Глава 16. Ёжик в колючей броне

Пятнадцатая гостья, леди Кассандра, вошла в нишу так, будто собиралась не чай пить, а брать крепость штурмом. Подбородок задран, взгляд мечет молнии, а губы искривлены в саркастичной усмешке. Она не села — она рухнула в кресло, едва не опрокинув столик.

— Ну, леди Элиза, — процедила она, даже не глядя на чашку. — Начните же свою знаменитую лекцию о том, какая я замечательная. Или вам сразу сказать, что ваш чай пахнет сеном, а это платье вас полнит?

Я спокойно разлила отвар, даже не моргнув глазом.— Сахар положить? Или желчи в организме и так достаточно?

Кассандра осеклась. Её «нападение» наткнулось на стену абсолютного спокойствия. Она ждала ответной грубости или испуга, но получила лишь предложение подсластить жизнь.

— Я вижу, как вы на меня смотрите, — буркнула она, сбавляя тон. — Как и все остальные. Думаете: «Что за невоспитанная особа?». Знаете, сколько раз мне говорили, что я «невыносима»? С детства. Стоит кому-то подойти ко мне с улыбкой, я уже знаю — им что-то нужно. Или они хотят посмеяться надо мной позже. Я лучше сама их укушу первой, чем буду ждать, пока мне плюнут в душу.

Я посмотрела на эту колючую девушку. В моём прошлом мире таких называли «токсичными», но я знала: за каждым таким ежом скрывается ребенок, которого когда-то сильно обидели.

— Кассандра, — я пододвинула ей чашку. — Твоё словесное нападение — это не сила. Это крик о помощи. Ты так боишься быть униженной, что предпочитаешь сама стать агрессором. Ты в каждом добром жесте видишь ловушку. Но скажи мне: каково это — жить в постоянной осаде? Неужели тебе не хочется просто… выдохнуть?

— Доверие — это слабость, — отрезала она, хотя рука её предательски дрогнула, когда она потянулась к чаю.

— Нет, доверие — это роскошь, которую могут позволить себе только по-настоящему сильные люди. Те, кто не боится, что их обидят, потому что они знают свою ценность, — я наклонилась ближе. — Я тоже когда-то жила в мире, где нужно было скалиться, чтобы тебя не съели. Но я научилась главному: отличать мусор от золота. Хорошие люди существуют, Кассандра. И они не подходят к тем, кто постоянно размахивает ножом. Ты отпугиваешь именно тех, кто мог бы стать твоим настоящим другом.

Из тени раздался приглушённый рокот. Рагнарёк, кажется, был впечатлен моим психоанализом.

— Послушай мой совет: забери свою компенсацию и начни учиться тишине. Не нападай. Просто наблюдай. Настоящий друг — это не тот, кто льстит, а тот, кто остается рядом, когда ты молчишь. Учись находить таких людей, они — как редкие артефакты, их мало, но они стоят того, чтобы убрать когти. Начни доверять хотя бы себе.

Кассандра долго молчала. Её плечи, до этого напряженные до предела, медленно опустились. Она сделала глоток чая и, к моему удивлению, не выплюнула его.

— Ладно... — прошептала она. — Возможно, платье Вас и не полнит. Просто цвет... непривычный.

Это была самая большая победа за сегодня. Она не укусила. Она попыталась быть вежливой.

Когда она вышла, Рагнарёк наконец вышел на свет, потирая когтистые лапы.

— Пятнадцать, — выдохнул он. — Вы только что обезоружили самую кусачую леди империи. Элиза, Вы — опасная женщина. Вы учите их видеть правду за масками.

— Я учу их жить без масок, Рагнарёк. Это гораздо сложнее, — я посмотрела на дверь. — Шестнадцатая на подходе. И, судя по её виду, она пришла сюда... прощаться. Не с нами, а с кем-то очень важным.

А что бы Вы сказали Кассандре?