Глава 21

Планы у меня были Наполеоновские. Но их сразил сон богатырский.

Я успел в понедельник сделать лишь одно дело, и то не выходя из своего номера. А всё остальное время тупо продрых. Организму требовалось восстановление. И это несмотря на то, что я использовал в пятницу «Второй Шанс» — уже после него я успел хорошенько так перетрудиться.

Зато утром во вторник я почувствовал себя гораздо лучше. Даже проснулся на час раньше будильника, привёл себя в порядок и отправился на пробежку.

Утренняя свежесть дарила бодрость, но в то же время и какое-то успокоение. Я бежал трусцой, наслаждаясь шелестом листьев на ветру и пением птиц. По своей новой привычке держал активированным поисковое заклинание. Вокруг людей не было, поэтому, чтобы от тренировки было больше толку, я то сжимал заклинание, то растягивал его на пределе возможностей.

И в один момент я едва не сбился с шага, ощутив слабое дыхание где-то на границе действия заклинания.

Ниже уровня земли.

Кому-то плохо?

Кого-то закопали заживо?

Он еле дышит!

Я плавно заложил крюк и, не меняя темпа, побежал в ту сторону, откуда почувствовал дыхание. Хотелось ускориться, однако же я бежал под камерами и старался не выдавать лишней информации о себе.

К тому же я пристально наблюдал за источником дыхания. И чем сильнее я приближался к нему, чем больше концентрировал заклинание в конкретной точке, тем понятнее становилось: я ошибся.

Дыхание неизвестного человека не было слабым, как мне показалось сначала. Вполне себе нормально он дышит.

Просто его дыхание скрыто каким-то заклинанием.

Получается, мой поиск случайно пробился через чей-то скрыт? Я, очевидно, становлюсь сильнее — приятно видеть наглядные результаты тренировок и сражений.

В какой-то миг я вдруг понял, что оказался в той части Академии, в которой состоялся мой первый приватный разговор с графом Сергеем Ивановичем Самоцветовым. Я пробежал мимо скамейки, на которой мы тогда сидели, и увидел подсобное помещение. То самое, в которое в прошлый раз направлялся рыжий второкурсник с кольцом на мизинце.

Здание было небольшим, и в нём самом я никого не ощущал. Источник дыхания был ниже метра на четыре и левее здания метров на тридцать.

Должно быть, в траве скрыты отдушины, иначе как бы я ощутил дыхание.

Стало быть, спуск под землю в этом здании?

Неожиданно для себя я осознал, что в этой части территории МАУД нет видеокамер.

А вот это уже очень любопытно… Почему? Камеры стоят только на подступах к этому месту, но именно здесь их нет. Администрация Академии не хочет, чтобы хранилась информация о людях, приходящих в эту подсобку? Боятся, что их сеть могут взломать?

Остановившись метрах в пятидесяти от одинокого подсобного здания, я в очередной раз убедился, что на поверхности поблизости нет людей. Сконцентрировав ману, я наполнил энергией заранее созданный конструкт заклинания и выпустил на волю «Воздушного Близнеца».

Мой невидимый шпион рванул вперёд по следу от дыхания и быстро обнаружил отдушину в траве. Близнец способен менять форму тела, ведь соткан из воздуха, потому отдушина для него, считай, как огромные врата.

Он нырнул внутрь.

А через миг мне в грудь ударил сгусток моей маны, и я обрёл воспоминания «Близнеца».

Ничего нового я, разумеется, не увидел — потому как только что своими собственными глазами наблюдал за его продвижением.

— Очень любопытно… — пробормотал я себе под нос.

Мои заклинания стали сильнее — это факт. Однако же на подземелье стоит такая же мощная защита, как и вокруг ректора МАУД. Мой Близнец, столкнувшись с ней, сразу же экстренно свалил обратно.

Стоп, а может, там сам ректор?

Я сконцентрировался на поисковом заклинании. Забавно, что оно как раз проходит вниз подземелья и дыхание чувствует. А вот более сложное и точечное заклинание, как «Воздушный Близнец», сразу же сбегает.

Хм…

Всё же данные о дыхании из-под земли до сих пор какие-то смазанные. Защита подземелья даёт помехи. Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть своё предположение насчёт ректора.

Вдруг слева, на периферии действия заклинания, я ощутил ещё один источник дыхания. Он плавно двигался в мою сторону по земле и казался мне знакомым.

Пожалуй, хватит стоять возле этого подсобного здания.

Но и возвращаться тем же путём будет глупо — я же вроде как на пробежке. На камерах должно выглядеть, будто я просто бегу трусцой по тропинкам МАУД.

Я двинулся дальше, размышляя, что же делать с этой подсобкой. Хочется наведаться туда и всё разузнать. Однако же я до сих пор не готов к такому. Сейчас сложилась весьма сложная ситуация — Круг Змеевидца, скорее всего, знает, кто я, и знает, что это я мучу воду у них под носом. Но пока я не пойман с поличным — ничего не доказано. Вот и пытаются они всеми правдами и неправдами вывести меня на чистую воду.

А может, плюнут на всё и попробуют меня прикончить? То, что я связан с жандармами, заставляет их осторожничать — это верно. Но отнюдь не бояться меня.

Размышляя об этом, я бежал по дорожке навстречу источнику дыхания. Я уже полностью определил его владельца, так что не особо удивился, когда увидел гуляющего по тропинке высокого, светловолосого юношу.

Он же, заметив меня, выпучил свои огромные голубые глаза и радостно воскликнул:

— Александр! Вот это встреча! Рад тебя видеть! Утренняя пробежка? Похвально! Похвально!

Граф Самоцветов протянул мне ладонь. Остановившись, я пожал её и улыбнулся:

— Доброе утро, Сергей. Какими судьбами? Что тебя побудило приехать в Академию так рано?

— И в самом деле рано, — усмехнулся он и охотно пояснил: — Немного время не рассчитал. У нас на семинаре групповые выступления сегодня, вот и договорились с ребятами из группы ещё раз всё повторить вместе перед занятием. А я не подумал, что в это время суток пробок практически нет, не сделал на это поправку, вот и приехал на полчаса раньше, представляешь?

Я задумчиво посмотрел на него, зацепившись взглядом за левый мизинец Самоцветова. Ни кольца, ни следа от него на пальце Сергея, как обычно, не было. Но я второй раз сталкиваюсь с чем-то странным в этой части Академии. И оба раза рядом оказывается Сергей.

— Да, бывает, — покивал я. — И что же, прогуляться решил?

— А то! — добродушно улыбнулся граф. — Такое чудесное утро — душа радуется. С тобой вот встретился — это тоже меня радует. О твоих подвигах вся Академия шумит — первый поход и первые же закрытые Проклятые Земли.

— Второй поход, — поправил его я.

— Ну да, — не стал спорить Сергей. — Так будет справедливее. Но первый звучит лучше.

Он ещё раз улыбнулся.

— Ладно, побежал я дальше, — помахал я рукой графу.

И уж было собрался стартовать, но он остановил меня:

— Александр, подожди, пожалуйста!

— Да?

— Я… — Сергей замялся и отвернулся. Но затем, будто бы собравшись с силами, снова посмотрел мне в глаза: — Я хотел узнать, что ты решил насчёт Извольских? Отказал им?

На секунду я замер, пытаясь понять, играет Самоцветов или нет. Он в самом деле не знает, что мне дали отсрочку в неделю?

Я думал, он внимательно следит за моими переговорами с Извольскими и в курсе всех изменений.

— Нет, у меня есть время до пятницы, — спокойно ответил я.

— А… — протянул Сергей. — Хорошо. Не отказывай им, Александр. Так будет лучше для всех.

Я нахмурился, буравя его взглядом. Этот разговор, как и наша случайная встреча, мне совершенно не нравились.

— На чьей стороне Самоцветовы, Сергей? — спросил я прямо.

Он удивлённо распахнул глаза, а затем выдохнул и улыбнулся:

— А разве не понятно? Как и должно для любого уважающего себя рода высшей аристократии, Александр, мы — на своей собственной стороне. Рад был поболтать, мой друг. Пошёл я дальше, скоро Марьяна Арнольдовна приедет, нужно встретить!

* * *

Перед первой парой одногруппники засыпали меня поздравлениями и битый час интересовались моим «первым» походом в Проклятые Земли. Безучастных не оказалось. Даже княжич Пермский задал мне несколько вопросов.

Ну а на следующей перемене Иван Медведев насел на меня по другому поводу:

— Ну, когда новоселье? Да и поход твой надо отметить! И вообще, ты обещал…

От своих слов я отказываться не думал, так что предложил ему запланировать всё на вечер среды.

— А чего не сегодня? — удивился Иван.

— А сегодня у меня кой-какие дела, — с нажимом произнёс я.

— Понял, отстал, — поднял он обе ладони. А затем заискивающе улыбнулся и выдал: — Дела с участием прекрасных дам?

— Иван Иванович! — подала голос Анна, которая, как и большинство наших одногруппников, слышала нашу беседу. — У вас отработка по «Истории управленческого дела», не забывайте об этом, пожалуйста. Завтра у Аристарха Сергеевича как раз приёмное время с четырёх часов. Если не явитесь, рискуете остаться без допуска до экзамена. Так что в ваших интересах, что мероприятие Александра состоится завтра вечером, а не сегодня. У вас будет время на подготовку.

— Ох, Анна… — закатил глаза Иван. — Не пойму, вы староста, или мамочка? Я… — Он изменился в лице и выпалил: — Всё, молчу-молчу! Буду готовиться к отработкам.

Я проследил за его взглядом и увидел милую улыбку Анны.

И взгляд убийцы сидящей рядом с ней баронессы Завьяловой.

После пар, переодевшись в спортивное, я направился в наше укромное тренировочное место. Пока шёл по территории МАУД, ловил на себе любопытные взгляды, однако же следить за мной никто не стал.

А выйдя за забор, я и вовсе растворился в толпе.

Вскоре я оказался на заброшенной территории медакадемии, где меня встретил летающий дрон. Я пошёл за дроном, как уже не раз делал раньше, и вышел на скрытую в кустах полянку, где на расстеленном пледе сидели щуплый вихрастый парнишка и веснушчатая светло-русая девушка в синем комбинезоне.

— Здравствуйте, бояре! — помахал я им.

— И тебе привет, Саша! — вперёд Семена радостно выпалила Алина, вскочив с места и бросившись ко мне навстречу.

Она дружески обняла меня, я похлопал её по спине и покосился на барона. Семёну хватало ума не ревновать за такое приветствие, и это радовало. А то знавал я людей, которые даже за дружескую улыбку в адрес их женщин были готовы убивать. Правда, было это в прошлой жизни, в более суровые времена, когда многие были готовы убивать и за меньшее.

— Рад видеть. — Прозоров тоже поднялся и протянул мне ладонь.

Мы поздоровались, я хотел было предложить начать тренировку, да не успел.

— Саша, у меня к тебе просьба! — уперев руки в бока, выпалила боярыня Мурашова.

Оценив её позу, я усмехнулся и произнёс:

— Или предъява?

— Или предъява, — с серьёзным видом кивнула высокородная аристократка.

Как я погляжу, часть молодых аристократов не брезгуют использовать сленг. Особенно такие «вольнодумные» аристократы, как инженеры ИМТУ, которые трудятся бок о бок со Слугами и в первую очередь оценивают уровень компетенции человека, а не длину его родословной.

— Предъява? — нахмурился я.

— Ну… — замялась девушка. — Не то чтобы… Я тебе ничего предъявлять не собираюсь, Саша. Ты ведь мой друг. И жизнь мне спас, и…

— Да говори уже, — улыбнулся я. — Что тебя беспокоит?

Она покосилась на Семёна. Прозоров был собран и хмур — то есть, пребывал в своём обычном состоянии. Однако же по глазам барона я понял, что он в курсе, о чём сейчас пойдёт речь.

Любопытно…

Есть у меня кое-какие догадки, особенно если вспомнить вчерашний день. Когда мы обедали в «Шаур-Мире», Сёма написал Алине, что скоро будет. Мы с Васей подкинули его до КПП, и…

Там его уже ждала разъярённая боярыня. Я вышел поздороваться и выслушал уйму претензий, суть которых сводилась к банальному:

«Вы чего охренели? Сами в какую-то авантюру ввязались, а меня дома оставили? Я тоже хочу!»

Я ей объяснил, что мы так-то не особо были рады «ввязываться в авантюру», что случилась одна неприятность, и мне очень нужна была помощь Семёна.

Но Алина не успокоилась, выдав:

— Я тоже хочу помочь тебе, Саша, если у тебя проблемы! Я ведь тоже твой друг!

Вчера мне как-то удалось замять эту тему. Но сегодня, похоже, она вновь стала актуальной.

Алина несколько секунд собиралась с мыслями, затем вздохнула и произнесла:

— Вчера после вашего возвращения Семён заперся в своей комнате, сказав, что у него важные дела. А мы ведь с ним планировали вдвоём сходить на открытие выставки робототехники, которую организовывают князья Алтайские. Судя по анонсам в глобале, в этот раз конструкторское бюро Демидовых превзошло само себя. Мы ждали открытия, и…

— И эта выставка ещё две недели продлится, — проворчал Семён. — Ещё успеем.

— Так я и не спорю, — покосившись на него, проговорила девушка. — Просто подчёркиваю, что ты увлёкся чем-то более интересным, чем закрытая выставка от самых крутых разработчиков Империи.

Сёма не стал ничего отвечать. Алина же с серьёзным видом посмотрела на меня и произнесла:

— Я не буду выпытывать у тебя твои тайны, Саша. Сёма мне тоже ничего не скажет, и… это будет правильно с его стороны. Но! Я хочу помочь вам обоим. Одного немного разгрузить, а тебе — дать результат, который тебе нужен. Сёма сказал, что без твоего согласия он не может подключить к работе ни меня, ни ребят.

— Ребят? — Я вопросительно посмотрел на эту сладкую парочку.

Прозоров тяжело вздохнул и произнёс:

— Да они у меня вчера под дверью тоже тёрлись. Поняли, что чем-то интересным я занят — тоже хотят.

— И я хочу! — выпалила Алина. — Разреши Семёну привлечь нас! Обещаю, твои тайны останутся с нами! Слово аристократки!

Я тяжело вздохнул и покачал головой.

— Что? — нахмурила брови девушка. — Не веришь?

— Верю, — ответил я. — Но было бы проще, если бы вы с Семёном поженились и основали свой собственный род. Смекаешь?

Я немигающе уставился на неё. Она покраснела и отвела глаза.

— П… поженились… — пробормотала девушка. — Да как… он ведь толком и не предлагал…

— Александр… — процедил Сёма, буравя меня пылающим взглядом.

А затем они одновременно замерли, и их взгляды изменились.

— Свой собственный род? — серьёзным тоном уточнила девушка. — Понятно… Вот оно что.

— Стоп-стоп! — быстро произнёс я, выставив перед собой руки. — Я вам сказал, что так было бы проще. Я не призываю вас рвать со своими родами.

«Но если бы вы оба обрели самостоятельность, я был бы только рад», — мысленно продолжил я.

Вслух же я сказал иное:

— Знаю я про одного такого отделившегося… Так его родня умирать оставила, когда он оказался в беде. Такой участи я вам ни в коем случае не желаю.

— А? — удивлённо хлопнула ресницами Алина.

— Ты про бывшего графа Волконского? — поинтересовался Прозоров.

Я не удержался и громко хмыкнул:

— Ты и про него уже раскопал?

— Ну, мне было интересно, что за куратор решила взять тебя с собой в «Проклятые Земли», вот и поискал кой-какую информацию на досуге, — пожал плечами барон и посерьёзнел: — Ты ведь хочешь ему помочь?

Я молча кивнул, отслеживая реакцию всезнающего барона.

— С ходу я не смог найти варианты, — признался он. — Опять же, будь у меня больше времени и помощников…

Да уж, Семён сам не против, чтобы под его крылом оказалась верная команда исполнителей.

А я, глядя на этого гения, всё больше и больше хочу, чтобы он оказался под моим крылом. И чтобы шёл за мной без оглядки на род Прозоровых.

Или же чтобы Прозоровы всем составом присоединились ко мне?

Но это, конечно же, гораздо сложнее.

— Ты уже занимаешься поиском решения, — улыбнулся я другу.

Он замер, пытаясь осмыслить услышанное.

Алина же со жгучим интересом смотрела то на меня, то на него. Казалось, ещё секунда, и она разразится кучей вопросов.

— Ты думаешь, они смогут помочь⁈ — выпалил Сёма и покосился на свою возлюбленную.

Какой он молодец, не стал при девушке выкрикивать «Распутины» — имя рода травников и алхимиков.

— Да, — кивнул я, а затем повернулся к Алине. — Я не против, если ты и ваши ребятки-программисты будут помогать Семёну. Но при одном условии: лишних вопросов вы ему не задаёте, а он парцеллирует задачи так, чтобы не давать вам информацию о заказчике и конечных целях.

— Устраивает, — деловито кивнула девушка.

— Ну и всё, что мы сделали и узнали во время выполнения задач, остаётся между вами. «Никуда не выносится, нигде не фиксируется», — произнёс я, глядя в глаза Алине.

Сёма тоже напряжённо посмотрел на свою возлюбленную.

— Разумеется, — проговорила она и кивнула.

Я улыбнулся. Что ж… у меня появилась своя команда программистов. Я не сомневаюсь, что Сёма сможет подать информацию своим друзьям-исполнителям так, чтобы не выдать мои интересы.

Главный вопрос в другом: сможет ли Семён сам не выдать их главе своего рода.

Но сейчас я готов рисковать — у врагов несравненно больше ресурсов, и, если я продолжу осторожничать и медлить, меня уничтожат.

А этого я допускать уж точно не собираюсь.

Пребывая в приподнятом настроении, я провёл тренировку с друзьями. Затем мы устроили небольшой пикничок и разошлись. Напоследок Сёма передал мне торбу, по типу тех, в каких школьники носят сменную обувь. Конкретно в эту торбу поместились бы кроссовки двухметрового баскетболиста с сорок девятым размером ноги.

Алина с интересом смотрела за процессом передачи сумки, но ничего не спросила.

Я вернулся в общежитие, залез в душ, привёл себя в порядок и надел широкие штаны и белую рубашку. Стоя перед зеркалом, я оценивал свой внешний вид, когда зазвонил телефон.

Бросив взгляд на дисплей, я усмехнулся.

«Баронесса Завьялова», — гласил определитель номера.

— Приветствую, Зинаида Константиновна. — Я принял вызов.

— Здоровались уже! — рявкнула мелкая госпожа Анны. — Егоров, сколько можно тебя ждать? Машина уже подана! Или ты передумал ехать с нами⁈

Ха-ха-ха! Какие мы нетерпеливые, а! Так-то ещё двенадцать минут до назначенного времени, а они уже устали меня ждать!

— Уже выхожу, Зинаида Константиновна, — мягко ответил я. — Не переживайте вы так, это вредно для кожи. Я понимаю, соскучились по мне, но потерпите, пожалуйста, ещё немножко. Скоро увидимся.

— ЕГОРОВ!!! — проревела она и бросила трубку.