему наставнику неприличный жест.
Рогли тоже подобрались ближе, встав передо мной миниатюрным щитом.
— Уходите, — всхлипнув, попросила я. — Вы не поможете. Только погибните зря.
— Поможем, — упрямо ответил мой Рогль и нервно дёрнул хвостом. — Фамильяры хозяек не бросают.
Я закрыла глаза, не желаю видеть, как мои защитники лишатся жизни, да и сама начала прощаться со своею. Бывший наставник продолжал ругаться. Мышиная вонь усилилась, и я поняла, что демон приблизился. Если я буду сопротивляться, поцарапаю, укушу, если снова двину между ног, есть шанс, что он убьёт меня быстро…
Я подумала о родителях, о Бреде, о моих студентах и друзьях. Об Алане. Жаль. Надо было выходить за него замуж четыре года назад. Кто знает, куда бы тогда привела меня судьба. Может, и не оказалась бы я на Пределе в компании демона.
Обидно.
Так жалко себя стало! Прямо до слёз. И слуховых галлюцинаций. По крайней мере именно о них я и подумала, услышав голос Алана Даккея.
— Бренди! — звал он меня, будто наяву. — К земле, живо!
Или не будто?
Я распахнула глаза. Алан действительно был тут, на Пределе. Да не один, а с целой толпой моих ясельников. Я не представляла, как они здесь оказались, не знала, кто подсказал им, где меня искать. Я и не задумывалась об этом в тот момент, понимая лишь то, что они пришли за мной. Не бросили. Нашли.
От облегчения закружилась голова.
— К земле! — вновь крикнул Алан, и я торопливо прижалась щекой к горячему песку.
— Это мы их позвали, — похвастался Рогль, подобравшись ко мне вплотную и устроившись возле моей шеи. — У нас с тобой связь. Боевики по нашему следу пришли…
Я его чуть не расцеловала, мысленно пообещав себе, что буду до конца жизни снабжать маленького прожору всеми видами деликатесов, какие только можно найти в столице Империи. Конечно, у меня к нему была уйма вопросов. Откуда взялись другие рогли? Куда они пропали? Как вообще преодолели Щит, ведь он защищает от всех видов демонов? Но всё это потом, потом…
Первый Огненный шар врезался в демона, и я втянула голову в плечи, когда он заревел от боли и ярости. Мне всё ещё было страшно, но страх этот очень быстро вытеснялся надеждой на скорое спасение. Я даже про браслеты забыла на какое-то время. К сожалению ненадолго.
Боевики едва успели расправиться с демоном и пробиться ко мне, когда у Щита, привлечённые запахом свежей крови и магии. Стали появляться другие чудовища. Они появлялись прямо из воздуха. Злые, голодные… Три, семь, пятнадцать… Вскоре нас окружало несколько десятков чудовищ, но они продолжали и продолжали прибывать. Рычали, выли… Но нападать не спешили, выжидая чего-то.
Боевики тоже не спешили атаковать. Встали полукругом, оглядываясь по сторонам.
Алан подошёл ко мне, поднял с земли.
— Прости, — прошептал, целуя висок. — Хреновый из меня получился защитник.
— Не ной, Даккей. Без тебя тошно, — рыкнул Киф Киган. — Может, попробуем коридор построить?
— Не успеем, — прошипел Мерфи Айерти. — Предлагаю прорываться.
— Шансов никаких.
— Один на сотню всё же есть.
— А я всё же за коридор. Хотя бы попробовать.
— Эх, а я только поверил, что меня ждёт долгая жизнь…
— Откуда они взялись? Их будто кто-то позвал.
И я, кажется, даже знала, кто. Безумный старик, мечтающий вернуть своего мёртвого сына. Я не знаю, как Тайлор это сделал, но, кажется, он и в самом деле умел разговаривать с демонами. И, к моему ужасу, они его слушали и… слушались.
Боевики всё ещё что-то обсуждали, ругались, крича друг на друга. Винчель всё же начал строить коридор, но руны не держались за песок, а я смотрела на своего наставника, который когда-то считался лучшим боевиком Империи и вспоминала, как однажды он мне сказал, что если я когда-нибудь захочу его убить, то лучше бы мне использовать Молнию. Потому что против моей Молнии даже он не в силах устоять.
Одной рукой я обняла Алана за шею и, понимая, что у меня нет времени на объяснения, подняла вторую и, совершенно забыв о блокирующих браслетах, просто призвала силу. Магия вспыхнула на кончиков моих пальцев и сорвалась ослепительной вспышкой.
— Бренди!
— Твою же… Предупреждать надо!
Нурэ Тайлор упал сразу же, даже не пытаясь выставить защиту. Жить ему оставалось меньше минуты — всё зависело от того, как быстро лёд моего заклинания доберётся до сердца боевика. И, конечно же, он прекрасно об этом знал. Он повернул голову, чтобы лучше меня видеть. Взгляд его внезапно стал чистым, полностью очистившись от безумия, лицо исказила гримаса сожаления. А затем он вдруг улыбнулся мне с такой признательностью, с такой благодарностью, что у меня перехватило дыхание, шевельнул губами, чтобы что-то сказать, но уже не смог.
После смерти старого боевика моя догадка о том, что он каким-то образом контролировал демонов, подтвердилась. Его тело ещё не коснулось земли, а чудовища встрепенулись, будто стряхивая с себя невидимые оковы, и дружно бросились к нашей группе.
— Предупреждаю! — прокричала я. — К земле!
Подняла руки вверх, набрала полную грудь воздуха и на выдохе прошептала:
— Я Алларей.
Время застыло, песок вздыбился под ногами, а воздух вскипел от разлившейся вокруг силы. Тяжёлая волна поползла от меня и с яростью ударилась в неровный строй демонов. Больше всего я боялась, что может пострадать кто-то из моих защитников, и когда пространство заполнилось криками боли и агонии, распахнула глаза.
— Смертельная волна — это то заклинание, Бренди, — говорил мне отец на одном из тех занятий, которые он проводил только для меня, — которое можно использовать лишь в случае риска для жизни. И даже тогда лучше попытаться обойтись без него, чтобы никто не узнал, сколько на самом деле силы в тебе скрывается.
— Разве сильной быть плохо?
— Опасно, — кивнул папенька. — Особенно, когда её так много, что кто-то может посчитать это несправедливым.
И вот теперь, глядя на последствия старого заклинания, которым мог воспользоваться лишь Алларей по крови, я поняла, что он имел в виду.
Отряд демонов превратился в фарш из плоти, песка и случайного мусора, я спасла всех нас — осталось только дойти до Щита. Но никто из боевиков даже не пошевелился. Медленно отряхиваясь и постанывая от боли — всё же их тоже приложило моей волной, они поднимались с земли, и я отчётливо видела ужас в их глаз. Они смотрели на меня, как на чудовище.
— Надо убираться отсюда, — первым пришёл в себя Алан. — Силы и крови в воздухе столько, что скоро тут будет целая толпа падальщиков.
На этот раз без помех и неожиданностей мы пересекли границу Щита, оказавшись в безопасности.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Алан, осторожно опуская меня на землю.
— Сносно, — ответила я, жадно всматриваясь в его лицо. Боевик был взволнован, но смотрел на меня с нежностью, а не с ужасом. Слава Предкам! — Только ноги ещё не очень хорошо слушаются. Нурэ Тайлор меня каким-то Параличом приложил.
Мой взгляд будто сам по себе метнулся в ту сторону, где лежало тело наставника, и я с трудом сглотнула образовавшуюся во рту горечь.
— Я никогда раньше…
Не убивала.
— Я знаю, — перебил Даккей. — Дыши. Мне нужно, чтобы ты успокоилась сейчас. Можешь?
Я кивнула, хотя никакой уверенности, что смогу сдержать истерику, у меня не было.
— Скоро здесь будет толпа из МК, — пояснил Алан.
— И не только они, — согласился с ним один из моих студентов, я не успела заметить, кто именно.
— А нам нужно обсудить, что им говорить, — негромко согласился Мерфи Айерти. — Но для начала, Бренди, давай снимем с тебя браслеты, что так похожи на запирающие. Не станем вводить представителей МК в заблуждение.
Я молча протянула руки и Алан с лёгкостью снял с меня сгоревшие артефакты, а затем спрятал их в карман. Боевики собрались вокруг нас, встав плотным кольцом. Кто-то протянул мне флягу, в которой оказался на удивление вонючий и крепкий первач, который заставил меня закашляться уже после первого глотка.
— Расскажешь про Тайлора? — кажется, это был Винчель.
— У моей матушки есть поговорка, — проговорила я. — Когда у человека слишком много секретов, их ноги начинают торчать из-под кровати, и вскоре получается, что прятать их уже негде. Секрет нурэ Тайлора искромсал ему душу в хлам.
Коротко, опустив все подробности, мы с Аланом рассказали о неудавшейся попытке вызвать демона и о том, что именно из-за этого Даккей оказался в академии. Затем настала моя очередь. Боевики слушали меня молча, лишь пару раз, когда я рассказывала о том, как нурэ Тайлор общался с демоном, уверяя меня, что тот говорит на нашем языке, кто-то выругался сквозь зубы.
— Я думала, он просто сумасшедший старик, — шептала я, старательно отводя взгляд от мёртвого тела. — У него жена умерла недавно. И Марк погиб… Что он помешался от горя. Ну, а потом, когда я увидела, что новые демоны его слушаются, я так испугалась, что…
Вздохнув, посмотрела на свои руки и пробормотала совсем убитым голосом.
— Спасибо.
— Бренди, ну ты смешная! — совершенно забыв о субординации, фыркнул Колум Грир. — За что? Это же ты нас всех спасла!
— Если бы вы не пришли, — ответила я, — ничего бы у меня не получилось. Я просто очень сильно испугалась, что вы погибнете из-за меня. Я бы за себя саму так не смогла.
Мужчины молча рассматривали меня. Я неловко переступила с ноги на ногу и неуверенно спросила:
— А может, мы уже домой, а? Мне бы с родителями связаться… Папенька должен был почувствовать, что я призывала Волну, и теперь, наверное, с ума сходит.
Однако с родителями поговорить у меня получилось нескоро.