Глава 14. Соль жизни и сахарные мечты

Тринадцатая гостья, леди Марселина, вошла в нишу, и воздух вокруг неё мгновенно наполнился ароматами корицы, гвоздики и чего-то неуловимо домашнего. Она была уютной, с мягкими чертами лица и вечно испачканным мукой кончиком мизинца, который она тщетно пыталась спрятать в складках шёлкового платья.

Она присела, и вместо того, чтобы поправить причёску, машинально проверила, ровно ли стоит блюдце.

— Леди Элиза, — вздохнула она, и её плечи поникли. — Матушка говорит, что я позорю наш древний род. Пока мои сёстры учат баллады, я… я запираюсь на кухне с поварами. Я знаю сорок способов приготовления фазана и могу на слух определить, когда карамель достигла нужной температуры. Но для моего круга это «грязная, плебейская работа».

Марселина подняла на меня полные тоски глаза.

— Они смотрят на меня как на прислугу. Говорят, что это обыденно, приземлённо, скучно. Что леди должна вдохновлять на подвиги, а не на обед. Дракон… он же легендарное существо! Ему нужны девы, воспевающие его величие, а не женщина, которая будет ворчать, что он пересушил мясо своим дыханием.

Я не смогла сдержать искренней улыбки. В моём прошлом мире шеф-повара были рок-звёздами, их именами называли рестораны, а их искусство ценилось на вес золота.

— Обыденно? — я пододвинула к ней чашку и одно из тех печений, что остались от Гертруды. — Попробуй это. И скажи мне, что ты чувствуешь.

Марселина осторожно откусила кусочек, прикрыла глаза и тут же поморщилась.— Слишком много соды, передержали в печи на три минуты, и имбирь старый, — выдала она вердикт, даже не задумываясь.

— Вот именно, — кивнула я. — Ты видишь магию там, где другие видят просто еду. Послушай, Марселина. В моем представлении о мире, кулинария — это высшая форма алхимии. Ты берёшь разрозненные элементы и создаёшь из них счастье. Разве это обыденно?

Из тени донеслось громкое, отчётливое урчание в животе. Рагнарёк, который, кажется, со вчерашнего вечера питался только моим чаем, невольно выдал себя.

— Твоя семья живёт в прошлом, — продолжила я, игнорируя звуки драконьего голода. — Они не понимают, что путь к власти в этом мире лежит через желудок. Зачем тебе быть «вдохновительницей», если ты можешь стать владелицей самой модной ресторации в столице? Представь: люди будут записываться за месяц, чтобы попробовать твой фирменный десерт. Министры будут решать судьбы стран за твоими столами, потому что твоя еда делает их добрее.

— Но леди не открывают лавки… — прошептала она, и в её глазах зажёгся огонёк надежды.

— Леди открывают «Гастрономические Салоны», — поправила я её. — Забери компенсацию. Купи уютное здание в центре. Найми лучших подмастерьев и назови заведение своим именем. Когда Рагнарёк — или любой другой лорд — захочет по-настоящему вкусно поесть, он будет просить аудиенции у тебя. Ты будешь диктовать моду, а не следовать ей.

Марселина выпрямилась. Она больше не прятала руки в складках платья.

— Гастрономический Салон… — она улыбнулась так тепло, что, казалось, даже остывший чай в моём чайнике подогрелся. — Я приготовлю такое меню, что они забудут, как меня зовут, и будут звать просто «Мастером». Спасибо, Элиза!

Когда она уходила, Рагнарёк вышел на свет, глотая слюнки и глядя на пустую тарелку из-под печенья.

— Тринадцать, — прошептал он. — Вы только что лишили меня личного повара мирового уровня. Я чувствую, как мой замок пустеет не только от невест, но и от будущего комфорта.

— Не переживайте, Ваше Величество. Когда она откроется, я пришлю Вам пригласительный билет. Со скидкой, — я лукаво подмигнула ему. — А теперь приготовьтесь. Четырнадцатая невеста… о, это будет сложный случай. Она не боится Вас, она не боится меня. Она боится… своего собственного прошлого.

Что бы Вы посоветовали Мареслине?