Глава 6. Танцы на осколках ожиданий

Золотой зал дворца к вечеру начал напоминать не место для романтических свиданий, а филиал приёмного покоя. Запах дорогих духов окончательно капитулировал перед ароматом моей фирменной ромашки с чабрецом.

Рагнарёк, судя по периодическому рыку из-за портьеры, был на грани того, чтобы самовоспламениться от негодования. Еще бы — пять потенциальных невест подряд вышли из комнаты с глазами, полными не обожания к нему, а решимости жить своей жизнью.

На освободившийся стул упорхнула Изабелла. Она была дочерью актёра и танцовщицы — и это читалось в каждом её жесте. Даже присаживалась она так, словно выполняла сложное па.

— Леди Элиза, — выдохнула она, и её голос прозвучал как перебор струн лютни. — Я больше не могу притворяться фарфоровой куклой. Моя тётя… она отдала последние сбережения, чтобы подготовить меня к этому отбору. Она видит во мне будущую королеву, гарант её спокойной старости.

— А что видишь в зеркале ты, милая? — я пододвинула ей чашку, любуясь её природной грацией.

— Я вижу сцену, — Изабелла горько улыбнулась. — Свет магических огней, летящий шёлк юбок и музыку, от которой замирает сердце. Мои родители жили этим. Они были бедны, но они были свободны! А здесь… быть женой дракона — это значит нести груз ответственности за весь мир. Быть статуей, которая должна только кивать и улыбаться на приемах. Я боюсь, что если надену эту корону, мои ноги забудут, как танцевать.

Я накрыла её ладонь своей.— Ответственность — это прекрасное слово, Изабелла. Но самая большая ответственность у тебя — перед твоим талантом. Твоя тётя любит тебя, я не сомневаюсь. Но она любит образ «счастливой племянницы», который придумала сама. Разве она будет счастлива, видя, как ты гаснешь в золотой клетке?

— Она говорит, что искусство не прокормит…

— Искусство прокормит того, кто готов отдаться ему целиком. Дракону не нужна стихия, ему нужна тишина. А ты — это шторм, упакованный в корсет. Скажи ей правду. Компенсации, которую Рагнарёк выплатит за «несостоявшийся союз», хватит твоей тёте на три домика у моря. А тебе — на пуанты и входной билет в лучшую труппу столицы.

Изабелла посмотрела на меня, и в её глазах вспыхнула искра — та самая, актёрская, способная зажечь целый зал. Она вскочила, сделала легкий реверанс и, сияя, почти выбежала из ниши.

Я проводила её взглядом, чувствуя, как в воздухе снова запахло грозой. Портьера дернулась.

— Это уже пятая, Элоиза! Пятая! — раздалось приглушенное шипение Рагнарёка. — Вы их просто выставляете за дверь!

— Я дарю им свободу, Ваше Величество. Попробуйте как-нибудь на досуге, это очень освежает, — бросила я в пустоту зала.

В этот момент к столу подошла шестая девушка. Она выглядела старше Изабеллы, и в её походке не было легкости. Она куталась в шаль, словно защищаясь от невидимого холода.

— Мой случай похож на её, — тихо произнесла она, садясь напротив. — Только мне уже сказали «нет». Сказали, что у меня нет таланта.

Я внимательно посмотрела на неё. Похоже, пришло время для истории о том, что «эксперты» тоже ошибаются.

Как Вы думаете, правильно ли поступила Изабелла?