Глава 4

В последний момент я успел схватить кинжал за лезвие левой рукой. Жгучая боль пробила всё моё тело, но я не подал виду — заглушил её маной.

Однако я чувствовал, как демонская энергия пытается проникнуть в мою ладонь через глубокий порез.

Приходилось и её блокировать энергией.

Скрытник, вмешавшийся в ритуал, дёрнул кинжал, но я не разжал пальцы. Я чувствовал его удивление, недоумение и нарастающую ярость.

— Безмолвная? — пробормотал главарь культистов, немного придя в себя.

Голос его мне, разумеется, был знаком даже лучше, чем дыхание или Источник. Любой бы студент Академии по голосу мог узнать её ректора.

Стоп! «Безмолвная»? Не «Безмолвный»?

Скрытник был облачён в лёгкую артефактную броню чёрного цвета: штаны, мягкие сапоги, куртку с капюшоном, которую я раньше принимал за балахон. Лицо скрыто повязкой, как и лоб — виднеется лишь щёлка для глаз. Очень необычных глаз — чёрных, как безлунная ночь, но при этом с зелёными вкраплениями.

По одной только линии глаз скрытника пол не определить. Но сейчас наша встреча затянулась дольше обычного, и я успел мельком окинуть взглядом фигуру.

Что ж… Грудь либо совсем-совсем мелкая, либо утянута под бронёй. Плечи покатые, бёдра… может быть, тоже утянуты, а может, просто маленькие и аккуратные.

Но факт остаётся фактом: скрытник, который в последний момент прикончил дворянку Маслову, не дав нам допросить её и узнать, откуда её сын взял «зелье одержимости», а также скрытник, который пытался убить меня после боя с жировиками — на самом деле женщина.

И эта женщина сейчас пытается прикончить Анну.

Поняв, что выдернуть кинжал у неё не получится, Безмолвная, совершенно молча, как и следует из её имени, ударила другой рукой. На кончиках её пальцев начали закручиваться водяные когти.

Я сам дёрнул за кинжал и подбил её ногу. Опытная убийца успела сгруппироваться и извернуться, но по Анне не ударила.

— Что ты творишь⁈ — рявкнул Скоробогатов, взмахнув рукой.

Слева в Безмолвную устремилась каменная плита. Только сейчас убийца разжала пальцы, оставив мне второй свой кинжал с демонскими рунами.

Она легко уклонилась, отпрыгнув назад и разорвав дистанцию. Бросила короткий взгляд в сторону Анны и исчезла.

— Проклятье! — выругался ректор, особо не поглядывая на меня — убийца его сейчас тревожила гораздо сильнее. — Остановись, Безмолвная! Кто велел тебе уничтожить Царскую Кровь? Нельзя её тратить впустую! Она станет отличной жертвой!

Быстро концентрируя ману, я напряжённо следил за происходящим. Ректор готовится атаковать Безмолвную, если та появится рядом с Анной. В этом мы с ним похожи.

А вот четверо других культистов явно не понимают, что им сейчас делать.

— Займитесь лишним! — крикнул ректор, тоже поняв, что его люди стоят без дела.

Его приказ и стал спусковым крючком для начала веселья.

Двое культистов атаковали меня издали магией. Два других, подумав, что могут случайно задеть жертву, ринулись врукопашную. В тот же миг с противоположной стороны от постамента появилась Безмолвная и без замаха ударила водным кулаком в голову Анны.

— Стой, тварь!!! — раздался яростный крик со стороны коридора.

В спину скрытнице полетели огненные шары — Зинаида Константинова вместе с Ликой получили моё послание, а может, просто услышали шум, и ворвались в зал для жертвоприношений.

Увидев, что Анне прямо сейчас грозит смертельная опасность, малютка баронесса пришла в ярость.

Но я тоже не стоял без дела — водяной кулак Безмолвной врезался в металлический щит, сверкающий холодным светом звёзд.

А в этот момент в меня самого ударили каменные пики — ректор не знал, где именно появится Безмолвная, и активировал заклинание по площади.

Натужно хекнув, я с грустью осознал, что мой ветровой щит не выдержал. Каменные пики пробили его насквозь, хоть и лишились при этом части заряда.

Я едва успел подкинуть демонский кинжал, чтобы он перекрутился в воздухе и лёг мне рукоятью в раненую ладонь. Пустив в него ману, я почувствовал, как этот мерзавец потянул из меня гораздо больше сил, чем я хотел вложить. Как он начал проникать в мою энергетическую систему…

Но главное — заряженный кинжал смог легко раздробить каменные пики.

Я тут же отбросил его в сторону, вливая ещё больше маны в раненую руку и выжигая демонскую энергию из своих каналов.

Дрянное оружие!

Но сильное.

Однако заёмная сила, особенно когда занимаешь у демонов, убивает твоё тело.

— Игла, задержи мелочь! — рявкнул я, не сводя глаз с ректора.

Он стоял напротив меня и хмуро смотрел, как за моей спиной постамент для жертвоприношения скрывает пропитанный моим Вторым Даром металлический саркофаг.

— Оса… — хотел я было отдать приказ баронессе, но осёкся, почувствовав неестественное движение энергии внутри её тела.

Зина раскручивала Первый Сердечник одновременно в двух ключевых узорах: там, где расположен Родовой Дар, и там, где покоится первая стихия. Вот только… стихию она использовала как-то странно. Зачерпывала гораздо больше, чем умещалось в её маноканалах. Баронесса чисто на силе воле выжимала себя досуха.

Очень тонкий контроль…

Но что важнее — это ведь невероятно больно! Прямо сейчас она рушит свою энергетическую систему!

Да, в моменте кажется, будто её каналы резко выросли, но…

Это билет в один конец.

Не удержавшись, я скосил взгляд на малютку Завьялову.

— Госпожа… — прошептала изумлённо Лика, видимо, понимая, что происходит.

Вокруг баронессы бушевало пламя. От буйства энергии её чёрные волосы поднялись дыбом, а глаза приняли цвет стихии.

— Я возьму на себя невидимку… — прохрипела она. — Пожалуйста… спаси госпожу.

Баронесса резко рванула вперёд. Её движения стали даже быстрее, чем при обычном ускорении Родовым Даром. За ней тянулся шлейф пламени, огонь расходился и в разные стороны от баронессы.

В какой-то момент в её огне вспыхнул силуэт Безмолвной. Баронесса, заметив противницу, тут же сменила направление и настигла её.

Понятно… она использует пламя как детектор. Выросшие объёмы маны и скорость реакции помогают ей обрабатывать информацию.

— Зина… — пробормотал я, покачав головой.

Её решимость и сила воли впечатляли меня. Но при этом и немного огорчали. Не поверила малютка, что мы сможем спасти её любимую госпожу без таких жертв.

Ведь в обмен на своё временное усиление баронесса решила отдать собственную жизнь.

Ярость внутри меня становилась всё жарче и жарче. Грёбаные культисты! Твари!

Я должен поторопиться!

— Удивлён, что ты добрался сюда так быстро, Александр, — произнёс ректор, поняв, что «его жертве» в данный момент ничего не угрожает. — Впечатляет. В знак моего восхищения я лично предлагаю тебе, граф Резанов, присоединиться к Кругу. Ещё не поздно выбрать правильную сторону, и…

Ректор заткнулся, когда я сорвался с места и без лишних слов атаковал его. «Покров Ветра» ускорил меня до предела, меч в руке дрожал от влитой в него маны.

Я наседал на врага.

А он, к моему удивлению, успевал защищаться и отступать.

Почти…

Да, его тело покрыли каменные наросты, и ни одного чистого удара я не нанёс.

Однако же полоснул плечо… затем правый бок… Всё меньше маны оставалось в его каменном доспехе.

Казалось, я довольно быстро дожму его… Однако же опыт подсказывал мне, что это не так.

Я чувствовал странное бурление маны внутри тела ректора.

И вот, когда я пробил его каменную перчатку и меч вгрызся в кость, когда показалось, что я вот-вот отрублю ему кисть…

Доспех на теле ректора изменился. Из каменного он стал лавовым. Кожу вмиг обдало жаром.

В любой другой ситуации я продолжил бы давить. Ну а что? То, что ректор дважды одарённый Иерарх, я знал давно. Наличие у него второй стихии и умение их комбинировать меня ничуть не удивило.

Однако же лавовый доспех стал покрываться кроваво-красной дымкой.

Дёрнув меч, я высвободил его из кости Скоробогатова и отпрыгнул назад. Ветер помог мне быстро разорвать дистанцию. Как раз за миг до того, как во все стороны от ректора хлынула лава кроваво-красного цвета.

Высокопоставленный Змеевидец использовал не только оба Дара и две стихии.

В довесок к своей мане он приложил и ману демонскую.

И с каждым мгновеньем она всё отчётливее чувствовалась внутри тела ректора.

— Наглец! — прокричал он. — Как ты посмел отказаться от моего щедрого предложения, Резанов⁈

Его тело полностью закрыл доспех из кроваво-красной лавы. Доспех этот продолжал расти, поднимая ректора над землёй.

Забрало доспеха явно повторяло мимику оказавшегося внутри него человека — лавовое лицо расплылось в омерзительной улыбке, и послышался гулкий смех:

— А-ХА-ХА!!! Но теперь ты поймёшь, что был неправ, Резанов! Теперь ты увидишь ту силу, что даёт своим братьям Круг! Ты ничего не сможешь противопоставить этой силе! Ты будешь сожалеть, что не получил её!

Он вскинул обе руки, и поток лавы устремился в мою сторону.

Инстинктивно я хотел уклониться — путь наименее простой и энергозатратный.

Однако же за моей спиной располагался саркофаг со спящей царевной. Там же с врагами сражались и её телохранительницы. Мощный поток демонской лавы добрался бы до них.

Отходить нельзя.

Вскинув обе руки, я создал металлическую стену, которую спереди покрыл воздушной плёнкой.

Лава ударила в мой щит, он пошатнулся, затрещал…

Я сам невольно отступил на полшага, продолжая вливать энергию в заклинание.

Оба Дара… Родовой Дар…

И, конечно же, ману окружающего мира. Если бы я полагался только на внутренние запасы энергии, мощь ректора смела бы меня.

Однако же в этом проклятом месте мана мира была обезображена постоянными жертвоприношениями и демонской энергией. Использовать её было гораздо сложнее, в то время как мой враг, наоборот, был в своей среде.

Стиснув зубы, я отступил ещё на шаг.

— А-ХА-ХА!!! — упиваясь демонской силой, хохотал ректор. — Ты не сможешь мне противостоять, мальчишка! Никто не сможет противостоять Кругу Змеевидца!

Казалось, с каждой секундой его атака давит всё сильнее и сильнее. Я отступил ещё на шаг и упёрся пяткой в саркофаг, внутри которого лежала Анна.

Где-то слева от меня одновременно вскрикнули два культиста — одного прикончила Лика, второму случайно прилетело от баронессы.

Через секунду позади раздался грохот — малютка Завьялова, сжигая свою жизнь, продолжала атаковать убийцу, не давая ей возможности уйти в скрыт.

Зина выкладывается на всю…

А я вот чего-то застрял.

— Тебе конец, Резанов! — продолжал куражиться ректор Скоробогатов. Лава начала обходить мой щит с обеих сторон и, казалось, вот-вот дотянется до меня. — Но я не убью тебя! Радуйся! Ты тоже станешь кормом для нашей силы!

Меня в жертву демонам?

Совсем с ума сбрендил, придурок⁈

— Достал, — прохрипел я, потянувшись к своей стихии и зачерпнув гораздо больше, чем могли провести мои маноканалы.

Сила мгновенно разлилась по всему телу. Казалось, внутри меня забушевал ветер.

Казалось, ещё немного, и я сам стану ветром!

Вот только ветер внутри меня будто и не был моим боевым товарищем, как обычно. Наоборот, всё тело словно разрывало на мелкие кусочки — как и я предполагал, боль оказалась чудовищной.

«Спасибо, Зина… — мелькнуло в голове. — За то, что показала это заклинание…»

Я перестал накачивать маной свой щит, и демонская лава тут же снесла его. Мощный кроваво-красный поток вот-вот должен был накрыть меня с головой.

Я резко взмахнул рукой.

Ветровой серп, сияющий холодным светом звёзд, пронёсся сквозь лаву, разрезая её, остужая и нарушая энергетическую целостность.

Лава начала остывать на глазах, превращаясь в каменную породу и замедляясь.

Ну а серп врезался прямо в грудь трёхметровому, сотканному из лавы рогатому демону.

Скрестив обе руки перед собой, он защитился и попятился.

Удвоив усилия, через Печать Близнеца я экстренно гасил «выход за грань» и латал свою энергетическую систему.

Да, я подсмотрел у баронессы схему активации самоубийственного усиления через свою стихию — всё-таки в моём прошлом мире повсеместной стихийной магии не было, так что я всё ещё продолжаю её осваивать.

Однако же, в отличие от баронессы, я использовал только ветер — без Родового Дара, и держал под контролем безумный энергетический поток внутри себя.

В отличие от Зины, я использовал это заклинание кратковременно и смог самостоятельно его прервать.

Эффект мне понравился!

А вот последствия — не очень. Тело буквально разваливалось по частям. Сейчас бы «Второй Шанс» применить.

Да не стоит его тратить.

Все эти мысли промелькнули у меня в голове за секунду — ту самую, которая потребовалась мне, чтобы сократить разделяющее меня и ректора расстояние.

Коготь Рыси — кинжал, подаренный мне Анной и баронессой — был наполнен моей стихией, Персональным Даром и Родовым. Усиленный на максимум моих текущих возможностей, он удлинился, когда я подпрыгнул над землей.

— У-А-А-А!!! — завопил от боли Скоробогатов.

Я вонзил клинок ему в ключицу — целился в сердце, но враг успел немного сместиться в сторону, и одним ударом я сердце не задел.

— СДОХНИ!!! — взревел он, вломив мне гигантским каменным кулаком.

Я успел выплеснуть всю скопленную ману в рану врага, а Печать Близнеца смогла немного ослабить удар громилы.

Я отправился в свободный полёт, так и не выпустив «Коготь Рыси» из рук. Высвободив поток ветра, я замедлил себя и довольно мягко впечатался в стену, а затем стёк на пол.

— А-А-А-А!!! — орал ректор от боли, задрав голову к потолку. — УРОДЕЦ!!! МЕРЗАВЕЦ!!! ВЫГОНЮ!!! СОЖРУ!!!

Глядя на эту картину, я экстренно концентрировал ману.

— Ты смеялся над тем, что я отказался от твоего щедрого предложения? — хмуро произнёс я, выпрямившись во весь рост и размяв шею — всё-таки удары врага не прошли бесследно.

— ГЛУПЕЦ!!! ТЫ МОГ ОБРЕСТИ СИЛУ!!! — резко уставилась на меня сотканная из лавы башка.

— И стать одержимым? — усмехнулся я. — Ваша сила вам не принадлежит, твари. Хотя… есть в ней кое-что любопытное.

Прежде всего то, что одержимость как будто бы не влияла на их повседневную жизнь. Да и энергетически она ощущается в них иначе. Теперь я уверен на сто процентов, что Орлов тоже из того же теста, что и ректор.

Оба приняли в себя демонов. И оба использовали демонскую силу лишь частично.

Будто демоны внутри своих носителей не спешили полностью подчинять их тела. Не пытались свести их с ума.

А лишь делились силой.

Правда, когда этой силы стало не хватать, и ректор решил зачерпнуть сверх меры, одержимость стала прогрессировать на глазах. Уверенный и холодный боярин Скоробогатов превратился в психа.

И вот это уже по-демонски. Взять всё, и даже больше! Терпение — это не про них.

Потому и удивляет вялотекущая одержимость Змеевидцев. Сколько же Орлов ходит с демоном внутри? Он сидит так глубоко внутри графа, что я его не чувствую.

Да чего уж… я и в ректоре далеко не сразу ощутил присутствие демона.

А вот сейчас оно есть. И оно нарастает.

Любопытный у них симбиоз…

Хотя…

Второе правило войны с демонами — «никогда не верь демонам».

— Я ПРИКОНЧУ ТЕБЯ!!! СОЖРУ!!! — взревел он, тяжело зашагав в мою сторону.

Я не сдержался и расплылся в кровожадной улыбке.

Первое правило войны с демонами:

«Если не можешь допросить их на месте — сразу убивай».

Тяжёлая, сотканная из лавы нога рогатого одержимого наступила на невидимую ловушку.

Он даже не сразу понял, что произошло — хотел было идти дальше, но вырвавшиеся из пола цепи оплели его ногу, затем другую, торс, руки…

— ЧТО ЭТО??? ЗМЕИ??? — изумлённо выкрикнул он. — ЭТО МЕНЯ НЕ…

Договорить он не успел — толстая металлическая цепь затянула его пасть. Он отчаянно задёргался, но цепи сжимались всё сильнее и сильнее.

Из пола, точно рот хищной рыбы, вырвался металлический ящик, поглотивший огромную тушу.

Не зря я с самого начала боя копил ману в этой ловушке — знал, что смогу заставить врага если и не наступить на неё, то хотя бы пройтись рядом.

С огромным удовольствием я выставил перед собой руку с растопыренными пальцами.

— ВЫПУСТИ МЕНЯ!!! ДАВАЙ ДОГОВОРИМСЯ!!! Я ДАМ ТЕБЕ СИЛУ!!! ВЛАСТЬ!!!

Цепь съехала со рта твари, и одержимый начал молить о пощаде.

— ВСЁ, ЧТО ЗАХОЧЕШЬ! Я БУДУ…

Я резко сжал пальцы в кулак. Даже несмотря на пластины ящика, раздался такой хруст, что чуть не заложило уши.

Крики одержимого стихли, а из-под ящика потекла чёрная кровь.

В мире стало на одного демона меньше.

Как и на одного ректора.