Глава 4

Несколькими секундами ранее, там же.

— За мной! — рявкнул Александр «Егоров» и первым рванул вперёд.

Граф Сергей Иванович Самоцветов поймал вопросительный взгляд Тополя, командира своей личной охраны, и едва заметно кивнул.

Граф ускорился до предела возможностей. И пусть его стихией был воздух, считавшийся самой быстрой из стихий, он начал заметно отставать от «Егорова».

Как, впрочем, и остальные бойцы.

«Ты невероятен, Александр, — с восхищением подумал граф, глядя на широкую спину Близнеца. — Настоящий самородок. Если бы не это непонятное похищение, сейчас род Резановых был силён, как никогда, а Воронцовым пришлось бы кусать локти».

Едва заметно граф улыбнулся под своим шлемом.

Весь сегодняшний день он наблюдал за действиями «Егорова». Делал всё так, как и учила любимая бабушка.

«Действуй вторым номером и не лезь на рожон, — с детства вдалбливала внуку Айседора Ивановна. — Громкие и настырные пусть собирают шишки, а ты за их спинами собирай урожай».

А после этого графиня Самоцветова частенько поминала своего покойного мужа, который действовал с позиции силы, да не сдюжил. Много на себя взвалил и не смог унести, в итоге скоропостижно скончался от болезни, что довольно редко бывает в среде одарённых.

Покойный граф назначил преемником внука, но с условием, что до принятия титула главы рода Сергей Иванович должен закончить МАУД, в котором ранее учился его дед. А до тех пор регентом рода по велению предыдущего главы остаётся Айседора Ивановна.

Сергей Иванович очень любил свою бабушку и старался во многом её слушаться. Даже сегодня, именно с её наставления, он согласился отдать командование операцией Александру «Егорову». При всём уважении к Александру Сергей сильно сомневался, что юноша справится. Хотя бабушка заранее сказала:

«Он, скорее всего, захочет взять командование на себя. Сильно не артачься, Серёженька, и дай ему шанс».

Поэтому в итоге Сергей и не стал долго спорить.

Будь на вторых ролях. Лавируй. Поддерживай хорошие отношения со всеми. Всё ради светлого будущего рода Самоцветовых.

Сергей, следуя заветам бабушки, всегда старался придерживаться этого кредо.

«Ускорился ещё сильнее?» — удивился Самоцветов, глядя в спину Александру. Командир операции не остановился перед тяжёлой металлической дверью и с прямой ноги влетел в неё.

«Ух ты… — ошарашенно подумал Сергей Иванович, увидев, как тяжёлый металл смяло, будто листок бумаги. — Он уже так хорошо управляется с Родовым Даром? И это без учителя?»

Дверь рухнула где-то в зале, Александр ушёл в сторону, и через проём его больше не было видно.

Краем глаза Самоцветов отметил, что движения его ратников как-то неуловимо изменились. Каждый из ратников знал, что именно нужно делать, ворвавшись в зал.

Тополь, сильнейший из участвующих в операции ратников Самоцветовых, чуть сбавил темп, заблокировав телом дорогу графу и барону Прозорову. Высокородные бежали в конце строя и сейчас ещё сильнее отделились от остальных ратников.

— Пусти! — крикнул Коптер, но ответить ему что-либо Алмаз не успел.

По глазам ударил ослепительный свет, вырвавшийся из коридора. Граф Самоцветов невольно зажмурился и отвернулся. Через секунду он почувствовал, что его «обняли» — Тополь прикрыл собой двух молодых бояр от неизвестной угрозы.

— Зёма, Валун, на два шага вперёд! — услышал Самоцветов голос «Егорова» в рации. — Кругом! Стену на два часа! Айн, Корс, цель слева на три часа. Огонь по моей команде! Огонь!

Раздались выстрелы штурмовых винтовок. В тот же миг рация вновь ожила:

— Уж, Бурелом, вам было велено не высовываться до приказа! — хмуро произнёс «Егоров», а через секунду в рации особо громко раздался выстрел.

«Поразительно! — ошарашенно подумал граф Самоцветов, который вместе с Тополем и Коптером наконец-то продолжил двигаться в сторону зала. — Он не только сражается и командует своей группой, но и следит за обстановкой у других групп? Как это возможно⁈ Он же на год младше меня! Откуда такие навыки⁈»

— Виноват, — отозвался Бурелом. — Ситуация вышла из-под контроля, и…

— Отставить! Всё было в рамках допущений. Вы просрали позицию! Укрепляйтесь немедленно. И палите по ним, не жалея сил! Ясно⁈

И снова выстрелы в рации.

— Ясно, — проворчал Бурелом.

— Уж? — хмуро спросил «Егоров», судя по звукам, явно не переставая стрелять в это момент.

— Выполняю!

Сергей Самоцветов и барон Прозоров уже были готовы ворваться в зал, однако Тополь вновь заблокировал дорогу молодым аристократам. Иерарх первым сунулся внутрь, создав перед собой стену из вязкой глины — сочетания стихий воды и земли.

— Алмаз, Тополь, Коптер, слева от вас цель. Огонь из винтовок! — тут же пришёл приказ от Александра, едва троица оказалась на территории зала.

«Да как он за всем следит⁈» — недоумевал Самоцветов. Выглянув из-за укрытия, он тут же увидел спину мужчины в чёрном балахоне. Враг создавал огромный огненный шар и не заметил подкрепления.

Рядом с Самоцветовым затрещала очередь — первым из их тройки огненного мага атаковал разъярённый барон Прозоров.

Маг оказался довольно силён — внезапная очередь из магических пуль не прикончила его сразу. Более того, враг ещё и смог сохранить контроль над конструктом! Он начал разворачиваться, чтобы выпустить огненный шар…

Но уже Тополь и Алмаз открыли по нему огонь, присоединившись к яростному Коптеру. Втроём они прикончили противника. Когда его тело начало падать, огненный шар сорвался с пальцев и разорвался прямо рядом со своим создателем и другим мужчиной в балахоне.

— Корс, Ива, левее! Зёма — стену перед ним! — вновь раздавал команды Александр «Егоров».

Сейчас, когда ослепительный свет развеялся, а зрение почти вернулось в норму, сквозь дым и всполохи магии граф Самоцветов смог разглядеть Александра.

«Егоров» без остановки стрелял по врагу — могучему одарённому, прикрывающемуся одновременно стеной пламени и ветра. Каждый выстрел Александра высекал в этой сдвоенной стене огромные дыры. Казалось, его пули наносят гораздо больше урона, чем пули Айна, стрелявшего по этому же противника.

А ведь пули у всех одинаковые.

При этом Александр, не отводя взгляда от «своей» цели, продолжал отдавать приказы остальным:

— Тополь, стену справа от себя! Живо! Держи её крепко! Алмаз, Коптер, отстреливайтесь!

Глава охраны графа мгновенно исполнил приказ, возведя глиняную стену. В которую буквально через пару секунд что-то врезалось с другой стороны. Стена задрожала и продолжила дрожать от бесконечных атак.

«Проклятье! — думал про себя Самоцветов, пытаясь подгадать лучший момент для контратаки. — У этого Александра, похоже, сферическое зрение, как у стрекозы, а в голове не иначе суперкомпьютер стоит!»

Глиняная стена прекратилась трястись — с той стороны временно перестали бомбардировать её магическими техниками. Барон Прозоров первым выглянул из-за стены и открыл огонь из винтовки. Алмаз опоздал буквально на секунду.

Стреляя по противнику, успевшему защитить себя водяной полусферой, Самоцветов на миг бросил взгляд в сторону Александра. Как раз в этот момент «Егоров», отпустив свою винтовку, рванул вперёд, выхватив меч.

Бой Александр врукопашную граф уже не видел, так как полностью сконцентрировался на своём противнике.

Зато вскоре он слышал голос Александра в динамике рации:

— Уж, не высовывайтесь там у себя! Бурелом, они начали отступать. Вперёд! Не дайте им ударить нам в спину! Валун, стену за собой! Корс, оттянись к Алине.

Александр отдавал команды быстро, но чётко и уверенно. Однако в один момент он вдруг закричал:

— Всем группам, отступайте! Живо! Разорвите дистанцию с ними! Моя группа — прочь из зала! БЫСТРО!!!

Самоцветов без раздумий развернулся и рванул к выходу из зала.

Правда, затормозил, заметив, что барон Прозоров, наоборот, ослушался приказа и дёрнулся в центр. Туда, где находилась Алина.

«Идиот!» — только и успел подумать граф.

Но затем его как пушинку закинул на плечо Тополь, а через секунду на другом плече Иерарха уже был и барон Прозоров.

— Нет! Алина… — выкрикнул барон, пытаясь вырваться.

Но Тополь пулей вылетел из зала.

Следом рванули и другие ратники. Один…второй… третий…

Удивительно, но все успели выбежать!

Кроме Александра и Алины.

— Ставьте щиты! Все!!! — заорала рация голосом «Егорова» на канале группы.

В какую сторону возводить щиты, объяснять не потребовалось. В едином порыве ратники графского рода Самоцветовых исполнили приказ своего командира. Коридор подвала разделили надвое щиты различных стихий.

— Алина! Александр! — рванул было в сторону щитов барон Прозоров, но…

Раздался оглушительный взрыв. Щиты задрожали, и ратники вскинули руки, наполняя их маной, и…

— Группа, держитесь плотнее, — услышал граф в рации усталый голос Александра. — Земляные… прикройте всех полусферой! Атака с воздуха.

Граф Самоцветов в полной мере даже не успел осознать, что именно сейчас услышал, когда понял, что ратники сгрудились вокруг него и Прозорова.

А через миг щиты, отделявшие бойцов от зала, снесло мощной ударной волной. Всё вокруг затряслось, и сверху посыпались куски бетона.

Здание не выдержало битвы, что развернулась в подвале.

* * *

Я лежал в гробу.

А если точнее, в саркофаге.

В металлическом плотном саркофаге, по которому долбили падающие с потолка куски здания. Мои каналы маны рыдали навзрыд от огромной нагрузки, когда я прогонял через них ману из накопителя класса «Б», соединяя её со своим Родовым и Вторым Дарами.

Рядом со мной захрипела Алина. На запястьях и щиколотках девушки были нацеплены кандалы, но сами цепи, приковывавшие её к полу, я разрубил заранее.

— Спи, — проворчал я, продолжая укреплять свой металлический саркофаг.

Голова кружилась от натуги — если бы не Печать Близнецов, позволяющая ускорять мышление и даже отчасти разделять сознание, мозг бы взорвался от обилия работы в последние минуты. Приходилось анализировать данные, получаемые от поискового заклинания на основе воздуха, благодаря которому я прекрасно знал, где находятся свои, а где чужие. В то же время приходилось раздавать приказы, выбирая наилучшие варианты, и сражаться самому.

Всем известно, что уровень концентрации заклинаний как раз и зависит от возможности мыслительных процессов. И сейчас я лишние процессы свёл к минимуму.

А потому смог продержать свой саркофаг так долго, как потребовалось. В какой-то момент я с облегчением понял, что по нему больше не стучат тяжёлые куски конструкции здания.

Подождал ещё немного и приложил ладонь к внутренней стороне крышке. Создав небольшое отверстие, выпустил поток ветра. Наверху послышался скрежет — мой ветер смёл камни, лежавшие на крышке.

Благодаря магии воздуха я убедился, что снаружи относительно безопасно, и развеял крышку саркофага. Поднялся на ноги и огляделся по сторонам.

Н-да… нашу часть здания смело от взрыва, и в двух других местах, где шли сражения, здание тоже пострадало. И всё же каким-то чудом оно выстояло и не сложилось полностью, как карточный домик…

В горле запершило от запаха пыли — вокруг она стояла столбом.

— Пустите меня! Там Алина и Александр! — яростный, почти безумный голос барона Прозорова ударил по моим ушам.

Я улыбнулся. Хорошо, что ребята успели убраться довольно далеко. Потолок над их головами обрушился лишь частично, а не полностью, как надо мной.

— Проходите, — сказал я в рацию. — Мы живы, с нами всё в порядке.

Глянув на «спящую» Алину, я поморщился. Одежда на боярыне была разодрана. К счастью, недостаточно сильно — как женщина она врагов не интересовала, им нужно было лишь нанести знаки ей на живот, руки, ноги и лицо. Особо радовало, что и кровь для изначального «рисования» грёбаные культисты использовали ту, что заранее принесли с собой, а не сцеживали из вен Алины.

Я повёл рукой и развеял металлический саркофаг.

— Александр! — Сёма увидел меня первым и бросился ко мне. — Ты в порядке?

Перелезая через куски развалившегося здания, он спешил мне навстречу. Я кивнул и, указав на Алину, быстро произнёс:

— Она тоже в порядке. Повреждений нет, просто спит под снотворным.

На миг барон Прозоров замер, но затем рванул ещё быстрее, на бегу скинув шлем.

— Алина… ну вот зачем всё это, а… зачем ты сюда попёрлась… — бормотал он, приземлившись рядом с девушкой и положив себе на колени её голову.

— Бурелом, Уж, что с потерями? — спросил я на общем канале.

— Трое раненых, убитых нет, — доложил Бурелом.

— У нас пятеро раненых, двое тяжёлых. Но безвозвратных тоже нет, — сообщил Уж.

Между тем ко мне уже подошли граф Самоцветов и повсюду следовавший за ним по пятам Тополь. Эти двое, как и остальные бойцы моей группы, изумлённо смотрели по сторонам.

— Отлично, — кивнул я, оглядев своих временных воинов. — У нас тоже все живы. Осмотрите округу, может, что ценное осталось после взрыва. Но осторожнее. Будет глупо, если после успешного завершения операции кто-нибудь из вас подохнет под оторвавшимся куском бетона.

— Принято, — хмуро отозвался Бурелом.

— Есть, — поддержал Уж.

Я повернулся к своим и продублировал приказ. Затем сосредоточил всё внимание на графе Самоцветове, который стоял возле меня в напряжении.

— В общем-то, дело сделано, Алмаз, — спокойно произнёс я. — Врагов рядом не осталось.

— Уверен? — спросил он настороженно.

— Да, — ответил я всё так же спокойно.

Самоцветов ещё раз поглядел по сторонам, а затем уставился на меня.

— Что здесь произошло? Мне страшно представить, какой силы должен быть артефакт, чтобы…

— Это не артефакт, — перебил его я. А затем добавил: — По крайней мере, никакого артефакта я не заметил. Враги просто в какой-то момент замерли, и от них повалил кроваво-красный дым… Мне показалось это подозрительным, потому я и велел всем отступать. И, как ты видишь, не зря — все враги одновременно взорвались.

— Массовое самоубийство? — изумлённо выпалил граф.

— Именно, — кивнул я и, не сдержавшись, скрипнул зубами.

Пусть я пытался говорить спокойно, внутри меня кипела ярость.

Я видел их знаки — они уже вывели меня из себя. Но ещё позже я почувствовал и их энергию! Внутри этих культистов были лишь крупицы демонской энергии. Однако даже её хватило, чтобы усилить наших врагов. Со мной был отборный отряд ратников графского рода. Профессиональных бойцов! Но мы едва без потерь смогли справиться с мелочью, которую отправили совершать жертвоприношение. А затем, когда дело запахло жареным, эту мелочь саму принесли в жертву, чтобы замести следы.

Всё происходило очень быстро, а мои возможности в этом теле ещё довольно скудны, но я почти уверен, что ощутил, как в один момент от культистов куда-то в небо потянулась тонкая нить демонской энергии.

Или, точнее сказать, из неба к культистам?

Именно после этого они и уничтожили себя.

Я мотнул головой, гоня прочь неприятные мысли, и в очередной раз огляделся. От тварей в балахонах не осталось и следа — даже сами балахоны были уничтожены. Кукловод начинил их демонской энергией и взорвал их источники…

Я снова едва не начал рычать.

Отвлечься мне помог телефонный звонок, пришедший графу. Сергей Иванович быстро достал смартфон и принял вызов.

— Да, закончили, — отрывисто сказал он. — Всё хорошо… Спасли… Потерь нет… Он? — Самоцветов посмотрел на меня и улыбнулся: — Тоже говорит, что всё закончили. Понял. Передам.

Сергей сбросил вызов и пару секунд смотрел мне в глаза.

А затем протянул ладонь и произнёс:

— Эта операция важна и для моего рода, Александр. Спасибо за то, что сдержал слово. Все остались живы. И это главное.

Усмехнувшись, я пожал его крепкую ладонь и, не сдержавшись, добавил:

— Если не считать потрясений для Сёмы и Алины, все даже в плюсе. Ну? Полагаю, хочешь закончить здесь за меня? — Я окинул взглядом развалины.

Для себя я решил, что ничего ценного здесь действительно не осталось, иначе уже бы сам что-нибудь обнаружил. Твари уничтожили не только свои тела, но и вообще все улики. Хорошо хоть гости выставки успели эвакуироваться…

— Да, — кивнул граф Самоцветов. — Я закончу тут всё. А с тобой кое-кто очень хочет поговорить до приезда жандармов.

Я кивнул, перекинулся с графом ещё парой слов и подошёл к Семёну с Алиной.

— Помочь донести до машины? — спросил я, покосившись на «спящую» девушку.

— Нет, я сам, — серьёзно ответил он, и обернувшись через плечо, посмотрел на меня снизу вверх. А затем также серьёзно проговорил: — Спасибо, Александр. Я в долгу перед тобой.

Я молча кивнул, даже не думая отказываться от благодарности. Я всегда считал, что за правильный поступок нужно человека отблагодарить или даже одарить. Всегда стараюсь так поступать. И меня очень бесит, когда люди начинают отнекиваться, и их ещё и уговаривать приходится принять подарок.

— Плед из машины принесут сейчас, — взглядом указал я на голый живот Алины, и, выслушав очередную порцию благодарностей Семёна, пошёл к автомобилям Самоцветовых.

Четверо людей до сих пор сидели внутри тонированного внедорожника. Что ж, послушаем, что мне скажут.